Имя святая Кристина предполагает chrismate uncta, что связано с елеем[121]. Она обладала бальзамом доброты в отношениях с другими, маслом преданности в сознании и благословением в речах.

Кристина родилась у самых благородных родителей в городе Тиро[122] в Италии. Отец заточил ее в башню с двенадцатью надсмотрщицами, а в башне находились золотые и серебряные идолы. Кристина была очень красива, и многие мечтали взять ее в жены, но родители не соглашались ни на одно предложение, ибо хотели сделать ее жрицей. Дева же, наученная Святым Духом, порвала со служением идолам и прятала по окнам все благовония, которые должна была воскурять им.

Отец пришел навестить ее, и одна из надсмотрщиц сказала:

— Ваша дочь и наша госпожа отрицает служение идолам и утверждает, что она христианка!

Отец стал мягко говорить с ней, пытаясь склонить к своей вере, но Кристина ответила:

— Не называй меня своей дочерью, но называй дочерью Того, Кому возносятся жертвы чести, ибо я стану приносить жертвы не смертным богам, но Богу небесному!

— Дочь моя, — ответил отец, — никогда не приноси жертвы только лишь одному Богу, иначе остальные на тебя рассердятся!

А Кристина ответила ему так:

— Ты и сам не знаешь того, какую говоришь истину, ибо я приношу жертвы Отцу, Сыну и Святому Духу!

— Если ты молишься трем богам, почему не молиться и другим? — удивился отец.

— Три, которых люблю я, суть один Бог!

После этого Кристина разбила отцовских идолов и раздала серебро и золото бедным. Когда отец пришел принести жертвы своим богам, то не нашел ни одного, и надсмотрщица рассказала ему, что сделала с ними Кристина. Отец пришел в ярость и приказал раздеть дочь и высечь, и двенадцать мужчин били ее до тех пор, пока сами не упали без сил. И тогда Кристина сказала отцу:

— О человек без чести, без стыда, ничтожный пред Господом, молись, если можешь, своим богам, чтобы твои люди имели силы избивать меня дальше!

Но отец заковал ее в цепи и отправил в тюрьму.

Услышав о происшедшем, мать порвала на себе одежды, прибежала в тюрьму и распростерлась у ног дочери, плача:

— Кристина, дочь моя, пожалей же меня!

И дочь ответила:

— Почему ты называешь меня своей дочерью? Разве ты не знаешь, что я дочь моего Бога?

И мать не смогла уговорить ее, вернулась домой и рассказала мужу, как дочь отвечала ей. Тогда он привел Кристину в трибунал и заявил:

— Молись нашим богам! Иначе испытаешь все муки, какие есть на свете, и никогда больше не станешь зваться моей дочерью!

Кристина ответила:

— Ты окажешь мне великую услугу, больше не называя меня дочерью дьявола! Что рождено от дьявола, есть бес, а ты — отец самого сатаны!

Тогда отец приказал рвать ее тело крючьями, и все нежные члены ее были сломаны. Она же подобрала куски своей плоти и швырнула их в лицо отцу со словами: — Возьми их, тиран, и жри плоть, которую ты породил!

Тогда отец приказал положить ее на колесо, а под ним разжечь костер, обильно политый маслом, но пламя перекинулась на палачей, после чего убило пятнадцать сотен человек. Отец счел все это магией и вернул деву в тюрьму. Ночью же он приказал привязать ей на шею тяжелый камень и бросить ее в море. Так и сделали, но ангелы тотчас подняли ее, в то время как Христос сошел в море и крестил ее в морских волнах, сказав:

— Крещу тебя во имя Бога Отца Моего, во имя Себя, Иисуса Христа, Сына Божьего, и во имя Святого Духа!

Затем он передал Кристину под покровительство Архангела Михаила, который и вывел ее на берег. Когда об этом узнал отец, он ударил себя по лбу и воскликнул: — Каким волхвованием ты сделала это, каким образом твоя магия работает даже среди моря?!

Кристина ответила:

— Глупый, несчастный человечишка! Меня любит сам Господь!

Отец, которого звали Урбан, отправил ее обратно в темницу, чтобы наутро обезглавить, но той же ночью был найден мертвым.

Продажный судья назначил наследником Урбана Элию. А у того наготове была раскаленная железная колыбель, наполненная маслом, смолой и резиной. Кристину бросили в нее, и четыре человека раскачивали эту колыбель, чтобы сжечь девицу как можно быстрей. Она воззвала к Богу и, новорожденная в крещении, качалась в страшной колыбели так сладко, будто новорожденный младенец. Судья, разозленный этим еще больше, приказал выбрить ей голову и провести голую по улицам к храму Аполлона. Но Кристина повелела статуе, и та рассыпалась в груду праха. Судья испытал такой страх, что исчез.

Но на его место пришел другой, по имени Юлиан, и растопил он огромную печь и приказал бросить Кристину туда. Но дева пять дней гуляла в печи, распевая вместе с ангелами, и вышла нетронутой огнем. Узнав о случившемся, Юлиан приписал это магии, взял двух аспидов, двух гадюк и двух кобр и пустил к деве. Но кобры обвились вокруг ее шеи, а аспиды стали слизывать ее пот. Юлиан вызвал дворцового заклинателя и сказал:

— Ты тоже маг, или я ошибаюсь? Заставь этих тварей действовать!

Заклинатель постарался исполнить приказание, но змеи бросились на него и трижды его убили. Тогда Кристина приказала гадам отправиться на свое место в пустыню, а умершего от укусов вернула к жизни.

Затем Юлиан отрезал груди Кристины, но вместо крови оттуда хлынуло молоко. Наконец, он вырвал ей язык, но она, не теряя дара речи, подобрала язык и бросила его в лицо Юлиану, попала в глаза и ослепила. Бешеный от гнева, Юлиан пустил ей две стрелы в сердце и одну в бок, и она, тяжело дыша, отдала свою душу Богу в 287 году, в правление Диоклетиана. Тело ее покоится неподалеку от крепости, называемой Больцена, между Орвьето и Витербо. Башня же, когда-то существовавшая недалеко от города, к нашим дням совершенно исчезла.