Глава 25. Шрамы
Антон.
Я ощущаю приятную тяжесть от тела Сандры на своих руках, она полностью расслабилась, после того как рассказала мне страшные вещи о своём прошлом спокойной вкрадчивой интонацией. Я не перебивал, и ничего не уточнял, потому, что откровенно стал бояться за свою реакцию. Слушая и представляя, как она день за днём подвергалась насилию, просила взрослого мужика не делать ей больно, я захотел совершить самосуд. Когда начала говорить о том, как он её… Проклятие. Я даже выговорить в своих мыслях этого не могу, насилие и Сандра в одном предложении взрывают мои природные инстинкты защищать и наказывать. Красная пелена перед глазами не спала, когда она закончила свой рассказ, я всё ещё хочу его убить, но девушке, лежащей в моих руках, ни к чему эти геройские выпады, поэтому я только сильнее прижимаю Сандру к себе и снова целую любимые шрамы на нежной коже. Теперь я знаю их происхождение, и от этого люблю их ещё больше. Они напоминают мне, какая она сильная, смелая, несломленная, хоть ей порой так не кажется, она настоящий боец, человек, который идёт за своим счастьем и берёт судьбу в свои руки.
Ей не нужен герой, но я бы хотел занять вакансию хотя бы серого кардинала, невидимого телохранителя для лишней безопасности.
– Ты больше его не видела? – осмеливаюсь спросить я, убаюкивая хрупкую фигуру в своих объятиях.
– Нет, первые несколько лет я бегала из города в город, чтобы у него не было возможности найти меня, даже немного изменила внешность, отрастила волосы и покрасила их в более темный цвет.
– Ты блондинка?
– Не совсем, мой природный цвет – русый.
Я целую ее в макушку, закрывая глаза.
– Как ты здесь оказалась?
– Случайно, просто бежала как можно дальше и старалась не задерживаться долго на одном месте. Это помогло, за последние два года почти избавилась от панических атак, связанных со страхом случайно столкнуться с ним.
– Ты из-за этого ублюдка не любишь хоккей?
– Извини, – Сандра прячет лицо в моё предплечье.
– Не извиняйся, – притягиваю ближе. – Теперь то, что ты пришла на игру и поддержала нас, значит для меня гораздо больше.
– Я пришла посмотреть на тебя, – застенчиво мямлит Сандра, пряча глаза.
Вот это было неожиданно и очень приятно. Нет, кого я обманываю, просто приятно – это когда тебе сказали «что ты неплохо играл» или похвалили за гол. А то, что я почувствовал от её слов, больше похоже на погружение в горячую ванну после того, как продрог до нитки, или соприкосновение с прохладной чистой постелью, когда несколько суток не спал, или адреналин от американских горок, когда это было твоей главной мечтой с пяти лет. Вот как ощущается её «я пришла посмотреть на тебя» – как что-то необходимое на физическом уровне, приятное до дрожи в костях, захватывающее настолько, что перекрывает дыхание.
– Если бы я знал, что ты на трибунах, я бы не смог играть, – зарываюсь в её волосы и начинаю нежно водить носом, прокладывая путь к шее.
– Почему? – мурлычет Сандра, и этот её голосок с придыханием мгновенно будит жизнь у меня ниже пояса.
– Потому что… – со стоном я откидываю её на другую сторону так, что она оказывается лежащей в моей руке, как в люльке, запускаю пальцы второй руки в её локоны и склоняюсь над лицом. – Только бы о тебе и думал, – нежно касаюсь её губ, но не целую, а только дразню, потому что, если поцелую, уже не смогу остановиться.
– Спасибо, что рассказала, – глажу большим пальцем её скулу, вглядываясь в серо-голубые глаза.
Сандра прикрывает веки, и я снова облокачиваюсь на стену, утягивая её за собой. Так мы проводим ещё полчаса, пока я не слышу размеренное дыхание моей сладкой феи и не ощущаю, как её тело приятно тяжелеет, погружаясь в сон.
– Я больше не допущу твоих слёз, – шепчу ей в губы и нежно целую в лоб.
Поднимаю Сандру на руки и медленно несу в спальню, жадно вдыхая сладкий аромат с нотой корицы и безнаказанно наслаждаясь ощущением её тела в своих объятиях.
Утром я звоню Сэму и прошу найти всех игроков с именем Майк, Майкл или созвучной фамилией типа Майклсон – французского происхождения или тех, кто жил во Франции примерно десять лет назад. Главное условие: они должны были играть в «Чикаго Блэкхокс» в период с 2018 по 2020 год.
Если этот урод жив, я сделаю всё, чтобы он захотел умереть.