Еще до того, как отправилась в путь в половине четвертого утра, Леа вынула сим-карту из своего телефона, чтобы ее нельзя было отследить и, главное, чтобы потом невозможно было доказать, что она вообще когда-либо покидала страну. Затем она выехала на «фольксвагене-жуке» и вскоре пересекла границу у Киферсфельдена.

К счастью, по дороге в мюнхенский аэропорт не было пробок, и она добралась до него за полтора часа. В паркинге аэропорта Леа активировала парковочный билет, который Вики купила онлайн еще несколько дней назад, и оставила машину. Стирать отпечатки пальцев не пришлось – на всякий случай всю дорогу она была в перчатках. Выбросив их в мусорный контейнер, она направилась к нужному терминалу.

С колотящимся сердцем Леа прижала паспорт Вики к экрану автомата регистрации и распечатала багажную бирку для чемодана. По работе ей постоянно приходилось летать, и обычно все эти действия были для нее чистой рутиной. Но сейчас, в роли Вики, пульс у нее зашкаливал.

– Успокойся, – сказала Камилла. – Что может пойти не так?

– Что может пойти не так? – прошипела Леа. – Меня отсеют на контроле и выяснится, что я вовсе не Вики? Или что Вики летит не одна, и все вскроется? Да я могу назвать десятки вещей, которые могут пойти не так!

– Сохраняй хладнокровие!

– Я сейчас такая же хладнокровная, как атомная электростанция за мгновение до расплавления реактора. – Леа с усилием закинула чемодан на багажную ленту, отсканировала код и наблюдала, как чемодан плавно заскользил по конвейеру и исчез за черной шторой.

– Так, теперь остался контроль безопасности, – сказала Камилла. – Налево по коридору.

– Да знаю я. И замолчи уже, мне нужно сосредоточиться, – пробормотала Леа.

– Надень очки!

Она вытащила очки из футляра, надела их, прошла с посадочным талоном через стеклянную перегородку, которая автоматически раздвинулась в стороны, и встала к ожидающим пассажирам. Наконец подошла ее очередь. Она положила дорожную сумку и поясную сумку в пластиковые лотки.

– У вас есть жидкости или ноутбук?

– Нет, – прохрипела Леа.

Сотрудница службы безопасности жестом пригласила ее пройти через металлодетектор. Он сработал. Леа прошла еще раз – сигнал повторился. Ее отвели в сторону, другая сотрудница тщательно ощупала ее и проверила ручным сканером.

– У вас есть металлические предметы?

– Нет. – Внезапно Леа почувствовала прилив жара, и пот выступил из каждой поры. – У меня штифты в плечевом суставе.

В этот момент ручной сканер запищал на уровне левого плеча. Обычно сканеры на это не реагировали, но, по всей видимости, в мюнхенском аэропорту оборудование было настроено чувствительнее.

– Паспорт имплантата? – спросила сотрудница.

– Черт. Мы забыли его дома.

Но даже если бы они с Камиллой вспомнили о нем, показать его все равно было бы нельзя – документ был оформлен не на Вики, а на ее собственное имя.

– К сожалению, я оставила его в боковом кармане чемодана, – солгала Леа с улыбкой. – Обычно сканеры не срабатывают. – Она оттянула черную футболку Sex Pistols с плеча и показала длинный шрам.

– Хорошо, проходите. Но в следующий раз не забывайте.

– Обязательно. Спасибо. – Леа подошла к ленте, надела поясную сумку, закинула дорожную сумку на плечо и направилась к ближайшему табло с информацией о рейсах.

– Повезло!

– А почему ты об этом не подумала? – прошипела Леа.

– Ну, я тоже не безупречна.

Леа сняла очки и начала искать на большом экране свой рейс «Люфтганзы». Номер выхода на посадку уже был указан. Десять минут пешком – так что времени еще хватало. Она выбрала кафе с высокими столиками прямо у большого стеклянного фасада. Оттуда открывался вид на гейты, к которым поочередно подстыковывались самолеты, а за ними на горизонте зарождалась тонкая полоска оранжевого света.

Откуда-то с направления ее гейта раздался лай собаки. Леа мельком огляделась, но ничего подозрительного не заметила. Затем она выпила капучино с миндальным молоком, съела круассан и надеялась, что в ближайшие дни Гернот будет так занят с матерью, что забудет ей позвонить. В конце концов, она включит телефон снова только по возвращении в Австрию – а это должно было случиться не позднее десяти утра пятницы.

– Надеюсь, дома тебя никто не навестит, – сказала Камилла.

– Зачем? – удивилась Леа.

– Чтобы узнать, как ты после твоего «летнего гриппа».