Спустя три месяца

Юля

– Милый, если Соня будет капризничать, то обязательно звони мне, ладно? ― взволнованно твердила я, идя к машине. ― Кто знает, как она отреагирует на то, что меня нет рядом.

– Паникерша! ― посмеялся Матвей. ― Как будто на год от нас уезжаешь, Юль.

Я впервые оставляла Соню и Матвея одних на несколько дней.

Знала, что Матвею можно полностью доверить дочь, да и Соня с ним прекрасно ладила, но мое сердце все равно было не на месте.

Видимо, я еще не успела отойти от событий, связанных со Стрельцовым.

Столько нервов он нам вымотал за последние месяцы, что не передать словами!

Уже не помню точно, на скольких судебных заседаниях мне пришлось побывать. Его упрямый адвокат все-таки добился пересмотра дела, попытался смягчить наказание, но у него ничего не вышло.

На последнем заседании Стрельцов был злым как собака.

До сих пор в ушах звенели слова, которые он выкрикивал:

– Не думай, что тебе это сойдет с рук! Я выйду на свободу и все у тебя заберу! И дочь, и все свои отели!

Я знала, что Матвей сделает все, чтобы отгородить нас от него, но все равно не могла избавиться от тревожного чувства внутри. Мне казалось, что вот-вот что-то должно произойти…

– Юль, сделай глубокий вдох и выдохни, ― сказал Матвей, и, сев рядом со мной на заднем сиденье, велел водителю ехать в клинику.

– Я очень переживаю, ― судорожно вздохнула я. ― Надеюсь, что у нас все получится.

– Конечно получится, милая, ― улыбнулся он, взяв меня за руку.

Сегодня я лягу в клинику, а уже завтра утром мне сделают операцию.

Мама Матвея посоветовала мне очень хорошего доктора, который, кажется, нашел решение моей проблемы.

– Рубец действительно очень тонкий, и он может стать причиной разрыва матки во время следующей беременности, ― сказал доктор во время обследования, затем улыбнулся и ободряюще похлопал меня по плечу. ― Не отчаивайтесь, Юлия. Мы будем использовать всевозможные варианты. Начнем подготовку к лапароскопии.

Его слова меня очень обнадежили.

Я бы все отдала ради того, чтобы еще раз испытать радость материнства.

Матвей любит Соню как родную, с рук ее не спускает, но я уверена, что он сойдет с ума от счастья, если я смогу подарить ему еще одного ребенка, ведь он не раз говорил мне, что мечтает о большой семье.

«Юль, давай я приеду? ― написала в СМС мама. ― Помогу Матвею с Соней».

«Не нужно, он справится. ― быстро строчила я. ― Если что, поедет с ней к родителям, они помогут».

Мама находилась в Крымском санатории на реабилитации и было бы очень глупо выдергивать ее оттуда ради того, чтобы она помогала Матвею с Соней. Тем более она все еще передвигалась на костылях.

А еще знаете, ее поездка в Крым сейчас нам очень даже на руку.

Мама очень переживала из-за того, что у нее больше не было ее любимого дома. Она плакала, смотрела на телефоне фотографии своего сада, усыпанного цветами, вспоминала, как выросла в поселке, и просила отвезти ее туда.

– Давайте хоть на часок съездим, ― всхлипывала она. ― Душа так и рвется туда.

Мы придумывали разные отговорки, чтобы не возить ее в поселок. Уж если решили сделать сюрприз, то для начала нужно довести его до ума.

Я и сама долго не знала о том, что Матвей развернул строительство на месте пепелища. Он до последнего скрывал это от меня. А когда мы приехали в поселок навестить его родителей, я увидела первый этаж нового дома.

Слезы текли рекой.

Я не могла поверить глазам и понятия не имела, как буду благодарить Матвея за то, что он для нас сделал.

– Добро должно возвращаться, ― сказал Матвей. ― Твоя мама много раз протягивала руку помощи моей семье, и я хочу отблагодарить ее за это.

Я каждый день думала о том, как мы привезем маму к новому дому, представляла, какие будут у нее эмоции и от этого по телу бегали мурашки.

«Мама точно в обморок упадет. Думаю, нужно будет взять с собой нашатырный спирт», ― посмеялась я мысленно и перевела взгляд на окно.

В этот момент машина как раз проезжала мимо одного из наших отелей, и я, глядя на название, снова задумалась.

Честно скажу: «Созвездие стрельца» мне уже глаза резало. Хотелось как можно скорее повесить другие вывески, но для начала я должна придумать новое название для сети отелей…

И, слава богу, это самое сложное, что мне предстояло сделать, а все остальные заботы с отелями взял на себя Матвей.

Он занимался набором дополнительного персонала, всеми закупками и документами.

Благодаря ему дела стремительно пошли в гору, отели стали приносить хороший доход, а среди наших гостей все чаще и чаще стали мелькать звездные имена.

– Пойдем, я тебя провожу, ― сказал Матвей, когда машина остановилась у клиники.

Он взял из багажника мою спортивную сумку, и мы направились к входу.

– Ой, я вроде расческу забыла на тумбочке в спальне! ― войдя в клинику, хлопнула себя по лбу. ― Привезешь завтра, ладно?

Не услышав ответ, обернулась на Матвея. Он пристально смотрел на женщину, которая стояла в коридоре.

– Матве-е-й, ― махнула рукой перед его глазами. ― Ты тут? Я говорю, расческу завтра привез… ― Я не успела договорить, как из кабинета, расположенного напротив ресепшена, вышла девушка…

Девушка с веснушками и с курносым носом, которую я много раз видела на фотографиях в доме Матвея…

Она подошла к женщине, на которую только что пристально смотрел Матвей, и, подав ей черно-белый снимок, расцвела в улыбке.

– Это Вика?.. ― хрипло вымолвила я.

– Да. С матерью, ― спокойно ответил Матвей и, переведя взгляд на кабинет, прочитал на табличке название: «Кабинет УЗИ».

Кабинет УЗИ…

Черно-белый снимок…

Радость на лице Вики…

«О, боже… ― прерывисто выдохнула я и устремила взгляд на ее мешковатое платье. ― Она ждет ребенка от Матвея?»