Сижу себе я дома и пишу,

Три нищенки вдруг входят.

Хоть я и не прошу,

Пророчат все они

Мне вскоре злой конец.

А я – портняжка бедный,

Мне Бог во всем отец.

Нет хлеба, я же бедный,

Портняжка – не скупец.

Одной дано тянуть, плести – другой,

А ножницы у третьей

Готовы под рукой.

Сказали мне они:

«Ждет злой тебя конец,

Хоть ты – портняжка бедный,

Ты сгинешь, как подлец.

Дай хлеба, дурень бедный,

Бессовестный скупец».

Сижу себе я дома и пишу,

Три девы прилетели,

Хоть я и не прошу,

Пропели мне они

О вечности святой.

Тогда портняжка бедный,

Еще б был век живой.

И хлеб бы ел он, бедный,

Путь совершая свой.

Одна с копьем, и лира у другой,

А третья лавра ветвь несет

Для вечности святой.

И первая поет:

«Снищи копьем в борьбе

Венец из ветви лавра,

Он вечность даст тебе!»

Помог бы кто портняжке,

Дал силы бы в борьбе.

Тут старая ехидна за ножницы взялась,

Я поднял на нее копье,

В окно чтоб убралась,

И я ей наказал:

«Твой скорый злой конец

Не страшен мне, портняжке.

Поможет мне Отец».

Эх, дали бы портняжке

Краюшку, наконец.

Тут третья протянула свою мне лавра ветвь,

Но голова большая,

И слишком мал венец.

Пропела мне вторая:

«Для должного венца,

Тебе б сгодилась лира,

Ты пел бы без конца!»

Ах, бедному портняжке

Глоточек бы винца.

Прекраснейшая дева ко мне тогда вошла

И прямо с небосвода

Вина мне принесла.

А я спел для нее,

На лире ей сыграл.

Лавр вырос надо мною,

В тени нас укрывал.

Колечко дорогое

Она клала в бокал.

Сижу себе я дома и пою,

Вино я допиваю,

Кольцо возлюбленной ловлю,

Старух своих учу.

Старух тех сон берет,

Возлюбленная нити

Теперь за них прядет

И бедного портняжку

Уж под венец зовет.

Старуха, что снаружи всё ножницы острит,

Портняцким знаком стала,

Клиентов к нам манит,

А я уж им пою

О том, что злой конец

Порою только мнится,

Что нас спасет Отец,

Ведь бедному портняжке

Он хлеб дал и венец.