Пять лет и четыре месяца назад

Кир

Обняв жену за плечи, с яростью смотрю на ухмыляющуюся Ангелину.

– Добрый вечер, – говорит она.

– Добрый, – отзывается Леся.

Они пристально разглядывают друг друга. Морозный воздух между нами накаляется и становится даже горячим.

– Что тебе нужно? – мой голос звучит как сталь.

– Я не хотела говорить при твоей благоверной, Кир, – переводит на меня взгляд. – Но ты избегаешь меня. Не отвечаешь на звонки. И вот я решила подкараулить тебя здесь, – нелепо разводит руками.

– Я перед тобой. Говори, – подгоняю бывшую и сильнее стискиваю в объятьях Лесю.

Она стоит неподвижно. Понятия не имею, о чём она думает, но чуть позже мы поговорим. Я всё смогу ей объяснить, что бы сейчас ни сказала Ангелина.

– Кстати, мы с Киром встречались и готовились к свадьбе, – она вновь смотрит на Олесю. – Он рассказывал обо мне?

– Нет, не припомню, – прохладно отвечает моя жена.

А я рявкаю на Ангелину:

– Переходи к сути! Мы не будем стоять здесь вечно.

– Суть в том, что ты не помог мне, Кир! – рычит бывшая в ответ. – Я попросила тебя выяснить, как так получилось, что одна из ваших шлюх разрушила мою жизнь!

– Твою жизнь разрушил гулящий жених.

– Нет! Ваш бордель! Я хочу компенсации. Хочу возмездия. Справедливости, в конце концов!

Блять!

Нет, она не бредит сейчас! Реально считает, что мы с Эмилем должны наладить её жизнь, помочь материально. Отец заблокировал её счета. Ангелина регулярно шлёт мне сообщения и выставляет разные требования. Но я не собираюсь решать её проблемы.

– Какой справедливости? – усмехаюсь. – Жизнь вообще несправедлива, ты же знаешь.

– Знаю, – кивает она. Растягивает губы в пренебрежительной улыбке. – Я бросила тебя – меня бросил жених. Да, жизнь такова, Кир. Видимо, карма меня догнала. Но раз уж ты отказываешь мне в помощи, я вколочу гвоздь в крышку твоего гроба, – переводит взгляд на Лесю. – Ты знала, что он женился на тебе так стремительно, чтобы утереть мне нос?..

– Так, всё! Хватит!

Пытаюсь увести жену к подъезду. Она выкручивается из моих рук.

– Нет, я хочу послушать!

– Лесь, не надо! Я сам тебе всё объясню! – вновь хватаю жену за плечи.

– Кирилл, перестань! – вырывается из моих рук. – Я хочу послушать, что скажет она. Если тебе нечего скрывать, ты дашь мне это услышать.

Блять!

Отпустив Лесю, пру на бывшую.

– Ангелина, съебись отсюда! Ты не получишь от меня ни бабок, ни справедливости. Ты – долбаное прошлое! Паршивое, грязное. Как смыть-то тебя с себя?

Она дёргается в сторону, обходит меня и продолжает вещать Лесе:

– Ваша свадьба прошла в том самом ресторане, где мы должны были праздновать нашу. Когда я его бросила, Кирилл не стал ничего отменять: ни церемонию, ни лимузин, ни банкет. Он просто нашёл другую невесту. Сменил в списке гостей моих родственников на твоих. Ну и платье у тебя, конечно, было не моё, – ядовито усмехается. – Какого это – быть моей заменой? Нравится?

Я не бью женщин, но этой хочется всечь!

– Это всё? – спрашивает Леся. Её голос дрожит.

– Пока да, – усмехается бывшая. – Извиняться не буду, – разводит руками, посмотрев на меня. – Ещё увидимся, Кир.

Идёт к машине, виляя задом, и уезжает. А мы с Лесей продолжаем стоять. Снег хлопьями падает на наши головы.

Олеся поворачивается ко мне.

– Это правда?

– Правда… – выдыхаю глухо. – А ещё правда в том, что я влюбился в тебя. Наш брак – не фикция. Ты не замена кому-то. Ты настоящая для меня, Лесь!

Жена опускает взгляд, неуверенными шагами идёт к подъезду. Спешу за ней.

– Она тебя бросила… Ты встретил меня… Убеждал меня в том, что не торопишь события, а просто не хочешь тратить время на бесполезные встречи… Хочешь побыстрее окунуться в семейную жизнь… Как-то так ты мне говорил…

Всё это она сбивчиво шепчет, шагая по ступенькам.

– Ложь… Меня окружает одна сплошная ложь… Господи боже!..

Заходим в квартиру. Леся разувается, но не снимает шубу. И пока я поспешно избавляюсь от верхней одежды, мчится в спальню. Запихивает в сумочку зарядник от телефона, достаёт из шкафа спортивную сумку.

– Куда ты собралась? – отпинываю сумку ногой.

Схватив жену за плечи, оттаскиваю от шкафа. Сжимаю в объятьях. Она отбивается.

– Лесь… Родная… Ну пожалуйста! Выслушай! Я понимаю, как это выглядит. Я мудак. Надо было раньше тебе рассказать. Но когда? У нас и так всё не слишком гладко было.

– Ты прав! – выкрикивает она. – Не гладко! Совсем не гладко! Потому что наш брак построен на лжи! Ты любил эту девушку. И для того, чтобы отомстить ей, женился на другой! Господи! Да что ты за человек?

– Я был неправ…

– Отпусти меня, Кирилл! Хватит! Отпусти!

– Не могу я. Люблю тебя, родная! Почему я должен тебя отпускать? Из-за какой-то Ангелины наш брак не разрушится, слышишь?

Мы боремся практически… Я боюсь сделать Лесе больно, и моя хватка слабеет. Она вырывается, дёргается к шкафу. Хватает сумку. От отчаяния меня кроет, и я несу какую-то хрень.

– Ты просто повод искала, чтобы уйти, да? Твой отец вон и квартиру на тебя оформил! Давно вы это решили провернуть?!

Вытряхиваю всё из её сумочки на кровать. Хватаю бумаги.

– Это, – взмахиваю ими, – ну просто жирный намёк на будущий развод!

– Заметь, не я это сказала! – выплёвывает Леся, подходя ко мне. Вырывает бумаги. – Я рада, что мои родители предвидели исход нашего брака!

– У них хреново со зрением. Я тебя не отпущу! – рычу в ответ.

– Что? Не отпустишь? Ты даже спишь со мной в презервативе! – ударяет по моему плечу документами. – Не хочешь совместных детей, да? Ну конечно, я же не Ангелина!

– Конечно, ты не Ангелина, родная! Ты – точно не она! Ты – моя королева. Ты лучшее, что было со мной в жизни!

Вновь пытаюсь её обнять. Отшатывается. Начинает собирать вещи в сумочку. Телефон, зарядник, документы, косметика… Какая-то синяя коробка с бантиком. Леся как-то слишком поспешно кидает её в сумку.

– Что это? – сатанеет мой голос.

Она молчит. Схватив сумочку, подходит к шкафу. Практически не глядя, закидывает шмотки в спортивную сумку.

– Дай сюда! – вмиг озверев, вырываю сумочку из рук жены.

Вновь всё вытряхиваю на кровать. Хватаю коробку.

– Это подарок, – пытается отнять её Леся.

– От кого?

– От Андрея!

– Ооо… Прелесть какая! – взрывает меня от ярости.

Срываю упаковку. Зубы буквально крошатся от того, как люто сжимаю челюсти.

В коробке духи. Открываю, нюхаю. Аромат совсем не тот, которым пользуется Леся. И меня кроет ещё больше.

– Он хочет, чтобы от тебя воняло этим дерьмом? – рявкаю на жену.

Она обнимает себя за плечи и испуганно смотрит мне в глаза. Мне чудится в этом взгляде вина.

– Ты трахалась с ним?

Снова молчит.

– А-а-а… Бл-я-я-ть!

Швыряю пузырёк с духами в стену, и он разбивается. Теперь этим дерьмом провоняет спальня.

Из коробки вываливается крошечная открытка. Раскрываю, читаю вслух звенящим от ярости голосом: «Самой красивой девушке на свете. С днём рождения, Лесечка».

– Мило. Блять, как же мило он к тебе обращается!

– Мы просто друзья, – говорит она тихо.

– Заметно, Лесь. Заметно.

Обессиленно опустившись на пол, прижимаюсь спиной к кровати. Вскидываю взгляд на жену.

– Так бы и сказала, что трахаешься с другим. Чё из меня дурака-то делать?

– Не перекладывай на меня свои грехи.

– Я всё сказал. Извинился за прошлое. А в настоящем я не делал ничего плохого. Готов был на руках тебя носить всю жизнь. Знаешь… Хочешь уйти? Так уходи, блять! Вновь кинь меня, тебе же так легче!

Она молча забирает с кровати телефон, подхватывает спортивную сумку и выходит из спальни.

– Передавай привет Шатову! – рявкаю я.

Хлопает входная дверь.

Заебись!

В кармане вибрирует телефон, подношу к уху.

– Доставка. В какую квартиру поднимать цветы?

– Не надо цветов. Себе оставьте.

Скидываю. Бросаю телефон на пол. Зажмуриваюсь.

Ни хрена её не отпущу.

Сейчас… Сейчас соберу себя в кучу и снова в бой. Буду отвоёвывать жену у Шатова.

Он же лох, бля. Нищий неудачник. Что он может ей дать?

***

Музыка тяжёлыми аккордами вибрирует прямо в моих нервах. Вливаю в себя очередной бокал вискаря. Пьяно смотрю на сцену. Там Натали… Или как её там… Роуз? Да похую! Главное – красиво. Роскошно. Сексуально.

Танцовщица кошечкой трётся о пилон своей аппетитной попкой. Можно нарушить собственные правила, забрать девушку прямо со сцены, увести в випы и усадить эту попку на свой член.

Фак!

В брюках становится ещё теснее. Выливаю последние капли из бутылки в бокал. Поднимаю руку, щёлкаю пальцами. Новая барменша тут же подбегает.

– А чё с пустыми руками? – морщусь я. – Неси вискарь. Не поняла, что ли?

– Извините, – тут же уносится прочь.

Вика была расторопнее и сообразительнее. Но я, блять, уволил её сразу после визита Ангелины. Решил стереть из жизни всех, кто может причинить вред моей семье. Эмиль был против, но смирился.

Правда, с бывшей я так и не разобрался. Бабок она от меня не получила и теперь затихарилась и что-то мутит. Уверен в этом.

Бармен приносит вискарь, при мне открывает бутылку. Наливает полный бокал.

– Всё, иди, – отмахиваюсь. – Обзор мне загораживаешь.

Пялюсь на сцену. Танцовщица полностью разделась. Зачётные сисечки, кстати.

Рядом со мной на диван опускается Эмиль. Смотрит на меня охреневающим взглядом. Потом берёт свой айфон, врубает экран, вырубает.

– Нет, сегодня не твоя днюшка. И явно не годовщина свадьбы. Какой повод, Тор? Ты чё так нажрался?

Игнорируя его вопросы, указываю пальцем на танцующую девочку.

– Как её зовут?

– Нинель.

– Точно!

Поднимаю бокал. За Нинель, в общем!

Вливаю в себя только половину. Больше, увы, не лезет. Кажется, я сегодня ничего, кроме яичницы не жрал. И это было утром, а сейчас ночь.

На столе появляется «Корона». Эмиль чокается с моим бокалом своим пивом.

– За что бы мы ни пили, я с тобой! – говорит он и подносит горлышко бутылки к губам.

– Мы пьём за мой развод, – хмуро смотрю на бокал.

Эмиль со стуком ставит «Корону» на стол.

– Не понял…

– А что тут непонятного? Олеся от меня ушла. Нет, не так… Она сбежала. Из города в принципе. С Шатовым своим, бля… Типа от редакции они куда-то там поехали, как сказала её мать. Но я же, блять, не идиот. Моя жена решила быть с тем мудаком.

– Пиздец… – выдыхает Нестеров. – Ты знаешь, где она сейчас?

– В Подмосковье где-то. Выяснить не проблема, но я не хочу. Лучше буду бухать и трахаться, – перевожу взгляд на сцену. – Мне нравится Нинель. Хочу её сегодня.

– Уверен? – скептически спрашивает Эмиль.

Меня накаляет этот скепсис в его тоне.

– А что мы всё обо мне, мм? Расскажи, чем живёшь ты. С кем? Давай, друг, поведай мне свою историю! Но ты ведь не станешь это делать, да? Потому что твоя жизнь именно такая: красивые послушные девочки, яркий секс каждый день с разной.

– Ну пусть будет так, – хмыкает Эмиль. – Но ты забываешь, что я трачу дохуя времени на клубы. Именно я работаю с документами.

– Кстати, об этом, – вспоминаю о наших проблемах. – Где деньги, друг? Но прежде, чем ответить, подумай хорошенько. Вдруг я уже знаю ответ на этот вопрос.

Эмиль больше не притрагивается к «Короне».

– Давай поговорим не здесь, – резко поднимается.

– Ну давай.

Выходим на улицу. Холодный воздух забирается за ворот рубашки и приятно холодит кожу. Закуриваем.

– Те два ляма взял я, – говорит Эмиль.

Сегодня я бухаю и по этому поводу, да. Мой друг и бизнес-партнёр решил меня нагреть. Расследование, которое я провёл с помощью независимых юристов и бухгалтеров, привело меня к его личным счетам.

– Я жду объяснений, – жадно затянувшись, выдыхаю дым в морозный воздух.

– Девчонка, которая связалась с Князевым, имела компромат на двух членов нашего клуба. Очень высокопоставленных людей. Она слила инфу о них Князеву. Тот пришёл ко мне, начал шантажировать.

– И успокоился, получив два ляма? – морщусь я. – Скорми этот бред кому-то другому!

– Нет, я не давал ему денег, Кир. Я нанял людей, которые нашли втрое больше компромата на него. И там такой пиздец… Короче, Ангелине повезло, что дело у них до свадьбы не дошло.

Снова морщусь.

– Хм, раз ты так радеешь за Ангелину, помоги ей, – не скрываю сарказма. – Женись на ней, что ли. Ей сейчас плевать, за кого выйти, лишь бы решили её проблемы. Она же за папочкиной спиной всю жизнь была. А теперь её, как щенка, выкинули в большой мир. Давай, Эмиль, спасай щеночка!

Яд из меня так и льётся. Стерва Ангелина разрушила мою жизнь.

– Твоя бывшая меня не интересует, Кир.

– Может, ты по парням, мм? – стебусь я. – Кто тебя вообще интересует?

– Может, тебе в морду дать, мм? – зеркалит мой тон. – Меня интересует моя личная персона. Эгоист я. А про Князева тебе ничего не сказал всё по той же причине – ты не в форме последнее время. Решай проблемы с Лесей и возвращайся к жизни, Кир. Сходись, разводись… Сделай уже хоть что-нибудь! На тебя больно смотреть.

Сделай хоть что-нибудь?

Наверное, впервые в жизни я на сто процентов уверен, что именно хочу сделать больше всего на свете!

Закуриваю вторую. Эмиль заходит в клуб и через пару минут возвращается с нашей верхней одеждой.

– Поехали. Домой тебя отвезу.

Я не спорю. Трахаться с Нинель – такое себе… На воздухе мои мозги проветрились, и возбуждение улеглось.

– Два ляма я верну, не парься, – говорит Эмиль, пока везёт меня домой.

– Проблемы с Князевым вроде как общие…

– Я принимал решение их без тебя. Так что это мой долг.

– Бля, забей!

Закрыв глаза, сжимаю виски пальцами. Голова раскалывается.

– Прими душ, сожри таблетки обезболивающие, выспись, поешь чего-нибудь нормального. Хочу видеть тебя завтра огурцом.

– Хорошо, мамуль, – криво ухмыльнувшись, покидаю тачку.

Дома сразу забираюсь в душевую и долго стою под прохладными струями воды. Становится немного легче. Вытираюсь, оборачиваю полотенце вокруг бёдер. Выйдя из ванной, плетусь в спальню. И столбенею в дверях.

Леся… Она здесь.

Моя жена стоит у шкафа, поспешно закидывая в чемодан свои вещи. Поднимает на меня испуганный взгляд.

– Вот, значит, как? Решила сбежать, пока я в душе? – делаю шаг в её сторону.

– Твоей машины не было возле подъезда. Свет не горел. Я решила, что тебя нет дома, – говорит Леся, застёгивая чемодан.

Выдёргивает из него длинную ручку.

– Я взяла лишь свои вещи, Кир. С которыми сюда переехала. Ювелирка на тумбочке, – стреляет взглядом на приличную кучку из золотых и платиновых украшений. – На развод подам завтра. Прости, что задержалась с этим, меня не было в городе.

И направляется к двери, катя чемодан за собой.

Она что, считает, что вот так просто сейчас пройдёт мимо меня и свалит?!

Вырываю ручку из её рук. Чемодан летит в стену. Леся – на кровать. Испуганно съёживается, закрываясь от меня руками.

Ей страшно. Потому что я сейчас пиздец, какой страшный!

– Чё ты делаешь, а?! – рявкаю, не узнавая собственного голоса. – Тебе по кайфу видеть мои страдания? Зачем ты так со мной? Я же, блять, сдохну без тебя, понимаешь?

Нависаю над женой. Она дрожит и смотрит на меня своими огромными голубыми глазами.

– Ты любишь этого… – просаживается мой голос, – Шатова?

Леся качает головой.

– А меня любишь?

Молча опускает взгляд.

– Не можешь ответить на простой вопрос? А я могу! Я очень-очень сильно люблю тебя, родная!

Отшатываюсь. Обессиленно опустившись на пол, прижимаюсь спиной к кровати. Стискиваю голову руками.

– Лесь, я хочу продать свою часть бизнеса Эмилю, – говорю, не глядя на жену. – Буду заниматься чем-то другим. Придумаю. Никаких больше борделей, обещаю. По ночам буду дома. Попробуем… Попробуем вновь с ребёнком. Но ты должна кое-что узнать обо мне…

Леся сползает с кровати и встаёт передо мной. Не убегает. Значит, выслушает.

Поднимаю на неё взгляд.

– Наша свадьба с Ангелиной не состоялась из-за моей нефертильности, – брезгливо морщусь я.

– Что? – Леся опускается на корточки передо мной.

– Да. У меня с этим проблемы, родная. Не знаю, каким чудом ты забеременела.

Признаваться в подобном – ну просто жесть… Моё самолюбие разорвано в клочья. Если Леся сейчас начнёт жалеть меня, я сам уйду. Мне не нужна её жалость, чёрт возьми!

– Решить проблему можно, – хрипло продолжаю я. – Через ЭКО.

– Кирилл, я не понимаю, – касается моей руки. – Я же быстро забеременела. Без всякого ЭКО.

– Мой врач назвал этот случай фантастичным, – безрадостно усмехаюсь. – И как видишь, наш ребёнок не выжил. Может, это тоже моя вина. Скорее всего, моя…

Перехватываю её руку, сжимаю и тяну на себя. Леся оказывается на мне сверху. Держу её за талию и пристально смотрю в глаза.

– Жалости мне твоей не надо, – чеканю я. – Я хочу твоей любви, родная. И страсти. И понимания. Взамен сделаю всё, что скажешь.

– Откажешься от бизнеса? – недоверчиво переспрашивает она.

– Откажусь. Эмиль вывезет всё без меня, он не раз это доказывал. А я получу возможность жить как-то иначе. Быть ближе к тебе. Это всё, что мне нужно, Лесь!

Она сжимает моё лицо холодными влажными ладошками. Большими пальцами гладит уголки губ.

– Ты любишь меня? – спрашиваю снова.

– Люблю, – отвечает Леся шёпотом.

И это так искренне звучит.

Маленькая моя… Напугала меня, зараза!

Надавив на её затылок, заставляю прижаться ко мне лицом. Нетерпеливо пожираю её губы. Наощупь раздеваю: свитер, бюстгальтер… Задрав юбку, разрываю колготки. Стягиваю с себя полотенце и упираюсь головкой в мокрые от возбуждения трусики. Смещаю их в сторону и без промедления проскальзываю в тесное горячее лоно.

Ох, чёрт!

В голове искрит от кайфа.

Я так изголодался по ней!.. И успел забыть, как хорошо внутри неё без долбаной резинки.

Давлю на бёдра Леси и приподнимаю свои, вдавливаясь глубже.

– Ах!.. Ммм… Кир…

Леся царапает мои плечи, впивается в кожу ноготками. Двигается на мне медленно и сексуально. Ни с какими борделевскими шлюхами даже сравнивать не стоит!

Встаю с пола, придерживая Лесю за попку. Укладываю на кровать. Снимаю рваные колготки, юбку, трусики. Покрываю поцелуями каждый сантиметр её нежного тела. Ложусь сверху, вдавливаюсь членом в лоно и беру её нетерпеливо и очень горячо. Притормаживаю на пике оргазма, вновь выхожу и просто целую грудь, шею… Леся жалобно хнычет и требует разрядки. Но я жадный сегодня. Хочу вот этих эмоций. Желания, вожделения, мольбы её…

Переворачиваю Лесю, ставлю на колени. Придушив за шею, беру её сзади. Она вскрикивает от остроты ощущений и тут же кончает.

Её стенки сжимают меня, и я не успеваю остановить неизбежный оргазм. Наполняю её спермой. Леся падает на живот, я сверху. Целую шею, глажу бёдра… И у меня очень быстро вновь встаёт, хотя я ещё и выйти не успел.

Дёрнув бёдрами, вышибаю из Леси новый стон. Вновь ставлю её на колени. Надавив на голову, вынуждаю уткнуться лицом в подушку. Жена красиво выгибается и выпячивает попку, как сексуально-порочная кошечка. Вколачиваясь в неё, дразню пальцами между ягодиц.

– Кирилл… Кирилл… О Боже!.. – визжит она, уткнувшись ртом в подушку.

Нас сносит обоих, и мы кончаем одновременно.

Сползаю с Леси, ложусь набок и прижимаю её спиной к груди. Кусаю мочку ушка.

– Через десять минут продолжим, – обещаю горячим шёпотом.

Хотя, может, и быстрее. С Лесей я как под виагрой. Стоит только представить, как и в каких позах буду её брать, и кровь ударяет прямо в пах.

Она разворачивается ко мне лицом, давит на плечи, заставляя лечь на спину, и садится сверху. Член тут же встаёт. Леся берёт его в руку, водит сверху вниз, не отводя от меня опьяневшего от секса взгляда.

Я смотрю на неё так же пьяно. Подношу руку к её лицу, прихватив за подбородок, сминаю пальцем губы и врываюсь между ними.

– Хочу так… Хочу твой горячий ротик.

Леся посасывает мой палец. Потом прикусывает, чтобы я его убрал. Отодвигается немного и склоняется над членом, взяв его рукой у основания. Проводит языком по головке и тут же вбирает в рот.

– Твою ж… – ошпаривает меня кипятком. – Чёрт… Продолжай…

Она доводит меня до края и притормаживает, мстительно блеснув глазами.

– Ах ты!

Возмущённо хватаю за плечи, переворачиваю нас и распинаю её на кровати. Нетерпеливо врываюсь в горячую тесноту. И трахаю, трахаю, трахаю…

А потом мы занимаемся любовью. Медленно и чувственно.

Засыпая, держу её в своих объятьях. Точно зная, что утром она проснётся в моей постели и никуда больше не сбежит.

***

Наши дни

– Кирилл!.. Торопов, блин! Ну что ты делаешь!

Упираясь каблуками, Леся пытается притормозить. Но я тащу её дальше, крепко держа за руку.

Выходим из столовой на террасу. На импровизированном танцполе жарко целуется какая-то парочка. Паренёк – кажется, из «Строчек» – залез девице под подол платья. И я вижу, как ритмично она насаживается на его пальцы. Слышу, как жарко стонут они друг другу в рот.

Блять!

Я тоже так хочу! Лесю хочу. Пять лет её не касался.

Увидев нас, парочка быстро ретируется, и мы остаёмся на террасе вдвоём. Обнимаю бывшую жену за талию. Она упирается ладонями мне в грудь.

– С возрастом ты стал ещё более невменяемым, – пытается меня задеть.

– С возрастом я стал больше ценить то, что мне нужно. Пять лет назад я не должен был давать тебе развод, но во мне взыграли обида и гордыня.

– От тебя уже ничего не зависело, Кирилл, – возражает Леся. – И сейчас тоже не зависит. Не понимаю, чего ты добиваешься. Я и так согласилась на твои встречи с Милой. Это всё, что ты от меня получишь. Никаких совместных домиков, покупок мебели… Я и работать на тебя не буду. Завтра же напишу заявление на отпуск с последующим увольнением. У меня есть две неотгулянные недели. Ноги моей не будет на твоей территории.

– Всё сказала? – хмуро смотрю на неё.

– Всё.

– Хорошо. Давай потанцуем.

– Что?

Пытается отстраниться. Но я держу её крепко. Начинаю двигаться, вовлекая Лесю в медленный танец.

Из динамиков льётся приятная музыка. Кто-то ещё выходит на танцпол и начинает танцевать в паре шагов от нас.

– Не вырывайся, – шепчу в Лесино ушко. – На нас люди смотрят.

Появляются ещё парочки. Словно пытаются угодить новому боссу, блять!

Леся не очень твёрдо стоит на ногах и позволяет себя вести. Мы неторопливо покачиваемся под музыку. Её руки на моих плечах подрагивают.

– Когда уже закончится этот вечер? – бубнит она, практически уткнувшись носом в мою ключицу.

Вновь прижимаюсь к её виску щекой и говорю шёпотом:

– Ты столько раз била по моему самолюбию, родная. Теперь твоя очередь получать.

– Когда я била-то? – поднимает на меня возмущённый взгляд.

– Когда кинула меня на месяц. Когда уехала с Шатовым на неделю. Когда сказала, что любишь, а потом ушла. Причину твоего ухода мы оба знаем, и это тоже ударило по мне очень сильно.

– Причина в твоём блядстве, Кир! – гневно выплёвывает она.

– Я тебе не изменял.

– Да Боже мой! Хватит! Я не хочу возвращаться в это дерьмо! – взрывается Леся.

– Не ругайся! Тебе не идёт! – рычу в ответ.

– А ты мне не указ!

– Ты – мать моего ребёнка. Конечно, я буду тебе указывать! А рычать ты можешь, разве что, будучи подо мной. И в других тональностях, поняла?

– Да пошёл ты!

– Куда? – вжимаюсь в её лицо, надавив на затылок, чтобы не могла отвернуться. – Куда мне пойти? В тебя? Я с радостью, Лесь. С большим нетерпением жду этого момента.

– Этого не будет! – шипит она в ответ.

Но этот её шёпот… И взгляд такой затуманенный… Я знаю, как выглядит Леся, когда возбуждается.

Мы больше не танцуем. Веду носом по её скуле вниз. Кусаю за подбородок. Спускаюсь к шее и жадно вдыхаю аромат её кожи. Одной рукой уверенно сжимаю её задницу. Сзади на платье пикантный разрез. Достаточно лишь нырнуть в него рукой – и можно пощупать ягодицы без всяких преград в виде ткани.

– Кирилл… Все же смотрят! – возмущается Леся.

– Тут нет никого, – хриплю в ответ.

Все и правда свалили.

Возвращаюсь губами к её губам. Не целую, скорее глажу. Леся рвано дышит, стискивая пальцами полы моего пиджака.

– К тебе или ко мне? – спрашиваю я.

– Кирилл, это будет только один раз. Потому что я выпила явно лишнего. И о чём я, безусловно, пожалею потом…

– К тебе или ко мне? – повторяю строго.

Смирившись, она шепчет:

– К тебе.