Ужин – средиземноморский шведский стол под открытым небом на большой террасе с живой музыкой и открытым огнем – Снейдер съел в одиночестве. Потом, при свечах и за парой напитков, он ждал до заката – примерно до девяти вечера – и лишь затем вернулся в свои апартаменты.

Полчаса спустя наконец позвонила Сабина.

– Она отправилась на пробежку на пляж.

Это был условный сигнал для Снейдера. Он вышел из апартаментов – в собственных ботинках, но в брюках и рубашке Конрада – и пошел в сторону марины. По дороге он старался не думать о том, что на нем одежда мертвеца. Всего лишь эта ночь и завтрашний завтрак. Если все сложится удачно, еще до начала первого воркшопа он получит дорожный кофр со своими вещами.

Вскоре он достиг бунгало «Охо Готико» – одного из самых маленьких в комплексе, с узкой террасой. На сушилке висели полотенца, бикини, трубка и маска для ныряния. На каменном полу под ними лежала пара больших черных ласт. Очевидно, Рамона недавно занималась дайвингом. В домике не горел свет, окна были откинуты, шелковые шторы задернуты.

Снейдер обогнул апартаменты и подошел к входной двери, частично скрытой живой изгородью. Тем лучше. Он сдвинул в сторону табличку «Не беспокоить» и открыл дверь мастер-ключом, который Сабина раздобыла для него у Бьянки Хагеман. Намного лучше, чем его набор отмычек, который вместе с ультрафиолетовой лампой все равно находился в его дорожном кофре. Если Снейдер что-то и умел не особенно хорошо, так это взламывать замки.

Он проскользнул внутрь, закрыл дверь и немного подождал, пока глаза привыкнут к темноте. В тусклом свете напольных фонарей, проникавшем с дорожки снаружи, он прокрался по комнатам и задвинул тяжелые портьеры. Лишь затем нащупал на стене выключатель и включил свет, тут же приглушив его.

Очевидно, горничная еще не успела подготовить номер ко сну. Кровать была смята, остальная часть апартаментов выглядела так же удручающе. Насколько элегантной казалась Рамона, настолько же свинским был беспорядок вокруг. Повсюду стояли наполовину пустые бутылки из мини-бара; куда ни глянь, валялись вскрытые упаковки мюсли-батончиков, одежда и белье; полная пепельница на подоконнике, использованные кофейные чашки и испанские ежедневные газеты на письменном столе.

Рамона хоть и распаковала чемодан, но вещи в шкаф не убрала – они были развешаны и разбросаны по комнате, перекинуты через спинки стульев. Посреди гостиной на полу лежали гантели – Снейдер с уважением отметил, что среди них были и пяти—, и семикилограммовые, – а также гимнастический коврик и две яркие эластичные ленты. Судя по штампам, все это было взято в фитнес-центре отеля.

В ванной, в джакузи, лежал обтягивающий черный неопреновый костюм с короткими рукавами, штанины которого доходили лишь до бедер. Из-под него торчал пластиковый чехол с дайверским ножом – с резиновыми ремнями для крепления на икре.

«Скажи мне, как ты живешь, и я скажу тебе, кто ты». Очевидно, Рамона была вовсе не безобидной моделью, какой показалась на первый взгляд.

Осмотрев все помещение, но так и не обнаружив ни кошелька, ни паспорта, ни водительских прав, ни телефона, ни связки ключей, ни украшений, ни наличных денег, Снейдер остановился перед стенным сейфом.

«Шесть цифр!»

Миллион возможных комбинаций. Он взглянул на наручные часы. 22:10. Поскольку Сабина больше не выходила на связь, Рамона все еще была на пробежке.

Он набрал 0907 – девятое июля. Год рождения Рамона ему не назвала, но он предполагал, что ей около тридцати, и перебрал несколько вариантов. На пятой попытке сейф открылся. Значит, Рамоне тридцать один – и, как многие другие, она выбрала в качестве кода собственную дату рождения.

Снейдер открыл сейф, посветил внутрь фонариком телефона и нашел все, что искал. Там лежал телефон Рамоны в розовом чехле – увы, заблокированный по отпечатку пальца. К счастью, в сейфе оказался и бордовый испанский паспорт с фотографией Рамоны, в котором она была указана как Рамона Вилар, родившаяся девятого июля в Пальме.

Под ним был спрятан еще один паспорт, также с фотографией Рамоны, но уже на имя Консуэлы Хавьер, с датой рождения одиннадцатого мая и местом рождения – Мадрид. Он внимательно рассмотрел оба документа при верхнем свете: наклонял их, проверял защитные элементы, проводил пальцем по машиночитаемой зоне. По крайней мере, один из паспортов был безупречной подделкой, стоившей целое состояние, – но, чтобы определить, какой именно, потребовался бы профессиональный прибор со считывателем магнитных полос. Снейдер сфотографировал оба паспорта и отправил снимки Марку. По меньшей мере одно из имен было фальшивым – а возможно, и оба. В этом случае у него в руках находились две идеальные подделки. Им необходимо было во что бы то ни стало выяснить, кто эта женщина на самом деле и где она живет. Возможно, при обыске ее дома и анализе компьютера они узнают не только о ее контактах и связях, но и больше о планах Конрада.

Его телефон завибрировал. Сообщение от Сабины:

«На минуту потеряла – снова вижу – идет к апартаментам!»

Снейдер выругался, поспешно убрал все обратно в сейф и в самой глубине нащупал узкий мягкий кожаный футляр. «Что это, черт возьми?» Остаться и посмотреть – или лучше сейчас же убраться отсюда через террасу?

Он решил остаться, вытащил футляр и расстегнул молнию. Эта штука раскладывалась в два приема. Внутри находились не менее двенадцати отмычек из нержавеющей стали и пять натяжных ключей. Профессиональный набор взломщика. Но для чего?

В следующий момент в замке звякнул ключ. Пульс Снейдера подскочил, но внешне он остался невозмутим. Скрыться было уже нельзя. Он сложил набор, убрал его обратно в сейф, тщательно следя за тем, чтобы все лежало точно так же, как прежде.

Пока Рамона шла через прихожую – вероятно, недоумевая, почему в ее апартаментах горит свет и задернуты тяжелые портьеры, – он снова запер сейф кодовым замком, смахнул блузку с мягкого подлокотника удобного кресла для чтения и небрежно опустился в него.

Через мгновение Рамона уже стояла перед ним. Он слышал ее тяжелое дыхание и чувствовал запах пота.

– Mierda[23], – выругалась она и уставилась на него. – Что вы здесь делаете?

Снейдер остался сидеть, закинув ногу на ногу, и демонстративно провел пальцем по экрану телефона – на случай, если она услышала писк сейфа. Затем медленно оглядел ее с ног до головы. На ней были прочные беговые кроссовки, черный спортивный костюм на тонких бретелях, на запястье – повязка от пота, а волосы собраны в пучок. Загорелая кожа и подтянутые мышцы блестели в свете потолочной лампы. Сейчас Рамона Вилар выглядела уже не такой элегантной, как при их первой встрече: она вспотела и запыхалась, словно только что пробежала марафон за рекордное время.

– Что я здесь делаю, Рамона? – повторил он. И на мгновение подумал о дайверском ноже в джакузи, до которого она могла добраться в считаные секунды. Сам он был без оружия: сознательно не взял «глок», будучи уверен, что пистолет ему не понадобится. – Я всего лишь осторожен и перестраховываюсь, прежде чем доверять человеку, которого еще плохо знаю. В конце концов, немецкое БКА у меня на хвосте.

Она уперла руки в бока.

– И вы всерьез думаете, что я работаю на этих ублюдков?

– Не на БКА, но, может быть, на Centro Nacional de Inteligencia[24]. Вполне возможно.

– Точно нет. Испанская разведка убила моих родителей. – Ее взгляд стал холодным.

– Мне жаль, – тихо сказал он.

Рамона провела повязкой по лбу, вытирая пот.

– Ладно, а что вы искали?

– Микрофоны, жучки, служебный телефон, полицейское удостоверение.

– И нашли что-нибудь?

– Нет.

– Тогда я надеюсь, что теперь вы мне доверяете.

– Да. – Снейдер встал и убрал телефон. Затем сунул руку в задний карман брюк, достал два листа, которые заранее скопировал в своем номере, и развернул их. – Вот список зарегистрированных участников завтрашнего воркшопа.

Рамона взяла листы, но прежде, чем взглянуть на них, подошла к мини-бару, достала пластиковую бутылку минералки и выпила ее залпом. Небрежно бросив пустую бутылку на пол, закрыла холодильник пяткой и изучила список.

– Двенадцать участниц, – отметила она.

– Возможно, будет еще больше.

– Не так-то просто… – Рамона прижала ладонь ко рту, сдерживая отрыжку, – но выполнимо.

– Надеюсь. Вам что-нибудь еще нужно?

– Нет, увидимся завтра в одиннадцать в зале для семинара.

«О'кей, значит, ты тоже участвуешь», – подумал Снейдер. Пока он не имел ни малейшего представления, что здесь происходит, – была ли она всего лишь крошечным винтиком в огромном механизме и ее наняли для одной этой миссии на Майорке, или же она играла более значительную роль. Профессиональный набор отмычек и ее интерес к списку участников наводили на мысль, что Рамона планировала ограбить некоторых участников воркшопа. Либо это было частью ее задания, либо она действовала по собственной инициативе.

В любом случае ему нужно было подыграть и предоставить ей такую возможность, чтобы узнать, кто еще вовлечен в эту операцию, насколько разветвлена сеть и как можно выйти на Рут-Аллегру Франке.

– До завтра, – сказал Снейдер, подходя к двери. – И не облажайтесь.