Глава 8

Несколько мгновений существует лишь стук моего сердца в ушах и отголоски судорог, всё ещё пробегающих по телу. Я едва могу отдышаться, конечности ослабли и обмякли, разум затуманен всем, что я только что пережила.

Мотылёк только что трахнул меня?

Мне понравилось?

Что, блядь, происходит?

Я поднимаю взгляд, и существо всё ещё здесь, нависает надо мной. Я чувствую, как его сила пульсирует во мне, сгибает мои мысли, искажает желания. Я знаю, что должна действовать быстро, если хочу хоть какого-то шанса на побег.

Я не думаю.

Я просто двигаюсь.

С остатками сил я отталкиваюсь от существа, ноги подкашиваются подо мной. Земля кажется неровной, словно уходит из-под ног, но я заставляю себя двигаться дальше, увеличивать расстояние между нами, прежде чем он осознает, что происходит.

Лес вокруг меня во тьме, тени изгибаются и искажаются на периферии зрения, но я не могу остановиться. Я спотыкаюсь вперёд, пробиваясь сквозь подлесок, игнорируя ветки, цепляющиеся за остатки одежды, корни, норовящие сбить с ног. Дыхание вырывается хриплыми вздохами, лёгкие горят от усилий, но единственное, что имеет значение, — выбраться.

Он знает, что я пытаюсь сбежать. Он позволяет мне пережить этот мимолётный момент ложной свободы, играя со мной, как с добычей.

Но я не останавливаюсь.

— Беги сколько хочешь, маленький уголёк. Но я найду тебя. Ты помечена. Из этого леса нет выхода.

Я не знаю, куда иду. Я едва вижу в темноте, но должна продолжать двигаться. Я должна найти выход.

На мгновение мне кажется, что я потеряла его. Лес вокруг меня затихает, давящее присутствие чуть ослабевает. Я позволяю себе мимолётную искру надежды, маленький хрупкий огонёк, теплящийся в желудке.

Но затем я слышу это. Тихий шелест в деревьях надо мной. Сердце пропускает удар, кровь стынет в жилах. Я поднимаю взгляд, и на долю секунды вижу их. Два горящих красных глаза, смотрящих на меня из темноты, полные голода.

Он здесь. Он всегда был здесь.

Я отшатываюсь назад, дыхание перехватывает, паника заливает меня. Некуда бежать, негде спрятаться. Как бы далеко я ни ушла, как бы быстро ни бежала, он всегда рядом, всегда наблюдает, всегда ждёт.

— Ты не можешь уйти, маленький уголёк, — шепчет его голос в моём разуме, мягкий и соблазнительный, обволакивающий мои мысли, как цепи. — Теперь ты принадлежишь мне.

Я пытаюсь закричать, но звук застревает в горле, задушенный страхом, сжимающим меня. Ноги подкашиваются, и я падаю на землю, хватая ртом воздух, зрение плывёт, мир кружится вокруг меня.

Я в ловушке.

— Возьми себя в руки, — шепчу я себе, но голос звучит странно — отстранённо, словно принадлежит кому-то другому. Я соскальзываю. Я чувствую это. Реальность ускользает, и как бы я ни пыталась удержаться, она уходит всё дальше.

Мои руки впиваются в землю, и я пытаюсь отползти, слёзы текут по щекам, тело борется само с собой.

Я заставляю себя двигаться дальше, но разум затуманен беспорядком и потребностью. Чем дальше я ползу, тем более оторванной себя чувствую — словно теряю части себя, словно Элара, которой я была, исчезает.

И затем начинаются видения.

Они приходят вспышками; образы врезаются в сознание, их невозможно игнорировать. Я вижу возвышающуюся фигуру существа, силуэт на фоне ночи. Я вижу себя, стоящую на коленях перед ним, предлагающую всё, что у меня есть, всё, что я есть.

Это предзнаменование?

Видения искажаются и извиваются, смешиваясь с тенями вокруг меня. Я вижу проблески мира существа, места, которые я не могу даже начать осознавать. Тёмные, древние места, наполненные забытыми вещами, наполненные им. И каждое видение, каждый образ затягивает меня глубже во тьму, дальше от реальности.

Я перестаю двигаться вперёд и прижимаюсь спиной к дереву, пытаясь отдышаться. Голова кружится. Я закрываю глаза, надеясь, что это поможет, но это только ухудшает положение. Видения наводняют разум — сильнее, ярче.

Я снова вижу существо, стоящее надо мной, его присутствие подавляющее, удушающее. Он протягивает руку, касается моей щеки, и я чувствую его жар, тёмную силу, исходящую от него. Его прикосновение посылает дрожь по позвоночнику, и даже в видении я не могу не податься вперёд, жаждая большего.

— Почему ты борешься со мной, Элара?

Я открываю глаза, хватая ртом воздух, но видения цепляются за края сознания, отказываясь отпускать. Деревья, кажется, шепчут его имя. — Малкольм.

Я отталкиваюсь от дерева, заставляя ноги двигаться снова, даже если каждый шаг ощущается как погружение в зыбучий песок.

Мне нужно найти выход из этого.

Мне нужно найти себя, пока не стало слишком поздно.

Я слышу что-то позади — шелест листьев, слабый звук движения — и резко оборачиваюсь, сердце бешено колотится в груди. Но там ничего нет. Только тени. Только тёмные силуэты деревьев, качающихся на ветру.

Но я знаю, что он там. Я чувствую это. Наблюдает. Ждёт.

Я продолжаю двигаться, быстрее, пытаясь обогнать видения, сны, ошеломляющее чувство, что меня затягивают во что-то, от чего я не могу сбежать. Но как бы далеко я ни ушла, как бы ни старалась, я не могу избавиться от существа. Он в моём разуме, в моём теле, в каждом моём вдохе.

И медленно, несмотря ни на что, я чувствую, как сдаюсь. Страх, который когда-то сковывал меня, угасает, растворяясь во что-то более тёмное, более извращённое. Мои мысли больше не мои, они подчинены его воле, сформированы его силой. Чем больше я уступаю, тем больше теряю себя, пока уже не уверена, кто я и чего хочу.