Пять лет спустя

Я поправила у Сони рюкзак, присела на корточки и, оглядев эту нарядную красотулю, прослезилась.

Такая маленькая, а уже первоклашка!

На ней была нарядная форма в крупную клеточку, на макушке сверкали белые банты, а на ногах надеты лаковые туфли с маленьким каблучком.

– Беги, дари учителю цветы!

Я подтолкнула ее в толпу одноклассников и, встав на ноги, взяла под руку Матвея.

– Боже, наша девочка пошла в первый класс! ― прерывисто вздохнула я. ― До сих пор не могу в это поверить.

– Готовься, мама школьницы. Скоро заново будешь учить уроки, ― с улыбкой подмигнул Матвей и покачал коляску, в которой сладко спала наша Лерочка.

– Ой, ну как она будет таскаться с этим огромным рюкзаком? ― переживала я, глядя на Соню, которая пыталась протиснуться к учителю. ― Как будто издеваются над детьми, честное слово! А потом удивляются, что у них спины болят в таком раннем возрасте!

«И моя спина, кажется, сейчас треснет. А ведь еще только пять месяцев беременности… Еще ходить и ходить!»

За бортик коляски сначала схватилась одна рука, затем ― вторая, а через секунду Лера села и уставилась на нас сонными глазенками.

– У-у, кто-то нам сейчас закатит истерику, ― шепнула я Матвею.

Мы оба знали, что Лера не любила ездить в коляске. Она же считала себя большой в свои три года!

Коляской мы давно уже не пользовались, но сегодня пришлось ехать на ее нелюбимом транспорте, иначе она бы точно не выстояла два часа на школьной линейке.

– Проснулась, моя принцесса? ― расцвел Матвей и, взяв ее на руки, поцеловал в щеку. ― Смотри, там Соня! ― гордо заявил он. ― Соня красивая, да? С цветами, с рюкзаком.

– Дя, ― кивнула Лера и от всей души зевнула. ― Я тозе в сколу.

– Лерик тоже хочет в школу? ― просюсюкал Матвей и, достав из кармана пиджака мобильник, ответил на звонок. ― Слушаю! Нет, это даже не обсуждается! Если они не согласны на наши условия, то им стоит подыскать другого поставщика, так и передай!

Он убрал мобильник в карман и тут же перевоплотился из строгого директора в заботливого папу.

– Так значит Лерик в школу хочет? ― уточнил он у нашей пуговки.

– Дя. К Соне хотю. В сколу! ― нахмурилась Лера.

– Ну тогда пойдем! ― решительно заявил Матвей и, поправив на ее голове шапку с ушками, двинулся к Сониному классу. ― Мы тоже будем учиться, правда? Интересные такие! ― фыркнул он. ― Сами в школу пошли, а нам тут сиди в коляске!

Я обожала наблюдать за тем, как он общался с нашими девочками. Всегда знал к ним подход, а эти две мартышки рулили им, как только умели.

– А можно мне *Киси Миси? ― спросила вчера в магазине Соня. ― У меня уже есть две, но вот именно с такой мордочкой еще нету.

И папа Матвей, конечно же, купил…

Два пакета игрушек…

– Т-а-ак, посторонитесь! ― послышался из толпы его громкий голос. ― Пропустите еще одну ученицу!

Он поставил Леру на ноги и, пока с ней играли дети, подошел к учительнице.

Я не слышала, о чем они общались. Скорее всего Матвей как обычно задавал вопросы про учебный процесс. Он это любит!

Когда Лера пошла в садик, Матвей сам лично присутствовал на первом собрании и, по словам мамочек из нашей группы, выяснил все до мелочей: какой стаж у воспитателей, какие развивающие кружки есть в саду, какая температура в группе.

– Все бы папы так переживали за своих детей! ― сказала мне одна из мамочек, и я с ней полностью согласилась.

До сих пор помню, как он трясся надо мной в прошлую беременность.

– Матвей, доктор же сказал, что я смело могу рожать! ― твердила я. ― Все будет хорошо!

Но он вплоть до родов продолжал следить за каждым моим шагом и контролировать прием витаминов.

В эту беременность он тоже держал руку на пульсе. Как только у меня немного потянет спину или живот, то тут же везет меня в клинику!

Кстати, сегодня мы узнаем пол нашего будущего малыша. Не знаю, что там подготовили наши родители, но, чувствую, нас ждет что-то интересное.

От нас с Матвеем требовалось только сходить на УЗИ и попросить доктора не озвучивать пол, а все остальное родители взяли на себя и сейчас готовятся к гендерной вечеринке.

– Мама, смотри! ― подбежала ко мне Соня и показала значок, прикрепленный к жилетке. ― Нам всем такие выдали!

– София, первый «Б» класс, ― прочитала я и прижала к себе дочь. ― Первоклассница ты моя!

Спустя два часа

По дороге в поселок я листала новостную ленту, Соня с Лерой баловались на заднем сиденье, а Матвей по громкой связи общался с дизайнером, который работал в нашем отеле.

– …Диваны в холле тоже будем менять, ― сказал он и, оторвав взгляд от дороги, бегло взглянул на меня. ― Юль, синие решили ставить, правильно?

– Ага, в цвет штор, ― кивнула я.

– Синие диваны будут и в холле, и в ресторане, ― сказал Матвей дизайнеру и заговорил с ней о мебели в номерах.

Как хорошо, что муж занимался всеми делами в отелях. Он советовался со мной насчет интерьера, вывесок, названий, но никогда не грузил меня финансовыми и другими вопросами.

Ну не бизнес-леди я, что тут поделать?!

Мне гораздо ближе и приятнее воспитывать детей и создавать уют в доме.

Я всегда была такой.

И в отношениях с Глебом я тоже желала гармонии в семье, теплых вечеров, семейных поездок, но он это не оценил.

Погнался за красотой, которая в итоге довела его до тюрьмы.

Кстати, его «красота» по имени Илона сейчас живет у матери и, как я слышала, работает официанткой в ресторане. Я заходила на ее страницу в соцсети и была очень удивлена фотографиям, опубликованным на стене: на всех фото она была в обнимку с сыном, который вырос точной копией Глеба.

А ее сестра Даша все еще была в отношениях с моим бывшим свекром, как бы странно это не звучало.

Однажды мы встретили их в ресторане, и я до сих пор смеюсь, когда вспоминаю тот день.

Дедушка Саша познакомил свою внучку Соню с тетей Аглаей… которой на тот момент не было еще и года…

Комичная была ситуация, ничего не скажешь.

Я смотрела на младшую сестру Глеба и не могла поверить глазам. Такая малышка, а уже тетя моей Соньки? Обалдеть, какие сюрпризы нам преподносит жизнь!

Отец Глеба казался со стороны дедом Аглаи, а его Дашенька годилась ему в дочки, но в целом их семья выглядела очень даже счастливой.

Даша не ушла от Стрельцова старшего даже после того, как он потопил хостел, который оставил ему Матвей. Значит, все-таки ее привлекали в нем не только деньги.

Мне вот интересно, а что будет, когда Глеб выйдет на свободу? К нам он точно не сунется, а вот к Илоне и сыну…

Хм… а нужен ли он ей без денег и без бизнеса?

Листая новостную ленту в соцсети, я снова увидела рекомендованного друга «Виктория Пономарева». Она периодически вылезала у меня на странице, и я, ведомая любопытством, заходила в ее профиль.

Но сейчас не стала.

И так знала, что Вика ― бывшая девушка моего мужа, жила в Питере и растила двойняшек.

Помню тот день, когда мы с Матвеем увидели ее в клинике.

О-о, ей-богу, я чуть не поседела тогда!

Перед моими глазами замелькали картинки, как Вика родит ребенка от Матвея, как он уйдет к ней. Умудрилась подумать, что за ее мешковатым платьем скрывается большой живот.

А на деле все оказалось совсем не так: Вика действительно была беременна, но не от Матвея.

– Привет! ― улыбнулась она, подойдя к нам, и обвела взглядом холл, в котором висела вывеска «Перинатальные технологии». ― Не ожидала вас здесь увидеть.

– Я тоже, если честно, ― хмуро глядя на нее, ответил Матвей, и перевел взгляд на снимок, который она держала в руке.

В следующую секунду за моей спиной хлопнула дверь и раздался запыхавшийся мужской голос.

– Милая, прости! Застрял в пробке! ― К Вике подошел высокий брюнет, обнял ее, затем с тревогой заглянул в лицо. ― Ну, что показало УЗИ?

– Четыре недели! ― пискнула она и, бегло посмотрев на Матвея, прижалась к своему мужчине.

Я улыбалась как дурочка!

Честное слово, как будто это я только что узнала о своей беременности.

Оказалось, что после расставания с Матвеем Вика встретила мужчину, у них стремительно завязались отношения, и, если верить фотографиям в соцсетях, они уехали жить в Питер.

– Девочки, можете отстегивать ремни, ― подъехав к дому родителей сказал Матвей. ― Сонь, помоги Лере.

Я вышла из машины, размяла шею и спину, затем посмотрела на дом свекрови и расцвела в улыбке.

– Шарики! Ура-а! ― запрыгала Соня.

– Уя-я! ― тут же подхватила Лера и они побежали навстречу к бабушке и деду.

– Вот это да-а! ― восхищенно протянула я. ― Когда они успели так все украсить? Ночь не спали?

Из нашего дома вышла мама с противнем в руках.

– Ой, уже приехали! ― взволнованно сказала она и, подойдя ко мне, поцеловала в щеку. ― Мы чуть-чуть не успели к вашему приезду. Вот, ― кивнула она на противень, от которого исходил головокружительный аромат, ― осталось только горячее на стол поставить!

Пока шли к дому родителей Матвея, мама перечисляла все, что они с тетей Таней наготовили, и у меня рот набился слюной.

– Сонь, так ты теперь у нас школьница? ― послышался из дома голос дяди Саши.

– И я! Я тозе сколу! ― воскликнула Лера.

– И ты школьница? ― раздался смех. ― Иди и тебя дедушка поцелует! Иди сюда скорее!

Мы сели за стол и приступили к еде.

Я до сих пор не знала, что придумали наши родители, но лица у них были хитрющие.

– Матвей, Юля, а принесите-ка из нашего дома банку с огурцами, ― попросила моя мама.

Я посмотрела на банки с огурцами, которые стояли на полу, только открыла рот, чтобы напомнить о них, но Матвей пихнул меня локтем.

– Сейчас принесем! ― с серьезным видом кивнул он маме, и, взяв меня за руку, вывел из-за стола.

– Они нарочно нас выпроводили, да? ― смеялась я, идя к крыльцу.

– Видимо.

Войдя в дом, я огляделась по сторонам и улыбнулась: большой, светлый, красивый дом, в котором мама обрела свое счастье. Я до сих пор помню ее эмоции и слезы в тот день, когда она впервые сюда вошла. А потом несколько месяцев ахала от восторга и благодарила Матвея за этот подарок.

– Я уже и не надеялась, что однажды вернусь сюда, ― всхлипывала она. ― Какой дворец отгрохал! С ума сошел!

Мы взяли банку, вышли из дома и застыли.

Все семейство стояло на улице и у каждого в руке был непроницаемый воздушный шар.

– Та-а-ак, ― протянула я, ― сейчас что-то будет!

Идя к родителям, я держала Матвея за руку и уже понимала, что мы вот-вот узнаем пол нашего будущего ребенка.

Волновалась жутко!

Я знала, что Матвей будет рад третьей девочке, но сердцем чувствовала, что он не отказался бы от парня, ведь у него столько увлечений, которые можно будет разделить с сыном: охота, машины, мотоциклы.

Не все ж ему в девчачьи игры играть, верно?

– Минуточку внимания! ― объявил дядя Саша и жестом велел нам остановиться напротив. ― У нас в руках не просто шары, а…

– А в одном из них ребенок! ― засмеялась Соня.

– Не ребенок, а сюрприз! ― поправила ее бабушка Таня. ― С какого начнем?

Мы с Матвеем переглянулись и оба указали на золотистый шар, который держала Соня.

– Хлопаем! ― воскликнул дядя Саша, Соня воткнула в шар зубочистку, раздался хлопок, от которого Лера завизжала, и… на землю упал золотистый кусочек шарика.

– Пусто! ― рассмеялась я, чувствуя, как с каждой секундой нарастало волнение.

– Давай зеленый? ― предложил Матвей, я быстро зажмурила глаза, прикрыла ладонями уши и после хлопка услышала смех моей мамы.

– В моем тоже пусто!

– Ла-адно… ― протянула я, и, закусив губу, по очереди посмотрела на оставшиеся три шарика.

– Я! Я! ― запрыгала Лера и выставила перед нами свой красный шар.

Она с опаской посмотрела на него и передала в руки дедушки.

– Хопай, деда! Хопай мой!

Деда хлопнул, но и он оказался пустым…

– Да что ж такое! ― рассмеялась я. ― Никаких нервов не хватит!

– Мам, давай твой! ― сказал Матвей.

Тетя Таня, глядя на нас, прищурилась, затем нарочно выдержала паузу и воткнула в шар зубочистку.

На землю упал очередной ошметок шарика, а я вцепилась в руку Матвея и вытаращилась на него во все глаза.

– Они над нами издеваются? Все эти шары пустые?!

– У дедушки в шарике! У дедушки! ― радостно прокричала Соня и захлопала в ладоши.

– Хопай, деда! Хопай! ― запрыгала Лера.

Свекор поднес к шарику зубочистку, я затаила дыхание.

– Там точно что-то есть! ― шепнула Матвею, затем раздался хлопок и из шарика вылетело конфетти… синего цвета!

Два года спустя

Убирая пыль с фоторамок, висевших в гостиной, я с улыбкой рассматривала каждое фото.

На этом снимке мы всей семьей в дельфинарии. В тот день наш Максим Матвеич сделал первые самостоятельные шаги, и мы тут же решили это отметить поездкой к дельфинам.

На следующем фото наши дети стояли в обнимку и показывали в камеру ракушки, которые собрали на черном море. Дальше ― фото с щенком мальтийской болонки, которого мы подарили детям, и еще одно фото, на котором мы всей семьей стояли под вывеской «Галактика» ― это очередной наш отель, который недавно открылся в Ярославле.

Посмотрела на это фото, вспомнила, как выбирала название для сети отелей и почему-то подумала о Стрельцове.

Воскресила в памяти, как страдала из-за его измены, как мне было больно тогда, и, присев на подлокотник дивана, улыбнулась.

– Я не стала звездой его маленького созвездия, но… в итоге я стала частью огромной галактики другого мужчины, ― прошептала я, и, сняв со стены семейное фото, обвела в сердечко наши счастливые лица.

*Киси Миси ― популярная детская игрушка.