– Но для вашего грандиозного плана вам сначала нужны были деньги, – с трудом выдавила Сабина. Ей как-то нужно было удержать Дегенхарда в разговоре.

– Верно. Конрад предложил интересную идею с курортными воркшопами. А у меня были международные контакты с молодыми людьми из леворадикальной среды, которые хотели сами управлять своим будущим и только ждали возможности наконец-то сделать что-то по-настоящему значимое.

– Вместе вы тогда и создали следующее поколение РАФ.

– Конрад был духовным отцом нашей философии. У него еще оставались старые связи, и вместе мы быстро нашли много новых молодых сторонников, готовых отказаться от всего, чтобы идти с нами по этому радикальному пути революции до самого конца. Вы даже не представляете, сколько людей больше не хотят жить, как сытые овцы в полусне.

– А заодно вы обобрали несколько капиталистических толстосумов…

– Да, чтобы финансировать движение, – перебил он ее.

– Или чтобы разбогатеть самим? – язвительно спросила Сабина.

– Вы понятия не имеете, о чем говорите, и не представляете, куда движется этот мир, если курс срочно не будет скорректирован, – рявкнул на нее Дегенхард. – Крупные банковские счета, алмазы, акции и золотые запасы никому не помогут, если планета пойдет ко дну из-за нашего капиталистического безумия, которое ведет нас всех к краю пропасти. Вся политическая система с ее коррумпированными институтами должна быть свергнута, чтобы люди в этой стране наконец прозрели.

– А страдания, которые вы при этом причиняете? – спросила она. – Вероятно, всего лишь необходимая жертва, так?

– Верно. – Дегенхард снова успокоился. – Как и ваша смерть. Хватит философствовать. И так ясно, что вы меня не переубедите, как и я вас. Вы просто не понимаете – как и многие ваши сограждане.

– Значит, я слишком глупа, слишком мало понимаю, и поэтому меня можно просто принести в жертву? Как и всех тех людей, которые погибли в ваших терактах?

Дегенхард больше не стал вступать в дискуссию.

– Я достаточно подробно ответил на ваши вопросы. Переходим к делу: где блокнот?

– Зачем вообще существует этот блокнот?

Дегенхард снова проигнорировал вопрос.

– Где он, черт возьми? – Он опустился на колени рядом с ней и со всей силы прижал глушитель к ране на ее бедре.

Сабина застонала сквозь стиснутые зубы и начала задыхаться.

– Зачем… этот блокнот?

– Откуда мне знать? – закричал Дегенхард. – Конрад был хронически недоверчивым параноиком. Видимо, хотел подстраховаться. Ведь когда он вступил со мной в рискованную связь, я уже был вторым по значимости после министра внутренних дел. – Слюна брызнула у него изо рта. – Если бы кто-нибудь однажды его предал, он мог бы утащить всех нас за собой. Где блокнот? Мое терпение на исходе.

Он был так близко, что Сабина могла бы схватить его за руку с пистолетом, но риск был слишком велик – он мог рефлекторно выстрелить ей в ногу второй раз.

– Вы не найдете этот блокнот, – тяжело выдохнула она. – Его забрал Снейдер, и он вас им уничтожит.

Наконец Дегенхард убрал оружие от раны, но облегчение Сабины от утихшей боли было недолгим. Он поднялся, сделал шаг назад и прицелился в нее.

– Если так, я могу с чистой совестью вас казнить.

Сабина глубоко вдохнула, увидев, как его палец снова ложится на спусковой крючок. Ее время истекло. Она сосредоточила взгляд на стволе пистолета, чтобы осознанно прожить последний момент, как вдруг почувствовала резкий запах – свежего, влажного бетона. «Неужели мне это кажется?»

– Что? – прохрипела она.

Дегенхард вытянул руку.

– Вы стоите на пути нашего движения.

– Нет, не стоит, – раздался голос у двери.