ГОСПОДА В ЯРОСТИ

Южная Моравия, городок Зноймо

20 января 1948 года, около шести часов вечера

Несколько очень серьёзных джентльменов

На этот раз в солидном кабинете собрались только настоящие джентльмены: мистер Браун, мистер Тейлор и лорд фельдмаршал — по каковому случаю знамя Европейской коалиции новой цивилизации было свёрнуто и отставлено в угол, а на парадное место помещено знамя Королевства англов (да, именно это, а не Британского островного союза, в который помимо благородных англов входили куда менее благородные гэлы, скотты и пикты).

— Знаете, господа, наши встречи всё больше и больше напоминают мне мою «работу над ошибками» в университете дипломатии, — проворчал лорд фельдмаршал. — Там тоже давали задание, полное заранее неверных предпосылок, и смотрели, как ты выкрутишься.

— Мне тоже это не доставляет никакого удовольствия, сэр, — поджал губы Тейлор, — но необходимость…

— Предлагаю для начала определиться с фактами, джентльмены, — скупо кивнул Браун. — С тем, что мы можем таковыми считать.

— Даже так, мистер Браун? — кривовато усмехнулся лорд фельдмаршал. — Забавная формулировка. Поясните, будьте так любезны, свою мысль.

— Легко. Итак, что мы можем утверждать с более-менее приемлемыми допусками? Против нас работает мощный маг, который не погиб, не улетел и даже не затаился. По этому пункту возражения есть? Нет? Далее. Я считаю, что данный менталист входит если не в десятку, то в первую сотню страны — точно. Более того, ему совершенно наплевать на истощение магического поля, поскольку его деятельность затронула уже несколько областей, в том числе тех, на которых установки-подавители работают без сбоев. И даже теоретическая возможность работы в условиях подавления чрезвычайно удивляет экспертов. Возражения?

— Позвольте вопрос, — шевельнул пальцами Тейлор.

— Конечно, коллега, что у вас?

— Вы намеренно убираете возможность что против нас работает некромант? В этом случае, согласитесь, маг не будет скован недостатком энергии. Эманации смерти…

— Вы серьёзно, Тейлор? — лорд фельдмаршал вытаращился на говорящего так, что его мясистое лицо, утяжелённое бакенбардами, сделалось похожим на бульдожью морду. — Архимаг-некромант⁈ Маг такой силы, что способен повелевать несколькими десятками неупокоенных? Даже господарь Валахии по общеизвестным данным… — тут лорд фельдмаршал выпятил нижнюю губу и скептически затряс головой. Щёки заколыхались.

— Именно что по общеизвестным, сэр! — не сдался Тейлор. — А что если эти данные, скажем так, не вполне корректны?

— Вы сомневаетесь в работе аналитических отделов Коалиции?

— Именно! Я очень серьёзно сомневаюсь, сэр! Особенно в работе наших дорогих союзников.

— М-мрх! — недовольно крякнул лорд фельдмаршал. — Именно поэтому сегодня мы собрались узким кругом, господа. От всех этих… — он снова издал невнятный горловой звук, — слишком мало толку и слишком много шума. — Лорд фельдмаршал вспомнил обеденное срочное совещание в этом же кабинете и невольно вздрогнул плечами и щеками…

...

— Значит, тот маг-диверсант не был эвакуирован на русском дирижабле, — вскочив, затряс кривым пальцем мелкорослый и лысый представитель ордена «Возрождённых Тамплиеров», — что автоматически…

— Это ничего, как вы говорите, «автоматически» не значит! — громко и возмущённо перебил его франкский майор. Он так близко наклонился к тамплиеру, что, казалось, сейчас порежет ему лысину своим острым носом. — Разгромлена база, собранная добыча с которой, — о, боги, он так и сказал — «добыча»! — должна была отправиться в наше королевство! Снова пострадали франки! Мы потеряли столько, что это даже в не укладывается в уме! Как мне прикажете писать докладные⁈

— Буквами! — неожиданно рявкнул всегда спокойный италийский полковник. — Буквами писать! Не нужно излишне драматизировать и устраивать нам истерику по поводу ваших материальных потерь! Разве вас не волнует падение морали среди воинских подразделений? — Италиец пригладил благородную седину и опустился в кресло. — Уже за время, что мы отслеживаем действия этого субъекта…

— Скажите честно: «фиксируем»! — едко заметил тамплиер.

— Пусть «фиксируем», — дёрнул щекой италиец, — неважно! Он умудрился уничтожить лабораторию, выкрасть Морачевскую и её воспитанников, организовать бегство целого лагеря рабочей силы! Это не считая простых — простых! — потерь среди войск внутренних гарнизонов. А место дислокации отрядов очистки территорий? Это я ещё молчу про подрыв морали всего воинского контингента. Мои данные утверждают это со стопроцентной гарантией! Рядовые уже не доверяют сослуживцам, которых не видели более четверти часа! Об офицерах и говорить не приходится!

— Это потому что вы всегда были трусами! — фыркнул франк.

— То-то мы не можем добиться прибытия ни одного франкского отряда усиления даже на территорию округа Мистельбах! — огрызнулся италиец.

— Кстати! — Тамплиер подпрыгнул на стуле и обернулся к франку. — Наши франкские союзники утверждали в докладах, что белый зверь, неоднократно замеченный в сопровождении мага, уничтожен. Якобы прямым попаданием из главного калибра их хвалёных ползунов! И?.. Я вас спрашиваю! Не делайте вид, что это не ваши заявления! Вот! Вот свидетельские показания трёх выживших в нападении на базу «Новых Тамплиеров»! Белый зверь — волк, медведь, собака, или что-то подобное — жив и прекрасно себя чувствует! Нет животных или химер, могущих пережить попадание из пушки! Без последствий!

Лорд фельдмаршал беспомощно наблюдал за разгорающимся скандалом.

— Вы хотите сказать, что я лжец⁈ — взревел, вскакивая, франк.

— Заткнитесь! — Второй раз за совещание рявкнул италиец. — Или говорите, что вы хотели до нас донести, или заткнитесь! Это не ваши части несут невосполнимые потери. Постоянно! И без каких-либо внятных результатов. Нас уничтожают, вам это понятно? Я требую решительных действий! Вы в курсе, что несколько подразделений самовольно оставили регион дислокации? Солдаты не желают…

— Вы собираетесь требовать от нас сочувствия к дезертирам? — высокомерно фыркнул франк.

— Если бы эта проблема была единичным случаем… Солдаты просто отказываются находиться в этих, как они говорят «проклятых районах»!

— А вы не пытались?..

— Не затыкайте меня! И ваша практика недослушивать собеседника…

— А по-моему это кто-то перекладывает с больной головы на здоровую…

— Вернёмся к обсуждению…

— Именно! Вернёмся! Где реакция командования?

— О реакции я и хотел вам рассказать! Дайте договорить!

...

Лорд фельдмаршал сморгнул отвратительное воспоминание и нахмурился:

— Дослушаем нашего уважаемого коллегу. Говорите, мистер Браун.

Джентльмены из разведки и контрразведки обменялись короткими взглядами — экая невиданная учтивость со стороны лорда фельдмаршала!

— Я продолжу с того места, где мы остановились! — не выдавая изумления, ровно заговорил Браун: — Итак, у нас есть маг, очень сильный противник. Некромант или менталист — это сейчас не столь суть неважно, господа, главное — он существует. Исходя из проведённых им акций определён возможный район местонахождения. Признаю, он довольно обширен не только с запада на восток, но и с юга на север. Идя на это совещание, господа, я получил новую информацию…

— Что ещё? — забыв о новоприобретённой учтивости, застонал лорд фельдмаршал.

— Для начала, позвольте: экспертиза, работавшая с телами убитых офицеров базы «Страхотин», вот, — он достал лист, — позвольте, я зачитаю: «Все восемь тел характеризует общая черта: свёрнутые шеи и искусственно растянутые в улыбке рты, для чего были применены выгнутые скрепки и канцелярские резинки».

— Славков-у-Брна! — хлобыстнул ладонью по столу лорд фельдмаршал.

— Именно, сэр! Информации было так много, что на детали мало кто обратил внимание. Но стоило признать, это могло быть и случайное совпадение. Дикое, чудовищное, но совпадение. Поэтому я дал поручение сделать запрос по деталям диверсионной акции в Славкове-у-Брна. И вот та депеша, о которой я вам говорил! Анализ повреждений техники в том городе и на базе «Страхотин» показывает их абсолютно сходный характер. Работал или один и тот же маг, или маги одной школы.

Лорд-фельдмаршал откинулся на спинку кресла и задумался, шевеля брылями.

Тейлор аккуратно приподнял пальцы, показывая желание сказать.

— Говорите!

— Насколько мне известно, сэр, в распоряжении нашего фронта есть две независимых команды магов-охотников. Если нужен запрос какой-либо структуры на задействование этих групп, то Управление разведки Южного фронта подаёт такой запрос, — с этими словами он подвинул заполненный бланк в сторону лорда фельдмаршала.

Тот уцепился за предложение, заблестев глазками:

— Да. Да, господа, возможно, это выход! Я подам срочный запрос в королевскую канцелярию на привлечение этих специалистов. Обеих групп, да! Благодарю, господа. На сегодня наше совещание окончено. Надеюсь, эта новость устроит всех собравшихся?

Тейлор и Браун согласно кивнули и неслышными шагами удалились в коридор. Дойдя до лестничной клетки они слегка замедлили шаги.

— Маги-охотники, — Браун внимательно посмотрел на Тейлора. — Вы уверены в их квалификации?

— Настолько, насколько в нынешних условиях можно быть в чём-либо уверенным.

КОГДА НЕКРОМАНТУ СКУЧНО

Нижняя Австрия, округ Мистельбах, мельница Мюллера

20 января 1948 года, поздний вечер

Аркадий

После объявленных мне отцом Бенедиктом подробностей о внезапностях, которые может выкинуть мой нестандартный организм, я, честно вам скажу, как-то загрустил. А лучший способ для медведя переварить грусть — это заесть её, конечно! А потом уж переварить, да. И желательно заспать.

Так что за обедом я порадовал себя двойной порцией картошки с мясом, потом завалился спать, занавесив окно одеялом — чтоб всякие лучи меня не доставали. Спал буквально до ночи. Выспался прям до хруста! Проснувшись, подход с картошкой повторил. И свеженькими мягкими вафлями с кофием заполировал, для полной гарантии восстановления душевной гармонии.

В животе стало тепло и приятно. И я понял, что психовать совсем перестал. Чё психовать-то, когда сказали: пока что всё гармонично, да? Раз в две недели, так и быть, буду кровушки дедам сцеживать, пусть контролируют. Вот если засуетятся, что дисбаланс пошёл — тогда и я нервничать стану, а пока — фигня на палочке!

Я отставил опустевшую кружку и понял, что вся честная компания, собравшись вокруг, внимательно за мной наблюдает. И понял, что тело решительно требует куда-то бежать и творить очередную дичь. Осталось только провозгласить:

— Дамы и господа, я вам категорически заявляю: я заскучал! Есть целая ночь впереди, которую хотелось бы провести с максимальной пользой.

После подобной декларации Хотару мгновенно состроила любопытную мордочку, а Мюллеровы внуки наоборот — загрустили.

— Опять будете вести войну, и опять без нас, — пробурчал Тобиас.

Я переглянулся с Агнессой. Вот, кстати, идеальная казачья жена. Если нужно воевать мужу, значит нужно! А она уж будет дом вести. Так, что судя по всему, на сей раз воевать будем всей толпой. Опять же, будь они с нами в прошлый раз, мы б со Страхотина го-ораздо больше притаранили! На два грузовика добра!

Хотя это я тоже, внутреннюю жабу надо давить, а то, понимаешь… Едрид-мадрид, привязалось это «понимаешь»! Убью Колю!

— Отчего же? На сей раз пойдём с вами. Так что думайте: где будем наносить добро и причинять радости?

Чего-то у дойчей лица повытягивались. Не слышали подобную поговорку?

— А чего долго думать? — рубанул по воздуху Николай. — Давайте просто зачистим округу!

— Решение самое простое, но не самое разумное, — возразил я. — Мы и так в Хёрерсдорфе нашумели. Положим, все три раза я мимо пройти не мог — что с обозом, что с лабораторией, что с лагерем этим рабским. Но если сейчас мы пройдёмся метлой по окрестным гарнизонам…

— Да-да! — горячо поддержала меня Хотару. — Это будет словно крик: вот они мы! Словно кружок вокруг Клостервальда на карте обвести. Надёжнее только указатели поставить, чтоб враги видели, куда им идти.

— Действительно, — запереживал Николай. — Как же мне не пришла в голову такая простая вещь…

— А мне терять мельницу как базу совсем неохота, — заключил я. — Да и ещё такой вопрос: выяснят, разведают — где мы, подгонят батарею гаубиц и, как под Архлебовым, просто сровняют тут всё в мелкую щебёнку. А дальность у современной гаубицы за пятнадцать километров. Мы даже понять ничего не успеем.

— Да-а, — протянул Тобиас, — при таком варианте уцелеют разве что призраки.

— Нет-нет, — слегка нахмурился Мюллер, — фройляйн Хотару сохранит жизнь почти наверняка, вы не представляете мощи щитов волшебных лис. Герр Аркадий… это будет зависеть от ряда факторов. А остальные…

— Именно, господа сотоварищи, — подтвердил я. — Мы можем не успеть прикрыть остальных. Или элементарно не сдюжить. Поэтому мы не будем дёргать тигра за усы, а выберем цель подальше от Клостервальда.

— Предложения есть? — деловито упёр руки в боки Коля. — А то критиковать все молодцы! Критикуешь — предлагай!

— А тут есть какой-нибудь большой город? — спросила Хотару. — Рядом? Большой город — большой гарнизон. Там наверняка много техники, м? Герр Мюллер, идите сюда и не дуйтесь! Я знаю, у вас есть карта.

— Ага! — тут же заворчал мельник, подходя из угла поближе. — Как только что-то нужно…

— Ха! Я могу обойтись и своими запасами! — фыркнула Хотару… и извлекла на свет божий огромную и подробнейшую школьную карту Великой Германской империи. С рейками и верёвочкой! И тут же развернула её, взлетев над диваном: — Вот!

— Однако! — оторопел Мюллер. — Признаю́, вы весьма предусмотрительная особа. Но давайте всё же обойдёмся более щадящим вариантом.

Оказалось, что карты лежали там же, куда Мюллер сложил их в прошлый раз — на верху посудного шкафа.

— Кто бы мог подумать! — всплеснула руками Агнесса. — Как хорошо, что сегодня у меня все силы ушли на сортировку припасов, а я ведь хотела пройтись там мокрой тряпкой!

В общем, для карт нашли более подходящее место в комоде, а одну, тоже довольно крупную, Мюллер расстелил на столе, сообщив торжественно:

— Это карта австрийских земель Великой Германской империи!

— И где ж тут мы? — сразу полюбопытствовал Коля.

— Вот тут! — ткнул Мюллер почти в самый верх северо-восточного угла карты.

— Ага…

Все вытянули шеи в ту сторону.

— Похоже, самый крупный город рядом — Вена, — первым сказал молодой Отто. — Это почти пятьдесят километров от нас.

— О, да это ж рядом! — обрадовался я, снова увидел изумлённые немецкие лица и пояснил: — Ну… по нашим сибирским меркам — вообще близко, рукой подать.

— А там есть что-нибудь вкусное? — задумчиво спросила Хотару.

Кто о чём, а лиса о вкусняшках!

— Вена славится своими сладостям. Штрудель… — принялся рассказывать священник.

— Штрудель знаю, тётя Марта делала! — восторженно перебила его Хотару.

— Завтра я вам тоже испеку, — тихонько обещала Агнесса, а отец Бенедикт (судя по всему, уже привыкший к лисьей манере разговаривать) просто продолжил:

— Нокерльн, знаменитые венские вафли, моцарткугель, пуншкрапфен…

— Господи, как вы всё это запоминаете? — вытаращил на него глаза Коля. — Это же язык сломаешь…

— И ничего не сломаешь! Это очень-очень вкусно! — отбрил его священник.

— Как хорошо! — воскликнула Хотару. — Мы могли бы прихватить что-нибудь в их кондитерских на обратном пути. У меня освободилось немного места в хранилище!

Да-да, на пару вагонов.

— Знаменитых кондитерских домов в Вене три, — с радостью поддержал её отец Бенедикт, словно позабыв, зачем мы вообще туда собираемся, — это Демель, Захер и Слука.

— Звучит как ругательства, — подозрительно поморщилась Хотару.

— Уверяю вас, это божественно! А шоколадно-абрикосовый торт, м-м-м…

— Я вам верю, — милостиво расплылась в улыбке Хотару, — я согласна, едем в Вену!

Ну что, похоже, Хотару уже всё для себя решила. А с другой стороны — Вена так Вена, почему нет?