Глава 32. По запаху чизкейка…

Антон.

Конференц-зал в офисе адвокатской фирмы «Кларк энд Партнерс» напоминает поле битвы перед решающим сражением. Полированный стол из красного дерева разделяет нас на два враждующих лагеря. С одной стороны – я и моя команда: Маргарет Кларк, ведущий партнёр фирмы, и Дэвид Ростер, специалист по уголовному праву. С другой – тот, кого я считал другом, и его свора акул в чёрных пиджаках.

– Господа, – начинает Маргарет, раскладывая документы, – мы собрались для обсуждения возможности досудебного урегулирования по делу о сексуальном принуждении. Мой клиент, мистер Соколов, является свидетелем происшествия в собственной квартире.

Главный адвокат Самсонова – Ричард Блэкстоун, тип с репутацией, способной обелить любую грязь, – спокойно отвечает:

– Миссис Кларк, мой подзащитный признаёт неуместность своего поведения в доме друга. Он готов принести извинения за нарушение границ гостеприимства и выплатить компенсацию за причинённые неудобства.

– Компенсацию? Вы сейчас серьёзно? – мгновенно вспыхиваю я, поражаясь, как этим тварям удаётся сохранить хладнокровие и невозмутимость. На месте Сандры могла бы быть его жена, сестра или дочь.

– Антон, – тихо, но твёрдо останавливает меня Маргарет, кладя руку на моё плечо.

Ублюдок Самсонов откидывается в кресле и самодовольно улыбается. В его глазах плещется такое злорадство, что хочется перепрыгнуть через стол и размазать эту ухмылку по стенке.

– Соколов, – ядовито произносит он, – я понимаю твоё… пристрастное отношение к мисс Верти. Должно быть, болезненно наблюдать, как женщина, к которой ты неравнодушен, наслаждается обществом другого мужчины.

– Какая же ты мразь… – сквозь зубы выплёвываю я, и Дэвид тут же сжимает моё предплечье в предупреждающем жесте.

– Он специально провоцирует тебя. Не поддавайся.

Этот выродок наклоняется вперед, его глаза горят дьявольским огнем:

– Знаешь, жаль, что ты так некстати вмешался. Сандра как раз входила во вкус.

Кровь стучит в висках. Я резко поднимаюсь, опрокидывая стул:

– Я сейчас убью тебя!

– Антон! – Маргарет встает между нами. – Сядьте. Немедленно.

Дэвид подтягивает мой стул, а Блэкстоун театрально вздыхает:

– Видите? Мой клиент подвергается угрозам. Мистер Соколов демонстрирует неконтролируемую агрессию, что ставит под сомнение достоверность его показаний.

– Ричард, – холодно произносит Маргарет, – ваш подзащитный сейчас откровенно провоцировал моего клиента, и протокол это зафиксировал.

– Эмоциональная нестабильность свидетеля, – парирует Блэкстоун. – Плюс у нас есть серьезные сомнения в мотивах мистера Соколова. Его показания продиктованы личной заинтересованностью и ревностью.

Дэвид листает свои записи:

– У нас есть медицинское заключение о телесных повреждениях потерпевшей, соответствующих принуждению.

– Следы интенсивной близости, – невозмутимо отвечает второй адвокат Самсонова. – Мисс Верти не подала заявления, что красноречиво говорит о добровольности происходившего.

Мне хочется разнести этот кабинет к чертовой матери. Как они смеют? Как смеют извращать правду, превращать кошмар Сандры в «интенсивную близость»?

– Господа, – Блэкстоун достает папку из портфеля, – мой клиент готов пойти навстречу. Учитывая причиненный ему моральный ущерб клеветническими обвинениями, он согласен не подавать встречный иск при условии публичных извинений от мистера Соколова и символической компенсации в размере пятидесяти тысяч долларов.

Наступает оглушающая тишина. Этот подонок сидит и ухмыляется, словно кот, съевший канарейку.

– Вы издеваетесь? – Мой голос звучит хрипло. – Этот выродок насилует женщину, а теперь требует с меня деньги за то, что я его остановил?

– Антон, – предупреждающе произносит Маргарет.

Блэкстоун пожимает плечами:

– Альтернатива – судебный процесс, где мы будем требовать полную компенсацию ущерба репутации. Учитывая положение моего клиента в обществе, сумма может достигать семизначных чисел.

Этот мерзавец смотрит на меня с плохо скрываемым триумфом:

– Сандра знает правду, Соколов. Именно поэтому она молчит. Она помнит каждую секунду той ночи… и как кричала мое имя.

Я вскакиваю так резко, что стол подпрыгивает:

– Ты сдохнешь, тварь! Я лично…

– Всё, встреча окончена, – решительно заявляет Маргарет, вставая. – Мистер Блэкстоун, ваше предложение неприемлемо. Мы увидимся в суде.

Блэкстоун неторопливо собирает документы:

– Как пожелаете. Но помните – без заявления потерпевшей у вас нет дела. А мисс Верти, похоже, предпочитает хранить молчание о своих… приятных воспоминаниях.

Они встают и направляются к выходу. Дверь закрывается, и я остаюсь наедине со своими адвокатами, трясясь от бессильной ярости. Маргарет обеспокоенно смотрит на меня:

– Антон, единственный способ посадить этого ублюдка – убедить Сандру дать показания. Без этого у нас связаны руки.

Я опускаюсь в кресло, понимая горькую правду: чтобы избавить Сандру от ужаса, который случился по моей вине, мне нужно заставить её прожить его снова.

* * *

Ни разу не был в Монреале, но город мне уже не нравится – по большей части потому, что здесь придётся снова сделать Сандре больно. Сэм нашёл её меньше чем за полдня, и я боюсь предположить, сколько времени понадобится Самсонову, чтобы выследить её снова. Сейчас его наверняка сдерживают ублюдки-адвокаты и пресс-секретарь, но как только эта история уляжется, он вновь бросится её преследовать – я не сомневаюсь. Очевидно, у Самсонова поехала крыша, не могу понять, почему до сих пор никто его не отвёл к специалисту и вся его команда игнорирует этот факт. Он болен, опасен для общества, его нужно ликвидировать любой ценой.

Такси останавливается у ледового дворца. Сэм говорил, что Сандра часто бывает в кофейне неподалёку. Я прохожусь вдоль аллеи и натыкаюсь на вывеску Echo Coffee.

Понятия не имею, найду ли я здесь её и будет ли она меня слушать, но другого выхода у меня нет.

Как только вхожу в помещение, меня окутывает приятный запах свежей выпечки и кофе. Место невероятно уютное и тёплое, несколько столов заняты гостями, но Сандры среди них я не нахожу.

– Никто и не говорил, что будет легко… – бубню себе под нос и направляюсь к витрине с десертами.

– Добрый день, чем могу помочь? – приветливая темноволосая девушка озаряет меня улыбкой.

Мой взгляд падает на её бейдж.

– Камилла, верно?

– Да, к вашим услугам, – она делает лёгкий поклон головой. – Кофе?

– Да, пожалуйста…

– Флэт уайт?

– Что?

– Вы пьёте кофе с молоком, верно? Но капучино для вас слишком молочный, а флэт уайт – самое то.

– Ого, кто вы? Экстрасенс?

– Нет, я просто очень давно варю кофе…

– Вы меня впечатлили, – признаюсь я и достаю карту, чтобы оплатить заказ.

Девушка пробивает мой кофе и принимается его готовить, пока я изучаю витрину.

Творожный чизкейк.

Мой глаз цепляется за знакомый вкус. – «Творог, белковый крем, тёмный шоколад».

Вот, это похоже на чизкейк, но более лёгкая версия, из творога, сверху белковая шапка, полито семидесятипроцентным тёмным шоколадом, сделанным на основе стевии, здесь почти нет производственного сахара…

В голове всплывает мягкий голос Сандры и первый её десерт, который я попробовал. Прямо с её пальцев.

– Вам что-то подсказать? – спрашивает Камилла, выдёргивая меня из воспоминания. – У нас появилась линейка низкокалорийных десертов с высоким содержанием белка, творожный чизкейк – абсолютный хит. Хотите попробовать?

Это десерт Сандры.

– Да! – не раздумывая выстреливаю я. – Скажите, а кто вам их делает?

– Все наши десерты производятся на фабрике-кухне по предоставленным нами рецептам, каждое утро завозится свежая выпечка, вечером мы, как правило, распродаём всё с пятидесятипроцентной скидкой, чтобы на утро подавать гостям только самое свежее.

Камилла протягивает мне коробку с десертом.

– А кто разрабатывал рецепт этого чизкейка? – не унимаюсь я, понимая, что вот-вот нащупаю информацию о Сандре.

– Очень талантливый кондитер.

Не сомневаюсь.

– А могу я с ним познакомиться?

Улыбка с лица Камиллы резко исчезает, и от приветливой девушки не остаётся и следа – она испепеляет меня взглядом и строго спрашивает:

– А с какой целью?

– Хотел бы предложить ей работу, – вру, продолжая улыбаться.

– Я не имею права разглашать данную информацию, – фыркнув, она берёт стаканчик и подносит к нему фломастер. – Ваше имя?

– Антон, – вздыхаю я и увожу глаза обратно к витрине.

– А фамилия?

Странный вопрос. Я снова смотрю на неё и удивлённо произношу вопросительно:

– Соколов?

Камилла некоторое время оценивающе пробегается по мне взглядом. Закусывает нижнюю губу, будто обдумывает дальнейшее решение.

– М-м… ладно! – мычит и резко отставляет пустой стаканчик с моим именем в сторону. – Ты же хоккеист, да? Торонто Мэйпл Лифс?

– Да… – я всё ещё не понимаю, что происходит, но начинаю опасаться, что Камилла настоящая ведьма.

– Сандра, – девушка перегибается через барную стойку и понижает голос, – моя лучшая подруга, и если ты здесь не за тем, чтобы всё исправить, я перемолочу твой член в кофе-машине и скормлю гостям!

Боже мой! Да делай с ним что хочешь, только скажи, где Сандра!

Ликую я про себя, но вслух произношу:

– Я здесь, чтобы помочь!

Камилла не спешит мне верить, отстраняется, окидывает меня презрительно-недоверчивым взглядом и наполняет стаканчик горячей жидкостью.

– Твой кофе, – ставит она напиток и добавляет: – Подожди меня минут пятнадцать, я закончу здесь и отвезу тебя к ней.

– Спасибо! – получилось слишком чувственно и ранимо, потому что не могу скрыть накатившего облегчения и благодарности к этой девушке.

– Постарайся сделать так, чтобы я не пожалела о своём решении! – строго бросает она и убегает в подсобку.

Я усаживаюсь за стол и принимаюсь за кофе с десертом. Он именно такой, каким я помню, – в меру сладкий, воздушный, с приятным послевкусием, похожим на запеканку.