В космическом грузовике было темно, тесно и пахло застарелым навозом, а на полу еще валялась солома и прочая грязь. Через подслеповатые мелкие окошки пробивалась космическая заря. Именно пробивалась — чтобы свиней не пугать, которые были обычными пассажирами этого грузовика. И вот в этом хлеву мы летели на штурм космической станции! Сюр, как есть сюр! Вроде не скупердяи, в отличие от шотландцев, а пожалели денег на нормальный корабль, выбрав летающий свинарник! Ну да ладно, перетерпим. Нам с Мэг на нем лететь только до местного скайлэба. Однако, все по порядку.

На следующее утро, назначенное для операции, присутствующие встали рано и были трезвыми, хотя и с перегаром. Но тут уже над некоторыми поработал «пылесос» — хитрые таблетки от похмелья, которые по действию сами были еще те. Выдержать их — да это похуже бодуна будет, но зато длится минуты три-четыре. За это время тебя будет трясти, плющить и колбасить, пока молекулы таблетки будут искать и уничтожать ацетальдегид и прочие продукты распада. После этого тебя резко потянет в туалет, где измученные почки наконец-то выделят из себя то, что у тебя в крови. Ах да, тебе покажется, что ссышь кипятком, но это уже мелочи — последний штрих, так сказать. Но он может и оказаться последним в полном смысле — почки могут и не выдержать.

Самым трезвым и бодрым был я. Вчера без экстрима потягивал эль, поэтому сегодня был чист, как стеклышко — уж не ударную дозу мои наниты разложили на раз. Вот ведь запрограммировали их, что практически не реагируют на алкоголь, позволяя хозяину нажираться! И правда, какой толк в жизни без иногда — очень редко — экстремальной пьянки?

— А где все? — спросил я, спустившись к завтраку.

За столом сидели только Даг и Мэг.

— Уже на месте. Встретят нас на летном поле, — сказал Даг. — Там же получите оружие и снаряжение.

— Я так понимаю, что вы не летите? — спросил я у него.

— Правильно понимаете, — кивнул он. — Боец из меня никакой, я лучше буду координировать и направлять.

Ну что же, иного ответа я и не ожидал. Политики — они такие политики… Пусть довольствуется ролью руководящей и направляющей. Ему это больше нравится. Посмотрим, как получится…

А выезд получился что надо. Экипаж у нас был я те дам — ховер «Бентли», революционер деньги на комфорте не экономил. Правда, этот дизайн, нечто среднее между надгробием и Вестминстером — в жизни бы такое мегаугребище за мегабабки не купил бы. Это у меня еще одна причина ненавидеть лайми. Как и нелепый французский автопром, машины у которого вырублены топором по обкурке — это номер один на конкурсе уродства.

Наш рыдван катил по улицам Нью-Лидса, как баржа по каналу. Водитель, видимо, чувствовал себя капитаном этой лайбы, степенно и плавно поворачивая руль, словно штурвал парохода. Но в центр города мы не поехали — шофер выбрал маршрут по задворкам, к грузовому космопорту. Собственно, все космопорты, за исключением столичных, есть грузовые с небольшими пассажирскими причалами. Это не аэровокзал для местных перевозок, которые довольно развиты на любой планете.

Когда мы подъехали к летному полю, я поразился огромному количеству шаттлов всех мастей, сновавших туда-сюда. В основном вверх и вниз. До орбиты и назад. Вполне естественно — большинство из крупного тоннажа не то, что сесть на планету не могут, а теоретически для этого не предназначены. Строить огромный корабль, защищенный по последнему слову и имеющий обшивку для входа в атмосферу — просто безумие. Больше половины стоимости и веса уйдет только на эту теплозащиту и генераторы поля высокой плотности. Гораздо проще строить рейсовые суда из пункта А в пункт Б, а загружать их с помощью вот таких вот юрких, не особо больших шаттлов. Хотя некоторые из них размером с крейсер, не такой уж и маленький.

— Теперь поняли, почему довольно просто проскользнуть незамеченными? — усмехнулся Даг. — При таком орбитальном траффике это несложно.

— Дай-то бог, — сказал я.

— Главное, самим не сплоховать, — ответил Даг и постучал щегольской тростью в бронестекло, отделяющее водителя от салона.

Тот кивнул и тормознул у самых границ летного поля.

— Корабль найдете сами. Не хочу облегчать задачу мусорам. Прощайте, господа!

— И вам того же, — сказал я, выбираясь через проем двери и подавая руку Мэг.

Бронированная дверь закрылась, машина мягко взяла с места и укатила,.лишь слегка покачиваясь на подушках антиграва.

— И как он собирается отмазаться от этого дела? — хмыкнул я.

— Значит, знает, как, — повела плечом Мэг. — Кстати, высадил нас в том месте, где нет камер.

— Ага, а то, что мы будем дорогу спрашивать, он не побоялся?

— А мы не будем, — показала она свой коммуникатор с картой взлетного поля и стрелочкой. — Кто-то вчера все-таки перебрал до потери памяти?

— Просто запамятовал, — попробовал я оправдаться.

— Идем? — просто спросила Мэг, подхватив свой чемодан.

— Идем, — согласился я.

И мы пошли по летному полю. Мэг вела по компасу, а я глазел по сторонам. Главное, не закончить глупо свою вторую жизнь под пятиметровыми колесами вон того огромного космодромного буксира, без малейшего усилия таскающего тяжелые атмосферники по летному полю, или вон того грузовика размером с дом, волокущего за собой прицепы с контейнерами.

Рядом взлетел шаттл, подняв тучу пыли, заставив Мэг придержать свою шляпку, а меня зажмуриться. Ну а что вы хотели? Мы, вообще-то, по грузовому летному полю идем, не по пассажирской зоне.

— А вот и наш транспорт, — сказала Мэг.

— Да уж, — протянул я.

Это был не шаттл, но более крупное его подобие. Обычный классический грузовик класса «Транспортер», используемый для внутрисистемных перелетов, хотя и имеющий слабый гипердрайв. Снаружи он мне не понравился сразу — рыдван рыдваном, средней степени ушатанности. Никакого изящества и намека на дизайн. Ну да ладно, до цели бы добраться.

Подпирая каркас кормового лацпорта, в проеме стоял Девлин. Он смерил нас с ног до головы весьма неприязненным взглядом.

— Не знаю, почему Даг вас прислал, но вы мне не нужны, — сказал он.

— И вас с добрым утром, — хмыкнул я. — Мы пройдём?

Он посторонился, и я втащил наши с Мэг тяжелые чемоданы внутрь. Вот тут-то я и понял, как все запущено. Грязный трюм, подслеповатые мелкие иллюминаторы, продавленные десантные кресла по бокам, загон для скота в центре…

— Это что, мать твою? — вырвалось у меня.

— Скотовозка, — сказала Мэг.

— Что???

— Ну надо же иногда и скот возить. Вот и возят понемногу.

— Да… — сказать мне было нечего.

— Вы будете умничаль или займете свои места? — вмешался Девлин.

— Сейчас, только переоденемся! — и рыжая, нисколько не стесняясь рассевшихся в креслах мужиков стянула платье, оставшись в маленьких трусиках и не менее символическом лифчике.

Вздох прокатился по трюму. А когда она наклонилась к чемодану, вздох стал еще громче, а кто-то даже застонал.

Мэг сноровисто натянула легкий штурмовой скаф — практика сказывалась — и спокойно, поправив ворот, взяла из чемодана десантный плазмер «Орлофф-рапид» последней модели. Вызвав завистливые взгляды мамкиных революционеров.Так что обещанное Дагом оружие и снаряжение так и осталось лежать в кофрах — свое-то получше будет.

Вздох по обтянутой скафом в облипку великолепной фигурке был тише.

— Я готова! — заявила она, подошла к свободному креслу, села, опустив дугу безопасности.

Я тоже переоделся вслед за ней. Только в этот раз вздохов не было, и слава богу. А то как подумаешь, кто и как страхует тебя сзади…

— Все готовы? — для проформы спросил Девлин и наклонился к интеркому на переборке. — Взлетаем!

— Есть! — послышалось оттуда.

Натужно загудели сервомоторы, и лацпорт закрылся с лязгом и грохотом запоров. Потом раздалось знакомое гудение, вибрация, и пейзаж в иллюминаторе исчез — только коричневая пыль. Удел всех открытых космодромов.

Я почувствовал знакомые перегрузки, а потом иллюминатор очистился и выглянуло местное солнце.

Пилоту я бы навешал люлей — он правил кораблем так, что, если бы не страховка, мы бы летали по салону, как мячики. Не, я все понимаю — десантная подготовка, противозенитные маневры и выброска десанта под огнем требует резвости, но не сейчас же! Судя по нежно-зеленым рожам соседей, не все были в восторге от виртуозности пилота. Не все еще переварили «пылесос».

Загудели сильнее старые натруженные гравикомпенсаторы — мы вышли на низкую орбиту.

— Мальчики и девочки, приветствую вас на борту Ирландских Республиканских Авиалиний, — раздался гнусавый голос пилота из ушатанного интеркома с продавленной мембраной. Точка «А» пройдена, мы успешно вышли на околоземную орбиту и при этом не развалились. Надеюсь, вы не умножили запасы дерьма в загоне. Нет? Все еще впереди! В смысле, точка «Б». А пока можете прильнуть к иллюминаторам — ожидается салют и файр-шоу, следите за летающими свинарниками!

Что на летающий свинарник больше был похож этот транспортник, чем станция противокосмической планетарной обороны, он скромно умолчал.

А вон, кстати, и та станция. Нужно только ждать, куда смотреть. Вон на ту искорку больше остальных, сияющую в солнечном свете.

— Итак, дамы и господа, внимание, барабанный бой! — не умолкал пилот. — И…

Бахнуло так, что в космосе зажегся на мгновение огромный огненный шар, но… Далеко от станции.

— Ничего не понимаю, — забормотал пилот. — Она цела…

А я веселился от души. Любители, как есть насквозь любители. Даже если и никто не сдал — хотя обычно эти ячейки нашпигованы агентурой контрразведки — корабль, идущий курсом на столкновение, будет уничтожен раньше, чем сможет подойти на нужную дистанцию. Все, садись, два.

— Похоже, наша прогулка откладывается…

И тут что-то сверкнуло, а голубой шарик кваркового разрыва был побольше. На месте станции. Ага, тут вам не здесь! Это вам урок, что никогда нельзя все делать на авось, надеясь на удачу. Только вот я на нее не надеюсь, насмотрелся. Вот противокорабельная ракета альваро, вылетевшая из гипера прямо перед самой станцией — самое оно. Заменяет красные пролетарские шаровары и коммунарское «Даешь!», или что там у них с поправкой на местный ирландский колорит.

— Ничего не понимаю, — растерянно пробормотал пилот. — Станция уничтожена… И вторая тоже! А значит, господа и дамы, наша прогулка продолжается!

Боевики зашумели, обмениваясь новостями. И лишь Девлин зло покосился на меня. Я в ответ лишь весело ему подмигнул. Все равно он все понял. Единственное, хватит ли у него шариков вести себя хорошо?

Ну а в орбитальном пространстве творился ад — корабли снимались со стоянок, шаттлы и прочая мелочь метались, как мальки по мелководью, короче, творился хаос. Люблю суету навести…

— Дамы и господа, подлетное время до станции — десять минут, — опять ожил интерком. — Можете пока покурить, а вот отстегивать ремни не стоит, можно больно удариться и так отбитой головкой.

Курить, естественно, никто не стал. Вместо этого все начали еще раз проверять оружие — а как же еще мандраж перед схваткой снять? Я тоже для порядка пощелкал предохранителем, хотя оружие было проверено и обслужено заранее. Не люблю сюрпризов. Точнее, не люблю сюрпризов для себя, но устраивать их — обожаю. В чем скоро борцуны за свободу убедятся, если будут себя плохо вести.

— Внимание, штурмовой группе занять свои места, — опять ожил интерком. — Двадцать секунд до касания…

Боевики деловито и без малейшей капли суеты покидали свои места, поднимали оружие, организовывали боевое построение… Как будто занимались этим постоянно. А, видимо, так оно и было! То-то некоторые корабли не доходят до порта назначения… А борцуны не бедствуют… Неплохая идея — подвести идеологическую базу под пиратство! Главное — свежая.

— Малыш Вилли, — кивнул на гермодверь Девлин.

Когда верзила два с лихуем метра ростом и шире меня раза в два не только в плечах встал из кресла, потолок в трюме как бы стал намного ниже. Это человекообразное взяло в левую руку лежавший в ногах бронещит. Причем аксессуар этот был из самой настоящей стали, а на нем навешаны лампы стробоскопа. Но милостей от природы Малыш не ждал, поэтому озаботился в правую руку взять револьверный гранатомет.

— Не круто ли? — озвучил я мысли вслух. — Все покоцает…

До ответа снизошла только Мэг, остальные как — то на меня подзабили.

— Там светозвуковые, — кивнула она на Малыша.

— Спасибо, что предупредила, — кивнул я, отворачиваясь и зажимая уши. Шлем скафа надевать не хотелось.

— Раз, два, три! — и двое штурмовиков повернули ворот двери

До счета «четыре» не дошло. Я даже сквозь зажатые уши услышал звук выстрелов и уханье ракетницы, а уж взрывы… Ни разу не попадали под такую гранату? Зайчик в глазах у вас будет сверкать неделю, а ушки слышать начнут не раньше. А если их шесть разом? То-то же!

Когда выстрелы и уханье прекратилось, я повернулся. Штурмовики уже отвалили тяжелую гермодверь настежь и вбегали туда с оружием. Впрочем, одиночные выстрелы были — они делали контроль оглушенным и ослепленным противникам, корчащимся на полу.

Первый коридор, метров десять до т-образной развилки преодолели очень быстро — оказывать сопротивление было уже некому, шестеро охранников лежали на полу. Трупы, в смысле, живых сыны Свободы за собой не оставляли — как-то некомильфотно. А вот дальше, как говорится, что-то пошло не так.

Зачем нужна была эта перекладина в букве «Т» — совсем непонятно. Потому что с одной стороны она была глухая, а дверь только с другой. Добротная такая дверь, серьезная. Не уступающая шлюзовой.

— Ну все, приехали, — сказал я.

— Еще не приехали. Мэг?

Мэг быстро осмотрела дверь, кое-где постукала, кое-где поскребла ногтем.

— Стандартная шлюзовая дверь, рассчитанная на абсолютный вакуум и физическое воздействие четвертого класса.

— Открыть ее можно? — перебил Девлин.

— Открыть можно все, — она попробовала провернуть штурвал, но он не поддавался. Видимо, кто-то умный применил высокие технологии — засунул в штурвал с той стороны лом. — Но вот только это займет пару часов, а у нас их нет. Полиция свиней будет здесь через четверть часа.

— Блин, понаделают со всех сторон дверей, чтобы честных людей не впускать! — он стукнул кулаком по двери.

— Или кого-то не выпускать…- начал я, и переглянулся с Мэг…

Мы успели активировать «пузыри» — есть такая штука на штурмовых скафах. Когда не хочется или не надо надевать шлем, но требуется срочная защита от газов или прочих не полезных для здоровья агентов, запрограммированная умная материя в воротнике-горловине при активации выращивает из себя пузырь, как раньше на картинках рисовали. Да, примерно такой. Все хорошо, но вот стоила эта штука дохрена и больше, как и все, что связано с умняшкой.

И, похоже, была она только у нас с Мэг и у Девлина. Поэтому, когда в коридор потек красный туман, заволакивающий все, пузыри отсекли его от лиц. А вот остальным бойцам не повезло, и им досталось по полной. Скорее всего, это был какой-то биологический агент — при попадании на кожу и все остальное он на глазах разлагал ткани, как серная кислота. Чего только в космосе не встретишь…

Да, находиться среди агонизирующих, раздирающих себе лица в болевом безумии как-то не очень… Придется и это стерпеть. Но миссия, похоже, срывалась. Пора вызывать кавалерию! Я, не обращая внимания на умирающих, достал коммуникатор и нажал на кнопку, отсылая сообщение. И тут же пришел ответ. Осталось только ждать.

Подождем твою маму, подождем твою мать! Точнее, не твою, но это уже мелочи.