ТЕНЬ

Сердце стучит с такой силой, что кажется, ещё немного и проломит клетку рёбер, пульс чувствуется даже в висках, кровь кипит от адреналина, но мозг продолжает анализировать обстановку, пытаясь понять, как действовать. Рутил же, всё это время удерживающий меня на месте, наконец отпускает. Он толкает меня, и я оказываюсь в руках Сфена.

– Тебе конец, мразь, – злобно шепчет тот.

Его рана шипит, регенерация тёмного скоро не оставит на её месте и следа. А Рутил спокойно наклоняется, подбирая пистолет, хмыкает, ставит на предохранитель и прячет оружие за пояс.

– Знаешь, если будешь хорошо себя вести, мы не будем особо издеваться. Что скажешь, детка?

Пальцы Сфена впиваются в меня сильнее. Ощущение, что он хочет переломать мне рёбра и позвоночник. Гнев внутри даже не борется со страхом – выигрывает мгновенно. Я ненавижу Рутила и Сфена каждой частичкой своего тела и души. Понимание того, что они собираются сделать, не лишает решимости, и меня согревает то, что после они сдохнут. Не знаю этого наверняка, но впервые по-настоящему чувствую взгляд предков и их шёпот, обещающий месть. Возможно, это лишь воображение, которому хочется верить, но это придаёт сил.

– Слышишь, ёбаная стерва? – Сфен встряхивает меня. – К тебе обратился кадан. Отвечай!

Рутил отступает, лениво упираясь плечом в дверной косяк между коридором и спальней. Он оглядывает меня с ног до головы и возвращает сверкающие лиловые глаза к моему лицу.

– Ты же в платье? Симпатично, мне нравится. А это плюс в копилку того, почему можно относиться к тебе не так уж и плохо. Так что? Нам рассчитывать на твоё хорошее поведение?

– Да, – выдыхаю я. Внешне пытаюсь сохранить спокойствие, может даже сыграть страх. Мне нужно, чтобы Рутил поверил.

– Сфен отпусти-ка нашу шлюху.

– Кадан, она же бешеная, сами говорили…

– Сфен!

Хватка становится слабее, но я не рвусь из неё раньше времени, дожидаясь, когда недовольный тёмный эльф наконец уберёт от меня свои руки. Он отступает, буквально перекрывая выход. Рутил ухмыляется с такой наглостью, что меня начинает выворачивать.

– Сними пальто. Или Сфен должен помочь даме?

Покачав головой, развязываю пояс и стягиваю пальто нарочито медленно, осторожно. Сгибаю спину, будто пытаюсь стать меньше и кошусь то на Сфена, то на Рутила. Изо всех сил стараюсь показать, как мне страшно, хотя ярость всё ещё куда сильнее. Она почти застилает глаза. Но её легко спутать с ужасом, а потому двое тёмных, уверенных в своей силе, с насмешкой наблюдают за жертвой. И я стараюсь не выдать себя раньше времени, нервно комкая верхнюю одежду в руках.

– Вот ви… – слова Рутила перебивает брошенное в его лицо пальто.

В тот же миг я срываюсь с места. Секундное замешательство даёт мне мизерную, но фору. План состоял в том, чтобы рвануть на кухню и открыть окно, тем самым нарушив целостность контура глушащих артефактов. Тогда, если закричать, будет шанс. Однако ручка окна сломана и валяется на полу. Попытка могла быть неплохой, но Рутил предусмотрел это…

– Блядство! – вырывается из меня, когда я понимаю, что единственный мало-мальский план разрушен, так и не начавшись.

– Сама напрашиваешься, – раздаётся злобный голос Сфена из-за спины. – Лучше не провоцируй, ебучая ты шваль!

Я разворачиваюсь к нему, медленно отступая. Ножи из подставки предусмотрительно убрали, но у меня остаётся надежда, что хотя бы один нож, хранящийся в ящике с тех пор, как Призрак настиг меня здесь же, на кухне, будет на своём месте. Он лежит за фольгой для запекания, нужно лишь выдвинуть ящик. Моё тело скрывает от Сфена то, как я копошусь, но он явно слышит возню…

– Руки, мразь! Покажи свои руки!

Я усмехаюсь, «показывая»: пальцы, нащупавшие рукоять ножа, сжимаются, и я бросаюсь вперёд, с удовольствием отмечая чуть расширившиеся глаза Сфена. Он явно не ожидал такого сопротивления, хотя мог бы, учитывая, что в его плече всё ещё зарастает дыра от пули. Не без удовольствия добавляю ему новую рану, рассекая лицо наискось, но, когда пытаюсь воткнуть нож ему в живот, он всё же перехватывает мои запястья. А из коридора уже появляется Рутил, успевший снять пиджак и расслабленно расстегнуть верхние пуговицы рубашки. Он хватает меня за волосы и резко дёргает. Я рефлекторно отступаю, а затем охаю от боли и складываюсь пополам, когда Рутил бьёт кулаком мне в живот. Нож выпадает из рук.

– Ты только что подписала самой себе приговор, ты в курсе? – по-особенному радостно сообщает Рутил и наклоняется ко мне, пытающейся сделать вдох. – Сфен, дай мне её игрушку.

Тот поднимает нож, передавая его своему боссу, и ладонью стирает кровь с лица. Порез стремительно затягивается, но взбешённый взгляд Сфена того стоит.

– Ты доставила нам проблем, детка, – продолжает Рутил.

– Я старалась, – едва слышно проговариваю я, выпрямляясь и тут же получая тяжёлую пощёчину от Сфена, которая вполне могла бы откинуть меня в сторону, но Рутил продолжает держать за волосы, как за поводок.

– Так даже интереснее. Было бы лучше, будь у нас время, но мне нужна твоя чуть более сговорчивая версия… – Нож, повинуясь движениям Рутила, оставляет царапину на моём виске. – Кажется, ты не понимаешь, в чьих руках власть.

Остриё скользит вниз и буквально протыкает мою щёку насквозь. Вспышка боли сводит живот, и я пытаюсь дышать ровнее, ощущая, как кончик металла упирается в сжатые зубы, царапая эмаль. Рутил вытаскивает нож, окрасившийся алым, и рассекает лиф платья, которое тут же пропитывается кровью: лезвие режет не только ткань, но и мою кожу. Раны на мне будто горят, добавляя неприятных ощущений, однако я лишь прерывисто дышу, не издавая ни звука.

– И это… Это тебе тоже больше не понадобится, – Рутил поддевает ножом цепочку, подаренную Иолитом, и дёргает с такой силой, что, уверена, на моей шее остаётся алый след. Украшение поддаётся, и цепочка рвётся, а кулон со звоном падает на пол.

Сфен тем временем хватается за платье, легко спуская его вниз по моим ногам. Я пользуюсь случаем, чтобы резко вскинуть колено. Оно прилетает прямо в нос ублюдка, и тот охает, буквально садясь на зад и ошарашенно прижимая руку к лицу. Несмотря на боль, зрелище радует меня и я, довольная собой, издевательски смеюсь. Однако хохот прерывает очередной удар…

На сей раз Рутил бьёт меня головой об стол с такой силой, что мир начинает кружиться, а перед глазами вспыхивают пятна. Я тяжело дышу, тошнота усиливается, ноги подкашиваются. Рутил бьёт меня под колени, вынуждая-таки рухнуть вниз. Он тянет за волосы, выдирая пряди, и волоком тащит меня в спальню. Всё, что я могу – это держаться за его запястья, чтобы Рутил не содрал мне скальп, и радоваться тому, что я всё ещё в белье. Одна лямка бюстгальтера разрезана, но он ещё держится на теле.

У кровати мы останавливаемся, меня дёргают вверх, и я с трудом поднимаюсь лишь для того, чтобы получить болезненный тычок между лопаток и рухнуть на постель животом вниз. Рутил зловеще нависает позади.

– Знаешь, Иолит всегда был надменным уёбком, – рассуждает он, – не пойму, почему племянничек замкнулся на ком-то вроде тебя.

Теперь Рутил силой переворачивает меня на спину. Его колено становится между моих ног, пытаясь раздвинуть их.

– Иди на хуй! – Я плюю в него и радостно улыбаюсь, когда слюна достигает цели. В памяти всплывает слово, когда-то использованное Иолитом как раз по отношению к Рутилу, и шипение мгновенно вырывается наружу: – Тшэс!

– Нахваталась эльфийских ругательств? Миленько… Сфен, тащи наш подарочек! – приказывает Рутил громко, стирая со щеки кровавую слюну. – Сделаем эту блядь посговорчивее, чтобы не мешала, а пока…

Внезапно нож вонзается в моё бедро по самую рукоять, я дёргаюсь и кричу от боли, буквально чувствуя, как металл царапает кость, задев её. Рутил убирает руку, но пальцем щёлкает по рукояти, и вибрация от лёгкого движения лезвия внутри мучительна.

– Это похоже на секс, да? – Рутил ухмыляется, вытаскивая нож лишь наполовину, а затем вновь погружая его в рану, направляя чуть вбок, к кости.

– Если это секс, у меня для тебя плохие новости, – сипло отвечаю я сквозь боль.

Адреналин внутри лишает меня всякой разумности, оставляя только злость к моему истязателю. Мысленно я обещаю себе выжить, просто чтобы хотя бы пару раз пальнуть прямо в рожу Рутила, а лучше в яйца. Его ширинка знакомо натягивается, заметны лёгкие движения ксенов. Вот что возбуждает этого ублюдка – чужое страдание.

Сфен приближается, держа в руке небольшой пакетик. Голова всё ещё кружится, а от боли на лбу выступила испарина, и всё же я чуть поворачиваюсь, чтобы рассмотреть содержимое. Оно золотистое и переливается даже под тусклым светом фонарей с улицы.

– Знаешь, что это, детка? – Рутил забирает пакетик и трясёт им перед моим лицом. – Золотая пыльца, подвид золотой пыли, но усиленной… Такую несколько декад назад твой Иолит помогал перевезти, а после оставил мне «сюрприз» в виде двух трупов тёмных. Иронично, что теперь ты примешь это. Говорят, даже после первого применения у немага может развиться зависимость. Проверим?

Он хочет, чтобы я приняла это? На территории Конфедерации это вещество запрещено, хотя в соседней Республике всё иначе, да и маги из любого кантона не брезгуют золотой пылью. В конце концов, для них, это всего лишь усилитель их собственной энергии, позволяющий временно увеличить объёмы накопления магии в теле. Собственно, точно так же золотая пыль обычно действует и немагов. Однако лишь маги способны выдерживать резкий прилив силы.

Я плохо знала о том, что именно происходит, но точно знала, что магия опасна, особенно для неподготовленного человека, получавшего сразу огромный запас. Ходили слухи, что кто-то мог видеть прошлое и будущее, однако его мозг не выдерживал нагрузки и буквально начинал гнить, как и некоторые части тела. Со временем эффект становился обратным, и человек уже не мог жить без золотой пыли, которая поддерживала тот же запас магии и приостанавливала распад организма.

Хотя самые ужасные последствия происходили обычно лишь к десятому-двадцатому применению, а потому многие добровольно принимали золотую пыль, в жажде открыть будущее, например. Привыкание же развивалось гораздо быстрее, буквально за пару применений. Но всё это золотая пыль. Обычная… Что будет происходить от улучшенной версии в виде золотой пыльцы? Оставалось лишь догадываться…

Я начинаю бороться вновь, игнорируя боль и жжение в бедре. Однако Рутил наваливается на меня всем весом, удерживая тело, а Сфен будто в тисках фиксирует мою голову. Я задерживаю дыхание, но это мало помогает. Рутил зажимает рукой рот, и когда лёгкие начинают гореть от нехватки воздуха, я всё же делаю вдох носом, вместе с кислородом втягивая и золотую пыльцу…

Магия гулкой вибрацией проходится по телу, и я явственно ощущаю жар у ран и почти вижу сине-фиолетовое, как глаза Иолита, свечение. Оно плавными линиями циркулирует по телу, задерживаясь у ран и тускло мигая у запястья, пострадавшего часами ранее. Догадываюсь, что это энергия Призрака, оставшаяся во мне и теперь пытающаяся залечить раны. Однако вижу и золотые искры пробегающийся под кожей и разгорающиеся ярче.

В глазах не темнеет, напротив, всё взрывается ослепляющим светом и слышится пронзительный крик.

Мой крик.