Глава 65

Лайл

Не думаю, что хоть кто-то из нас был готов к приглашению от Аурелии. Доставленному не кем иным, как Минни. Естественно, я тут же звоню тигрице по видеосвязи, и она отвечает с виноватой улыбкой.

— Извините, мистер Пардалия, — она пожала плечами. — Аурелия просто велела мне написать вам, где встретить ее сегодня ночью, и все.

— Она больше ничего не рассказала? — я стараюсь, чтобы мой голос не звучал слишком недоверчиво.

— Не-а.

Мардук вклинивает голову в видео.

— У меня такое впечатление, что сегодня ночью она предпринимает тайные маневры, друг-лев. Я бы держал ухо востро.

— Мы всегда наготове, — бубнит Ксандер рядом со мной.

— Особенно, — подчеркнуто выделяет Мардук, — после ваших собственных маневров с одним василиском пару ночей назад. Следует ожидать ответного удара, не так ли?

Коса с другой стороны от меня выдыхает через нос, но я быстро перебиваю.

— Клуб «Яд» — это ведь змеиное логово, верно? Что мы о нем знаем?

Мардук поглаживает темную бороду.

— Это место всеобщего разврата, однако высокопоставленные члены двора Мейса Наги обычно встречаются именно там. Мы полагаем, они используют клуб как прикрытие для сделок и деловых встреч с другими змеями. — Мардук на мгновение колеблется. — Это единственное известное место, кроме «Жемчужины джунглей», которое посещает Мейс Нага.

— У него там оргии? — взволновано спрашивает Дикарь. — Я думал, у него целабат.

— Целибат, — поправляю я.

— Не оргии, — серьезно произносит Мардук. — Но он обращается там к членам своего двора. Делает объявления и все в таком роде.

— Я вижу кое-что интересное. — Ксандер указывает на интерактивную карту в своем телефоне. — У них свои способы связи, но в этом районе наблюдается повышенный интернет-трафик. Они к чему-то готовятся. Это должно означать, что сегодня ночью будет объявление.

Мы с Косой переглядываемся с мрачным пониманием.

— Почему она не сказала нам заранее? — бурчу я после того, как мы прощаемся со стаей Деви. — Зачем ей устраивать нам сюрприз?

— Мы можем только гадать, — говорит Коса. — Но я уверен, у нее есть свои причины. Ксандер, пошли.

— И что бы вы без меня делали? — говорит дракон, снимая куртку.

— Лайл перенес бы нас по воздуху, — говорит Дикарь, ласково толкая меня плечом. — Правда ведь, Лай?

Ксандер корчит гримасу.

— Ты мог бы держаться за его гриву, я полагаю. И как далеко, по-твоему, вы пролетите?

— К счастью, нам не придется этого узнавать, — резко отвечаю я. — Дикарь, тебе нужна обувь, это клуб.

— У змей вообще нет ног! — протестует он, но все равно с азартом бежит к лестнице.

* * *

К девяти часам вечера мы приземляемся на любимой лужайке Ксандера на окраине города. Руфус и некоторые из волков Косы пригнали две машины, и мы садимся в одну, а они берут другую. Мы не намерены входить в змеиное логово без подкрепления, ожидающего наготове снаружи. Коса всегда разбирался со своими делами без лишней силы, но в данном случае численное преимущество в клубе «Яд» заставляет нас опасаться ловушек.

Перед тем как мы садимся в машину, Руфус передает Косе что-то, чего я не вижу, но мой брат-акула соскальзывает на заднее сиденье до того, как я успеваю спросить. Я занимаю водительское место, а Дикарь запрыгивает на пассажирское сиденье, пристегивая себя и Юджина еще до того, как Ксандер успевает подойти.

Поездка проходит в тишине и напряжении. Мы все в состоянии тревоги. Когда наша Регина что-то скрывает, мой бешеный лев оказывается на пределе, и хотя сковывавшие его кандалы давно исчезли, иногда у меня возникает фантомное ощущение звенящих цепей. Это усилилось со времени нашего пребывания в поместье Коллекционерши, вероятно, потому, что мои воспоминания о нашем плене там сведены к мутной тьме. Это был единственный способ, с помощью которого заклинание могло сработать. Ксандер честно рассказал о том, что произошло, сформировав воспоминания за нас, но мне не нравится не помнить вещей. Это слишком напоминает мне об иных временах.

Я чувствую, как лапы моего льва сжимают руль поверх моих собственных рук, и к моменту, когда мы выезжаем к ярким огням города, исходящее от нас всех напряжение висит в воздухе, точно патока. Ксандер направляет меня к частной парковке, и Руфус выходит нам навстречу, его тело напряжено. Дикарь хлопает его по спине, передавая Юджина.

— Я закричу, если начнутся какие-нибудь змеиные штучки, — говорит он. — В остальном не беспокойся.

— Мы все должны быть начеку. — Я одариваю волка осуждающим взглядом. — У них было полно времени, чтобы сделать больше ядовитых пуль.

Руфус кивает.

— Мы разместимся ровно там, где обсуждали, а Клюв уже в воздухе со своими совами. Мы будем готовы к эвакуации, если потребуется.

Дикарь фыркает и лезет в свой рюкзак, вытаскивая оттуда кусок разноцветной ткани с пайетками.

— И что это, блять, такое? — давится словами Ксандер.

— Мои штаны! — говорит Дикарь, встряхивая ими. — Видишь? Мы идем на рэйв, Ксандер.

— О, простите, — Ксандер закидывает голову так, будто закатывает отсутствующие глазные яблоки. — Не знаю, почему я не взял свои.

Дикарь хмурится.

— У нас мог бы быть сочетающийся лук!

— Вот это сочетается, — говорит Коса, протягивая маску на все лицо. Она черная, с перламутровым переливом. Дикарь тут же хватает ее и с хохотом надевает.

— А где моя? — бурчит Ксандер.

— Мы слишком заметны. — Коса протягивает еще одну маску Ксандеру, и на этот раз она светящаяся, с красными крестами X вместо глаз. — Тебе придется снять рубашку, Ксандер. Большинство людей не знают, что у тебя больше нет семейных татуировок. И, возможно, лучше немного ссутулиться.

— И нам стоит разделиться, — замечаю я, затягивая волосы в хвост. — Что? — я в изумлении смотрю на ужасный ядовито-зеленый парик, который Коса протягивает мне. — Надеюсь, ты шутишь.

— Мне придется остаться в рубашке, потому что мои татуировки слишком заметны, — отвечает Коса. — И твои волосы не менее заметны. Нужно их прикрыть, и я предположил, что краска для волос — не вариант.

Дикарь косится на меня, пока я беру зеленый парик и маску клоуна.

— Я помогу тебе, — с воодушевлением говорит он и тянется к моей резинке для волос.

Я позволяю ему, думая о своей Регине.

— Ради Аурелии, — шепчу я про себя.

После того как мой брат-волк воюет с моим париком и водружает его на место, мы оцениваем друг друга. На Косе внушительная черная мантия с поднятым капюшоном и маска Крика, чье длинное белое лицо и открытый рот заставляют меня буквально содрогнуться. На Ксандере теперь только черные штаны и светящаяся маска. Я заплетаю зеленые волосы в длинную косу, потому что не хочу возиться с ними больше, чем необходимо, и снимаю пиджак от костюма, оставаясь в белой рубашке, подтяжках и в жуткой маске клоуна, что меня вполне устраивает.

Дикарь останавливает нас, чтобы сделать фото, прежде чем мы прощаемся с Руфусом, направляемся по улице и расходимся парами в разные стороны. Ксандер достает косяк, следуя за мной, чтобы подойти к клубу с южной стороны улицы. К тому моменту, как мы встаем в очередь, чтобы попасть в клуб «Яд», она уже растянулась вдоль по улице, и мы слышим, как внутри гремит музыка. Нас окружают змеи, сплошь одетые в совершенно безумные рэйв-наряды и в самых разных мрачных масках.

Дикарь взволнованно выдает монолог прямо нам в головы, чтобы мы знали, чего ожидать внутри, пока мы с Ксандером добираемся до входа в виде клыкастой арки.

Там мужик в стрингах! — радостно вещает Дикарь. — И о, смотри, Коса, на той анаконде, что ползает по барной стойке, блестки!

Музыка становится только громче.

Кто-нибудь, вызовите службу спасения рептилий, — бурчит Ксандер у меня в голове. — Ты когда-нибудь бывал в клубах раньше, Лайл?

В моей жизни после заведения Ульмана был период, когда я свободно скитался по улицам, большую часть времени бездомный и не понимающий своего анимуса. В те времена, до моего заключения, я раз или два забредал в клубы.

Моему анимусу нравился шум, — признаюсь я. — Его тянуло к нему.

Ксандер фыркает у меня в голове:

Я должен был догадаться.

Бас вибрирует сквозь подошвы туфель, когда Ксандер платит десятидолларовый сбор, чтобы провести нас в темное помещение за входом. Я тут же замечаю Дикаря и Косу в углу — главным образом потому, что Дикарь уже танцует как сумасшедший неподалеку от переднего края, где установлена большая сцена, а тяжелые черные кулисы создают антураж для чего-то интересного.

Барная стойка слева забита до отказа, там кишат извивающиеся тела. Девушка в одних лишь черных стрингах и маске Женщины-кошки проскальзывает мимо меня. Отвращение захлестывает мое тело, и я отворачиваюсь от нее к Ксандеру. Дракон замечает это, и я просто уверен, что он ухмыляется под своей маской, но я указываю большим пальцем в сторону бара и пробираюсь туда.

Алкоголь — это лишь предлог, конечно, но Ксандер опрокидывает свой виски так, словно он ему действительно необходим. Он змеиной крепости и для его огромного тела будет эквивалентен воде, но, к моему удивлению, он присоединяется к толпе, прыгающей в такт музыке.

Нужно соответствовать образу, — орет он у меня в голове. — Директор школы танцует?

Внезапно Дикарь возникает из ниоткуда и хватает меня за руку, затягивая в толпу. Звучит транс-версия «Paint It Black», и под анонимностью маски я сдаюсь. Мой лев мурлычет под этот ритм, под электричество в воздухе и запах, граничащий с хаосом.

Мгновения спустя, ровно в 22:00, ритм меняется.

Быстрый темп перетекает во что-то более медленное. Толпа сплоченно откликается на перемену, словно ожидала ее. Народу здесь набилось еще больше, и они двигаются в плавном, извивающемся танце, больше похожем на слэм. Нам с Ксандером легко подстроить свои движения, и впереди меня Дикарь тоже двигается в такт, а тонкая пленка пота на его мускулистой спине отражает свет стробоскопов сверху. Голос Косы вклинивается в групповой чат, хотя я его не вижу.

Я насчитал шестерых змеиных генералов на ярусах позади вас.

Адреналин снова подпрыгивает в моей крови, и я незаметно оглядываюсь, пока музыка перетекает в «Angel» группы Massive Attack, делая происходящее еще более неспешным.

И где же седьмой? — размышляю я.

Все поворачиваются к сцене как раз в тот момент, когда Дикарь издает сдавленный звук. Змеи направляются к специальной яме, которую я теперь вижу перед сценой. Они сбрасывают свою скудную одежду и костюмы, прежде чем перевоплотиться и войти в массу змеиных тел. Нас уносит вперед давкой, созданной их перевоплощением, пока новые люди входят в клуб позади нас. Яма быстро заполняется исключительно змеями, и я вижу, как несколько из них пытаются спариваться.

Змеиная оргия, — со смирением произносит Ксандер.

Но затем черный занавес за сценой идет волнами, и я хватаю Ксандера за руку…

Прямо перед тем, как взрослая особь василиска выползает из-за кулис.

Многие в толпе подбадривают его радостными криками и свистом, пока Упырь встряхивает шипами на голове, которые почти достают до потолка. Вокруг его глаз плотно висит черная полоса теней, защищающая толпу от смертоносного взгляда, и он возвышается над нами, а черная чешуя его тела блестит под направленными на него золотистыми лучами света. Змеиное тело, кажется, тянется бесконечно, а тяжелые мышцы заполняют остальную часть сцены. Он размером с дракона. И даже без крыльев и конечностей возникает отчетливое ощущение колоссальной, мифической силы.

Мы все одновременно замечаем ее. Голая женщина на его спине, обнаженные ноги обнимают его туловище, грудь и живот прижаты к черной чешуе. Шум толпы затихает до шепота, когда они видят Аурелию. Ее лицо и спина покрыты блестящей, прозрачной черной вуалью. Вуаль закреплена на чем-то, что можно описать только как высокую черную диадему, и ниспадает, закрывая ее глаза и нос, оставляя нам лишь окрашенные в красный цвет губы и белые заостренные клыки. Вуаль достаточно длинная, чтобы облегать ее плечи и соблазнительно спускаться к пояснице.

Я чувствую себя как во сне, потому что это не может быть моей реальностью. Аурелия — известная широкой общественности фигура. Они раз за разом видели видео и газетные статьи, и вся Академия Анимус точно знает, как она выглядит. Ее тело узнаваемо. Все существа мифических орденов таковы. И если она хоть немного повернется, будут видны уникальные шрамы на ее животе. И ее лицо едва скрыто под тканью.

Аурелия выглядит как темная невеста василиска, и все мое тело вытягивается в струну, когда я осознаю посыл, который нам отправляют. Наша Регина скалится на нас, отчетливое шипение наполняет воздух, прежде чем к нему присоединяется шипение змей, извивающихся под нами. Она ласково прижимается щекой к змеиному телу Упыря, который вздымается и скалит собственные клыки в нашу сторону. Его длинный хвост защитно обвивается вокруг нее, прежде чем он издает шипящий, рычащий звук, от которого по моей коже бегут мурашки.

Это заявление прав.

Это все-таки была ловушка. Просто не та, которой мы ожидали.