Конрад

Я вальяжно вышел из мастерской и проследовал за Сабриной на первый этаж. Мое тело было расслаблено, а мышцы приятно ныли после нашего небольшого развлечения. Сабрина подошла к двери и взялась за ручку. Я усмехнулся, заметив, что вся она измазана в краске. Больше всего на ее коже было синего. Мы оба были похожи на смурфиков16.

– Тебе идет синий, – бросил я, посмеиваясь, – так сексуально.

Сабрина не ответила, приоткрыла дверь и зависла, словно увидела приведение.

– Кто там? – спросил я и подошел к ней ближе, чтобы в следующе мгновение замереть в точности, как она.

– Здравствуй, Конрад, – улыбнулась синеглазая брюнетка.

Ее длинные волосы были завязаны в высокий хвост на затылке. Одета, как всегда идеально: узкая юбка, кремовая блузка и туфли на очень высоких каблуках. В ее руках была сумочка из натуральной кожи, ведь она любила все эти девчачьи аксессуары. Один из таких был ростом под два метра и стоял с ней рядом. Еще один – волосатый и гавкающий фокстерьер по имени Лесси сидел у ее ног.

– Ты впустишь нас, Пижон, или так и будешь стоять как статуя? – спросил Джефферсон. Губы его растянулись в ехидной улыбочке, и мне почему-то сразу же захотелось ударить его лопатой.

Сабрина отошла в сторону и открыла дверь шире.

Пижон. Понятия не имею, почему Джефферсон решил меня так называть, но это прозвище я не любил сильнее, чем его самого.

– Джоанна, Штукатур, – кивнул я обоим.

А это прозвище он получил вполне законно. Раньше Блейк был главным инженером в строительной фирме своего отца, а еще занозой в моей заднице, поэтому прозвище было самым подходящим. Сейчас Блейк вырос до генерального директора строительной империи «Джефферсон», но для меня он навсегда останется Штукатуром.

Лесси ворвалась в дом и принялась все обнюхивать. Навстречу ей ковылял Брюс. Мой бульдог не первый раз встречался с лохматой собачонкой сестры, держались они дружелюбно, но немного отстраненно.

Цепкий взгляд Джоанны остановился на лице Сабрины. Я видел, как сильно она удивлена присутствием своей бывшей ассистентки в моем доме, однако всячески старалась скрывать истинные эмоции. Рано или поздно сестра все равно узнала бы обо всем, ничего страшного не случится. Она даже обрадуется, когда поймет, что стала тетей. Я уверен в этом.

– Мы без предупреждения, – начала Джоанна, нехотя переводя взгляд с лица Сабрины на меня.

– Когда-нибудь ты научишься звонить, а не делать то, что тебе заблагорассудится, – фыркнул я, давая им обоим понять, что крайне недоволен тем, что мне заранее не сообщили о приезде.

Блейк ухмыльнулся и обвил рукой талию моей сестры.

– Зачем звонить, как выяснилось, заявляться без приглашения куда интереснее.

Я одарил его уничижительным взглядом. То, что он и Джоанна, наконец, вместе не отнимает у меня желания вмазать ему по самодовольной роже.

Ситуация была прозрачно-чистой. Я и бывшая ассистентка Джоанны в моем доме – полураздетые. Явно не в шахматы играли.

– Вот почему ты уволилась, – поняла сестра, глядя Сабрине в глаза. – А я все гадала, почему кадрам не удается до тебя дозвониться.

– Я не брала трубку, мисс Хэтфилд, – виновато ответила Сабрина.

А я и не знал, что Джоанна объявила своей задачей во что бы то ни стало вернуть Сабрину на работу. Тем более в Нью-Йоркском отеле уже была новая ассистентка.

– Значит, ты закрутила с моим братом. Что я говорила об отношениях на рабочем месте? – Голос сестры сквозил холодом, и это отражалось на Сабрине. Мама моей дочери поникла, избегала взгляда Джоанны, даже и не думала отвечать, чтобы как-то защитить себя. От этого в моей груди забурлил гнев. Я не допущу, чтобы Сабрина чувствовала нечто подобное.

– Если мне не изменяет память, между компанией Джефферсона и отелем был заключен договор об оказании услуг, но секс в эти услуги не входил, однако это не мешало вам двоим сношаться чаще, чем делают это кролики. Как же рабочая этика, Джоанна? Да и потом, есть вещи, в которые ты не должна влезать.

Джефферсон выдвинулся вперед, взглядом посылая мне угрозу.

– Спокойно, мои отношения с сестрой тебя вообще не касаются, – предупредил я.

– Ошибаешься, теперь касаются. И мне не нравится, когда ты разговариваешь с ней подобным тоном.

Мне было абсолютно все равно, что нравится Джефферсону.

Джоанна натянуто улыбнулась, подошла ко мне и провела пальцем по моему плечу, измазанному краской.

– Мне стоит спросить?

– Нет, – в один голос ответили мы с Сабриной.

Блейк усмехнулся, Джоанна все еще не могла отойти от удивления, Сабрина смутилась, а я просто раздумывал над тем, как ненавижу неожиданные визиты.

– Надеюсь хотя бы услышать историю целиком, потому что это кажется очень интересным… – Сестра не успела договорить, послышался громкий крик Авроры. Все четверо замерли. Блейк и Джоанна переглянулись друг с другом, а мы с Сабриной уже бежали на второй этаж проверить дочь.

И как я мог сразу не зайти к ней? Должно быть, ее разбудил звонок в дверь.

Когда мы зашли в комнату, то обнаружили, что она вовсе не плакала, сидела в кроватке, взъерошенная и заспанная, и крутила в руках плюшевого кузнечика, сопровождая все это громкими воплями.

– Присмотри за ней. Я быстро смою краску и вернусь, – сказала Сабрина, убегая в ванную комнату.

Я опустился на кровать, пачкая краской светлое покрывало.

Мне предстоял разговор с сестрой, и я опасался того, как она может отреагировать. Джоанна часто осуждала многие мои поступки, однако это не меняло наши с ней отношения, но я раздумывал: где та грань, после которой она разочаруется во мне?

Тихий стук в дверь вывел меня из состояния задумчивости.

Джоанна тоже слышала детский вопль и, готов поспорить, любопытство уже распирает ее.

– Входи, – сказал я, поднимаясь и останавливаясь у кроватки.

Дверь за моей спиной распахнулась. Аврора с интересом посмотрела на незваного гостя. Обернувшись, я остановил свой взгляд на сестре, Блейк как чертов сиамский близнец был с ней.

Джоанна рассматривала Аврору с подозрением в глазах и о чем-то задумалась.

– Эта девочка Сабрины, как я полагаю, – утвердительно сказала она, подходя ближе к кроватке.

Я молчал, подбирал в голове слова, чтобы объявить сестре, что дочь Сабрины и моя дочь тоже.

– Ребенок, о котором она умолчала при трудоустройстве, помню ту ситуацию, – безэмоционально добавил Блейк.

Что ж, видимо все вокруг знали, что у Сабрины был ребенок, только я не знал.

– Погоди, мне же не одному кажется, что у вас троих одинаковый цвет глаз? – спросил Блейк, обращаясь почему-то не ко мне, а к Джоанне.

– Не одному, – хмуро бросила сестра, разглядывая ребенка. – А об этом я могу спросить?

Я глубоко вдохнул и взглянул на сестру.

– Эта девочка – моя дочь и твоя племянница. Ее зовут Аврора.

В комнате воцарилась тишина. Но каково же было мое удивление, когда после секундного шока в глазах Джоанны на пару с недоумением засверкало возмущение.

– Ты имеешь в виду, что хочешь удочерить ее? – спросила сестра.

– Нет. Я ее биологический отец.

– Как такое возможно?

– Тебе показать как такое возможно? – усмехнулся я, но заметив недовольный взгляд сестры, сделал серьезное лицо. – В прошлом мы уже встречались с Сабриной. После той встречи она родила ребенка.

Сестра снова скользнула взглядом по лицу малышки и нахмурилась. Я сразу понял: она не верит в это.

Блейк усмехнулся.

– Ты попался на это? Серьезно, Пижон? Ты увидел ребенка, растаял и поверил ее матери на слово?

Я хотел засунуть слова Джефферсона ему же в глотку, а затем выставить его из моего дома, желательно через окно второго этажа, и даже дернулся в его сторону, но ему очень повезло, что между нами стояла моя сестра.

В комнате появилась Сабрина. Смыв с себя краску, она облачилась в белый халат.

– Мне нужно уложить Аврору спать. – Смущение, которое я заметил ранее, пропало из ее голоса. Ее щеки были красными после душа, мокрые волосы лежали на плечах и груди. Она выглядела невероятно, жаль, что мне придется потратить время на разговоры с сестрой, вместо того, чтобы остаться наедине с Сабриной.

Черт возьми, у нас только что был потрясающий секс, а я снова чувствовал напряжение внизу живота.

– Мы подождем на первом этаже, – ответила Джоанна. – Конрад, я хотела бы поговорить с тобой, – добавила она, перед тем как вместе с Блейком покинуть комнату.

– Тебе следует пойти к сестре. Она ждет, – сказала Сабрина, когда дверь комнаты закрылась.

Она даже не попыталась взглянуть на меня. И я не понимал в чем дело.

– Подожду, пока Аврора уснет, – сказал я, пытаясь поймать ее взгляд, но когда мне не удалось сделать этого, я подошел и обхватил ее лицо ладонями. В серых, словно лунный свет, глазах я заметил недовольство, безграничное возмущение и растерянность.

– Не обязательно этого делать. Иди к сестре, но для начала прими душ, иначе краска засохнет, тогда избавиться от нее будет сложно. Я еле как смыла ее с волос.

– Почему ты злишься? Да, они явились без предупреждения, но Джоанна моя сестра, поэтому даже при таком раскладе, я рад ей.

Сабрина мягко отстранила мои руки от своего лица, подошла к кроватке и включила детскую колыбельную.

– Я не зла. Просто хочу поскорее уложить свою дочь спать. Ей вредны такие пробуждения. Иди.

Я медлил, ведь совсем не поверил отговорке Сабрины и видел, что она злится, кроме того, мне хотелось выйти из этой комнаты вместе с ней. Я чувствовал от нее какую-то незримую поддержку, и это расслабляло меня. Но она сказала свое слово.

Первым делом я принял душ, а затем отправился на первый этаж, где и застал незваных гостей.

– Вы встретились в прошлом и переспали, после Сабрина родила ребенка, – Джоанна пыталась воссоздать всю картину произошедшего.

Привалившись плечом к стене и сложив руки на груди, я смотрел на озадаченное лицо младшей сестры.

– Да. Ты все верно поняла, – спокойно кивнул я.

– Но после вашей первой встречи ты знал, что она родила?

– Нет. Тогда я не знал.

Джоанна громко выдохнула, выражая этим либо разочарование, либо возмущение, я не до конца понимал. Должно быть, она винит во всем меня. Считает, что я в точности как наш отец, а в последние несколько месяцев ни я, ни она знать его не желаем.

Я не хотел, чтобы моя сестра видела во мне отца. У нас с Джоанной была особая связь. В детстве я был для нее не только братом, но и другом, поддержкой и в каком-то смысле даже родителем. Сейчас она выросла и больше не смотрела на меня так, как в детстве, а значит, любое мое действие, которое она не одобрила бы, могло оттолкнуть ее.

– Когда Сабрина устраивалась на работу, она знала, что мы с тобой родственники?

– Нет, она не знала.

Джоанна кивнула и села на подлокотник дивана, закинув ногу на ногу.

– У нее был другой мужчина? Почему она не рассказала тебе о ребенке?

Я приблизился к сестре.

– Так вышло, не имеет смысла сейчас снова разбираться в этом. Тем более тебе. Прими тот факт, что у тебя есть племянница, а у меня дочь и прекрати засыпать меня вопросами, – процедил я.

Джоанна покачала головой.

– Думаешь, я поверю в это совпадение? А ты уверен, что эта девочка твоя дочь? Потому что мне кажется, что из тебя просто хотят вытянуть деньги.

Я едва сдерживался, чтобы не нагрубить сестре.

– И почему ты так решила?

– Конрад, даже несмотря на то, что Сабрина работала на меня, мы не знаем о ней ничего, кроме того, что она отчаянно нуждалась в деньгах.

– Это ты ничего не знаешь о ней. Я же знаю достаточно.

– Но почему ты решил, что?..

– Потому что я сделал тест ДНК. Думаешь, я поверил бы на слово девушке, с которой один раз переспал? Да и кроме того, Сабрина не хотела моего участия. Она отрицала мое отцовство, даже когда я показал ей заключение лаборатории.

Брови сестры взмыли в удивлении, и мне всерьез казалось, что они вовсе сбегут с ее лица, так сильно она была поражена новостью.

– Так эта девочка твоя дочь? О боже! – воскликнула Джоанна. – Я просто в шоке! Не будь ты так беспечен…

Я резко отшатнулся от нее. Что за чертовщину она несла?

– Даже и не продолжай, я рад, что Аврора моя дочь, и никогда не пожелал бы обратного!

– Позволь напомнить, что если бы Сабрина не устроилась в отель, ты так и не узнал бы о существовании у тебя дочери! – воскликнула она. – Я не говорю о том, что рождение девочки ошибка, нет. Я лишь пытаюсь тебе сказать, что твоя безответственность привела к последствиям.

– Да! Все именно так! И что ты хочешь сейчас от меня услышать? Я знаю, что виноват. Но так уж вышло. И теперь, если ты не заметила, я пытаюсь все исправить.

– Поэтому Сабрина здесь?

– Да.

Джоанна сложила руки на груди.

– Если бы ты не спал с каждой встречной, то подобного бы вообще не произошло. Я знала, что рано или поздно это случится.

– Я всегда предохранялся.

– Избавь меня от подробностей, – фыркнула она. – И ты просто молчал о том, что у тебя есть ребенок. Даже не потрудился сообщить мне о Сабрине. Держал меня за дурочку, пока я ломала голову над причинами ее бегства с работы, – с обидой в голосе процедила она. – А кто вообще знает об этом? Мама? Бабушка?

– Никто не знает. Ну кроме моих друзей. И я рассказал бы вам всем, но позже. – Допрос, устроенный сестрой, раздражал, и терпение мое было уже на исходе. – И знаешь что? Это все, черт возьми, не ваше дело! Я не обязан посвящать вас в детали своей жизни.

– Но не тогда, когда ты вдруг оказываешься отцом ребенка моей ассистентки, – парировала она.

– Без разницы.

За спиной послышались шаги. Я решил, что это Джефферсон и собирался уже обрушить весь свой испытываемый в данную секунду гнев на него, но обернувшись, встретился взглядом с озадаченным лицом Сабрины.

– Не нужно ругаться, пожалуйста, – тихо сказала она. – Вы кричите так громко, что можете разбудить ее снова.

За спиной Сабрины показался Джефферсон. Он вальяжно вошел в гостиную. В руках его была пачка с орешками, которые он медленно закидывал в рот.

– Привыкай, они часто ругаются, – сказал Блейк. Поймав мой убийственный взгляд, он лишь игриво пошевелил бровями.

– Где ты взял это? – спросил я.

– В твоем холодильнике. Мы же все здесь теперь родственники, не так ли? – усмехнулся он.

Надеюсь, мне хватит сил не прихлопнуть его до их с Джоанной отъезда.