Сабина сидела в большой переговорной на четвертом этаже главного здания БКА. Перед ней лежали письма с немецкоязычного воркшопа Снейдера.

Кинтана и его коллеги из майоркинской полиции вскрыли их, прочитали в присутствии переводчика и графолога, сочли безобидными, но все же сделали копии, а оригиналы передали Сабине незадолго до ее вылета домой. После этого Сабина, Марк и Мийю вылетели из Пальмы в Германию вместе с багажом.

Теперь оригиналы лежали перед Сабиной. Она прочитала их несколько раз и передала Мийю. Та, сосредоточившись и без малейшей видимой эмоции, запомнила все эти совершенно разные тексты своей фотографической памятью.

Это были интересные истории завораживающих, но принципиально разных людей, кто-то безжалостно критиковал себя, кто-то хвалил или пытался вдохновить.

Однако одного письма не хватало. Всего их было четырнадцать, хотя должно было быть пятнадцать. Кэте ван Цвитен покинула воркшоп до этого задания, и ее заменила Сабина. Она пыталась сосредоточиться, но никак не могла вспомнить, чей конверт пропал; а список участников лежал где-то под грудами бумаг. Сабина уже собралась искать его, когда Мийю подняла взгляд от последнего письма, на котором Сабина узнала собственный почерк.

– Я не понимаю смысла и содержания вашего письма, – сказала Мийю.

– Ну, – вздохнула Сабина, – не так уж важно. – Ранее она просто отложила свое письмо и уже не помнила, что написала во вторник на Майорке, когда была еще довольно раздражена из-за испорченного отпуска в Мюнхене.

– Не важно? – повторила Мийю. – Я все равно его не понимаю. «Дорогой Мартен, когда-нибудь ты обязательно прочтешь это письмо, – пересказала она содержание по памяти, не глядя на бумагу. – Спасибо за твое бескорыстие, за то, что всегда думаешь о своих коллегах и даешь им возможность насладиться уютным и спокойным отпуском за границей, где они могут забыть о работе, отдохнуть и дать душе возможность расслабиться. Спасибо за годы доброты, понимания, внимательности и заботы. Оставайся таким, какой ты есть, – именно таким я всегда представляла себе идеального коллегу».

Сабина прищурилась.

– И в чем дело?

– Почему вы написали письмо Снейдеру, а не себе? Ведь таким было задание.

Сабина пожала плечами.

– Просто так, я была зла.

– Зла? Но вы хвалите Снейдера в письме.

– Чистая ирония.

– То есть все это сказано не всерьез?

– Именно так.

– О'кей… – Мийю задумалась. Видимо, она снова прогоняла письмо в уме, предложение за предложением. – Но последнюю фразу я все равно не понимаю. Снейдер же идеальный начальник и коллега. В чем здесь ирония?

Сабина громко рассмеялась.

– Снейдер в ваших глазах идеален?

– Конечно.

– Мийю, возможно, в вашей голове сейчас слишком много открытых вкладок. Попробуйте сосредоточиться. Даже Снейдер ошибается, как и все остальные, – может, гораздо реже, но все же ошибки бывают и у него.

– Может, он совершает ошибки специально, чтобы никто сразу не понял, какой он идеальный, – предположила Мийю.

– Ладно… – Сабина с улыбкой покачала головой. «На самом деле он не ошибается, он вызывает катастрофы», – подумала она.

Прежде чем Мийю успела что-либо сказать, в дверь постучали, и в комнату вошел помятый, неопрятный пожилой коллега с седой щетиной. Сабина знала его лишь вскользь, и, насколько ей было известно, его временно перевели из выездной службы в столовую за жалобы на неподобающее поведение.

– Здравствуйте, – буркнул он.

– Здравствуйте, – сухо ответила Сабина и взглянула на часы. Был одиннадцатый час, а коллега принес кофе и сэндвичи – видимо, это был завтрак, который они заказали в столовой. Он довольно грубо поставил все между Сабиной и Мийю на стол, явно не смирившись с тем, что Дромайер понизил его до такой работы.

– Спасибо, – сказала она и налила кофе из термокувшина в стаканчик.

– Еще что-нибудь для дам? – спросил он вызывающим тоном.

Сабина проигнорировала хамство.

– Нет, спасибо.

Мийю молча взяла сэндвич и развернула его из фольги.

– У вас стеснительная коллега, да? – сказал он.

«О боже!» Сабина помассировала переносицу. У нее не было ни времени, ни терпения объяснять этому идиоту, почему Мийю ведет себя так.

– Стеснительная, да? – повторил он с усмешкой.

Мийю подняла взгляд:

– Я не стеснительная, вы мне просто неприятны.

– Эй, я…

– Нам нужно работать, – быстро перебила Сабина, прежде чем коллега успел что-либо сказать. Потом она просто игнорировала его и лишь краем глаза наблюдала, как он, бурча, ушел. – Почему таких людей сразу не увольняют? – пробормотала Сабина, когда дверь закрылась. В следующий раз она сама заберет бутерброды из столовой.

– У него есть жена и двое маленьких детей, – ответила Мийю.

– Откуда вы знаете? У него же даже кольца нет.

– Из личного дела. Я изучила дела всех коллег, когда начала работать в БКА.

– Взломали?

– Через мой доступ к «Дедалу» от Академии.

– Понятно. – Сабина приподняла бровь, потом указала на стопку бумаг. – Одного письма не хватает, – отметила она.

– Знаю, – ответила Мийю, жуя.

– А какого именно?

– Письма Вики Фукс – на Майорке я успела взглянуть на список участников.

Лицо Сабины прояснилось.

– Да, верно. – Теперь она снова вспомнила. Это была та странная женщина, которая постоянно разговаривала сама с собой и в конце упражнения настаивала, чтобы Снейдер вернул ей письмо. Очевидно, Кинтана посчитал письмо достаточно интересным, чтобы оставить его как вещественное доказательство.

– У нас нет копии? – спросила Мийю.

– Нет. – Сабина собрала стопку писем и конвертов. – Это все, что передала мне майоркинская полиция.

В тот же момент дверь распахнулась без стука. В переговорную вошел Снейдер и с грохотом поставил на стол свою сумку с ноутбуком.

Он выглядел очень уставшим, но на нем была чистая рубашка, начищенные лаковые ботинки и свежевыглаженный костюм. К тому же на его обычно мертвенно-бледном лице появился легкий румянец, что всегда было хорошим знаком. Это означало, что он добился определенного прогресса в текущем деле.

– Рада, что вы снова здесь, – вырвалось у Сабины.

Мийю бросила на нее взгляд:

– Это снова ирония?

– Нет, я серьезно. – Сабина посмотрела на Снейдера: – Не ожидала, что Кинтана так быстро отпустит вас из следственного изолятора.

– Никаких торжественных речей! У нас много работы. – Снейдер хлопнул в ладоши. – Марк должен быть здесь с минуту на минуту. Теперь у нас есть все данные о каждом туристе из отеля.

– Вы в таком хорошем настроении, – удивленно отметила Сабина. – Я думала, что после смерти Рамоны все наши следы оборвались.

– Так и есть, – ответил он, – но мы все равно продвинулись на шаг вперед.

Следом за Снейдером в переговорную вошел Марк – с ноутбуком, наушниками и несколькими кабелями. Между зубами у него был зажат сэндвич, а поскольку свободной руки не оказалось, дверь он захлопнул ногой. Несмотря на то, что Сабина дома приготовила для него свежую рубашку, он снова был в своей застиранной серой любимой футболке с изображением летящей телефонной будки. Под мышкой он держал две папки.

Марк поставил ноутбук на стол, сложил остальное и сел рядом с Сабиной.

Снейдер тем временем беспокойно расхаживал по комнате.

– Что ты выяснил? – спросил он.

Марк вынул сэндвич изо рта.

– Среди всех сотрудников и гостей отеля «Аурелия Бэй Клаб Резорт» есть только два интересных совпадения, которые укладываются в профиль сторонников леворадикального движения, – начал он, пока Сабина открывала два досье и раскладывала бумаги. – Гернот Вульф, хоть и вырос в Германии, уже шесть лет живет в Австрии. Айтишник, владелец маленького компьютерного магазина в Тироле – это совершенно неинтересно, можно сразу забыть. Но в прошлом, еще в Германии, он контактировал с двумя бывшими сторонниками РАФ. Австрийским властям об этом ничего не известно, но в архивах нашей службы госбезопасности это зафиксировано.

Снейдер внимательно слушал, и на его губах появилась холодная улыбка.

– Это сходится, – перебил он Марка. – Гернот Вульф и есть тот самый погибший, сорвавшийся со скал. Сейчас испанская полиция исходит из того, что его убили. А второе досье?

– Некая Вики Фукс. В прошлом у нее тоже имелись связи с левыми кругами. Была замечена за мелкие правонарушения – кражи сумок и магазинные кражи, – пояснил Марк.

Вики Фукс! Это имя снова всплыло. Сабина бросила быстрый взгляд на Мийю.

– Возможно, это просто совпадение, – сказала она. – Но, между прочим, майоркинская полиция так и не вернула ее письмо.

– Я не верю в совпадения, – отрезал Снейдер. Он сунул руку в карман пиджака, достал конверт и помахал им. – Вот ее письмо… вообще-то я должен был догадаться сразу. – Он взглянул на адресную наклейку, которую сам приклеил в конце воркшопа. – Оба – и Гернот Вульф, и Вики Фукс – живут в Куфштайне.

– Откуда у вас?.. – начала Сабина.

– Кинтана отдал мне его перед отъездом. Правда, не оригинал, а только копию.

– Но конверт настоящий? – удивилась Сабина.

– Я на этом настоял, – ответил Снейдер. – Для Кинтаны конверт все равно был неважен. – Он вынул лист бумаги, развернул его и начал читать вслух:

«Дорогая Вики, после твоей смерти меня ужасно мучила совесть. Я без конца корила себя и винила во всем. Почти не спала, у меня болел живот, и я снова и снова твердила себе, что это Я виновата в твоем падении. Правильно ли я поступила потом? Что так эгоистично думала только о себе, о своей фирме, карьере, репутации и будущем? Я знаю, тебе совершенно все равно, где ты лежишь, но для меня это имело огромное значение – найдут тебя или нет. Я всей душой надеялась, что ты сможешь меня понять.

Но сегодня я узнала, что все эти годы ты злоупотребляла моим доверием, использовала и предала меня, ты манипулировала моим партнером, втянула его в свои планы, и вы годами разыгрывали передо мной спектакль, – и это полностью меняет для меня все. Я безмерно благодарна судьбе за то, что случайно узнала правду. Боже, иначе чувство вины годами разъедало бы меня изнутри и, в конце концов, уничтожило бы полностью.

Теперь меня больше не мучает мысль о том, что я сразу не пошла в полицию. Потому что тогда была бы разрушена не только моя будущая жизнь – я, глупая и наивная, так никогда бы ничего не узнала!

С тех пор как я выяснила, зачем ты хотела лететь на Майорку, я ни о чем не жалею. Так было угодно судьбе.

И каждый раз, когда я буду сидеть и работать в своем новом зимнем саду, при открытых стеклянных дверях, в солнечном свете, я буду вспоминать тебя и твою обожаемую вторую половинку – этого бесхребетного, жалкого мерзавца. Он последовал за тобой – и об этом я тоже не жалею ни секунды. Я избавилась не только от иллюзии, но и от вас обоих, которые вели со мной дьявольскую игру».

– Все это звучит крайне запутанно и непонятно, – сказал Марк.

– И совсем не проясняет ситуацию. – Сабина бросила взгляд на Мийю: – Что вы об этом думаете?

Зрачки Мийю заметались из стороны в сторону, словно она снова читала текст про себя.

– Это не имеет смысла. Вики должна быть мертва и откуда-то упала?

– Но это еще не все, – заметил Снейдер. – Письмо подписано «Твоя Леа».

– Меня это совсем не удивляет, – сказала Сабина. – Вики ведь постоянно вела с собой разговоры. Возможно, у нее диссоциативное расстройство личности, и Леа – одна из ее раздвоенных личностей.

Марк тем временем пролистывал досье, которое принес.

– Гернот Вульф живет в Куфштайне у…

– Но ты же сказал, что это совершенно неинтересно и мы можем это сразу забыть, – прервала его Мийю.

– Верно, но умные люди могут изменить свое мнение, – ответил он немного резко, вынимая лист из досье. – Гернот Вульф зарегистрирован по основному месту жительства в Куфштайне, у некой Леа Фукс. – Он растерянно посмотрел на остальных.

– Теперь становится жутковато, – признала Сабина.

Снейдер швырнул Марку конверт через стол.

– Мы знаем адрес Вики. Свяжись с австрийской полицией, пусть проверят ее место жительства.

– Понял. – Марк схватил конверт, вытащил из кармана мобильный и отошел в противоположный угол к окну, чтобы спокойно позвонить.

Снейдер хотел что-то сказать, но его прервал телефонный звонок.

Мийю подняла взгляд.

– Марк случайно позвонил вам?

– Что? – Снейдер раздраженно посмотрел на Мийю, а затем на экран. – Нет, это Кинтана. – Он ответил на звонок: – Да, что там? Быстро!

– У нас есть интересные новости! – закричал Кинтана, так что Сабина услышала его даже без громкой связи.

– У нас тоже, – прервал его Снейдер. – Я пришлю вам ссылку на защищенное соединение с БКА. Видеоконференция через две минуты.

– Хорошо.

Прежде чем Снейдер успел закончить разговор, Мийю уже схватила его ноутбук и подключила к видеопроектору через кабель.

Сабина тем временем затемнила комнату, опустив жалюзи с помощью пульта дистанционного управления. Свежий цвет лица Снейдера не обманул ее – их расследование набирало обороты.