Шесть лет назад

Леся

– Думаю, знакомиться с родителями жениха во время свадьбы было плохой идеей, – укоризненно шепчет мама мне в ухо. – Надо было найти время до.

Да, конечно. Но Кирилл решил, что так будет проще. Ведь жить вместе нам, а не нашим родственникам. К тому же ему плевать на мнение родителей.

В общем, он в очередной раз меня уболтал. И теперь я чувствую себя крайне неуютно на нашей свадьбе.

Большая часть гостей со стороны мужа – довольно надменные и неприятные люди. Именитые юристы, бизнесмены… Почти все они смотрят на моих скромных немногочисленных родственников, не скрывая брезгливости.

А родители мужа глядят на меня с укором. Мать Кирилла Инна Геннадьевна даже спросила, не беременна ли я. Услышав отрицательный ответ, поджала губы, а потом обронила что-то типа «ну да, я как-то не подумала».

Отец Кирилла вообще мне не понравился. Как только он узнал, что папа – писатель, всё время пытается поддеть моего отца. «Профессия лоботряса», – так выразился Бахтияр Георгиевич.

Кирилл, конечно, постарался замять конфликт. Но неприятный осадочек остался.

Мы с родителями с большим трудом пережили ЗАГС и прогулку по городу, а теперь маемся на этом нескончаемом ужине в ресторане.

Не так я представляла себе свою свадьбу…

– Горько! – поднимает бокал двоюродная сестра Кирилла. – Требуем жаркого поцелуя, братец! – скабрезно улыбается ему.

Вообще не понимаю его родственников. И разбираться не хочу, если честно.

Кирилл притягивает моё лицо к своему. Удерживает мой взгляд, нежно поглаживая скулу большим пальцем.

– Мы переиграем нашу свадьбу, Лесь, – шепчет, почти касаясь моих губ. – Мне тоже как-то не зашло всё это.

– Как это – переиграем?

– Ты, я, океан, домик на берегу и секс… Много секса…

От хрипоты в его голосе мурашки бегут по позвоночнику.

– Что скажешь?

Утвердительно моргнув, прижимаюсь к его губам. Кирилл проникает языком мне в рот, и случается горячий поцелуй, как и просила его сестра Лера.

Родители Кирилла дарят нам внушительный конверт с деньгами. Вручая подарок, его мать говорит нечто странное:

– Подлечитесь, чтобы зачать.

Кирилл вздрагивает, но тут же вскидывает голову и циничным тоном заявляет:

– У кого-то есть более оригинальные подарки? Что же вы так неизобретательны, родня?

– В смысле «зачать»? – вмешивается мой отец. – Пока Леся не закончит университет, никаких «зачать»!

– Тише-тише, – поглаживает его по руке мама. – Они так и планируют.

– Смотрите! У меня тут вот что!

Из-за стола поднимается широкоплечий мужчина, кажется, дядя Кирилла с Байкала. Ставит на стол трёхлитровую банку икры. Сидящая рядом с ним вальяжная женщина закатывает глаза.

– Убери, пока полицию не вызвали.

В зале слышится недружный смех. Это мои родственники пытаются смягчить неловкую ситуацию.

Тётушка – сестра отца, двоюродный брат и крёстная. Мне жаль, что им приходится терпеть все эти насмешливые и брезгливые взгляды.

Отец Кирилла встаёт с рюмкой в руке:

– За будущее потомство!

Мой папа давится салатом.

В общем, сумасшедший дом, а не свадьба.

И даже моё королевское платье, причёска, макияж и два новых колечка – одно обручальное, другое на помолвку – уже не радуют меня так, как радовали этим утром.

– Пойду, подышу, – шепчу Кириллу в ухо.

– Я с тобой, – он поднимается из-за стола.

И мы почти уже покидаем зал, держась за руки…

– Сын, подожди!

Нам наперерез идёт его отец. Кирилл отпускает мою руку.

– Иди, я догоню.

Выхожу в холл, оттуда – на широкий балкон. Положив ладони на перила, смотрю вниз. Передо мной – центральная улица города. Огоньки светофоров, машины, смех, музыка. Жизнь кипит…

– Ну наконец-то я тебя поймала, – слышится голос за спиной.

Оборачиваюсь. Лера.

Сестра Кирилла подходит ближе. Она красивая, яркая… Скорее всего, мы с ней ровесницы.

– Давно вы с Киром знакомы?

– Не очень, – отвечаю размыто.

Для кого-то и три месяца знакомства маленький срок. Про неделю сказать язык не поворачивается.

– Про Ангелину знаешь? – внезапно спрашивает Лера.

– Не знаю…

«И не хочу знать», – добавляю про себя.

– Его бывшая. Та ещё стерва. Куришь?

Протягивает раскрытую пачку. Отрицательно качаю головой. Лера прикуривает, смачно затягивается и выпускает колечко дыма в воздух.

– Хорошо, что они расстались. Лучше жениться по любви, чем по расчёту. Ты ведь его любишь? – вопросительно смотрит мне в глаза.

– Люблю.

– И как тебе его так называемая работа? – прищуривается.

– А что не так с его работой? – бледнею я.

– Ну… «Элитный мужской клуб», – делает кавычки в воздухе, – как они с Эмилем это называют, по факту тот же бордель, – вновь смачно затягивается. – Ле-галь-ный, – произносит по слогам, выпуская дым.

Подождите… Что значит – бордель?

– Лер, тебя отец ищет, – появившийся из ниоткуда Кирилл выдёргивает из её пальцев сигарету. – Иди давай.

Фыркнув, Лера уходит. Кирилл делает затяжку и швыряет окурок вниз.

– Что она тебе сказала? – черты его лица агрессивно заостряются.

– Про Ангелину и твою работу, – шепчу онемевшими губами.

– Блять!

Трёт лицо ладонью. Ставит руки на перила и сжимает их до побелевших костяшек.

Его реакция мне совсем не нравится.

– Кирилл, – прикасаюсь к его плечу.

Оборачивается.

– Лесь, а поехали отсюда? Мне кажется, мы уже нагулялись. Всё самое важное уже случилось, нас расписали. Дальше на этом ужине ничего хорошего уже не будет.

– Мои родственники…

– Мы их сейчас спасём от общества моих. Пошли.

Берёт меня за руку, ведёт обратно в зал. Подзывает официанта и что-то говорит ему негромко.

Через минуту появляется торт. Официанты забирают тарелки с недоеденным горячим. Некоторые гости негодующе ворчат.

Кирилл берёт слово.

– Дорогие гости, вечер подошёл к концу. Возле ресторана вас ждёт трансфер. Всех развезут по домам.

– И меня? – выкрикивает дядя с Байкала.

– Тебя – нет, – ухмыльнувшись, отвечает Кирилл.

На этого человека он смотрит не так ядовито, как на остальных.

– А букет невесты? – надувает губы Лера.

– Держи, – Кирилл кидает ей мой букет.

Девушка ошеломлённо ловит цветы, прижимает к груди.

– Фу, какой ты хам!

Он отвечает одними губами:

– Катись обратно в Москву.

Да, она приехала из столицы.

«Высокие» отношения…

Кирилл забирает свой пиджак, берёт меня за руку, и мы уходим.

Уже из лимузина я звоню маме.

– Мам, прости, что всё вот так.

– Глупости, – одёргивает меня. – Всё нормально. Ну подумаешь, не понравились мы кому-то. Переживём! Всё, забудь. У тебя впереди первая брачная ночь, – хихикает. – На следующей неделе ждём вас в гости.

Кирилл слушает наш разговор, прижав ухо к трубке с другой стороны. Он отрицательно скрещивает руки.

– Вряд ли получится… – неуверенно говорю я.

– Отпуск, Лесь. Улетаем завтра, – шепчет Кирилл.

– Нас не будет, мам.

Но я никуда с ним не полечу, пока он не объяснит мне, что имела в виду Лера.

Бордель? Серьёзно?

Попрощавшись с мамой, устало откидываюсь на спинку кресла. Кирилл втыкается носом мне в висок. Его рука ползёт под подол моего платья и запутывается в многочисленных слоях юбки.

– Как добраться до желанного местечка? – нетерпеливо дрожит его голос.

Бросаю на него обиженный взгляд. Кирилл резко отстраняется.

– То есть… хочешь сказать, что поверила Лере?

– Я ещё пока никому не поверила. Объясни по-человечески ты, и я поверю тебе.

– Окей. Ангелина – моя бывшая, мы расстались. И у меня есть два стриптиз-бара. Это тебе сказала Лера?

– Да. Но она назвала их борделями.

– Пфф… Это не так.

Но я чувствую, что он врёт.

И что, Леся, пойдёшь теперь разводиться?

Господи…

Отворачиваюсь к окну. Кирилл обнимает меня за плечи. Нежно целует в шею, за ушко. Я позволяю. Потому что влюблённая дура.

– Малышка, этот клуб приносит хорошие деньги. Персонал выполняет требования клиентов, и мне плевать, какие это требования. Хотят трахаться – да ради Бога!

Кошмар какой…

– Ну а ты? Тоже пользуешься их услугами?

Разворачиваюсь лицом к мужу. Наверняка пойму, если он соврёт.

– Думаешь, я нуждаюсь в интимных услугах персонала? – агрессивно дёргается его челюсть.

– Я… не знаю, – теряюсь от его тона.

– Не нуждаюсь, Лесь, – голос меняется, становится ласковым. Сжимает мои щёки ладонями: – Я только тебя хочу, жена моя. И ты сможешь воплотить все мои фантазии.

– Почему ты так в этом уверен? – начинаю нервничать, а между ног разгорается пламя.

Кирилл вжимается в моё ухо губами и шепчет:

– Ты такая отзывчивая девочка… У меня очень много горячих фантазий. Одна из них вот эта…

Всё же преодолев все слои платья, добирается до трусиков. Нервно смотрю на водителя. Кирилл хрипло говорит ему:

– Покатай нас по городу. И сделай музыку погромче… Ещё.

Мелодичный тягучий трек гремит из динамиков. Кирилл нажимает какую-то кнопку, поднимается перегородка. Теперь нас не видно.

– Кирилл… – пытаюсь сжать бёдра.

– Что за саботаж, Леся? Раздвигай ноги!

Повинуюсь. Он тянет за щиколотку, разворачивая мою ногу так, чтобы ему было удобно. Гладит пальцами по трусикам.

– Ты течёшь детка, – заявляет с улыбкой. – Поэтому я уверен в своих словах. Ты выполнишь все мои фантазии.

Отодвинув трусики, втыкается в меня пальцами.

– Ох… – запрокидываю голову.

Кирилл быстро-быстро двигает пальцами, подводя меня к краю. Кусаю губы, чтобы не кричать и не стонать.

– Долбаное платье, – бормочет Кир, торопливо приподнимая и отпихивая пышный подол.

Его рот накрывает мой клитор, пальцы вкручиваются в лоно, задевая какие-то отзывчивые точки, и меня тут же срывает в пропасть. От мощного оргазма сотрясается всё тело. Кирилл убирает пальцы, и через мгновение его член во мне. Рукой зажимает горло, мощно тараня меня и вновь доводя до криков. А потом я чувствую, как горячо и мокро становится внутри.

Кирилл нежно целует в губы. Не доставая из меня члена, укладывается сверху и шепчет:

– Фантазия номер один – приласкать девушку в свадебном платье в лимузине. Вторая – трахнуть её. Третья – накачать спермой. Четвертая – трахнуть ещё раз. Ты чувствуешь, Лесь? Я снова твёрдый.

Чувствую. И жар смущения, заливающий щёки, и его твёрдость внутри меня.

Мой муж – пошляк!

Порочный и горячий пошляк.

***

Проведя две недели в свадебном путешествии, летим домой. Рейс у нас с пересадкой в Москве. Сидя в аэропорту, листаю фотографии с нашего отдыха. Океан, домик у воды, секс – было всё, что обещал Кирилл.

На фотографиях у нас счастливые лица. Я в купальнике на шезлонге… Кир стоит в воде, красуясь своим великолепным торсом… Церемония с настоящим священником, где нас поженили ещё раз…

Это стало для меня сюрпризом. Приятным сюрпризом. Кирилл переиграл нашу свадьбу, как и обещал. Та церемония на закате на берегу океана стала лучшим моментом в моей жизни.

Надо маме переслать. А как? Новый телефон, который подарил Кирилл, до сих пор полностью не освоен.

– Помоги, пожалуйста, переслать фотографии, – поворачиваюсь к мужу.

– Подожди, – говорит кому-то в трубку. – Перешли через вотсап, – отвечает мне и тут же возобновляет разговор: – Так дай им денег, Эмиль!.. Давал? А они что?.. Да бля…

Вздыхаю. Вотсапа у меня нет. Он просто не устанавливается. Пробую отправить через почту – не выходит. Начинаю уже психовать.

Кир заканчивает разговор по телефону.

– Ну что там, Лесь?

– Хочу обратно свой телефон, вот что! – огрызаюсь я.

Сую новенький айфон в его руку.

– Я твой телефон выкинул.

– Так иди и найди такой же!

– Давай лучше этот помогу освоить, – усмехается он.

Смешно ему, да?

– Не надо.

Надуваю губы, скрещиваю руки на груди. Осталось только ножкой топнуть.

Что это со мной?

– Ох, а я сразу не понял. Это у нас, похоже, первая ссора намечается. Ну давай, хочу посмотреть, – ёрничает Кирилл.

А я молчу, потому что вспышка раздражения уже прошла. И чувствую я себя ужасно глупо.

– Всё? Истерика закончилась? Жаль, – шепчет мне в ухо. – Ну наговори чего-нибудь обидного, я тебя хоть отшлёпать смогу за дело.

Вспыхиваю. Внизу живота вскипает буря.

Рядом с ним я стала какой-то… озабоченной.

Кирилл отстраняется, через минуту отдаёт обратно айфон.

– Вотсап поставил. Фотки маме отправил.

– А какие? – испуганно заглядываю в телефон.

– Из папки «отдых», – бросает Кирилл, уже снова звоня кому-то.

В этой папке есть то, что моей маме показывать нельзя.

Блииин!

Быстро удаляю всё, что он послал. Благо мама не в сети.

Кир снимал видео, как я делаю ему минет. Перепутал телефоны. И видео попало в эту папку. Вот бы мама «обрадовалась», чёрт возьми…

Надо удалить от греха подальше это видео. Но рука не поднимается. Выключив звук, подношу экран ближе к себе, чтобы случайно никто не заглянул, и включаю.

Новая волна жара проносится по телу. Сжимаю бёдра. Ёрзаю. Краем уха слышу, как Кир ругается по телефону.

– Есть у нас лицензия! Есть! Всё покажем. Да, приходите со своими проверками…

И тут же горячие губы касаются уха:

– Ох, блять! Лесь, ты издеваешься… Я же тебя прямо здесь сейчас нагну!

Мамочки…

Вырубаю видео, но не удаляю.

– Плохая девочка, – укоризненно смотрит на меня Кирилл, поправляя ширинку на брюках.

Мне кажется, моё лицо сейчас красивого помидорного цвета.

Наконец объявляют наш рейс. Лететь до дома всего два часа.

– Не против, если сначала заскочим к Эмилю? – спрашивает Кирилл, когда мы садимся в такси. – Или… я могу довезти тебя до дома, а потом один съезжу.

– Нет, давай вместе.

Кирилл называет адрес. А я гадаю, куда мы едем. Домой к его другу Эмилю Нестерову или в их клуб?

Об Эмиле я знаю не так уж и много. Ровесник Кирилла, не женат. Родители были состоятельными, но их уже нет. Всё.

Эмиля не было на нашей свадьбе. Кирилл объяснил его отсутствие очень невнятно. Мол, друг занят.

О своей работе Кир тоже рассказал немного. Стрип-бар на окраине города, в который он заезжает раз в неделю. И элитный мужской клуб, где можно не только посмотреть стриптиз. Бордель, как выразилась Лера.

Такси останавливается возле трёхэтажного здания.

– Вас ждать? – уточняет водитель.

– Обязательно.

Кирилл подаёт мне руку, помогает выйти. Читаю название на неоновой вывеске. «Elegantly».

– Элегантно?

– Угу, – отводит взгляд Кирилл. – Пойдём. Днём там никого, не переживай.

– Я не переживаю, – получается довольно резко.

Во мне вновь поднимается какая-то неконтролируемая волна гнева.

– Потерпи, жена. Скоро-скоро получишь свою порку, – прищурившись, говорит Кирилл, опять сводя всё к сексу.

Но я злюсь и от этого тоже.

Заходим в здание. Тут так пахнет… Клубникой и чем-то ещё непонятным. От этого странного аромата начинает кружиться голова, и слабеют колени. Во рту пересыхает, и я громко сглатываю.

– Пить хочешь?

– Да.

Кирилл ведёт меня к бару. Забираюсь на высокий стул.

Слева – круглая сцена с шестом. По всему периметру расположены подиумы. Под потолком – клетка. Столики, диванчики… Окна затянуты плотной тканью. В качестве источника света – диодные ленты в полу и стенах. Бар тоже подсвечивается.

Пока Кирилл хозяйничает за барной стойкой, мой взгляд снова возвращается к клетке под потолком. Что за извращение?

– Выпей это, Лесь, – ставит передо мной бокал с трубочкой.

– Что это?

– Сок, немного водки, фруктовый лёд. Тебе полезно расслабиться.

Он прав.

Послушно пью коктейль. Про клетку спрашивать не решаюсь.

– Эмиль тут?

– Сейчас подъедет.

Его друг появляется в клубе через несколько минут. Мы ни разу друг друга не видели.

– Привет, – сухо здоровается со мной, окинув внимательным взглядом.

Я вдруг чувствую себя жутко некрасивой. Даже в зеркало посмотреть хочется.

– Кир, давай наверх поднимемся, – говорит Эмиль.

Кирилл ведёт меня за собой. На третьем этаже оказывается что-то вроде квартиры. Муж сажает меня на диван, вручает пульт от плазмы.

– Дай нам минут двадцать, ладно?

– Конечно. Не волнуйся.

Эмиль уводит его на балкон. Вижу, как они закуривают. И разговаривают так громко и агрессивно, что я всё слышу.

– Потому что нет у нас столько! – рявкает Эмиль. – Новый инспектор в край охуел, понимаешь? И если мы не заплатим, то нас начнут нагибать по всем статьям. Знаешь же, как это работает.

– Давай тогда займ оформим.

– Сколько можно, Тор? Долгов уже столько, что внукам хватит.

– Не преувеличивай, – отмахивается Кирилл. – Продай тачку, мм? Нахера тебе эти понты?

– А ты что продашь?

– Я найду, что продать.

Мне так плохо от их агрессивного тона… Даже дышать становится трудно.

Лучше в такси подожду.

Выключаю телевизор и выхожу из квартиры. Притормозив на втором этаже, пишу Киру сообщение: «Я буду в машине».

Связи почему-то нет. Не отправляется. Делаю шажок в сторону, поднимаю телефон повыше. И ещё один шаг. И ещё. Спиной упираюсь в стену. Стена внезапно начинает уползать от меня. Разворачиваюсь – это дверь. Она открывается.

Спальня. Кровать, кожаное кресло… Ох, нет. Не просто спальня. На кованом изголовье кровати висят наручники. На полу валяется плётка. И пахнет тут так… так отвратительно!.. Болью и сексом.

Внезапно желчь подкатывает к горлу. Зажимаю рот рукой и со всех ног бегу вниз. Не знаю, как, но нахожу туалет. Падаю возле унитаза на колени, меня тут же выворачивает наизнанку. Слёзы градом, озноб…

– Леся, что случилось? – залетает в туалет Кирилл.

– Выйди… Уходи! Не надо на меня смотреть! – протестующе выставляю руку.

– Почему не надо?

Он подходит. Убирает от моего лица волосы.

– Я же говорил, что еда в самолёте была отстойная, – пытается пошутить.

А мне не до шуток. Вновь полощет. И ужасно стыдно, что при нём.

Наконец спазмы заканчиваются. Кирилл помогает мне подняться. С ужасом замечаю Эмиля возле двери.

– Всё нормально? – смотрит тот на друга.

– Врача вызовем – узнаем.

Я умываюсь холодной водой, тщательно стираю размазавшуюся под глазами тушь.

– Не надо врача, Кирилл. Лучше заедем в аптеку.

– В аптеку заедем, – кивает он. – А потом врача. Не будем играть с судьбой.

Прощаемся с Эмилем. Садимся в такси. Кирилл обнимает меня за плечи, шепчет что-то нежное в ушко. Начинаю проваливаться в сон…

– Лесь, что в аптеке купить?

Открываю глаза. Машина стоит, за окном аптека.

– Я сама могу сходить…

– Нет. Сиди. Просто скажи, что купить.

Смущённо смотрю ему в глаза.

– Купи тест.

– Какой тест?

– На беременность, – шепчу я.

Его ноздри вздрагивают, челюсть дёргается.

– В смысле?

– Кирилл, купи тест, пожалуйста. Я хочу убедиться, что не беременна. Или что беременна.

– Ты не можешь быть беременна, – мрачно отвечает он.

– Ох… – закатываю глаза. Прижимаюсь к его уху губами и так же жарко, как делает это обычно он, шепчу: – Ты две недели накачиваешь меня своей спермой. По пять раз на дню и столько же за ночь. Ну конечно, я никак не могла забеременеть.

Отшатывается. Застывшим взглядом смотрит мне в глаза. Не понимаю его реакции. Сам же сказал, что будет кончать в меня – и будь что будет. Забеременею – значит, так тому и быть. А теперь отрицает очевидное?

– Кирилл, ты идёшь в аптеку?

– Иду.

Молча выходит. Возвращается с пакетом. Там четыре теста разных фирм.

– Зачем так много? – смеюсь я.

– Аа?.. Что?

Он в какой-то прострации.

– Ничего, – кошусь на него.

Наконец доезжаем до дома. Кирилл заносит багаж.

Я пока не привыкла к его квартире и не считаю своей. Хочется что-то тут поменять. Добавить что-нибудь мягкое к брутальной обстановке.

Прихватив пакет из аптеки, направляюсь в туалет, Кирилл идёт за мной.

– Нет, ты ждёшь меня там, – торможу его у двери, показываю на гостиную.

– Лесь, ну чего я там не видел? – раздражённо и нетерпеливо.

– Как я писаю – точно не видел. Кирилл, это уже перебор… Пожалуйста… – мягко толкаю его в грудь. – Просто подожди.

Отступает с каменным лицом.

Закрываюсь.

Делаю сразу два теста. Кладу на край раковины и жду. Слышу, как Кирилл вышагивает туда-сюда по прихожей. Нервный какой…

Я тоже нервничаю. Но, прислушиваясь к себе, понимаю, что очень хочу стать мамой. Очень.

Смотрю на тесты. На одном проступают две полоски. На другом – плюсик.

О Боже…

– Боже мой! – верещу я и бросаюсь к двери.

Открыв замок, вываливаюсь в прихожую, Кирилл подхватывает меня под бёдра. Обвиваю его ногами.

– Что там, Лесь? – чертовски испуганным голосом.

– Там… там… – зацеловываю его лицо. – Там «да»! Мы беременны! Мои родители нас убьют, конечно. Но мне всё равно. Мы беременны, Кирилл! Ты слышишь меня?

– Не может быть… – выдыхает он и опускает меня на пол.

Его реакция мне совсем-совсем не нравится.

Он залетает в ванную, изучает тесты.

– Сделай остальные.

– Зачем?

– Правильно. Похеру на тесты, поехали сразу в клинику.

Стремительно выходит из ванной и направляется к входной двери. Я остаюсь на месте. У двери Кирилл тормозит и оборачивается.

– Какая клиника, Кирилл? Тебе так нужно ещё одно подтверждение? Надеешься, что тесты обманывают?

Мне так горько… так горько…

– Лесь, ну ты чего? – подрывается ко мне, обнимает. – Я наоборот… Хочу удостовериться… Хочу быть уверенным на сто процентов и только потом сходить с ума от радости.

– Это и есть практически стопроцентный результат, – указываю на тесты. – Прибавим к этому безудержный секс, перепады моего настроения, тошноту. Я беременна! Начинай сходить с ума от радости, если действительно рад.

Он делает глубокий вдох, потом протяжный выдох. Падает на колени. Прижимается лбом к моему животу и водит по нему губами. Что-то шепчет.

Его реакция такая искренняя и такая неожиданная… Я начинаю неконтролируемо рыдать и улыбаться одновременно.

Кирилл поднимает голову и смотрит на меня снизу вверх. Тихо произносит:

– Спасибо тебе, родная.