МОСКВА, НОЯБРЬ.

«Осторожно, двери закрываются. Следующая станция “Отрадное”».

Валентин резко открывает глаза. В его руке зажат смартфон, а взгляд перемещается на треснувший экран: 6:48. «Кажется, опять впритык. Хорошо, если не опоздаю. Ну сам тоже виноват, ведь думать надо было лучше. Хотя чего уж, с каждым может случиться».

Сегодняшний день не предвещал быть таким, и ещё вчера Валентин всё себе представлял иначе. В это время он должен был лежать в кровати. А вечером – там, где он любит быть. Но обстоятельства, обстоятельства…

Вчера вечером ему позвонила коллега: «Валя, выручай: дочку надо отвезти к врачу, больше некому. Там такой врач, что к нему хрен вообще попадёшь». И так далее, и так далее. Конечно, Валентин не мог отказать.

Поэтому сейчас он в вагоне метро и едет в среднюю школу, где будет преподавать историю седьмому «А» и всей параллели восьмых классов как минимум полдня.

А когда он выйдет из школы, это будет уже другой Валентин: Валентин уставший, Валентин задёрганный, Валентин, который просто хочет побыть один.

А ведь всё должно было быть по-другому. Сегодня у него выходной день. Он был бы один дома, а весь вечер провёл бы с друзьями в чайной комнате. Ведь это особенный день! Сегодня робираки – смена очага с летнего на зимний, чайный Новый год.

Наш герой работает учителем истории в средней школе и увлекается японской чайной церемонией. Кому-то это покажется необычным, но в жизни бывают более странные сочетания и сближения. В мир чая приходят люди из совершенно разных социальных слоёв, с разным жизненным опытом и разными целями. Этот мир прекрасен своим разнообразием. Давайте заглянем туда одним глазком.

«Станция “Боровицкая”, переход на станции “Библиотека имени Ленина” и “Арбатская”. Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда…»

Опять «Гири-гири»[1]. Валентин смотрит на экран смартфона, смахивает уведомление. Он успел перекусить и переодеться после работы, а теперь спешит в чайную комнату, чтобы встретиться с друзьями и начать подготовку к действу.

Чередой длинных переходов он выходит к эскалатору. Ещё немного, и он будет там, где так хотел оказаться весь день.

Чайная комната встречает Валентина приятной духотой. После сквозняков и уличной сырости тёплая комната, в которой лежат татами и утварь, кажется островком спокойствия и безопасности. Здесь немного нездешний воздух, но понять эту разницу может лишь тот, кто внимателен к своим ощущениям. Валентин чувствует, как напряжение в теле спадает, но не исчезает – оно переходит в сонную усталость. Спокойную сонную усталость.

«Стоп, не спать, собраться».

Подходят другие организаторы чайного действа. Почти всех их Валентин знает уже давно: несколько человек пришли в школу примерно в то же время, что и он. Но большая часть людей в чае уже больше 15 лет.

Начинается подготовка. Каждый входит в чайную комнату с багажом своих мыслей и эмоций. Это заметно по тому, как люди разговаривают, как они двигаются. Постепенно общий ритм подготовки захватывает всю группу. Приветственные фразы и шутки уступили место обмену коротким вопросам по делу.

«Нужна помощь со сладостями?» Сладости, вагаси, сделанные руками заботливых учителей, дожидаются своего часа в холодильнике, и их нужно есть свежими. Для Валентина, как и для многих членов клуба, до сих пор остаётся загадкой, как можно научиться их делать, и как учителя умудряются найти нужные ингредиенты, смешать их в нужной пропорции и добиться той самой, неповторимо нежной текстуры.

«Татами уже помыли?» – пол чайной комнаты устлан матами из рисовой соломы, и они должны быть идеально чистыми не только к приходу гостей, но и для надевания кимоно и носков таби, которые должны быть безукоризненно белыми.

«Девочки, кто мне поможет с кимоно?» – у многих членов клуба нет своих кимоно. Новичкам, особенно девочкам, бывает трудно надеть его в одиночку, и сэмпаи уже спешат на помощь. Валентин уже обзавёлся своим комплектом и достаточно быстро научился его надевать.

«Что у нас с цветами?» – в нише токонома ставится тябана – чайная икэбана, которая подчиняется своим законам: например, она должна быть неброская, не должна состоять из четырёх цветков, не должна быть слишком симметричной и, самое главное, должна подчиняться сезонности – одному из главных правил японского чайного действа.

«Чай уже просеяли?» – порошковый чай маття обычно хранят в баночках в холодильнике, чтобы он оставался свежим, но иногда в нём образуются комочки, поэтому, прежде чем выносить его в чайнице к гостям, нужно просеять его через мелкое сито.

До прихода гостей ещё два часа, и кажется, что в запасе уйма времени, но Валентин знает, как быстро пролетит это время за приятными хлопотами, за выполнением распоряжений сэнсэев и сэмпаев[2]. И вообще время в чайной комнате течёт по-другому – иногда слишком быстро, и невозможно его замедлить.

Пришёл ноябрь, а это время менять очаг с летнего на зимний. Способы подачи чая, как и многое в японской культуре, зависят от сезона, и Валентин гораздо больше любит зимние варианты: и очаг, который так уютно согревает комнату из своей ямки в полу, и разворот хозяина к гостям, такой радостный и дружеский. Для сегодняшней подачи чая решили использовать полку «ёсино»: она с круглым окошком и похожа на маленький павильончик в японском саду.

«Какой свиток повесим в токонома? Давайте «Главный герой сюдзинко 主人公?» – Валентин особенно любит эти выражения, которые появляются на свитках в нише, написанные то чёткими, строгими линиями, то словно бы одним росчерком. Уму непостижимо, как это можно прочитать! Но ещё сложнее их понять: кажется, у них два, десять, тысяча подтекстов, и можно выбрать тот, который ближе тебе. Вот, например, этот: «Главный герой», – Валентин решил для себя, что пока что он будет понимать это так: «Я и есть главное действующее лицо своей жизни и не буду перекладывать ответственность за свою жизнь на других». А потом, может быть, он выберет для себя какое-то другое значение этого выражения.

Но сегодня Валентин и правда главное действующее лицо: он в первый раз будет угощать гостей чаем, причём не на занятии, а на тядзи – полном чайном действе. Гости уже собрались и передали рабочей группе объёмистый свёрток со вкусностями: сладостями, бутербродами. Это маленький жест заботы об организаторах, которые могли не успеть за подготовкой перекусить.

За окном ноябрь, и гостей нужно согреть не только тёплым приёмом, но и чашечкой горячей воды и вкусной едой. Блюда выглядят аскетично, но очень изысканно. Цель такой трапезы – не накормить тело до отупляющей и сонной сытости, а подготовить человека к питью чая. Маття, порошковый чай, который используется в чайном действе, – это фактически размолотый в пудру чайный лист, очень активный для нашей пищеварительной системы, поэтому пить его на пустой желудок нежелательно.

Гости закончили трапезу, по одному заходят в чайную комнату и опускаются на татами перед свитком. Большая часть гостей – люди сведущие, они смотрят на иероглифы в токонома и проникаются темой, настроением сегодняшней встречи. Но есть и новички – их усаживают между первым и последним гостями, чтобы можно было подсказать, что делать. Интересно, что они чувствуют, в первый раз оказавшись на чайном действе? Валентин невольно вспоминает выражение: «Не забывай о сердце новичка 初心者の心を忘れず», – всегда нужно помнить, с каким чувством ты вступал на этот путь, когда всё казалось новым и удивительным. Хорошо, что новых гостей предупредили, в чём прийти: девушкам – в платье или юбке ниже колена, мужчинам – в свободных брюках, так что за ноги гостей можно не беспокоиться. Для тех же, кто давно в чайном мире, данное действо – это повод выгулять кимоно.

Валентин – учитель, его профессия – это своего рода театр одного актёра: он привык работать с аудиторией. Но на этот раз быть в центре внимания гостей оказалось неожиданно трудно и нервно. Валентин чувствует, как начинают дрожать руки, кажется, что всё делаешь не так, невпопад и невовремя, что забыл всё, что когда-либо знал. «Наверное, мои ученики, когда отвечают мне урок, так же себя чувствуют…», – призвав на помощь всю свою способность к концентрации, он поднимает глаза на первого гостя, пожилую даму, всегда такую собранную, строгую – и видит, с каким удовольствием она отпивает глоток чая:

– Как размешан чай? – эту фразу хозяин всегда произносит с внутренним трепетом – понравилось ли гостю?

– Просто идеально, – следует ответ первого гостя. Разумеется, реплика предполагаемая, гость никогда не даст хозяину понять, что что-то не так, но счастливые глаза говорят Валентину, что всё в порядке, и чаша передаётся следующему – совсем молоденькой девушке, которая внимательно наблюдает за каждым движением первого гостя, – наверное, уже несколько раз была в чайной комнате и знает, что наблюдение друг за другом, минараи 見習い – это часть учебного процесса. И спокойное удовлетворение на лице гостей внезапно посещает Валентина – он вдруг понимает, что правильные движения – это не самое главное, намного важнее то чувство, которое он, кажется, смог передать своим гостям вместе с чаем.

Он отвечает на вопросы первого гостя: откуда чай, какое у него поэтическое имя; рассказывает о том, какие сладости сегодня подавались. И в каждом вопросе ощущается тёплое чувство благодарности и неподдельный интерес к каждой детали действа.

После «густого чая» и перекладывания углей в очаге подаётся усутя – «жидкий чай», а это значит, что действо переходит в свою менее формальную часть, и можно немного внутренне расслабиться. Некоторым гостям достается чай прямо из рук хозяина, другим же чаши выносят помощники – хакоби, но от этого чай не становится менее вкусным.

После окончания встречи, проводив счастливых и умиротворённых гостей, рабочая группа садится выпить чаю в своём узком кругу. Выносят сладости, которыми сегодня угощали гостей: их всегда делают побольше, с расчетом на рабочую группу. Они и в самом деле превосходны, и нужно будет выпросить у сэнсэев мастер-класс по их изготовлению…

Чай делает начинающий молодой человек – очень милый и старательный Паша, который всё хочет сделать очень хорошо и правильно, поэтому всё время ошибается. Валентин, теперь уже первый гость, почти физически чувствует, как тяжело Паше концентрироваться на таком многообразии деталей: крышку надо снять, а перед этим надо поставить для неё на татами специальную подставочку. Перед этим же было бы неплохо вынуть её из сосуда для слива воды, но ещё раньше крышечку нужно было туда поставить! Сначала Валентин, как и многие, не понимал, почему и зачем нужен такой строгий порядок жестов, а затем почувствовал (именно почувствовал!), что это просто самый простой и энергосберегающий способ. И тогда ему первый раз бросилось в глаза то, как много лишних движений мы совершаем в нашей повседневной жизни, как много мы суетимся. Сделать просто оказалось невероятно сложно.

Паша выглядит несчастнее: он забыл, что делать дальше, и, с разрешения учителя, Валентин начинает ему потихоньку подсказывать: он знает это чувство «разбегающихся мыслей», но чайное действо лечит от этого. Когда ты пытаешься концентрироваться на движениях, больше ни о чем не получается думать, ты словно «отключаешься» от повседневных проблем. И это именно то, чему Валентин хотел бы научиться сам и передать своему седьмому «Б», в котором ему посчастливилось быть классным руководителем.

Наконец, Валентин получает чашу чая – момент, о котором он, кажется, мечтал долгое время. После первого же глотка всё вокруг словно останавливается, и внутри разливается покой. Терпкий, с горчинкой вкус чая теперь навсегда связан для него с присутствием здесь и сейчас. А ещё – с улыбками чайных друзей. Это удивительные люди, которые могут бежать через весь город, чтобы часами сидеть на коленях на татами и самозабвенно тренироваться. Связан с прекрасной утварью и цветами в токонома рядом с каллиграфическим свитком; с поразительной красотой и острым переживанием жизни во всей её полноте. Это ощущение хрупкого волшебства, которого должно быть немного, на 3 с половиной глотка, как чая в чаше, – иначе это приведёт к пресыщению.

«Пожалуйста, заканчивайте!» – говорит Валентин «хозяину». На неформальных чайных встречах обычно делают усутя – «жидкий чай», который подаётся каждому гостю отдельно, и, если хозяина не остановить, он будет угощать гостей вечно. Но гости всегда ограничиваются только одной чашей, чтобы унести это воспоминание внутри, как драгоценность.

После чая рабочая группа ещё некоторое время просто сидит в комнате: хочется не только обсудить прошедшее мероприятие, но и просто побыть вместе.

Нужно собираться домой: убрать чай, свиток и цветы, помыть татами – привести всё в тот вид, с которого начиналось. Без кимоно – в джинсах и свитерах – рабочая группа выглядит странно и непривычно. На улице уже темно и слякотно, но к метро все идут весёлой гурьбой: перешучиваются, подкалывают друг друга, обсуждают, что можно было сделать ещё лучше.

Только когда Валентин наконец-то садится в метро на освободившееся место, он понимает, насколько он устал и голоден – до этого момента никакой физический дискомфорт его совершенно не беспокоил. Сейчас же все самообладание ушло на то, чтобы не проснуться в депо в окружении поездов.

Финишная прямая – 500 метров от станции до дома. Когда Валентин входит в квартиру, он вспоминает, с чего начался сегодняшний день: спешка, раздражение от изменившихся планов, негодование, что всё идёт не так, как ему хочется. И невольно сравнивает себя утреннего, недовольного и злого, с собой вечерним – усталым и счастливым.

Последний рывок – яичница, и он падает лицом в подушку. Завтра выходной, и можно отоспаться. За окном моросит ноябрьский дождик. Японцы называют такой дождь сигурэ, и раньше он всегда вводил нашего героя в состояние тоски и меланхолии. Но сейчас этот монотонный звук кажется каким-то невероятно уютным, особенно когда перемежается шорохом проезжающих по двору машин. Валентин переворачивается на спину и смотрит, как свет от фар сначала скользит по одной стене, потом по потолку, потом по другой стене. Он засыпает.

Красиво, правда? Чайная церемония завораживает даже не погружённых в неё людей… Но почему? Экзотическое действо для многих, даже для большинства – чуждое, непонятное, но, однако же, оно завораживает. Что происходит у нас в голове, когда мы смотрим со стороны или сами принимаем участие в таком глубоком, сложном, во многом абстрактном мероприятии? Начнём разбираться потихоньку, и я уверен, что в процессе изучения и осознания внутренних процессов нашей нервной системы вы, наши дорогие читатели, сможете глубже познать себя, научиться управлять своими чувствами и, надеюсь, улучшите качество своей жизни.

В мире, где стресс стучит в двери нашего разума чаще, чем курьеры доставки еды, мы все ищем способы расслабиться и, возможно, найти хоть небольшой оазис спокойствия в океане повседневных забот. Но зачастую секрет к вашей внутренней гармонии может быть прямо у вас перед носом, в чаше зелёного чая.

Давайте взглянем на воздействие чайной церемонии на наш мозг, который, как известно, часто ведёт себя так, будто у него свои собственные планы.

Представьте, что ваш мозг – это ученик, практикующий йогу. Как только вы приступаете к церемонии, он начинает занимать позу лотоса. Да, именно так: он расправляет свои извилины и начинает медитировать. Церемония требует от нас не только умения насыпать чай в чашку и налить воды, но и внимательного присутствия в каждом движении, быть «здесь и сейчас» – это и есть определение того, что есть «медитация». И вот, когда мы сосредотачиваемся на каждом шаге, наш мозг активирует области, связанные с вниманием и концентрацией. Это как зарядка для нашего мыслительного аппарата: он просыпается, потягивается и готов к бою с повседневными вызовами. Когда вы приближаете чашку к губам, аромат чая начинает распространяться, словно первые звуки музыкального произведения. И здесь наш мозг вступает в игру: он активирует области, такие как гиппокамп и амИгдала (она же – «миндалевидное тело»).

Если коротко, гиппокамп отвечает за формирование новых воспоминаний и связывание их с эмоциональными контекстами, а амигдала регулирует наши эмоциональные реакции, включая чувства страха и удовольствия. Благодаря этим областям мы способны почувствовать вдохновение и покой, как будто мы плывём на волне ароматов (страх и злость – это тоже работа амигдалярного аппарата).

Представьте, что гиппокамп и амигдала (рис. 1) – это динамичный дуэт в мозге, играющий важную роль в нашей памяти и чувствах. Миллионы лет они танцуют вальс эмоций и воспоминаний, помогая нам учиться на своих ошибках. Гиппокамп («морской конёк» в переводе с греческого, он и правда внешне похож немного) – словно небольшой генератор впечатлений. Он как бы создаёт карту наших воспоминаний, помогая нам ориентироваться в них, не путать события местами в нашей памяти. В течение дня мы накапливаем впечатления, а ночью, во сне, эти впечатления нужно как-то превратить в долговременные и устойчивые воспоминания – тут-то в игру и вступает гиппокамп. Есть такая фаза сна, которая называется «быстрый сон», или «фаза сна с быстрыми движениями глаз», – это та фаза, во время которой мы видим сны. Но мы видим их не просто так: мозг в это время впахивает как папа Карло, нейроны очень активно работают, а на ЭЭГ творится просто безумие, потому что происходит процессинг памяти, формирование новых нейронных связей. Мы в прямом смысле «шевелим мозгами» во сне, чтобы утром помнить вчерашний день. И дирижирует всем этим процессом именно гиппокамп.

Амигдала, с другой стороны, – это хранитель наших эмоций. Эта маленькая структура в мозге регулирует наши эмоциональные реакции, будь то чувство страха, удовольствия или волнения. Она как бы страж ворот нашего внутреннего царства, который сигнализирует о возможной угрозе или приятном событии, вызывая соответствующие эмоциональные реакции. Эволюционно это очень древняя структура, ведь чувства страха или радости были нужны задолго до появления на Земле наших хвостатых предков: в доисторические времена те, кто ничего не боялся, просто не выживали, а особенно смелых съели саблезубые тигры. Но и сегодня, несомненно, эмоциональные, а не рациональные реакции во многом управляют нами, и способность успокоиться, найти внутренний баланс – это тоже такая нерациональная реакция, которой можно достичь, воздействуя на подкорковые ядра, к которым относится и амигдала в том числе. О других ядрах мы поговорим в следующих главах. Там ещё много интересного!

Благодаря этому удивительному дуэту мозг способен не только запоминать важные моменты нашей жизни, но и оценивать их эмоциональную значимость, создавая таким образом уникальный калейдоскоп внутренних переживаний.

Как же они работают, эти структуры, какими веществами это обеспечивается и как нейроны «разговаривают» друг с другом?

Начать стоит с того, что наш мозг для иммунной системы – инородное тело. Да-да, хоть он и наш родной орган, однако же при прямой встрече лейкоцита с нейроном победит лейкоцит. Поэтому природа создала структуру, называемую гемато-церебральный барьер, иными словами, каждый нейрон отделён физически от капилляров, по которым течёт кровь. Но как-то же из крови нужно получать кислород, углеводы, белки да вообще всё? Нужно, и для этого есть специальные клетки. Они называются «глиальные клетки», глиоциты (от слова glue, «клей», поскольку они, кроме всего прочего, фиксируют нейроны на своих местах). Так вот глиальные клетки находятся между нейроном и капилляром и работают как насосы-фильтры, перекачивая питательные вещества из крови в нейрон. Это называется гематоэнцефалическим барьером, коротко – ГЭБ.

РИС. 1.

За этим самым ГЭБ нейроны живут своей жизнью, общаются посредством разных химических веществ (их называют нейромедиаторами), посылают импульсы и постоянно меняют конфигурацию связей друг с другом. Про нейронные связи ещё поговорим, а вот про нейромедиаторы сейчас стоит сказать пару слов. Всем известны такие названия, как серотонин, адреналин, дофамин и т. п., но чаще всего люди не догадываются, что адреналин, который вырабатывается надпочечниками, и ради которого люди прыгают с парашютом, и адреналин в нейронах – это разные вещи. Наш мозг синтезирует для себя нейромедиаторы отдельно от всего остального организма, поскольку есть барьер, и нейроны не могут получать напрямую из крови всё то, что им нужно. Однако же нейроны умеют создавать для себя всё, что им нужно «на местах», а дальше уж дело техники: внутри нейрона формируется пузырёк, наполненный, скажем, серотонином (такой пузырёк называется везикулой). Везикулы транспортируются к окончаниям отростков нейронов, там становятся в очередь, и, когда наступает подходящий момент, везикула разрывается, выплёскивая серотонин в пространство между нейронными отростками – синаптическую щель (рис. 2). В этом пространстве серотонин плывёт к отростку соседнего нейрона, присоединяется к нему, оказывает своё влияние (стимулирует соседний нейрон, чтобы он передал импульс дальше), и снова отсоединяется. После этого он послушно возвращается к своему материнскому нейрону и захватывается им обратно до лучших времён – точнее, до следующего раза, когда нужно будет простимулировать соседей. Собственно, это и есть обратный захват серотонина, который люди так любят замедлять при помощи антидепрессантов. Есть группа препаратов, называемая СИОЗС – селективные ингибиторы обратного захвата серотонина. Они заставляют серотонин дольше пробыть в синаптической щели, и таким образом оказать более выраженное действие на соседний нейрон, чтобы депрессия разжала свои холодные руки на горле пациента…

Это я к тому, что процесс формирования эмоций, воспоминаний, впечатлений и т. д. – это в том числе и химический процесс, который идёт посредством такой вот хитрой передачи сигналов. Есть, конечно, и другие, параллельно идущие процессы, которые тоже принимают участие, но о них отдельно. А пока что вернёмся к чаю и его влиянию на наше моральное состояние.

Не секрет, что чай содержит массу психоактивных веществ: кофеин, танины, катехины, аминокислоты – кучу всего. Чаю эти вещества нужны, чтобы защищаться от насекомых: кофеин, например, их должен отпугивать. Человечество всегда любило растения «с характером»: стоит перцу научиться отбиваться от окружающего мира капсаицином (то самое соединение, которое обеспечивает остроту), как люди приходят и тут же начинают именно из-за капсаицина его поглощать тоннами. Кофе, табак, чай – та же модель, мы любим пощекотать свои рецепторы резкими нотками во вкусе и запахе. И это не просто так: дело в том, что наш обонятельный аппарат эволюционно очень древний, как и вкусовой, поэтому вкусы и запахи воздействуют на мозг, во многом обходя рациональное сознание. Аромат и вкус кофе бодрят нас не потому, что там кофеин, а потому что они достаточно резкие, ассоциируются у нас с активностью, и вот уже не нужно ничего обдумывать, настраиваться – просто отпейте глоток, и подкорка всё сделает за вас. С чаем это тоже работает, но несколько иначе: аромат тоньше, изысканнее, он не бьёт в нос – он мягко поглаживает нас прямо по гиппокампу и ядрам лимбической системы мозга, как бы говоря: «Успокойся, ну чего ты так разнервничался, не надо формировать ось стресса – лучше давай подумаем о чём-то приятном вместе».

РИС. 2.

Думаю, пришло время развенчать один очень устойчивый миф: кофеин нас не бодрит! Он просто так не работает, это не «газ», это – «антитормоз». Кофеин не даёт мозгу тормозить свою деятельность и заставляет его использовать резервы – вынимать консервы из припасов и расходовать их на поддержание внимания и бодрости. Поэтому кофеиносодержащие напитки так популярны у студентов во время сессии: там в одной банке столько чашек кофе сконцентрировано, что можно учить всю ночь. Всё дело в том, что кофеин конкурирует за рецепторы с веществом под названием «аденозин». Это тормозный нейромедиатор, который вместе с ГАМК поддерживает баланс между возбуждением и торможением в мозге. Соответственно, когда ему не дают присоединиться к своему родному рецептору, то в мозге баланс смещается в сторону возбуждения. Конечно, кофеин делает это слабо, и от чашки даже очень крепкого эспрессо вреда не будет, но, вот если выпить этих чашек штук 7–8, может начаться аритмия или паническая атака, и такие случаи бывают как раз при употреблении газировок с кофеином. В чае кофеина не так много, как в кофе, поэтому даже от очень крепкого чая сложно получить побочные эффекты, но вот экстремальные варианты заварки (типа тюремного чифира), могут быть вредны, ещё и как. При нормальном же заваривании чая настой получается не очень концентрированным, хотя тут есть несколько тонкостей:

1. Чем выше на чайном кусте располагался лист, который вы завариваете в своей чашке прямо сейчас, тем больше в нём кофеина. Листья с нижних веток почти его не содержат, поэтому можно сделать бескофеиновый чай.

2. Чем горячее вода для заварки, тем больше кофеина будет в настое, обратите внимание: в японском чайном действе вода далеко не кипяток, поэтому чай получается деликатным и по вкусу, и по воздействию на мозг.

3. Чем дольше вы завариваете чай, тем, опять же, экстракция будет полнее, и вместе с кофеином в настое окажутся и аминокислоты, и танины; чай станет терпким, вяжущим, с привкусом кислоты.

4. В разных видах чая концентрация действующих веществ тоже разная. В японском варианте церемонии используется только зелёный чай, но вообще существует классификация чаёв по степени обработки (ферментации) листа, и зелёный – наименее обработанный. За ним следует белый, жёлтый, красный (тот, который в быту мы называем чёрным чаем, самый распространённый в странах бывшего СССР сорт), потом т. н. улун (в переводе – «вороной дракон»), чай, который уже можно выдерживать как вино, состаривать, и он будет изменять свои органолептические свойства. И наконец самый ферментированный из чаёв – пуэр. Его часто выдерживают годами перед продажей, и он прекрасно переносит десятки лет выдержки при правильных условиях. Сказать, что чем выше степень ферментации – тем больше кофеина, нельзя: многое зависит от сорта чая, региона выращивания, погоды и т. д., поэтому каждый чай уникален, хотя, с точки зрения биологии, это одно и то же растение – Камелия китайская.

5. Если уж говорить о зависимости концентрации кофеина, то гораздо важнее сорта чая его нарезка: чем мельче нарезан лист, тем настой будет насыщеннее, поэтому цельнолистовой чай настаивается долго, а чай в пакетиках заваривается моментально. Там практически чайная пыль, и вода гораздо легче вытаскивает оттуда… Ну, что там есть в этой пыли, то и вытаскивает, поэтому никому не рекомендую пить чай в пакетиках.

А теперь туз из рукава: анатомически одной из частей обонятельного аппарата (физиологи называют этот комплекс просто «обонятельный мозг»), является гиппокамп! Точнее, его часть, называемая крючком. Посмотрите на картинку: это тот самый гиппокамп, о котором я столько говорю в этой главе. Мало того, пути проведения импульсов от вкусовых рецепторов тоже проходят в этой области. Они вообще плотно связаны в мозге – вкус и обоняние, без одного невозможно полностью почувствовать второе. Совпадение? Ну да, как же… случайности не случайны! Нам же нужно было как-то понимать миллион лет назад, что можно есть, а что нет, поэтому всё так и устроено, чтобы вовремя выплюнуть горькое ядовитое растение или, наоборот, получить позитивное подкрепление от сладкого фрукта, чтобы он запомнился, и в следующий раз уже можно искать его целенаправленно.

Всё это время я подводил вас к этому моменту: самое волшебное – релаксация. Как только мы начинаем пить этот настой, наш мозг отправляет сигналы всем остальным частям тела, что настало время отдыхать и наслаждаться. Активируются области, ответственные за чувство удовлетворения и умиротворения, словно невидимые руки массажиста, разглаживающие нашу душу. Чай обращается напрямую к нашим базовым, самым древним структурам в мозге, причём он не спрашивает сознание – он заранее знает, что делает. А когда вокруг создана та самая атмосфера, когда вместе с обонянием и вкусом работают и все остальные чувства: ощущение спокойной шершавости, уверенного в себе веса чаши с чаем, шорох закипающей воды, мягкий рассеянный свет сквозь бумажные двери, – у вас нет шанса остаться в напряжении.

Кстати, расслабление и релаксация не всегда сопутствуют «отключению» от окружения – даже наоборот: в случае с традиционными искусствами Японии (и уж в особенности – чайным действом), требуется полная концентрация внимания, но концентрация особенная, как бы «рассеивание» внимания в пространстве и удержание его в течение всего процесса, причём иногда часами.

Вообще механизмы формирования внимания очень сложные. В последние годы эта тема становится всё более обсуждаемой: диагноз СДВГ ставится детям всё чаще, взрослые страдают от невозможности сосредоточиться на работе и ставят себе диагноз сами. И вот уже речь зашла о том, что нарушение внимания и гиперактивность – это не заболевание, а некое состояние, присущее всем нам в разной степени… Давайте разберёмся, что к чему.

Внимание – это один из важнейших когнитивных процессов, который позволяет нам сосредотачиваться на конкретных задачах и игнорировать отвлекающие факторы. Формирование внимания начинается ещё в раннем детстве и проходит несколько ключевых этапов развития.

1. Ранние этапы развития:

У младенцев внимание проявляется в виде простого фокусирования на ярких объектах или звуках. Это начальный этап, когда внимание преимущественно привлекается внешними стимулами. Например, младенец может сосредоточиться на яркой игрушке или голосе родителей. Это неосознанный этап, и носит он скорее рефлекторный характер, в мозге идёт подготовка к синтезу сознания, и пока что это «проба пера» для нейронов.

2. Развитие избирательности:

По мере роста детей их способность к избирательному вниманию начинает развиваться. Дети начинают осознавать необходимость сосредоточиться на одной задаче или объекте, игнорируя другие раздражители. Это может проявляться в том, что ребёнок может долго играть с одной игрушкой, не отвлекаясь на посторонние шумы. Иногда наступает этап «чрезмерного внимания», когда ребёнок может быть настолько поглощён мультиком, что до него вообще не докричишься. Потом же наступает возраст школы, и здесь уже есть требования к ученикам: уроки, экзамены – и вот тут-то и начинается самое интересное.

3. Когнитивное развитие и внимание:

С возрастом когнитивные функции становятся более сложными. Это связано с развитием префронтальной коры мозга, которая отвечает за планирование, принятие решений и контроль над вниманием. Подростки начинают лучше управлять собой, переключаясь между задачами и справляясь с множественными источниками информации.

Вообще, лобные доли эволюционно позволили нам регулировать своё поведение. Если вы посмотрите на череп неандертальца в сравнении с черепом современного человека, то вы можете заметить разницу в объёмах костей лобной части черепа: у нас явно объём лобных долей гораздо больше. Это позволило нам когда-то давно начать делиться друг с другом пищей. Одно из первых отличий разумного человека от животных – способность сначала делиться пищей, потом ухаживать за стариками, потом написать первый Уголовный Кодекс. Иными словами – способность ограничить сиюминутные потребности ради достижения большей выгоды в будущем. Лобные доли – это наши эмоциональные тормоза и, как следствие, главный источник формирования сосредоточенности. Кстати, мы до сих пор сражаемся с наследием эволюции. Вспомните себя, когда вам нужно выучить что-то сложное. Мозг сразу начинает метаться и сопротивляться, включает разные виды поведения, направленные на поиски еды в холодильнике, питья, туалета и т. д., ведь для мозга изучение какого-нибудь сложного предмета – поведение контрпродуктивное. А продуктивное поведение – это поиски пищи, воды, безопасности и полового партнёра. Поэтому нам так тяжело учиться и получать профессию, поэтому и нужны такие большие лобные доли, чтобы тормозить внутреннего неандертальца и читать про физиологию мозга. Сама по себе идея о том, что ваш мозг сейчас изучает сам себя, кажется забавной и удивительной одновременно, не правда ли? Вот как это работает.

1. Основные области мозга, связанные с вниманием

• Система ретикуло-кортикальной активации: эта сеть нейронов в стволе мозга регулирует уровень бодрствования и внимание в целом. Она отвечает за поддержание общего уровня активности и готовности к восприятию новых стимулов. Она же поддерживает готовность к действиям, заставляет мозг оставаться в минимальном тонусе. Это самая базовая и эволюционно древняя система.

• Задняя теменная кора: это часть коры, расположенная над затылочной долей. Она обеспечивает синтез различных стимулов и способность к планированию движений, интеграции моторики. Работает в непосредственной связи с другими моторными областями мозга (об этом речь пойдёт в главе о каллиграфии). Это не в чистом виде часть системы обеспечения внимания, но без неё само по себе внимание не имеет ценности: нужно ведь не только сосредоточиться на чём-то – нужно ещё и реагировать, двигаться, писать конспект за лектором или отвечать на уроке.

• Префронтальная кора: эта область, расположенная в передней части лобной доли, играет ключевую роль в контроле и управлении вниманием. Можно сказать, что она и есть внимание. Префронтальная кора отвечает за исполнительные функции, такие как планирование, принятие решений и концентрация. Она помогает нам устанавливать цели и переключаться между различными задачами, осознавая план действий.

• Амигдала: та самая, да. Амигдала отвечает за эмоциональное внимание, находится в связи с префронтальной корой и может посылать ей сигналы, чтобы привлечь внимание к эмоционально значимым событиям. Кроме того, амигдала отвечает за концентрацию внимания в условиях стресса, что очень непросто. Повышенная фокусировка при наличии угрозы (пусть даже потенциальной) – её работа.

2. Типы внимания и нейрофизиологические механизмы

• Избирательное внимание: это способность сосредотачиваться на одном конкретном стимуле, игнорируя другие. Избирательное внимание связано с активностью в префронтальной коре и париетальной (макушечной) коре. Исследования показывают, что активация этих областей усиливается, когда человек должен сосредоточиться на определенной задаче и игнорировать отвлекающие сигналы.

• Селективное внимание: этот механизм позволяет нам выделять определённые стимулы среди множества других. Он зависит от взаимодействия между префронтальной корой и задними областями мозга, такими как височная и затылочная доли. Активность в этих областях помогает фильтровать и обрабатывать релевантную информацию.

• Внимание на основе ожиданий: когда мы предвкушаем получение определённой информации, активируются области мозга, связанные с предвосхищением и ожиданием, такие как медиальная префронтальная кора. Эти ожидания могут улучшить нашу способность фокусироваться на будущих стимулах, которые ещё не получены, но уже вот-вот.

3. Нейротрансмиттеры и внимание

• Дофамин: этот нейротрансмиттер важен для регулирования мотивации и вознаграждения. Он также играет роль в концентрации и исполнительных функциях. Высокий уровень дофамина в префронтальной коре связан с улучшением способности поддерживать внимание. Кстати, препараты для лечения СДВГ как раз и повышают его концентрацию, правда, заодно влияют на кучу всего другого и иногда наносят больше вреда, чем приносят пользы. Но если уж препарат подходит пациенту, то всё работает очень хорошо.

• Норадреналин: он участвует в повышении бдительности и фокусировки. Норадреналин усиливает внимание и реакцию на значимые стимулы, особенно в ситуациях стресса или необходимости быстрой реакции.

• Серотонин: хотя его основная роль связана с настроением, серотонин также влияет на внимание и когнитивные функции. Он помогает регулировать уровень возбуждения и внимания в состоянии покоя. Кроме того, серотонин помогает фильтровать «белый шум коры» – спонтанные фоновые сигналы, которые постоянно блуждают по коре мозга. Это как бы побочные продукты активности больших масс нейронов, и серотонин эффективно подавляет эту активность.

4. Расстройства внимания

Вот мы и подобрались к патологии. Некоторые расстройства внимания, такие как дефицит внимания и гиперактивности (СДВГ), связаны с нарушениями в функционировании нейронных систем, управляющих вниманием. Исследования показывают, что у людей с СДВГ могут быть аномалии в активности префронтальной коры и других связанных областей, что затрудняет их способность поддерживать внимание и контролировать импульсы, но объективная сторона этого вопроса гораздо сложнее, ведь так удобно сказать, что человек болен и поэтому не учится или ведёт себя неподобающе! Это привело к гипердиагностике, и в мире сейчас диагноз СДВГ ставится почти так же часто, как гипертоническая болезнь. И это не вопрос клинической истины – это тренд, политика, давление родителей учеников средних школ и масса других факторов. В результате же начинает складываться впечатление, что здоровых детей просто нет: у всех или СДВГ, или аутизм (ещё один мировой тренд), и в результате отношение к ним меняется, требования снижаются, лекарства назначаются, а это не всегда правильно. Учитывая же побочные эффекты от лекарств, это просто вредно. Разумеется, есть люди, которым действительно требуется помощь, но поиски лёгких путей и «волшебной таблетки, чтобы мой ребёнок учился», не приводят ни к чему хорошему.

Кстати, японская чайная церемония до последнего времени была единственным способом употребить чайный лист внутрь. Во всех же остальных вариантах чаепития мы пьём настой, а сам лист выбрасываем. Но в современном мире зелёный чай используют в кулинарии очень активно, и сегодня уже сложно удивить кого-то шоколадом с зелёным чаем. В Японии популярны жвачки со вкусом матча, и в целом именно растёртый в тонкий порошок японский чай положил начало мировому тренду делать «что-угодно-лишь-бы-с-чаем». На мой взгляд, самая оригинальная вариация на эту тему – мясо речных раков, отваренное в чае и им же посыпанное при подаче. Оригинально! Попробуйте приготовить!

Старших товарищей.

Японское ономатопоэтическое слово со значением: «Впритык».