Глава 62

Ксандер

К моменту, когда мы возвращаемся в академию, Аурелия засыпает на руках у Косы. Мои чувства подсказывают, что она устала не физически, а эмоционально, пока ее разум пытается переосмыслить столько прошедших лет. Это единственная причина, почему мы с братьями перестали кипеть от ярости, когда она рассказала, что Упырь наблюдал за ней, еще когда она была совсем ребенком.

Вот так мерзкий шок. Все это время? Все это ебаное время он был там? Наблюдал за ней из тени, приносил ей еду. Судя по всему, он никогда к ней не прикасался, но от одной мысли о его присутствии в тенях ее прошлого нас колотит от ярости. Едва мы ступаем на порог наших апартаментов и Коса передает ее на руки Лайлу, как он тут же разворачивается ко мне и Дикарю.

— Что бы вы ни хотели с ним сделать, — говорит он, и его глаза горят едва ли не открытым огнем от гнева, — сделайте это.

Дикарь от воодушевления едва не выпрыгивает из собственной кожи.

— Все, что захотим?

Лицо акулы — чистый, смертоносный холод. Все, что касается детей или невинных, повергает Косу в антарктическую ярость, а его Регина, оказавшаяся в поле зрения высшего хищника невинным четырнадцатилетним ребенком — пожалуй, худший из возможных сценариев. Он подтверждает.

— Все, что захотите, брат.

Дикарь хлопает меня по спине, и через пару секунд мы уже несемся вниз по лестнице в коридор волков.

— Пикл! — орет Дикарь. — Пикл, ты мне нужен!

Тощий волк выскакивает из своей комнаты, как раз когда мы подбегаем, его очки сбились набок.

— Да, мой лорд? — говорит он с широко распахнутыми от страха глазами.

Дикарь взволнованно тараторит, дико размахивая руками в воздухе, и марширует прямо мимо него в комнату. Я иду следом, внимательно слушая.

Спустя полчаса мы снова на крыше и взмываем в небо, мчась к таунхаусу Упыря так, словно облака — моя личная канатная дорога. На Дикаре надет тот самый рюкзак, с которым Аурелия была сегодня вечером. Он крепко держится за лямки, будто в свой первый день в школе.

Нам за это даже ничего не будет! — взволнованно говорит он мне прямо в голову.

Ну, у пары человек найдется что сказать по этому поводу.

Единственный человек, который действительно имеет значение — это Лия, а она не так давно сделала кое-что похожее, так что, думаю, она одобрит.

Я фыркаю в ночной воздух, пока мысль о мести согревает меня изнутри.