Все соглашения уже были утверждены в системе Совета. Обоюдное согласие на смертельную дуэль на почве личного конфликта, связанного со спором о помолвке. Условий сдачи нет. Дом не может предъявлять претензии победителю независимо от хода дуэли. Жаль только «трофей» взять нельзя, как если бы на меня просто где-то напали, и без официального тотализатора.

– Готов к смерти? – крикнул мне Уотс.

– Готов убивать, здоровяк. Ты очень не нравишься Софи, а я дурак, любящий помогать девушкам. Особенно дорогим подругам, – ответил я, достав меч. Ну а Уотс стоял… со здоровенным магнитным пулеметом. М-да… ну и «дуэлянт».

Прозвучал громкий сигнал, большую арену накрыло куполом.

– Эйгон Ауэр против Уотса Кеннинга, смертельная дуэль, ограничений на оборудование нет, условий остановки дуэли судьями нет.

Шлем уже был на мне, в левую руку скользнул пульт от маневрового. Передачу голоса наружу выключил. Чтобы без скачков силы, зайдем с козырей.

– Рок’лиэрт на ди’анат са-армит… – начал я другое заклинание, этот меч выдержит. Каждое слово уже привычно отдавалось в душе. Я привыкал к магии и этому языку, лучше контролировал мысли, такой метод использования магии выходил все лучше, и сила росла. – …Дас’ма эрт.

Простая фраза: «Да замерзнет энергия моей души и покроет клинок». Точнее первое слово имело более глубокий смысл: «Да обратится энергией, пожирающей всякое тепло». Серый с оранжевым клинок тут же охватил мощнейший поток стихийного холода. Экзо-артефакт без проблем выдерживал мою силу.

– Начали! – скомандовали по арене, и я сразу рванул вверх, ведь Уотс начал лупить из своего пулемета. Я же всю силу ядра перевел в защиту и начал перемещаться жутко ломаной траекторией.

Около Уотса засияла белая магия, и в меня выстрелил луч света. А потом оранжевая стала вырывать из неровной земли арены, камни плавить и пускать натуральными лавовыми сгустками. Спорная магия, в полете сгустки частично разбивались на капли давлением воздуха, и они сильно теряли в температуре, а ведь маны на разогрев тратится очень много. Это не воспламенение маны, что происходит, когда нужно. С другой стороны, если такое попадет на кожу – мало не покажется.

Мне пришлось скакать как безумному, нагоняя в движке холода, ожидая, пока он немного выдохнется. Наполовину, на одних рефлексах. Как же не хватает старых имплантов! В боевом маневрировании я крайне умел, но когда в тебя лупят с такой силой, становится… сложновато!

Твою ж!

Едва затормозил, мимо меня пролетел особенно большой оплавленный булыжник.

– Сдавайся, сдавайся, калека! Сдавайся и проси прощения! И тогда я пощажу тебя! Через пару недель встанешь с койки!

Я же игнорировал: звук же выключен, да и говорить с такими людьми не о чем.

– Хватит бегать, трус! Прими бой как мужчина!

Принять ураганный обстрел из пулемета? К счастью, арена большая, а стреляет он не очень. Прошла минута, другая. Щиты понемногу истощались, Анкил один раз уже успел уйти в защиту от перегрузки, приняв полную очередь до перегрева из тяжелого ручного оружия.

Придурок плохо умел оперировать перегревающимся оружием, все время, выводя его в крит и аварийную блокировку, мигающую красной лампочкой. Но в эти моменты он усиливал напор магии. Но постепенно он начал и магию метать реже, позволив перейти в наступление.

Барьер, созданный изогнутыми, похожими на кинжалы летающими блоками, встал передо мной. В лоб ударил обстрел мощной пушки, и я резко сместился правее, начав обходить по дуге. Маневр за маневром, я сокращал дистанцию.

– Вспышка! – крикнул Уотс, и вокруг него зажглись десятки иллюзорных огней, мешающих обзору. Сам он скрылся хреновой иллюзией, вот только его аура не скрыта, а мы не в ближнем бою, чтобы секундное замешательство что-то решило.

Земля передо мной взорвалась, и я скакнул вверх, кувыркнувшись.

– Лабиринт.

Вокруг зажглась новая иллюзия, пока возле Уотса возникали иллюзорные стены его магии. Мне в лицо ударила волна света и расплавленных камешков, даже какой-то лазер из спрятанной в броне пушки пальнул навстречу. И скорость мужика впечатляла. Пока я падал на него с выставленным мечом, он успел развернуться и выставить перегревшийся пулемет в блоке. Анкил опять свернулся, но и не важно.

Контроль массы – семикратная.

Клинок пробил очень прочный барьер и ударился об оружие, поток холода промораживал металл, крошил, но все же это не разрушительная стихия. Тем не менее пулемет оказался сильно поврежден, а Уотс немного присел под силой удара.

Резкий рывок и ухожу левее от удара пулеметом на манер дубины, скрывшись за иллюзорной стеной Лабиринта. Мимо пролетает расплавленный камень и выкинутый пулемет. Следом же накрывает залп мелких лавовых капель. Щиты держат слабый удар, но иллюзия рушится.

Прекращаю отступление и бегу в лобовую на Уотса, доставшего крупный меч с движком на обратной стороне. Ударит таким – мало не покажется. Вот только…

Он не пользуется маневровыми, видимо счел, что не хватит умения для боевой акробатики. А вот мне хватит.

Пригибаюсь под чудовищно быстрым ударом меча, которым он пытался снести мне голову, и на импульсе прыгаю мимо него. Разворот… быстрый, сукин сын! Но этого мало.

Искаженный Свет опускается на тяжелый левый наруч здоровяка, металл раскалывается, но меч застревает. Руку начинает замораживать.

– Сука, умри! – он заносит меч в правой руке, двинув левой так, что мой клинок застрял… То есть я касаюсь его проводником.

Контроль массы.

Уотс дернулся и заорал, резко присел, слишком много он сейчас весил. Достаточно сильное сопротивление от его ауры при слабом ядре, даже трехкратной не вышло, но этого хватило. Я же в тот момент выдернул клинок. Туша споткнулась и падала на меня – выпад.

Он налетел шеей на прочнейшее острие, источающее столько холода, что все зачарования брони слетали, а она сама портилась. Удар отдался в руках, и я прокатился на подошвах назад. Меч пробил шею и уперся в бронеплиту сзади. Никаких криков, никаких попыток схватиться за горло: позвоночник мгновенно заморозило вместе с артериями. Мастер разрушения с грохотом упал на землю, аура гасла.

– Победитель Эйгон Ауэр!

Я выдернул меч из полностью замороженной шеи, ненадолго включив зачарование клинка и подтопив ледышку. Вокруг на арене были чудовищные разрушения, но за восстановление платит Дом проигравшего, и, собственно, все эти разрушения нанес Уотс. Рытвины, остывающие камни и разбросанные всюду снаряды магнитной пушки. Ранг не просто так называется «мастером разрушения» – начиная с него можно начинать зримо влиять на ландшафт.

Он вполне мог бы пробить мои щиты, будь я немного слабее или попадай он чаще. К несчастью для него, в «Пилигриме» есть системы радиоэлектронных помех и глушилки моей ауры, помощь в прицеливании сбоила. Не зря это легкий костюм с упором на незаметность. Нужно только умение скакать достаточно быстро и со знанием дела.

Единственное, надеюсь, ни у кого не возникнет вопроса, почему он упал. Споткнулся, бывает. Ну а системы костюма искажение гравитации не зафиксировали, поскольку его не было, тут я спокоен. На магию пространства не спишут.

Я козырнул Хансу, у которого глаза как блюдца были, и улыбающейся Лили. Покинул арену и уже на выходе встретил Софи.

– Ну что, довольна? Помог я тебе, – хмыкнул я.

– Ты мне сделал уже два подарка за день, – она поцеловала меня и обняла, а потом сказала тихо на ухо: – Но я жду третий.

– Будет, – совершенно не удивился я.

Но пока мы вернулись в поместье Вальтер на праздничный ужин. Вообще он должен был пройти в кругу семьи, но после подарка ядра ее родители сами меня приглашали. Заодно познакомился с ее сестрами и братьями. Ну и София захотела ночевать не дома, мы вместе вернулись в Дельвиг под конец цикла.

Точнее она постеснялась устраивать разврат под носом у семьи. И устраивать было что, у Софии с собой приличного размера сумка и имелась в ней не только гражданская одежда и всякие женские гигиенические штучки для гладкой кожи. В общем, я удивлялся ее пристрастиям, но потакал на полную. Мия в эту ночь, догадываясь, что будет, с нами не осталась. Понимающая девушка.

Еще день отметился парой прилетевших угроз от патриарха Кеннинга, которые тут же отправились в комитет по отношениям Домов. Открытая письменная угроза – это перебор, а идиот-сынок сам виноват, что границ не видел. Тем более это меня на дуэль вызвали. Одно неправильное движение Кеннингов в мою сторону и те огребут штрафы, болезненные даже для Старшего Дома. Могут попробовать гадить скрытно, но калибр их как врага меркнет на фоне Домов Чисин и Левитан.

Так или иначе, вскоре настал день отправки в экспедицию. Конечно, я записался добровольцем, а вот Софию, увы, оставили в запасе. Есть же и другие миссии.

– Вали уже, – зевнула Мия с утра, в одной тонкой ночной рубашке ворочаясь на разложенном диване. Вполне удобном, квартиру все же не менял. – Зато буду засыпать, не думая о том, что может за стенкой происходить.

– А поцелуй на прощение? – хмыкнул я, надевая броню. Хотя с такой позиции выглядит предельно странно: девушка живет с парочкой любовников и ее это, кажется, не беспокоит. Странная она.

– Только если для фотографии отцу, – недобро прищурилась Мия.

– Тогда предлагаю, чтобы вы с двух сторон, сменю аватарку в профиле.

– Смотрю, смерти ты не боишься. Удачи, хотя что с тобой будет, – она обняла подушку, положив на нее голову, и снова заснула. Софи чмокнула меня на прощание, кстати, вопреки всем ее стараниям, ребенка у нас не намечалось.

Оставил девушек досыпать и пошел к интенданту, а потом на точку сбора на аэродроме. Команда, правда, странная оказалась. А команда обязательна – может случиться идти по опасным осколкам.

Я, Рейн, Джерт Топфер – тот целитель, что знал о Мие, а также Хайди.

Встретился с зелеными глазками и посмотрел с прищуром. Лично она девушка приличная, хоть и бывает резкой, но вот остальное… Она подошла ближе.

– Не волнуйся, пока в приоритете… ну… сблизиться и секреты выведать. Захват в осколке проблематичен, сам понимаешь.

– Ладно, маленькая шпионка, прикроем друг друга?

– Да, – она пожала мне руку. Пока выяснить, кто она такая, мне не удалось.

– Я прямо волнуюсь, – сказал подошедший к нам Рейн. – Дальний поход.

– Не такой уж дальний, – заметила Хайди. – Самое большое, на дистанцию четырех-пяти разломов отойдем. Цианус не может быть слишком далеко. Будем разведывать ближайшие.

– А ты была на такой дистанции? – удивился он.

– Ам… нет, тоже лишь в соседних… просто много читала о дальних миссиях. Эйгон, а куда ты столько набрал?

Я глянул на себя, навесившего на пояс и ноги дополнительные кармашки. Запас суперкалорийной еды, вода, водные фильтры, энергоячейки, пара запасных дронов для проверки разломов. Даже компактный сканер припас.

– Всякое может произойти. О, Джерт, добрый день, – увидел я целителя и пожал руку. Кроме этого, он огневик, но два ядра у него для исцеления. Уже не раз с ним общался. Неплохой мужик, душевный. Правда, слышал я, как он тренировал новобранцев. Там он становится карикатурным сержантом, у которого ученики даже после тренировки по привычке строем ходят.

– Добрый, вижу, ты хорошо подготовился. Правильное решение, – одобрил он. – Как ранг?

– Эликсир выпил, я близко к границе… но не хватило, – проворчал я. – А твой?

– Увы, мне тоже не хватило, – вздохнул он. Также недавно достал себе эликсир. – В общем, на эту миссию я командир отряда. Охотнику мне сказать нечего, но у вас опыта меньше, ведите себя осторожнее.

– Разумеется, – одновременно сказали Хайди и Рейн.

Мы загружались на самолеты, с нами будет много оборудования. Подобная экспедиция предполагает формирование множества групп, исполняющих свои роли. Мы – разведчики, носимся по осколкам, ищем разломы. Основная группа – штаб и легкие грузовые летающие транспорта. Там командование, решения о прокладке маршрута и перемещении, и место пополнения расходников. С ними идут оборонительные отряды сильных магов. Третья группа – охранники разломов с устройствами стабилизации. Найдем интересный разлом – такие встают около него. И если появятся признаки схлопывания – сигналят тревогу всем внутри. Продлиться экспедиция может несколько недель, исследуя сеть доступных осколков, что постепенно меняется с появлением новых разломов.

Сейчас все это дело собиралось и летело к разлому Великого Дома Авадья. Относительно слабый, лишь пару сотен лет как получивший место. К Ауэрам они нейтральны, но там столько людей будет, что Левитаны и Гиммлеры никаких фокусов исполнить не смогут. На случай попытки схлопнуть разлом или протащить что-то на пути к Иллиону ставят серьезные посты.

Первый разлом появился недавно у границы Иллиона. Больше военных сил в одном месте видел только во время прорыва Бича человечества. Внутрь могли пролетать и довольно крупные транспорта, но вот что будет дальше – неизвестно. Сам разлом вел в малость сухую пустынную равнину с минимальным уровнем искажения. Высокая мана, есть полезные ископаемые и сильные монстры, но ничего примечательного. Штаб разместился ближе к центру, а разведчики вылетели во всех направлениях.

Посмотрим, найдем ли мы путь в Цианус.

Густав Кеннинг скрежетал зубами, смотря на полученное им сообщение. Комитет по отношениям Домов выслал предупреждение о жестоком наказании Дома в случае нарушения дуэльного соглашения: род проигравшего не может мстить роду победителя независимо от условий. Ограждающий механизм, без которого многие дуэли потеряли бы смысл, а потому систему наказаний взвинтили до такого уровня, что предельной карательной мерой даже для патриарха Старшего Дома была отправка в Авангард с лишением права занимать его пост, подобное применено при успешно свершенной мести. Просто покушение на убийство – штрафы на десятки миллионов.

– Сученыш, я его закопаю!

Густав отпил прямо из горла бутылки с дорогим алкоголем. Одна пустая уже стояла на столе рядом, но усиление тела в значительной мере мешало пьянеть, быстро справляясь с алкоголем в крови.

– Остановись, ты навредишь Дому, – сказала его жена, что стояла около кресла, сложив руки на груди. – Чем ты думал, посылая угрозы?

– Заткнись, женщина! Убирайся в свою комнату, пока я с этим разберусь.

– Не поможет, – равнодушно сказала она, уже давно привыкшая к такому мужу.

– Нашего сына сегодня убили! Моего наследника прирезали мечом! Это какой-то экзо-артефакт, да! Нужно написать о нарушении правил дуэли! – Мужчина стал немного невпопад печатать обращение с обвинением Эйгона Ауэра в нарушении правил.

– Даже если и экзо-артефакт, что с того? Правила были без ограничения на оборудование, не позорься, – она сморщилась. – Ты отстранил меня от воспитания сына, и вот к чему это привело. Соммер Вальтер уже отмечала, что Уотс вел себя до неприличия грубо, и София это не терпела, потому и…

– Заткнись, женщина! – рявкнул он, вскакивая. – Ты забыла свое место! Но я напомню! А потом Вальтерам и их шлюхе-дочке! И Ауэров закопаю, у них столько врагов, никто не поймет, кто!

– У Ауэров много врагов, – сохранила она тот же спокойный тон, смотря в раскрасневшиеся глаза мужа с флегматичной отрешенностью. – И вот тебе совет от тех, кто когда-то воевал с ними: не недооценивай Великий Дом, даже бывший. Они даже сейчас сожрут Кеннингов. Или победа боевого мага над мастером разрушения недостаточно убедительна? Даже царапину не получил.

Густав яростно взревел и шагнул вперед, попытавшись дать пощечину жене, но та перехватила его руку и ловко кинула через себя на пол.

– Мы разводимся, алкоголик. А это, чтобы ты совсем не спился, – полупрозрачная волна силового удара смяла деревянный шкаф, заполненный бутылками, многие имели выдержку в сотню лет. Некоторые были привезены из Дэруса, что увеличивало их ценность многократно.

Со звуком бьющегося стекла и треском деревяшек многие литры алкоголя полились на дорогой ковер.

– Нет, уничтожу! И твой род уничтожу! А тебя запру в подвале, будешь шелковой! Союзу конец!

– Союзу давно конец, кретин, – засмеялась она, уходя к двери, пока уже бывший муж пытался встать. – Это были худшие годы, но они принесли моему Дому немало. Ах да, девочек я забираю, я еще смогу воспитать из них достойных людей.

– Нет, приказ патриарха, стоять!

Его проигнорировали. Густав пытался встать, но тут понял, что засыпает. В бутылку ему незаметно подкинули сильное снотворное. Когда он проснулся, его жены и двух младших дочерей уже не было. Он так и лежал на полу, поскольку его жена перед уходом приказала не беспокоить патриарха.

Мужчина нервно крякнул, когда увидел уведомление на коммуникаторе: его жена много лет готовилась к разводу и за его спиной проворачивала сделки, завязывала многие активы дома на себя и стала их фактическим владельцем. Она не только получила право оставить себе младших дочерей, возвращаясь в родной Дом, но и забрала с собой почти половину имущества Дома. Исключительный случай и юрист, также получивший все документы, давал неутешительный прогноз: вряд ли это удастся оспорить в суде. Разве что война Домов, но и здесь Кеннинг скорее всего проиграют.

– Отомщу… и тебе, и Ауэрам… – мужчина стиснул зубы, понимая, что теперь тем более не готов идти против гигантов Литцена. – Тогда… Вальтерам. Да, хотя бы им, они не будут готовы, – он нашел контакт своего советника, который был в курсе всех дел Дома.

– Найди мне лучшего киллера. Такого, что пролезет даже в Дельвиг.

– Как прикажете, – коротко ответил его советник и отключился. Просто так оставить это он не мог.