В непроветренном, плотно закрытом, запечатанном магической печатью Юна рабочем кабинете главы гильдии «Серебряный Грифон» с перекошенными лицами сидели Арвен и его жена. В кресле у разожженного камина пристроилась Илона. В другом углу с бокалом патагонского эля в руке притих мастер.

Нерадостно начался сегодняшний день для Арвена. Сначала проиграл скачку. Не ключевую и не престижную, но при учете того, что Лоран сделала солидную ставку на мужа, потерял приличную сумму наличностью. И устал. Очень устал.

Теперь, когда в цвете узнал умопомрачительные подробности и, главное, результаты открытий, свершившихся прошедшей ночью, Арвен сидел с таким видом, словно сверху на него свалился церковный колокол. Не просто придавил, а продолжал гулко долбить по мозгам.

Бедная Лора пила уже третью порцию эля, но не пьянела. Только лицо симпатичной магессы покрыли сочные бардовые пятна.

– Что будем делать? – наконец подал голос эльф. – И зачем «кукловоду» война? Война никогда и никому не приносила прибыли, кроме тех, кто производит оружие. Ямада что, построил у себя на земле военную верфь? Или мастерскую по производству штурмовых машин? Или литейный цех открыл? Даже если и есть нечто подобное, это не причина для войны провинций. Ямада сейчас зарабатывает столько, что думать боюсь. Вряд ли его интересуют и земли в черте Патагонии. Он и свои не слишком освоил. И не торопится, насколько я знаю.

Внешне рассуждения главы «грифонов» выглядели логично и обоснованно. Но кое-какую деталь эльф не учел.

– Ты абсолютно прав, дружище, – спокойно ответил Юн. – Прибыль и земельные приобретения Ямада в данном случае не нужны.

– А что тогда? – поддержала супруга Лоран.

Юн поднялся и сам пополнил бокал. Не заметил, как опустошил его в ожидании. Дал время друзьям, пришибленным новостями, опомниться от влияния морального шока.

– Власть! – ответил мастер.

– Это мы знали давно, – усмехнулся Арвен. – Какая? Вознамерился возглавить объединенные войска? Смешно. Сам думай: кто бы ему доверил командование? К тому же в период войны провинций под единым знаменем семьи и гильдии, включая тысячи одиночек, может собрать только Король.

– Именно! – включилась Илона.

От собственной догадки умная девушка подскочила из кресла. Прошла к закрытому резными ставнями окну.

– Боже! Все так просто! Мама родная! – эмоционально заговорила Герцогиня Аркадианская. – Ну, конечно, война. Ты верно сказал, Арвен. Я тоже, когда мой любимый супруг произнес свою мысль, не поняла его. Но ты, Арвен, только что назвал аргумент, объяснивший до конца все.

Слушая мелодичный голос прекрасной супруги, Юн открыто улыбался тому, с каким азартом и нескрываемым возбуждением девушка приходила к единственно верным выводам.

– Как можно в Аркадии сесть на трон? Не только в Аркадии, в любой провинции Сагары? – вслух рассуждала Илона. – Всего три способа. Первый: турнир. Исключается. Потому что ни сам Ямада, и никто другой никогда не победят в схватке Герцога. Ведь теперь Ямада прекрасно знает правду. Драться с ним на ристалище, если бы Система даже позволила поединок, будет сам Кардинал. Он и есть Герцог. А это однозначная гибель. Поединок смертельный.

Илона присела на кромку стола и взглянула в глаза подруги.

– Второй способ. Если Герцог добровольно передаст власть. То есть, откажется от нее. Еще Герцог может умереть или уйти из игры. Тоже место освободится. Опять не подходит, в нашем случае есть наследие. Герцогиня. Если Королева не покинет трон вместе с мужем, то будет править сама, пока не найдет нового мужа. И ее на поединок не вызвать. Она – женщина. В повседневной жизни, в турнирах, боях или поединках на ристалище этот факт не имеет значения, но в турнирах за Корону он есть. Королева и Король. Два правителя. Половое различие в действии. Это правило не распространяется в случае смерти Герцога в объявленном поединке. Да, верно. Если Король проиграл бой за Корону, по определению умер, тогда Королева, как я и сказала, покинет Трон автоматически.

В азарте Илона поднялась. Очень многозначительно поочередно обвела взглядом собравшихся.

– Третий способ. Чаще всего применяемый. Штурм. Атака столицы и силовое свержение правящей династии. Когда-то мы уже говорили на эту тему. И вспомните хотя бы прошлогодние события во Флавии. Так и произошло.

Илона подошла к мужу и прислонилась к нему. С гордой улыбкой посмотрела в глаза. Затем развернулась к друзьям и продолжила говорить.

– На самом деле, применительно к нашему случаю, именно так и собирался поступить Ямада. Так бы и поступил. Но! Как снег на голову перед баронами, а потом и перед всей Аркадией, предстает Королева. Ямада сломали все планы. Дважды сломали. Герцог никуда не пропал. И Герцог женат. Победить его, бросив вызов, повторюсь, Ямада не мог. Если бы смог, то вдовствующая Королева ушла бы автоматически. Второе. Умирать или передавать трон Герцог не собирался. А в открытом штурме... ха-ха... против «Адских Гончих» и их предводителя, да еще и с поддержкой мощных союзников, одной Гильдии Вольных Наемников Искандера и накопленных сил самого барона Ямада недостаточно для победы. Ямада это прекрасно понял. Кардинал уничтожит его. А тут он еще и лишился единственного настоящего союзника сам. Пала вся гильдия Искандера. Вдумайтесь.

– Ну и что это объясняет? – почти раздраженно спросила очень уставшая Лора. – Причем тут война?

– Притом, что «Серебряный Грифон» никогда не собирался штурмовать Аркадию. Его лидеров, естественно, не интересовали подробности штурма, подруга моя, – снисходительно улыбнулась Илона. – Вовсе не обязательно уничтожить под корень всех защитников. Так поступают только при иноземном вторжении. При внутренних провинциальных штурмах не так. НПС Гвардии бессмертны, вы знаете. По этой причине при официальном назначении штурма они в нем не участвуют. Воюют только гарнизон и игроки. Могут НПС городского ополчения, если найдутся желающие. После объявления штурма защитникам дается ровно час на подготовку и сборы. Потом, все. Не важно, успели они войти в игру или половина гуляет в реальной жизни по своим насущным делам. Атака и все. Но, если в процессе штурма города враги прорвались к Залу Дворянского Собрания, и претендент сел на трон - конец! Смена власти. Даже если по городу еще идут стычки с защитниками, и даже если защитники стен удерживают позиции, Система прекращает бой. Трон занят. Бывший правитель теряет власть. Как раз поэтому всегда основной упор защитников делается на оборону Ратуши и Зала Собраний. Вот так все просто. На словах, конечно же.

– Я тебя понял, Илонка! – встал Арвен. – Убийство Герцогини. Помимо устранения одного из монархов еще и Аркадия в шоке. Бросает все силы на поиски концов. А тут и искать не надо. Вот они, сволочи из Патагона. Война. Герцог собирает объединенную армию и покидает столицу. Ямада ждет. Ждет недолго. Всего до тех пор, пока войска не отойдут на значительное расстояние. Как только дождался, официально назначает штурм. Кардинала в городе нет. Он далеко и за час не вернется. Все. Смена власти. В отсутствии сильнейших бойцов у Ямада достаточно сил для захвата. А потом, когда Кардинал перестал быть Герцогом, бессмертная Гвардия по приказу нового правителя уничтожает его. Плевать, какой у Кардинала уровень и сколько у него ХП. Он труп… Черт! Сука! И еще какая. Но, гений.

Пока взволнованный приятель посвящал Лоран и друзей в суть подсказанной Илоной версии, Кардинал подошел к стене. Ее украшала красочная, подробная схема Аркадии.

Юн встал и пристально разглядывал Портовый Район. Зачем-то водил пальцами по очертаниям береговой полосы, выделенным красным цветом. Красные обводы означали невозможность из-за особенностей ландшафта подойти к берегу в этих местах.

– Он не станет атаковать стену, – сообщил Кардинал. – У него другой план. В крайнем случае он натравит на стену тех же гоблинов, чтобы отвлечь гарнизон. Сам со своими людьми подойдет на кораблях со стороны порта. Там практически незащищенное место. А дальше препятствий нет. Я думаю, в гроте Ямада или его посланник встречался с кем-то из верхушки пиратов, ведь собственного военного флота у него никогда не было. И нет, я надеюсь.

Следуя примеру мужа, супруга, а за ней Арвен и Лора тоже подошли к карте.

– Раньше я не задумывался о защите со стороны моря, – протяжно заговорил Юн. – Завтра же… вот тут и вот тут… начнут строительство сторожевых башен. Между ними ночью будут натягивать цепь. Жаль, что глубины большие и дно неровное. Так бы весь участок стеной перегородил. Но стену поставим. Вот здесь. Немного неуютно торговцам. Тесновато им будет через ворота к пакгаузам проходить, но ничего. Зато порт прикроем.

Вразумительные доводы мастера поддержали единогласно.

– Слушай, а почему раньше с моря город действительно не защищался? – спросил Арвен. – Я тоже только теперь, когда ты заговорил, сообразил. Случись настоящая война с той же Флавией, они бы нас с моря и атаковали. Флот у Флавии громадный и сильный.

– Кстати! Ты с первых дней в игре, – встрянула Лора. – Я вот не могу вспомнить, чтобы провинции воевали между собой. Было когда-то такое?

– Было. Не однажды, – подтвердил Юн. – Вышеград и Зенитар воевали. Они первыми. Потом подрались Зенитар и Лютера. Между ними по сей день отношения натянуты до предела. Патагон и Флавия тоже пересобачились.

– И кто кого? – с усмешкой, словно знал заранее предсказуемый результат, поинтересовался эльф.

– Вышеград, это материковая провинция. Самая большая в Сагаре. И красивая очень, – Юн с ностальгическим выражением на лице повел экскурс в историю. – Сухопутная армия у них тоже самая большая и самая сильная. На численное превосходство они и рассчитывали. Но, как только войска Вышеграда вошли в пустыню, все встало на свои места. Им приходилось двигаться медленно. Обозы и метательные машины вязли в песках. Жарища. Еще и постоянные атаки пустынных ящеров, варанов, скорпионов, тарантулов, песочных червей и других. Мобов там пруд пруди. Так что, когда вышеградцы достигли стен Зенитара, они уже понесли потери и вымотались. Разумеется, город взять не смогли. А когда отступали, зенитарцы сами допустили ту же ошибку. Вышли за стены и бросились преследовать ослабленного врага. Столкнулись с теми же проблемами. И во втором, открытом сражении, отхватили по полной. Так и закончилась та война. А сейчас торгуют. Мирно живут… Я бывал в Зенитаре. Вообще-то, они миролюбивые.

– Да? – удивленно спросила Илона. – Ты же мне говорил, будто почти никуда не ездил?

– Я так не говорил, – отверг Юн несправедливое обвинение. – Я говорил, что путешествовать было некогда. В Патагоне, Лютере и Флавии я вообще никогда не появлялся. А в Вышеграде и в Зенитаре бывал. Думаю, понимаете, при каких обстоятельствах.

– Люди! Потом мечтать будете.

Друзья оглянулись. Лоран неподвижно сидела на антикварном диване и нервно покручивала тонким пальцем длинный локон своих волос.

– Вчера удалось Илонку спасти, а завтра? Ямада не успокоится. Особенно сейчас. Сами сказали, он в панике, боится раскрытия. И он будет действовать.

– Уже нет, – беспечно улыбнулся Юн. – Необходимые распоряжения Мэру и тем, кто должен их получить, отданы перед нашим приходом к вам. Завтра Собрание Земель. Ямада будет присутствовать. Там, именно в Зале Собраний, где невозможна телепортация, его арестуют. И Сонма. Завтра же и казнят. Иначе Ямада сбежит. Обоснуется в другой провинции и начнет мстить. Денег у него предостаточно. Думаю, тайные связи тоже имеются. Сменит имя. Ищи его потом. Хватит. Набегались.

– А что ему помешает сделать то же позднее? – усомнилась Лоран. – Вернется в игру новым персом. Еще больше озлобится.

Прозвучавшее опасение удрученной магессы удивило не только мастера. Илона с жалостью взглянула в уставшие глаза давней подруги.

– У него не будет уже той силы и финансовых возможностей, – сказала девушка. – Мозг, изощренный и изобретательный, есть. И Ямада, конечно, снова поднимется. Но сколько времени на это уйдет?

– А я думаю, он не вернется в игру, – пророчески заявил Юн. – Не знаю, если я прав… Впрочем, пока не спрашивайте. Наберитесь терпения. Будет день и будет пища. Сейчас у нас есть еще одно безотлагательное дело. Керо в игре?

Произнесенное имя капитана резерва заставило вздрогнуть его прежних гильдейских друзей. Сложно сказать, как и о чем они думали, но едины были в оценке постыдного, подлого поступка соратника. Предательство. Самое настоящее.

Что? Какие посулы, сладкие обещания заставили Керо так опрометчиво поступить? Ведь Керо не был трусливым и слабым. Глупой пустышкой, легко поддающейся чужому влиянию, его тоже нельзя было охарактеризовать.

И вот, когда вызванный по срочному делу к Главе эльф предстал перед Арвеном, когда вышел из невидимости Кардинал и встал у него за спиной, наглухо перекрыв магической печатью все помещение, Керо сообразил - все кончено. Он раскрыт.

С побледневшим лицом в состоянии полной растерянности и испуга парень тщетно пытался найти ответ на вопрос: на чем он попался? Как его так быстро вычислил Кардинал?

– Не думал, что ты такой недогадливый, – равнодушно произнес Юн.

– И такой гнус! – брезгливо, с отвращением поддержала Илона.

Отпираться и лгать Керо и не пытался. Узнав от мастера, как Ямада пожертвовал им, когда отправил читать Законы убийце, Керо понял и то, что барон сам испугался. Конечно, в действие вступил простейший принцип: проблемы решают по мере их поступления, а из двух зол всегда выбирают меньшее. И уж, конечно же, своя рубашка ближе к телу.

Удивительно с какой легкостью, свободно и непринужденно, рассказал он собравшимся о встрече с Ямада. Подробно, в мельчайших деталях, поведал о заманчивых перспективах, предложенных ему после нескольких откровенных бесед.

В итоге, когда информационный запас предателя исчерпал себя полностью, Керо позволили покинуть игру. Внутри рабочего кабинета Арвена эльф открыл интерфейс и нажал кнопку выхода с уничтожением персонажа.

Как только истекли стандартные шесть минут, безжизненный аватар Керо исчез. Исчезли и личные вещи, оружие и доспехи. Все, что имело к нему отношение. В списках «друзей» его имя окрасилось в серый цвет.

– Хм, – грустно и даже с болью, произнес Арвен. – Был человек, и нет его. Пшик. Больше двух лет вместе играли. Через многое рядом прошли. И не подумал бы никогда.

Внутреннее состояние главы гильдии легко объяснимо и предсказуемо. Но вот сочувствия, по крайней мере у мастера, Арвен не вызвал.

– Нашел, по кому грустить! – с укором уколол Юн. – Ты еще поминки по нему закажи. Я и так оказал вам услугу. Только потому что вы с Лорой мои друзья, чтобы не выставить на смех топовую гильдию, в которой родилась и выросла моя жена, я согласился отпустить Керо без шума. Не будь этих причин, его бы казнили как заурядного преступника.

– И что, мне в ножки тебе поклониться? – вспыхнул Арвен.

Дерзкая реплика прозвучала настолько неуважительно, что даже Лоран испуганно взглянула на мужа.

– Ты что, во время падения с лошади головой ударился? – повысила голос магесса. – Ложись, я тебе холодный компресс сделаю. Свою злость незачем на других срывать.

– Не злость это, Лора, – на удивление спокойно отреагировал Юн. – Это обида. Если злость, то на себя самого. Мне до боли знакомо состояние Арвена. Все же Керо был его капитаном и другом.

Слова мастера проникли в глубины взбудораженной души эльфа. Арвен благодарно кивнул головой и положил руку на плечо приятеля.

– Знаешь, смотрели с Лоркой один голливудский фильм. «Адвокат Дьявола» он называется. Главный герой произнес простую, но очень правильную фразу. Я запомнил. И сейчас с новой силой ощутил справедливость тех слов. Дьявол сказал, что тщеславие – один из самых любимых его грехов.

– Вам давно говорили о том же, – подключилась Илона. – Слава богам, я вовремя познакомилась с Юном. Представьте, как у меня внутренности кипели, когда Грома при мне назвали зазнавшимся слабаком. И кто? Какая-то маленькая семья? Ни побед, ни рейтинга, ни очков славы. Ничего. Но я услышала то, что Юн сказал следом. Не хочу повторяться, вы знаете. Вот и Керо. От него я не ожидала. Мог же прийти к тебе, Арвен. Мог сказать: надоело командовать резервом. Мог попроситься вместо Грома. Его бы отправили на владение Урочищем Белого Зуба. Гром бы возглавил резерв с удовольствием. Все мог, если задуматься. Но не хотел. И опять, почему? Да потому, что возомнил себя оскорбленным. Униженным. Тьфу! Идиот.

Идиот или нет, но факт остается фактом всегда. Керо затаил большую обиду на Арвена. Посчитал, что Гром незаслуженно получил повышение. А когда узнал о присвоении Грому дворянского титула, вообще утонул в зависти и трясине ущемленного самолюбия.

На этом его и «купил» Ямада. В результате ознакомительных бесед при «случайных» встречах, из которых случайной в действительности была самая первая, барон Ямада нащупал слабое место Керо, а поскольку Ямада обладал незаурядными умственными способностями, особенно по части мастерской манипуляции людьми, «приручить» Керо для него не составило большого труда. И результат.

– Ладно, – с выдохом, подвел итог Кардинал. – Все устали. Я тоже. Каждый из нас сделал необходимые выводы. И, вообще, я бы сейчас предпочел погулять со своей любимой женой. Никто не возражает?..

Приятная прохлада позднего вечера весьма благотворно способствовала прогулке. Илона, придерживаясь за любезно подставленный локоть супруга, молчаливо шагала с ним рядом. В Сквере Амура мастер остановился.

– Присядем?

Девушка удивленно оглянулась по сторонам. Отыскала глазами свободную лавочку и потянула его за собой.

– Надо же! – подшутила Илона, когда удобно устроилась в объятиях мужа. – После гнилого «рагу» из массовой истерии решил испить глоточек живительного нектара романтики?

– Ага, решил, – так же шутливо, ответил Юн. – Подумал, что слишком загрузил тебя интригами и расследованиями. Прости, мне совестно. Я обязан всегда помнить о том, что моя Герцогиня – не просто источник разумных советов, пример подражания в справедливости, честности и благородстве. Она лучшая во Вселенной девушка. И я люблю ее. Хочу, чтобы она знала.

Илона расцвела неповторимой обаятельной улыбкой.

– Она знает… О! Кажется, ты – не единственный, кто посвятил сегодняшний вечер романтике.

Илона кивком указала спутнику в направлении, где поодаль, там, в глубине чудесного скверика наслаждались обществом друг друга Милана и Гарольд. Милка смотрелась детской игрушкой в объятиях нордлинга. Сейчас, когда парочка заметила мастера и Илону, Милана застенчиво улыбнулась и соскользнула с колен Гарольда на скамью.

Мастер приветливо кивнул смущенным друзьям. Виновато взглянул на подругу и потянул ее за собой.

– Прости. Не будем мешать. Пойдем лучше к морю…

Дома Илона на час разлогинилась. Необходимо кормить свое тело в реальности и соблюсти некоторые физиологические особенности организма.

Система строго следила за временем непрерывного нахождения игрока в сети. Через каждые шесть часов на «почту» любого играющего приходило системное уведомление. Шесть часов – очень солидный временной промежуток. Если игрок не желал в данный момент выхода, то мог продолжать действия. Однако, если через двенадцать часов игрок добровольно не покидал игры, Система принудительно выключала его. Тогда аватар игрока просто падал в том месте, где находился в момент отключения. Игроки хорошо знали правила, поэтому сами старались следить за временем…

Ранним утром следующего дня синхронизированный механизм «очищения», если уместно так говорить в отношении живых людей, пришел в движение.

К моменту появления Герцогини Аркадианской в Зале Дворянского Собрания многочисленные бароны, пышно разодетые, заняли свои привычные места. Приглушенно обменивались с соседями по лоджиям свежими новостями.

Королева вошла в зал последней, как полагалось по статусу, и вошла не одна. Сегодня Ее Величество сопровождали не только привычные пажи. С Герцогиней прибыл полноценный Гвардейский эскорт, и, что еще больше удивило баронов, эскорт состоял не из Гвардии НПС.

В черном снаряжении с алым подбоем, отливающим многократными усилениями, со скрытыми от постороннего взгляда лицами в зал вошли двенадцать бойцов.

– Что это значит? – наклонился барон Сато к соседу. – Политика запугивания?

Удивления членов Совета на том не закончились, так как стоило высоким двустворчатым дверям Зала Собраний закрыться, возле них со скрещенными алебардами тоже встали гвардейцы, но НПС. Еще и какой-то простолюдин (что вообще неслыханно) повесил на дверь магическую печать.

– Я вижу беспокойство в ваших глазах, господа, – вместо ожидаемого процессуального приветствия произнесла Королева Аркадии. – Многие думают, будто методом силового давления Корона заставит вас принять решение в пользу реформ Его Светлости Герцога. Это не так. Сегодня не будет ваших решений. Отныне будут только приказы… и казни за неисполнение. Достаточно с вас гнилой демократии. Вы ей пользоваться не умеете. Надоели ваши бесконечные склоки. Монархия – это абсолютная власть.

В зале послышался беспокойный шумок.

– Прошу прощения, Ваша Светлость, – подобострастно заговорил барон Кирияма. – Можем ли мы узнать, с чем это связано?

– Разумеется, – охотно ответила Илона. – Это связано с тем, что Корона вам больше не верит. Сложно питать доверие к тем, кто спит и видит падение Королевского Дома в угоду ничтожным амбициям.

Вот так заявочка! Громкие возмущения и возгласы недовольства шумным потоком посыпались с разных сторон. Илона подняла руку, призывая к молчанию.

– Господа, – вновь обратилась Илона. – Ваше безрассудство и взаимные притязания привели к тому, что некоторые предприимчивые люди в провинции с успехом этим воспользовались. Именно потому что вы постоянно грызетесь в междоусобицах, вас оказалось так легко обмануть. Легко вами манипулировать. Не так ли, барон Сонма?

Сонма, возможно, предчувствовал, к чему вела Королева, по этой причине еще до окончания речи правительницы заерзал в кресле, как будто сидел на раскаленных углях.

– Не поведаете Собранию, как вы приобрели поместье Датэ?

Илона безотрывно смотрела на того, кто стал объектом общего внимания. Но Сонма молчал. Покраснел от натуги, но упорно молчал.

– Вижу, вы не горите желанием откровенничать, – подстегнула Илона и повысила голос. – Что же, ваше дело. В любом случае принадлежащие вам ныне земли с правами на них указом Короны Аркадии сегодня же будут возвращены их законному владельцу. Вы лишаетесь дворянского титула. А за сговор и пособничество в противоправных действиях, направленных на насильственный захват власти в провинции, вы будете казнены сегодня же на Площади Правосудия.

Спонтанный ропот превратился в настоящий гвалт. Возможно, если бы Сонма не оказался настолько труслив, многие члены Собрания Земель потребовали бы доказательств выдвинутых обвинений. И неопровержимые доказательства были бы им предоставлены. Жаль только времени. Пришлось бы много его потерять. Но! Сонма оказался труслив. Страх боли настолько завладел его мыслями, что ни о каком благоразумии речи не шло. Барон вскинул правую руку и открыл интерфейс, намереваясь сбежать. И тут его поджидал неприятный сюрприз.

Хлесткий взмах руки эльфийки из личной стражи Ее Светлости, и магическая лоза обвила правую кисть барона Сонма. Второй взмах, и он вылетел из кресла прямиком на полированный пол. Спустя мгновение путы крепко сковали движения неудачливого беглеца.

– Вот вам и доказательства, бароны Аркадии, – победно заявила Илона и встала. – Теперь можете сами задавать любые вопросы приговоренному.

– Возможно не стоит, моя Королева, – раздался голос простолюдина.

Бароны вмиг прекратили галдеть и уставились на низкородного наглеца, осмелившегося так запросто заговорить с монаршей особой. Послышались угрозы и требования наказания для недостойного. И тут произошло нечто непредсказуемое.

– Заткнитесь, вы, узколобые ничтожные тараканы! Дворяне! Смешно. Сборище недоумков, помешанных на привилегиях и мнимом величии. Воронье. Только и можете, как слетаться на падаль и каркать попусту. Дешевки. Тьфу.

Барон Ямада спрыгнул на пол, вышел к простолюдину и продолжил говорить, только не с ним. Ямада по-прежнему обращался к ошарашенному Собранию.

– Что пялитесь, жуки навозные? Вы понятия не имеете, кто перед вами стоит. И кто сидит на троне, вы тоже не знаете. Я хотел назвать вам их имена. Передумал. Обойдетесь, тупые выскочки. И пусть мне обидно, досадно, что же, видно – судьба. Еще бы полгода. Всего полгода и все вы, клопы, ползали бы у меня в ногах, выпрашивая подачки. Вы не орать на него должны, а молиться. Если бы не он... да что там.

Ямада вновь развернулся к простолюдину.

– Как ты меня вычислил? Расскажешь?

Во время яркой и страстной речи Ямада мастер внимательно следил за его поведением. Не хватало ненужных сюрпризов. Мало ли, на что был способен в отчаянии человек такого ума. Но теперь, когда понял, что Ямада не думал бежать, мастер иначе отнесся к его словам. И ответил иначе.

– Расскажу.

В притихшем зале бароны ощутили, как волосы зашевелились у них на спине. По мере того, как неизвестный простолюдин излагал факты, многие внутренне осознали правоту обвинений Ямада. Страшно звучала истина.

– Понятно, – в итоге кивнул Ямада. – Искандер мне не поверил. Он был убежден, что ты умер тогда. Ведь он сам это видел. А я поверил ему. Зря… Я познакомился с ним через несколько месяцев после известных тебе событий. Я тоже из тестеров. (Закрытый бета тест). Едва не угодил к ним в лапы.

– Искандеру и главе наемных убийц Патагона? – уточнил Юн.

– Да. Они уже были знакомы. Много дел провернули. Попались в ловушку там, в Патагонии. Здорово обложил их в ту пору один местный граф. Я был в плену и подсказал им, как выбраться. За это они меня отпустили. А потом предложили работать на них. Я согласился. Выбора не было. Но со временем, сами не понимая того, они стали работать на меня.

– Дайте ему стул, – по-хозяйски распорядился мастер.

И опять удивление в стане притихших баронов. Двое королевских пажей немедленно бросились выполнять распоряжение простолюдина. И Королева молчала.

– Спасибо, – искренне поблагодарил Ямада и сел.

– Почему? – заговорил Юн. – Зачем нужны были эти убийства, захваты и похищения? Зачем тебе власть с твоим умом и предприимчивостью? И если желал власти, почему не попробовал получить ее без убийств? Тебя могли запросто сделать канцлером.

Ямада как-то болезненно оглядел зал. Видимо, размышлял.

– Ты знаешь, что такое настоящая боль? – спросил он вместо ответа и вновь оглядел зал. – Я догадываюсь теперь, что ты мог бы мне рассказать. Но это еще не боль… Когда ты рождаешься маленьким хилым хлюпиком, когда растешь под постоянным присмотром сиделки, вот тут начинается боль. Когда ты не можешь выйти на улицу, чтобы погулять с другими детьми, потому что боишься их. Боишься, потому что тебя только дразнят, плюются и бьют лишь за то, что слабый, болезненный и молчаливый к тому же. Когда у тебя нет друзей, твоими друзьями становятся книги. Если бы ты только знал, сколько я их перечитал. А когда стал взрослее, увлекся психологией, логикой, философией. Даже это не помогало, потому что я становился еще взрослее не только возрастом. Мне начали нравиться девушки. Но я не мог о них даже мечтать. Никто, ни одна, самая невзрачная и неприметная, не хотели сидеть рядом со мной, не то чтобы стать моей девушкой. Изгой. Вечный. Проклятый прокаженный. Вот кем я был. И там, в реальном мире, я все еще такой. Но появились VR MMO. Я купил нейрошлем. Создал себе аватар, используя корректор. Только вдруг обнаружил, что бойцовских качеств у меня нет. Нет той реакции, той скорости применения навыков и оружия, на которые я рассчитывал. Зато я умел думать. И когда одна шикарная особа в Патагоне жестоко надсмеялась надо мной, я вновь ощутил ту же боль. Особа была замужем за сильным вельможей. Богатая и надменная. Вот Искандер мне и предложил – тупо похитить ее. Но она всегда была под охраной. Я придумал план. Ее похитили и привезли тайком в логово. Именно в тот момент, когда я увидел ее испуганный молящий взгляд, я ощутил настоящую силу власти. Впервые я мог сам унизить того, кто еще накануне втоптал меня в грязь. И я это сделал. Мне было приятно смотреть, как она извивалась, как умоляла и ползала на коленях. Тогда я и понял, что тут могу иметь все, чего у меня нет в другой жизни, но для этого нужна абсолютная власть. Вот и все мои объяснения.

Подробный рассказ Ямада о своем реальном существовании, возможно, при других обстоятельствах вызвал бы жалость или хотя бы сочувствие. Но не теперь. Теперь, когда мастер и все остальные слышали откровенные слова этого опасного, но очень умного человека, оставлять ему жизнь, означало бы самолично подписать себе приговор.

Ямада ни о чем не жалел, кроме того, что ему не хватило времени. Страшно подумать, что бы случилось с игровым миром Аркадии, добейся Ямада желаемого. Нет, он должен исчезнуть.

– Ты же понимаешь, я не могу оставить тебе жизнь? – спросил Юн.

– Разумеется, – горько усмехнулся Ямада. – Ты же, в отличие от этих жалких тупиц, не идиот. Они до сих пор так и не поняли простейшую истину. Половина из них уже были моими рабами. Стадо баранов, которыми легко управлять, покажи им пучок свежей травы и потряси перед носом. И они за этим пучком уже не видят того, что в полушаге раскинулось поле сочной и вкусной травы.

Откровенно. И, что очень обидно, во многом правдиво. Все же Ямада был человеком незаурядным. Жаль, что тяжкие истоки жизненного пути превратили его в законченного мерзавца. Ямада мстил всему обществу. И жажда мести засела так глубоко, что стала манией.

Все же Юн позволил Ямада и Сонма покинуть игру тихо, самим. Не захотел лишний раз будоражить Аркадию…

– И что теперь? – спросила Илона, когда под руку с мужем прогуливалась по новому причалу строившейся военной пристани.

Юн отпустил руку девушки. Подошел к кромке причала и указал на морские просторы, тянувшиеся до самого горизонта.

– Теперь, дорогая, будем жить. Построим флот. Военный, торговый. Побегут наши кораблики по волнам к северной Флавии, к скалистым берегам Лютеры, к соседнему Патагону и далекому Зенитару. На всех границах встанут укрепленные форты. Замки возвысятся на землях баронов. Патрули и гвардейцы, при помощи наемников Валерии, очистят леса и предгорья от всякой швали. Торговые караваны будут проходить по Тракту Аркадии безопасно и регулярно. «Адские Гончие», во главе с Кардиналом, конечно, вернутся к прохождению Подземелья. «Серебряный Грифон» продолжит повышать рейтинги, а их капитан, великолепная Илона, продолжит радовать мужа успехами и иногда теребить его гордость, тыкая носом в ошибки. А муж будет по-прежнему к ней прислушиваться. И любить будет больше, причем с каждым днем.

Он не договорил. Голос! Этот легко узнаваемый сильный голос:

– Вперед, во славу клана, пока есть жизнь и мана!

Встал пред врагом сплоченный строй девчонок и парней.

Не за награду квеста, за рейтинг или место,

За клана честь, что ближе им, дороже и милей.

Конец.