Сабрина

Я все еще злилась на Конрада, но делать это становилось сложнее. Ведь он всеми силами старался наладить отношения. Это проявлялось во многом. Например, он стал разговаривать со мной мягче, позволил мне использовать одну из комнат в качестве собственной студии. А у меня никогда еще не было студии. Уголок, где я могла рисовать – да, но не студии.

Еще одна новость, которая заставила меня порадоваться была связана с деньгами. Звонила Роза, на мой старый адрес пришли документы из банка. Курьер не хотел их отдавать ей, но с Розой тяжело спорить, особенно когда она начинает читать странные заклинания. Бедолага сдался и все отдал ей. Это были расчетки из банка, кто-то оплатил все мои долги. Я больше не должна была деньги за обучение и не должна была больнице, в которой наблюдался мой дедушка. Гадать не пришлось, только один человек обещал сделать это, и он сделал без напоминания. Огромная сумма, и он закрыл ее полностью.

Все чаще я стала ловить себя на мысли, что в этом доме мы не пленницы, а обыкновенные жильцы. Конрад тоже чувствовал потепление между нами. Он не избегал нас, часто расспрашивал об Авроре, но все еще держался от нее немного в стороне. Я не понимала в чем причина, он опасался моей реакции или просто не знал, как правильно обходиться с маленьким ребенком?

– Ма-а! – крикнула Аврора, замечая очередную чайку.

Я прикрыла рукой глаза от солнца и взглянула в небо, наблюдая за пролетающей птицей.

– Да, это чай-ка, – сказала я, присаживаясь рядом с дочерью на песок. – Чай-ка, повтори.

– Тя-тя!

– Почти, – усмехнулась я.

Аврора неуклюже поднялась на ноги и направилась в ту сторону, куда полетела чайка. Я успела поймать ее и закружила в воздухе, отвлекая от птицы, иначе она вполне могла ринуться в воду. Аврора запищала от радости и начала хвататься за мое лицо.

Погода сегодня была потрясающей. После обеденного сна мы решили прогуляться. Большую часть времени я несла Аврору на руках, иногда она уверенно шла сама. Оглянувшись назад, я поняла, что мы отошли от дома, однако он все еще виднейся вдалеке.

Я поставила Аврору на песок, поправила ее белую футболку с длинными рукавами и желтую панамку и достала из сумки бутылочку с соком.

– Тимми, стой! – Мимо нас пронесся мальчик в синем костюме. Его светлые длинные волосы развивались на ветру и норовили упасть на глаза, в руках он держал большой мяч. Следом за ним пробежала девушка. Она догнала мальчишку и схватила его на руки, попутно что-то назидательно приговаривая. У незнакомки были такие же светлые волосы, только гораздо длиннее и гуще. На ней был белый сарафан и плетеные сандалии. Это показалось мне забавным, ведь я была одета практически так же. Только мой сарафан был не просто белым, на ткани были нарисованы крошечные желтые цветочки. Девушка была очень привлекательной и олицетворяла собой ясный солнечный день. Даже ругая ребенка, она не выглядела грозно.

Я спрятала бутылочку Авроры после того, как дочь напилась сока. Подняв взгляд, поняла, что незнакомка движется к нам.

– Извините, Тимми не задел вас? Он пробежал совсем близко.

– Нет, все в порядке.

– Правда? Хорошо, он словно метеорит, и в последнее время пытается улететь от меня как можно дальше.

Мальчик на руках у девушки стал вырываться, требуя отпустить его на землю. Незнакомка устало выдохнула и поставила ребенка на песок. Он кинул мяч в сторону домов и побежал за ним.

– Я Люси, живу во-о-он в том доме, – девушка указала на двухэтажную виллу.

Дом выглядел скромнее дома Конрада, однако все еще стоил столько, сколько я никогда не заработала бы и за всю жизнь. – А это мой сын – Тимоти.

Ветер трепал ее волосы, отчего она без конца пыталась заправить их за уши. Со мной такого не происходило, ведь я предусмотрительно собрала свои волосы в хвост.

– Я Сабрина, это моя дочь Аврора. – Дочка тем временем явно заинтересовалась мячом и наблюдала за игрой Тимоти.

– Аврора, очень красивое имя. Как у принцессы Дисней7. – Я кивнула, имя Авроры никак не было связано с Диснеем. Авророй звали мою бабушку. Она умерла, когда мне едва исполнилось три года, однако в моей памяти сохранилось очень много теплых воспоминаний. Бабушка была потрясающей женщиной. – Недавно в Малибу? Проездом или…?

– Мы живем в том доме, – я указала в направлении дома Конрада, сомневаюсь, что девушка поняла, какой именно дом я имею в виду. Все они были одинаковыми. – Недавно переехали.

– Отлично, мы могли бы гулять иногда вместе. Здесь скука смертная, ни одного знакомого! – воскликнула Люси. – Люди часто здесь бывают, но это либо любители загорать голышом, либо серферы.

Я улыбнулась, ведь прекрасно понимала ее. Малибу не то место, где селятся большие семьи с детьми. Это курортный городок, который очень популярен у молодых и наслаждающихся жизнью мужчин и женщин.

– Я не против. Авроре не помешает общение со сверстником. Но сейчас мы собирались уже возвращаться домой. Находиться долго под солнцем вредно.

– Может, зайдем к нам? Мы могли бы выпить чаю, дети поиграют, вы отдохнете, а потом вернетесь назад? – Я оценивающе взглянула на домик, в котором жили Люси с сыном, пытаясь представить там камеру пыток или что-то подобное. Не похоже было, что она в поисках своей новой жертвы, но сразу ясно, что Люси отчаянно нужен друг.

– Вперед, – улыбнулась я.

***

– Я из Провиденса. Родилась в плохом квартале. Родители старались обеспечить мне, моим братьям и сестрам лучшую жизнь, но ничего не выходило, и жили мы очень бедно, – рассказывала Люси, пододвигая ко мне тарелочку со свежеиспеченным печеньем. – С Питером я познакомилась в баре. Мгновенно поняла, что он из «этих». Парней с большим банковским счетом видно сразу. У них взгляд победителя.

Один простой взгляд поразил немало сердец. Я понимала, о чем она говорит. Ведь такой взгляд был у Конрада. Поэтому девушки готовы были на многое, чтобы заслужить его внимание. Питер, муж Люси, о котором она мне рассказывала, был таким же.

– Они получают что хотят, и кого хотят, – продолжила она. – В ту ночь он захотел меня. Я влюбилась после первого же раза. Он совсем не ухаживал за мной, и это не было похоже на сказку, но в один день он попросил меня стать его женой. – Люси улыбнулась, выныривая из собственных, приятных ее душе воспоминаний. Она сделала глоток чая, в карих глазах заиграло любопытство. – Твой муж, кто он? Расскажи.

– Мы не женаты, – тихо проговорила я.

Более того, Конрад всего лишь отец моего ребенка. Не думаю, что он хоть когда-нибудь остепенится.

Мое сердце стало стучать чуть ощутимее, и я слышала этот стук даже у себя в голове. Он вызывал волнение и одновременно накатывающую печаль. Я завидовала Люси. Ведь мы были с ней так похожи. Она из плохого района, как и я. Проблемная семья. Встреча с богатым парнем, которая перевернула мир. Но только Люси стала счастливой женой и матерью. А я просто счастливой матерью. Мне хотелось отрицать, но я не могла лгать себе, я хотела быть замужем. И при мыслях о замужестве в моей голове всплывал только образ Конрада.

Я грустно усмехнулась.

Моя ненависть не была настоящей ненавистью. Это были гордость, обида на Конрада и жалость к себе. Правда в том, что после той ночи я влюбилась в Хэтфилда, как в кумира. В таком же положении была и Люси. Бедная девочка, которую выбрал богатый парень. Типичный клишированный сюжет.

Он был так обходителен и галантен со мной. Дерзость, остроумие и обаяние создавали поистине потрясающую комбинацию, которая полностью очаровала меня. Тогда я думала, что мне придется ублажать его всю ночь напролет, ведь власть всего мира была в его руках. Но нет. Конрад не был в постели эгоистом. В ту ночь он отдавал столько же, сколько брал. Он наслаждался не собой, а мной. Разве может подобное не очаровать?

Впервые со мной произошло что-то хорошее. Среди черных дней появился один красный, наполненный романтикой и страстью. Не грезила ли я о том, что мы могли бы быть вместе? Ночи напролет! Я представляла, что после первого же раза он поймет, что я именно та, которую он всегда искал. Заберет меня, облегчит мою жизнь. Но так бывает только в кино. И когда эмоции утихли, я вспомнила, в какой тяжелой ситуации находилась. У Конрада было много поклонниц. Жаждущих его внимания, надеявшихся на взаимную влюбленность. Проблема в том, что Конрад один, а нас – идиоток, которые грезят о принце на черном «Мерседесе» – сотни, тысячи, миллионы.

И в то утро, когда я проснулась, сделала то, что твердил мне мой мозг. Я обокрала его и исчезла. Ведь Конрад не мой принц и никогда им не будет.

– Просто помолвлены в смысле? – недоуменно спросила Люси.

– Не вместе вообще. Я мама Авроры, а он ее отец.

– Случайная ночь, а он решил воспитывать ребенка?

– Да.

Люси даже не удивилась, кивнула, словно понимала меня, как никто другой.

– Ты подстроила это специально?

– Нет! Это была случайность. Ребенок в тот момент жизни сильно усложнил бы мое положение, – поспешила оправдаться я.

– Но не усложнил же, есть богатенький папа, – усмехнулась она.

Я покачала головой, ощущая раздражение.

– Он узнал об Авроре совсем недавно, до этого я справлялась сама.

– Ах, вот как, – улыбка угасла на ее лице. Думаю, Люси как никто другой понимала, каково это воспитывать ребенка, живя в бедности.

Она провела экскурсию по дому, стиль которого сильно отличался от стиля дома Конрада. Здесь было темнее, во многом из-за выбора темной палитры в интерьере. Но везде было видно присутствие Люси. Диван был застелен причудливым пледом с принтом шкуры леопарда. В гостиной стоял светильник в стиле «барокко». А люстра была чем-то между минимализмом и модерном. Выглядело все так, словно Люси попала в мир, о котором всегда мечтала и покупала все, что в старой жизни добавляла в свой лист «желаний». При этом она совершенно не умела сочетать вещи в интерьере, но была счастлива, ведь имела все материальное, о чем так долго грезила.

– Питер торгует элитной недвижимостью, этот дом он давно присмотрел, хотел, чтобы Тимми рос в самых лучших условиях, – сказала она, показывая крытое патио дома.

Странно, что муж риелтор, который должен разбираться в интерьере, никак не помог Люси с интерьерными решениями. Значит, он либо плохой риелтор, что можно исключить, раз у него есть деньги на недвижимость в этом районе, либо он безумно любит свою жену, и позволяет ей делать все, что вздумается. Был еще третий вариант, ему просто нет дела до этого.

– Ро-за! – потребовала Аврора. Розой она называла куклу-вуду, подаренную Розой. Я вытащила куклу из сумки и вручила ее Авроре.

Люси заметив куклу, скривила губы.

– Такая жуткая. Неужели Авроре нравится с ней играть? Эту куклу следует выкинуть.

Я усмехнулась.

– Это ее любимая кукла. Выкинуть не удастся.

Люси лишь пожала плечами, как бы говоря, что совсем меня не понимает. Зато я ее очень хорошо понимала. Когда выбираешься из нищеты, то стремишься убрать все предметы, которые невольно могут вызвать старые воспоминания. А кукла действительно могла казаться жуткой. Но я знала, что ее подарил добрейший человек, Роза ни за что не пожелала бы Авроре плохого.

– Расскажи, чем ты занималась до того, как переехала к отцу своего ребенка? – спросила Люси.

– Я много где работала. Но по образованию я художница.

– Правда? Ты рисуешь картины?

– Да, но в моей жизни был период, когда я разрисовывала стены в детских комнатах.

– А есть фотографии?

Я вынула из сумки телефон и показала Люси фотографии своих картин, которые Конрад разрешил забрать из старого дома, и которые сейчас благополучно перекочевали в мою новую мастерскую. Еще показала фотографии расписанных стен в детских комнатах.

– Это потрясающе! Когда ты сказала, что рисуешь, я подумала, что там нечто простое, что могла бы нарисовать и я. Но нет. У тебя явно талант.

Я усмехнулась.

– Талант и образование. Я обучалась этому в колледже. Поэтому я знакома со многими техниками и нюансами этой сферы.

– Невероятно. У меня нет какого-то особого таланта. До замужества я работала в «Таргете», – сказала Люси, пересаживаясь в кресло в гостиной.

Аврора и Тимми играли на полу с роботами, а точнее играл Тимми, Аврора с любопытством и нахмуренными маленькими бровками рассматривала невиданные ранее игрушки.

На кухне я заметила девушку, которая принялась закладывать посуду в посудомоечную машину.

– Энни, займись ужином, Питер скоро приедет, – попросила Люси девушку-домработницу.

Энни покорно кивнула, затянула на тонкой талии фартук и подошла к холодильнику. Я окинула ту беглым взглядом и поняла, что девчонка была совсем молодой. На вид ей около двадцати лет. Темные волосы были так сильно затянуты на макушке, что казалось, ей даже моргать тяжело. Энни бы в колледже учиться, а не домработницей быть. Но судьба бывает несправедлива.

Солнце почти скрылось за горизонтом, на часах было около семи вечера. Меня удивляло, что Аврора еще не начала капризничать, но пора было уже возвращаться домой. Мы попрощались с Люси, договорившись иногда видеться и гулять, и отправились с Авророй по берегу домой. В дом мы вошли через патио. В гостиной я заметила Конрада, судя по тому, как высоко были задраны его плечи, он был напряжен.

– Конрад? – нерешительно позвала я.

Он обернулся, его взгляд бегло прошелся по мне и остановился на Авроре, которая привалилась головой к моему плечу.

– Где вы были? – резко спросил он.

Я погладила дочь по спине и непонимающе уставилась на Хэтфилда.

– Мы гуляли. Познакомились с одной девушкой, живущей в доме неподалеку от твоего, и она позвала нас в гости. У нее сын, его зовут Тимми и…

Он резко приблизился, и я замолкла на полуслове.

– Какого черта ты не отвечаешь на звонки?

Я немного отклонила голову назад и хмуро взглянула на разозленное лицо.

– Не слышала, должно быть. Почему ты злишься?

– Потому что ты забрала Аврору и ушла! Мария сказала, что вы гуляли у берега и вдруг исчезли.

– Вот в чем дело. Ты думал, что мы сбежали? Я же уже сказала, что не буду бежать. Что еще тебе нужно?

Конрад тяжело выдохнул, не сводя с меня пристального взгляда.

– Ничего.

– Скажи, я на цепи?

На его щеках заиграли желваки, в отвращении Конрад скривил губы.

– Нет.

– Моя дочь на цепи?

– Наша дочь.

– На цепи?

– Нет.

– Отлично. Я приняла твои правила, пошла на уступки и даже начала презирать тебя чуть меньше. Так что не нужно орать на меня, договорились?

Холодный взгляд синих глаз обещал придушить меня, но вдруг опустился на мои губы. Я замерла и нервно сглотнула. Он же не думает о том, чтобы поцеловать меня?

– В следующий раз просто отвечай на звонки, – процедил он.

– Ладно.

Конрад кивнул и отвел взгляд.

– И нужно быть осторожной. Я практически никого не знаю из этих соседей.

– Ты говорил, что здесь безопасно.

– Безопасно в доме. Кто знает, что на уме у людей, живущих за красивым фасадом?

– Ты же не о себе сейчас? – усмехнулась я.

Конрад нахмурился. И пока он обдумывал мои слова, я развернулась и направилась на второй этаж.