Глава 90

Аурелия

Мои чувства переходят в состояние повышенной готовности, и что-то, чего я не могу до конца постичь, зубами и когтями требует моего внимания. Инстинкт защищать свое гнездо и пар заставляет мои клыки выскочить из десен, и я рычу, выскакивая из люкса Минни и устремляясь вниз по коридору. Коса бежит впереди меня, а за ним по пятам следуют Дикарь и стая Деви.

Ни один дракон раньше не прилетал в Академию Анимус. За исключением Ксандера, но школа с самого начала признала его моей парой. Так кто же это?

Я даже не пытаюсь спускаться по лестнице. Моя кровь кипит, разум бушует, и я взмахиваю рукой перед окном в конце коридора, и оно разлетается вдребезги под телекинетическим ударом. Перекинувшись в орлицу, я пулей вылетаю из окна и беру курс к передней части школы. Набрав хорошую высоту, я обращаюсь в дракона и устремляюсь за пределы защитного купола.

Где ты, Ксандер! — зовет Дикарь в групповом чате.

Зачем? — рычит Ксандер в наших головах.

Я пока не вижу дракона, но кружу над школой, зная, что он где-то близко или прячется. Клюв появляется из одной из сторожевых башен и издает пронзительный крик, и я меняю направление, чтобы защищать западную сторону. Я вижу могучие крылья и крошечную сумку, висящую на когте. Ее было трудно заметить сначала из-за цвета чешуи — светло-голубого, более яркого, чем когда я видела ее в последний раз в поместье Дракосов.

Аурелия? — спрашивает она. — Это ты?

Отставить! — кричу я всем поблизости. — Это Селена Дракос!

Мы встречаемся у школьных ворот, и вес Селены сотрясает землю, когда она приземляется, прежде чем перекинуться в человеческую форму. Она прикрывает свою изящную бледную фигуру облегающим шелковым халатом цвета лесной зелени, застегивающимся на правую сторону.

— Как приятно тебя видеть, — говорю я, заключая ее в объятия. — Я и не знала, когда нам снова представится такая возможность.

Селена кладет обе ладони на мои щеки и улыбается мне сверху вниз, ее золотистые глаза теплы.

— Мне так жаль, что я не смогла прибыть раньше, Аурелия. Правда, жаль.

— Сисси! — Ксандер проносится через школьные ворота, и я отступаю в сторону, чтобы они могли обняться. Я делаю вид, что не замечаю, как они разделяют несколько мгновений и как Селена роняет пару слез. Ксандер спрашивает о матери и детенышах. Селена поражается тому, что осталось от головы Коллекционерши на воротах.

— У нас все хорошо, — говорит она, пока я веду их на территорию академии. — Хотя не думаю, что могу сказать то же самое о вас здесь, в поместье Костеплетов.

Я разворачиваюсь и в удивлении смотрю на нее. Но Селена только смеется.

— Ну, это ведь твоя цитадель, не так ли, Аурелия? В любом случае, она защищена так, словно принадлежит тебе.

Пощипывая переносицу, я вздыхаю.

— Ты не ошибаешься.

— Я редко ошибаюсь.

Ксандер фыркает.

— Нам нужно о многом тебе рассказать.

Но, как выясняется, визит Селены вызван еще и необходимостью сообщить собственные новости. Мы сидим в пустом обеденном зале академии, который кажется нам с Ксандером самым чистым местом в школе для приема знатной леди-дракона. Селена достает из своей сумки украшенную простым узором деревянную шкатулку. На ней выведено имя Ксандера простой черной печатью.

— Это доставил нам очень напуганный курьер.

Ксандер каменеет, принимая ее, его ноздри расширяются, когда он улавливает запах. Я чувствую его слишком поздно, и мой дракон открывает шкатулку, кивая, прежде чем повернуть ее и показать мне. На простой мятой крафтовой бумаге лежит кроваво-красный камень, ровно расколотый пополам гигантским когтем.

— Это официальный драконий развод от Франчески, — говорит он. — В традиционном стиле. Мы никогда не были расписаны официально, так как драконы выше человеческих законов о браке, но это так же значимо, как документ о разводе.

Я приподнимаю брови, не совсем понимая, что сказать. К счастью, Селена разбирается лучше.

— Поздравляю, брат, — говорит она, похлопывая его по руке. — По крайней мере, она не пыталась тебя убить, как я своего мужа.

Мы с Ксандером оба давимся воздухом. Я прикрываю рот, чтобы подавить рвущийся наружу смешок.

— Будем считать, что нам повезло.

Ксандер чокается со мной своей кружкой с кофе:

— За это и выпьем.

* * *

Селена настаивает на посещении библиотеки академии, и там мы призываем остальных моих суженых встретиться с ней. Дикарь и Лайл деликатно пожимают ей руку, а Коса формально кланяется.

— Как же я жаждала встретиться с братьями по душе Ксандера. — Ее глаза блестят от эмоций. — Я рада видеть, что у тебя на самом деле нет крови на зубах, как утверждают слухи, Дикарь. — Она улыбается ему.

— Обычно ее хватает, — мрачно говорит Ксандер.

— Но в наши дни кровь на зубах у Аурелии, — гордо говорит Дикарь, подхватывая Юджина на бедро. — Мы очень гордимся ею.

— Как и я, — говорит Селена. — Это вторая причина, по которой я приехала. — Она фиксирует на мне взгляд: — Есть многое, чего мы не знаем о твоем ордене. Ты последняя, Аурелия. Но старинная книга, которую я одолжила Ксандеру, говорила о древних Костеплетах и мире, из которого они пришли. Где-то должна быть еще информация. Ходили слухи об единороге.

Мое сердце бешено колотится в груди.

— Лориан, да. Мы не знаем, куда он и Селеста делись после того, как мы его спасли. Словно они исчезли…

Она кивает.

— Из этого мира.

— Ты знаешь?

— Лорды Дракос собрали много старинных текстов, — говорит она. — Под поместьем есть многое, если человек готов поискать. Но… тебе удалось прикоснуться к нему?

Я вздыхаю.

— Я не смогла. Он через многое прошел под властью Катерины, прикоснуться к нему казалось преступлением.

— Досадно, — говорит она. — Если бы ты могла путешествовать между мирами, мы могли бы что-то извлечь из этого.

Древняя сила, далекое воспоминание касаются моей кожи, и я вздрагиваю, глядя в конец библиотеки. Лайл смотрит в том же направлении, но позволяет мне взять инициативу на себя.

— Ты говоришь о знаниях под поместьем Дракосов, — говорю я. — Я думаю, у Академии Анимусов тоже есть… кое-что под ней. Я наткнулась на него однажды и попросила его уйти.

Брови Селены взлетают вверх, как и у Ксандера, и в этот момент они так похожи друг на друга.

— Ты никогда не упоминала об этом, — мрачно говорит мой дракон.

Я чешу шею.

— Это было немного… Ну, жутко — единственное подходящее слово.

— Тот факт, что твой суженый — василиск, и ты все еще находишь что-то другое жутким, просто смешон. — Селена тихо смеется про себя: — Ты же знаешь, что теперь должна нам показать.

— Это вон там! — воодушевленно говорит Дикарь, шагая с Юджином под мышкой к задней стене. Мы все вереницей проходим мимо стеллажей к черной стене. Я восстанавливаю в памяти свои шаги, подходя примерно к середине стены.

— Пепельный Клык? — неуверенно спрашиваю я. — Ты все еще там? Помнишь, как я велела тебе исчезнуть? Я бы хотела, чтобы ты появился сейчас.

Сила проходит по черному кирпичу, заставляя волоски на моем теле встать дыбом, прежде чем дверь проявляется из небытия — черное дерево под изогнутым камнем. Широкое лицо Пепельного Клыка жутко и зорко всматривается в меня со своего места над сводчатой дверью. Дикарь драматично ахает, пока Коса и Ксандер неосознанно прижимаются ближе к моему боку. Лайл рычит.

— Приветствую, леди Костеплет, — гудит Пепельный Клык. — Темные настали времена.

— Еще бы! — восклицает Дикарь. Юджин издает курлыкающий звук.

— Что ж, это Пепельный Клык, — тихо говорю я. — Он хранитель двери.

— Здравствуйте, сэр, — говорит Селена.

Пепельный Клык кланяется со своего месте.

— Моя леди-дракон.

— Откроем ее? — спрашивает Селена, приподнимая брови и глядя на меня.

— Это неприятно, — предупреждаю я. — И никому не следует входить внутрь. — Я сурово смотрю на Дикаря, чтобы он знал, что не стоит никуда прыгать. — Пепельный Клык? Будь добр, открой.

Гаргулья снова кланяется, и деревянная дверь со стоном распахивается внутрь на петлях. Тьма разрастается за ней, зияя по мере того, как дверь открывается во всю ширину. Раздается звук, похожий на низкое, глубокое гудение, и эта сила заставляет мои пятки оторваться от пола.

— Она продолжает затягивать меня внутрь, — осторожно говорю я. — Мне это не нравится.

— Я никогда раньше не чувствовал такой силы, — говорит Ксандер. — Что за чертовщина?

— Я хочу войти! — кричит Дикарь.

— Нет! — выкрикивают сразу несколько голосов.

— Сила внутри, — говорит Коса, обнимая меня за талию: — Выглядит как водоворот для моих акульих глаз. Это напоминает мне о Лориане.

Внезапно я ощущаю это сходство.

— Ты прав.

— Это звучит как портал, — изумленно говорит Селена, пока яркие черные пряди ее волос веют по направлению к двери. — Аурелия, под Академией Анимусов есть портал!

— Определенно нет, — говорит Лайл.

— Нет, я думаю, она права, — говорит Ксандер. — Именно так наш род попал в этот мир. На каждом континенте было много таких порталов, но ученые просто полагали, что они либо закрылись, либо были так хорошо спрятаны, что никто не мог их найти.

— Этот уж точно хорошо спрятан, — говорит Коса. — Особенно учитывая, что для него требуется такой страж, как Селеста, а теперь и Аурелия.

— Мифические оборотни. — Селена кивает. — В этом есть смысл.

— Кому нужен единорог, если у нас есть портал! — говорит Дикарь, щурясь, словно может разглядеть то, что находится за тьмой. — Я говорю, пойдем и посмотрим, что на другой стороне.

Глаза Селены загораются:

— Если ты сможешь найти больше мифических оборотней, Аурелия, у них будут знания о василисках. Они смогут помочь тебе сломить силу Упыря.

— Но мы не знаем, что найдем на той стороне, — говорит Лайл. — Эти другие оборотни могут оказаться враждебными. Кто сказал, что они нам помогут? Представьте, если бы странные люди из другого мира пришли сюда, желая поговорить с Аурелией. Мы бы, вероятно, попытались их убить.

— Лайл прав, — говорю я. — Мы просто не знаем, куда нас приведет портал. Это не стоит риска прямо сейчас, когда мой отец делает следующие шаги.

— А еще может быть временное расхождение, — кивает Ксандер. — Что, если мы уйдем и вернемся только для того, чтобы обнаружить, что прошло три года, и все, кого мы знаем, мертвы?

Мой желудок сжимается от этой возможности. Минни, Сабрина, Стейси, Юджин — все погибли.

— Нет, — шепчу я. — Я не стану рисковать с этой неизвестной силой ради призрачной возможности.

Селена кивает:

— Если бы у меня не было детенышей, я могла бы рискнуть отправиться в академическую экспедицию. Возможно, после того как все это закончится, мы сможем отправить какого-нибудь добровольца.

— Согласна, — говорю я. — Пепельный Клык, закрой дверь.

* * *

Ужин проходит тихо, после чего мы расходимся группами. Селена позволяет Ксандеру и Дикарю устроить ей экскурсию по академии, пока Коса отправляется отмокнуть в ванной. Мы с Лайлом сидим вместе в телевизионной комнате. В последнее время я чувствую, что не уделяла своему льву достаточно времени, из-за чего его анимус стал раздражительным и склонным к рычанию.

Но пока Лайл втирает бальзам в мою уставшую ногу, я погружаюсь в прежние мысли. Последняя в своем роде. В этом факте всегда было что-то вечно ввергающее в тоску. Что со смертью моей матери я стала той самой. Последней. Единственной.

Мысль о существовании других Костеплетов где-то во Вселенной — это концепция, которую я не смею постичь. Я едва знаю пределы собственных сил. Чему я могла бы научиться у них? Каково это — иметь… семью? От факта, что меня отвергла собственная кровная семья, было достаточно больно. Что, если они тоже отвергнут мое существование? Что, если я окажусь слишком чужой и для них? Слишком другой.

Нет смысла пытаться это выяснить. Угроза здесь. Мой враг здесь.

— Я внезапно осознала, что я единственная из своей стаи, у кого нет братьев и сестер, — бурчу я.

— Не делай этого с собой, ангел, — говорит Лайл. — Не ищи способов изолировать себя еще больше.

Я обиженно хмурюсь на него.

— Если я изолирую себя, Лайл, на то есть причина.

— Я знаю, — тихо говорит он. — Я просто имею в виду… прямо сейчас нам нужно держаться вместе. Не отстраняться. Если у тебя что-то на уме, мы всегда готовы проработать это с тобой. Иногда бывает полезно подумать вслух.

Он прав, конечно.

— Я просто думала о том, что давно не допускала мысли о других, подобных мне. После того как меня изгнали, я просто избегала мыслей о семье, а теперь эти гадкие чувства возвращаются. Я не хочу надеяться, а потом снова увидеть, как надежду растаптывают. Мы просто не знаем, что там, на другой стороне.

Честно говоря, — раздается голос Ксандера в групповом чате. — Никто из нас не знает, что на самом деле принесет завтрашний день. Мы не знаем, как Мейс собирается атаковать нас. Мы не знаем, кого он попытается убить.

Я потираю глаза. Тяжесть его слов давит на меня.

Голос Косы появляется, как прохладный ветерок.

Ксандер пытается сказать, что мы действуем на неизвестной территории. Нам нужно использовать те инструменты, которые у нас есть.

Мои брови удивленно взлетают вверх.

Инструменты вроде портала?

Если до этого дойдет, то да, Регина.