457. Найденный клад – смерть

Как-то трое братьев косили сено. А когда-то в лесу жили отшельники. Один отшельник нашел много денег и стал говорить:

– Смерть, смерть, смерть!

Так братья сказали:

– Дурак: нашел много денег, а говорит – смерть.

Они выкопали деньги, будут делить. Один идет, чтобы принести бутылку, а те договорились:

– Что ему сделаем?

Тот принес бутылку – те двое сделали ему смерть. А эти выпили бутылку – и им смерть.

458. Клад на огороде

Умирая, отец сказал своим трем сыновьям:

– Я вам не оставляю никаких богатств. У меня было немного денег, но и те здесь, в этом кусочке земли [на огороде] закопаны. Если вы будете копать, – говорит, – тогда и найдете.

Отец умер, а сыновья так копали, так искали закопанных денег, но их не нашли. Когда копали, они очень хорошо разрыхлили землю и от этого все очень хорошо росло. Это и были закопанные деньги.

459. Деревья для потомков

К старику, который сажал деревья в саду, подошел молодой парень, сын соседа, и сказал:

– Зачем ты, старик, здесь мучаешься? Ведь ты не дождешься плодов этих деревьев.

– Если я не дождусь, так дождутся мои дети, внуки, – ответил старик. – Однако, детка, ты еще не соприкоснулся пальцами с Богом, не знаешь, кто стоит крайним.

А было так: когда прошли годы, молодой парень отправился в Америку и утонул в море, а старик радовался своим красиво зеленеющим деревьям.

460. Все женщины одинаковые

Когда-то кучер и слуга разговаривали о женщинах. Кучер сказал:

– Мужик, если бы король разрешил какую-то ночь переспать с королевой, я думал бы, что нахожусь на небе.

А король подслушивал и все слышал. Он велел устроить бал и все яства приготовить из бобов. Пригласили гостей, и кучера со слугой пригласили. Они кушают. Покушали. Король и спрашивает кучера:

– Ну, каков обед?

– Что за обед! – сказал кучер. – Как бобовник, так бобовник!

– Ну, так ты знай, – сказал король, – что и королева, и еврейка, и нищенка одинаковы. Как только что – бобы да бобы.

И сравнил для мужчин.

461. Без убытков не проживешь

На базаре человек продал корову. Так один товарищ уже и говорит ему:

– Пошли – выпьем!

– Нет, – говорит, – я не могу идти выпивать: у меня много дел. Моя дыра большая, этими деньгами я еще не заткну ее.

Так оба друга едут домой по дороге. Едут через озеро. Так тот, у которого были деньги за проданную корову, захотел пить. Он нагнулся к проруби напиться. Деньги были в мешочке за пазухой. Когда он нагнулся пить, мешочек выскользнул, упал в озеро и утонул. Так друг и сказал ему:

– Правду ты сказал, что твоя дыра большая, этими деньгами ее не заткнешь.

462. О краденом быке

Сын одного богатого хозяина уговаривал отца вместе с ним пойти воровать соседского быка. Отец не соглашался. Сын просил, просил, а отец как не идет, так не идет. В конце концов сын кое-как уговорил. Но отец очень боялся греха. Он пошел к соседу и купил того быка, которого намеревались украсть. Когда купил, он сказал, почему купил этого быка, и просил никому не говорить о том, что он купил. Так поступив, он вернулся домой.

Ночью оба с сыном пойдут красть того самого быка. Поскольку отец знает, что тот бык уже купленный, он ничего не боится, а ничего не знающий сын очень боится, чтобы их не схватили. И он удивляется, что его отец так смело идет воровать. Они украли, привели быка в овин, зарезали, сняли шкуру, матери велели на завтрак сварить свежего мяса.

Когда завтракали, пришел тот сосед и сокрушался, что в эту ночь кто-то украл его быка. Пока он сидел, мясо сварилось, все сели кушать. К столу пригласили и того соседа. А сын от страха белый как полотно. А отец говорит:

– Ешь, сосед, нашу говядину. Был такой неказистый бычок – зарезали.

Сын взял несколько кусочков и вышел из избы. И на следующий день, как только почти готов завтрак со свежим мясом, сосед уже идет. Сын еще больше боится. Видишь, он думает, что сосед и приходит для того, чтобы их проверить. Сосед приходил каждое утро до тех пор, пока не съели этого быка. Сын усох как палка, а отец ничего не боится.

Когда кончили есть быка, отец рассказал сыну, как все было, и произнес поучение, чтобы он в течение всей жизни не воровал. Он поблагодарил соседа и до конца своей жизни не брал ни макового зернышка и очень хорошо жил.

463. Прощание сына

Осужденный на смерть сын попросил у суда разрешения проститься с отцом и укусил его за руку.

– За что?

– Почему меня маленького не учил?

464. Сын-разбойник

Раньше были старики, у них не было детей. И они приняли растить чужого ребенка. Они растили, но ему дали очень большую волю. Дали волю, так говорят, чего он захочет, так они давали все, что на свете было. Так однажды ему здесь надоело, он ушел в лес разбойничать. Уже он разбойничал пятнадцать лет. Ему надоело разбойничать, так пошел в тот край, где его растили. Эти родители чужие для него. Он идет по лесам, приходит. Видит – этот старик, его отец, который его растил, нарезает ветки для метел. Уже пошел к нему домой. Он говорит отцу:

– Старик, что ты делаешь?

(Теперь он хорошо одетый.)

Отец говорит:

– Паныч, нарезаю веток для метел. Видишь – старый человек, немощный.

– Ах ты, старик, – говорит. – А почему ты не умел меня растить?

– Ведь пропал, – он говорит ему, – пропал мой сын.

Ну, он подвел его к большой березе. Говорит:

– Раскачивай эту березу.

Как же он раскачает большую березу? Опять подводит – уже немножко меньше, у дороги – та покачнулась. Подводит к маленькой березке:

– Сгибай, – говорит, – согнешь ли, старик?

– Так согнул бы, пока она могла сгибаться.

Тот говорит:

– Я не хочу марать свои руки кровью. Так я твой сын, а ты – мой отец. Ты мне дал то, чего я хотел, всю волю, – говорит. – Сегодня я несчастный.

465. Научил помогать в беде

У одного человека в дороге сломалась дуга. Он зашел к человеку и попросил одолжить дугу. Тот человек подал ему старую, потертую, согнутую из орешника дугу и сказал:

– Если дашь полтора рубля, так дам.

Что делать человеку в дороге? Сколько просил, столько и заплатил. Через пару лет – человек едет по дороге, и у него тоже сломалась дуга. Он зашел к одному хозяину и попросил одолжить дугу. Хозяин узнал, что это тот самый человек, у которого пару лет назад он купил дугу, когда в дороге у него дуга сломалась. Он принес ту же дугу, которую купил, и сказал:

– Если дашь три рубля, так уноси. Пару лет назад я тебе полтора заплатил.

Тот стал торговаться, а продавец наконец уступил и сказал:

– Мне стоила полтора, так и отдаю за полтора. А в дороге она тоже может сломаться, так я отдаю свою добрую дугу.

Узнаешь человека, когда случится беда. И в беде мы должны помогать друг другу.

466. Найденная денежка

Король пошел на прогулку. А у дороги сидел нищий. Король увидел на дороге три копейки, нагнулся и подобрал. Увидев это, нищий удивился, сказал:

– Ты король и нагибаешься из-за трех копеек!

Услышав это, король сказал:

– А что? Ведь это денежка. А я сам не стою даже трех копеек. А цена денежки в три копейки больше моей цены.

– Что вы говорите? – сказал нищий. – Ведь вы король, вас почитают в своем государстве и за его пределами.

– Это вам так кажется, а за меня никто ничего не дает и не даст без денег.

– Неправда, король, – спорит нищий.

– Хорошо, – говорит король, – завтра приходи ко мне на обед.

Король приказал приготовить обед без соли. Когда настало время обеда, нищий и другие сели кушать, а все без соли. Король послал слугу в магазин за солью. У короля на лице, на бороде, был длинный волос. Он состриг тот волос, подал слуге и сказал:

– За этот волос принеси соли. Скажи, что это волос короля, и чтобы за него дали хоть горсточку соли.

Слуга ушел и вернулся с пустыми руками. Говорит:

– Надо мною смеялись и не дали ни щепотки соли.

Тогда король подал слуге эти три копейки. И слуга принес соли даже больше, чем требовалось.

– Ну, подумай: ведь мой волос – часть моего тела, а за него ничего не дают. Деньги дороже, чем король. Я не стою и трех копеек.

467. Цыплята из вареных яичек

Один пан ехал и зашел в корчму. Он выпил литр водки и съел десять яичек. Пан заплатил за водку, а заплатить за яички забыл. Пан приехал в ту же корчму через десять лет и вспомнил, что надо заплатить за яички. Хозяин корчмы не соглашается брать деньги за яички. Он считал, считал за десять лет: из каждого яичка – по цыпленку, а от десяти цыплят – сто яичек. Из ста яичек – сто цыплят и т. д. Получился миллион литов. Такой суммы уже нет в имении пана. У пана отнимают имение.

Пан грустный ходит по двору и встречает старшего пастуха. Пастух спрашивает:

– Отчего пан такой грустный?

– Не твоя беда, что я грустный, – ответил пан.

– Ну, пан, послушай старого и умного: будет в беде помошь. Не можешь ли, пан, подать апелляцию?

– Еще одну можно подать, – сказал пан.

– Если можно, так и подай. И пригласи меня в свидетели, – сказал пастух.

Начался суд, а пастух – свидетель.

– Ты, пан, иди сейчас, – говорит пастух, – а я отстану. А ты все проси, чтобы подождали свидетеля, то есть меня.

Свидетеля ждали, ждали – а его все еще нет. Наконец дождались – и он пришел. Он одет в рваную сермягу, обут в деревянные башмаки без подошв. Пан говорит:

– Пришел свидетель, которого ждали.

– Такой оборванец! Разве этого ждали? – спрашивает судья.

– Этого, – ответил пан.

– А где ты был, старик? – спрашивает судья.

– Я был, пан, очень занят, – сказал пастух. – Сегодня очень хороший день, чтобы горох сеять. А тут горох еще не сварен. Так пока я горох сварил, посеял, так и опоздал прийти.

– Где это слыхано, что сеют вареный горох? – говорит судья.

Пастух говорит:

– Почему вы не понимаете, что из вареных яичек не выйдут цыплята, а понимаете, что вареный горох не прорастет?

Пастух тут же снял рваную сермягу, разул башмаки и стоит перед судьей в красивой униформе офицера, на груди висит Георгиевский крест и много других медалей. Тогда судья извинился перед пастухом, а пану возместил расходы.

468. Что хорошо – себе хорошо

Бедный нищий ходил по деревням. Он зашел в дом к хозяйке. Она подала милостыню, а он не говорит ничего иного, только: «Что хорошо – себе хорошо, что плохо – себе плохо».

Он приходил к этой хозяйке. Она разозлилась, почему он «спасибо» не говорит. И думает: «Я сделаю тебе!» Она пекла хлеб, сломала буханку и положила в нее яд, чтобы он отравился: «Не будет больше бродить со своим “хорошо”». Она выпекла, приготовила. И приходит тот нищий. И она подала ему. Он сунул в мешок и идет, путешествует.

Он идет – встречает сына той хозяйки. Тот пошел на охоту и заблудился, когда шел по лесу. Заблудился, устал, проголодался. И встретились оба. Говорит:

– Вот устал, давай присядем на пни, поговорим.

И уселись. Он начал рассказывать про свои беды:

– Я очень проголодался, устал.

Тот нищий говорит:

– Я дам тебе эту буханочку, которую испекла твоя мама. Закуси.

Ну, этому и хорошо. Он переломил эту буханку, поел. И занемог там, на этом пне. Говорит:

– Я не дойду до дома, меня охватил сильный озноб. Что это со мной случилось?

Тому нищему надо идти в дом, сказать родителям, чтобы ехали забирать своего сына. Он пришел и сказал:

– Ваш сын очень устал, он остался сидеть на пне. Вы поезжайте забрать его.

Эта хозяйка говорит:

– Ну, что с ним могло случиться, что с ним произошло?

– Ну, там, – говорит, – он сказал, что очень хочет кушать, я и дал ему ту буханочку, которую от вас получил. Он и съел.

У нее и руки опустились: знает, что яд положила тому нищему. Хотела нищего отравить, а отравила своего сына. Потом и подумала: «Вот так: что хорошо – себе хорошо, что плохо – себе плохо. Так себе сделала».

А тот нищий знал ее мысли, знал, что она думает.

469. В единстве сила

Ну, сыновья хотели делиться, а у отца было пять сыновей или больше, понимаешь. Ну, и тот отец говорит:

– Не хочу делиться. Принесите, – говорит, – метлу.

Метлу принесли. Ну, говорит:

– Сломайте эту метлу! Ни за что не сломаете.

И взял, разделил по одной веточке.

– Вот, – говорит, – так вас одурачат. Вот так и будет, правда, когда вы поделитесь. Все будут ломать. А когда все в одной куче, никто не сломает.

Вот так и есть, правильно это. Которые отца уважают, хотя и живут без отца.

470. Любит, как соль

Жил один отец и имел трех дочерей. Отец заболел, понимает, что помрет. И он разделил между дочерями все свое богатство, для себя оставил только золотое кольцо. И отец говорит:

– Для чего мне нужно это кольцо? И его я отдам той, которая меня больше всех любит.

Старшая говорит:

– Батюшка, я тебя люблю так, как золото.

Вторая говорит:

– А я люблю, как серебро.

Третья говорит:

– Я тебя, батюшка, люблю так, как соль.

Отец рассердился на младшую дочь и оттолкнул ее от себя:

– Прочь иди со своей любовью!

И отец взял в руки золото:

– Это вам, милые, это золото.

Потом взял серебро. Серебро тоже мило. Сказал:

– Так, доченьки, вы так меня любите!

Эта младшая говорит:

– Батюшка, полюбуйся и моей любовью.

Ну, хорошо. Велел дочерям сварить соленую еду. Так сварили, приносят. Отец попробовал ее и бросил ложку. Говорит:

– Так, доченьки, вы все меня любите. Но самая младшая больше всех меня любит. И ей я дарю это золотое кольцо.

471. Обещания сыновей

Жил один человек не очень богатый. И у него было трое сыновей. Двое были умными, а третий не совсем глупый, но и не умный. Однажды отец спрашивает одного сына, старшего:

– Когда я помру, где и как ты меня похоронишь?

Этот рассказал об очень красивых похоронах. Потом отец спросил у другого сына:

– Где ты меня похоронишь?

Тот рассказал о еще более прекрасных похоронах. Наконец спрашивает и третьего:

– А ты, дурак, как похоронишь меня?

Дурак ответил:

– Как Бог даст.

Прошло много лет, была война. Глупый сын попал на войну. Ехало много солдат, среди них был и дурак. И он находит – на дороге мертвый лежит его отец. У дурака ничего не было, так он отломил сук дерева и бросил на мертвого. Вождь увидел это и спросил:

– Почему все прошли мимо тела, а ты бросил на тело ветку дерева?

– Здесь мой отец, – ответил дурак.

Тогда вождь велел всем солдатам остановиться. Они выкопали яму и закопали умершего.

Других сыновей, которые обещали очень торжественно похоронить отца, уже не было. Они умерли раньше, чем отец. Дурак обещал похоронить и похоронил так, как Бог дал.

472. Руки матери нежнее

Две сестры жили по соседству. Было так, что обе вышли замуж в ту же деревню, их усадьбы разделял только забор. Они жили хорошо и были бы счастливы, но у одной рождались только мальчики, а у другой – только девочки.

И случилось так, что однажды они обе ждали новорожденных и заранее договорились, что, если опять у одной родится мальчик, а у другой – девочка, так, никому не сказав, они обменяют младенцев. Так и случилось. Они обменялись детьми и чувствовали себя счастливыми.

Прошло несколько лет. Однажды к так называемой тете пришел мальчик и весь день играл в саду с ее девочкой. Вечером настоящая мать мальчика – так называемая тетя стала провожать его домой. Она взяла мальчика на руки и, когда поднимала через забор, ласково прижала его к своему сердцу. Мальчик и говорит ей:

– Ведь ты, тетенька, так ласково взяла меня на руки, так мило прижала к себе, что я хотел бы все время быть в твоих руках. А когда меня берет моя мамочка, она так сжимает, трясет, что хочется скорее вырваться из ее рук и убежать от нее.

Тогда так называемая тетя мальчика еще сильнее прижала его и стала плакать, что ее сын, не зная того, что она настоящая мать, признал ее и объятия ее нежных рук. Тут же с плачем она побежала к сестре, и они детей обменяли.

473. Глупое дитя

Когда Майжешюс был маленький, его еще на руках носили, так однажды фараон его носил, ибо очень любил. Но тот Майжешюс стал таскать фараона за бороду. Тот сильно рассердился, сказал:

– Такой своевольный, его надо повесить!

А дочка фараона заступилась за того ребенка, сказала:

– Он не из-за своеволия тебе таскал, а из-за глупости: он еще маленький, глупый.

– Ну, хорошо, – говорит фараон, – я его испытаю. Я ему покажу огонь и золото. Если он сначала будет хвататься за огонь – значит, глупый, а если за золото – так своевольный. Тогда надо будет повесить.

Хорошо. Напротив Майжешюса поставили на столе два блюда – одно полное золота, а второе – огня. Как только поднесли ребенка, тот хвать за самую середину огня. Вся ручка обгорела. Тогда уже глупый. Фараон уже ему ничего не делал.

474. Попросила хотя бы хлеба с маслом

Однажды одна королева ездила по своей стране, желая узнать, как живут люди. Однажды она приехала в бедную деревню. Когда стемнело, она напросилась к одному жителю этой деревни на ночлег. Этот принял и сказал, что ничего не имеет покушать. Королева и говорит:

– Если уж не имеешь чем накормить, дай масла с хлебом и будет хорошо.

Но человек сказал, что у него нет не только масла, но и хлеба. Говорит:

– Я имею воды и соли.

И королева только теперь поняла, как кое-кто живет.

475. Хлеб дороже золота

Был король, он женился на королеве. Теперь король думает, он думает, к черту, из какого рода его жена. Король показывает ей богатства, всякое добро. Запрягли в карету лошадей, ее возят по полям, слуга показывает поля:

– Королева, здесь земля короля, такая широкая.

А королева говорит:

– При хлебе все хорошо, а без хлеба ничего нет.

Слуга едет дальше в карете, показывает животных, птиц, всякое добро. Эта королева опять говорит:

– При хлебе все хорошо.

Тот слуга загрустил, что королева такая глупая, что для нее нет ничего хорошего. Все хорошо только при хлебе. Слуга повел королеву в склады, где золото сложено, а эта королева:

– При хлебе все хорошо.

Слуга (королева это слышит) спрашивает короля:

– Откуда такая простая королева, что о всяких богатствах все говорит: «При хлебе все хорошо»?

Слуга спрашивал короля. Королева слышит, что уже доносит. Королева взяла и занесла все богатства в комнату, все сложила – самые дорогие шубы. Все снесла в ту комнату, велела слуге войти посмотреть. Слуга вошел в ту комнату – взяла и закрыла того слугу в той комнате. Она держит слугу в той комнате один день и второй день. Тот стонет, этот слуга, при тех богатствах, при золоте, серебре, при тех ценных вещах. На третий день еле слышно – стонет еле живой, уже едва слышно. На четвертый день открывает комнату – этот слуга лежит на золоте, серебре еле живой. Открыла дверь.

– Что с тобой? – королева спрашивает слугу.

– Ты мудрая, вельможа, – еле слышно промолвил слуга, – на золоте, на богатствах можно умереть.

Позвали короля, тот слуга говорит.

– Светлейший король, – он еле говорит, – королева правильно говорила, что при хлебе все хорошо.

Он оценил королеву, что она говорила правильно: хотя и самые большие богатства, хотя и было много золота, а без хлеба пришлось бы умереть.

476. После смерти земля тяжелее

Видишь, когда-то жил такой богач хозяин. Ну и рядом с ним, по соседству, жила женщина, вдова. <…> Ну и она ходила на работу к богачу, зарабатывать на хлеб. <…> Богачу все мало. Наконец он говорит вдове:

– Продай землю!

Он отнял у нее всю землю. Тогда она говорит:

– Позволь мне насыпать этой земли хотя бы в этот мешочек.

– Ну, – говорит, – насыпай этой земли сколько хочешь.

И он смеется: «Глупая баба. Как она понесет мешок земли! Пускай несет эту землю. Куда она денет столько?» <…> Она сказала:

– Подними теперь этот мешок мне.

Тот хочет поднять, поднимает, но поднять не может. И она говорит:

– После смерти земля будет еще тяжелее: засыпят не один мешок и придется вынести.

Богач уже не хотел земли вдовы, вернул ей.

477. Дары короля тают

Вожди одного короля стали притеснять своих солдат. Солдаты уже не могли выдержать, пошли жаловаться королю.

– Славный государь, сделай что-нибудь. Всякие притеснения терпим, всякие несчастья, горести совсем нас доконали, чуть кости из шкуры не сыплются. Слабые стали, едва ноги поднимаем от земли.

Король не ответил ничего. Он только взял ком снега и, отдавая это одному из солдат, сказал:

– Видишь, какой ком ты получил из моих рук! А если бы его получил через много рук, так от него не осталось бы большей части, а в конце концов он и весь растаял бы.

478. Как осуждают невинного

Видишь, случилась причина, пускай будет – убит человек. Ну, так кто-то сказал, что Юргис. Ну, так и обвинили, и тут же осудили – в Сиберию. Ну, так он вошел в корчму, стонет. Еврей спрашивает:

– Уй, отчего ты такой грустный?

Говорит:

– Как мне не быть грустным, если меня невинного обвинили?

Ну, тот еврей говорит:

– Уй, сколько ты мне дашь? Будет ли пять рублей? Я тебя оправдаю, хоть ты и осужден.

Тот говорит, что будет.

– Ну, так ты дай мне пять рублей, – говорит он.

Тот дал еврею пять рублей. Еврей вышел из корчмы с пятью рублями. Тот человек про себя думает: «На тебе, еще пять рублей добавил и все равно как осужден, так осужден».

Тот еврей ушел. Видишь, крест был недалеко от базара. Так он вышел, шапку снял и смотрит на крест. Ну, и тут человек идет. Говорит:

– Чего ты здесь, еврейчик, смотришь?

Еврей говорит:

– Ты католик?

– Католик.

– Но ты не видишь, сколько ангелочков на вершине креста!

Человеку что делать: стыдно, что еврей видит, а тут католик не видит. Ну, так говорит:

– Вижу.

Ну, так оба и смотрят. И дальше так: кто идет или едет той дорогой, еврей всем так говорит. Что им делать? И те должны смотреть. Ну, и смотрят. Так там, видишь, собрались люди и конные, и в повозках, и пешие. И еврей все так же повторяет.

Тут же ксендз из своего дома увидел, что там много людей собралось и еврей, отставив бороду, смотрит, головой качает. Ну, так он послал своего служку.

– Иди, – говорит, – детка, посмотри, почему там столько людей стоят.

Тот служка говорит:

– Ксендз велел спросить, что тут случилось.

Еврей говорит:

– Уй, ты служка, на мессах прислуживаешь, но не видишь, сколько ангелочков на кресте! Мы так давно видим.

Служке стыдно, что все видят, а он не видит. Ну, так он говорит:

– Вижу.

Еврей говорит:

– Ну, так смотри, ибо редко такое увидишь.

Служка и остался смотреть. Ну, так ксендз не дождался служки, сам идет смотреть. Ну, так ксендз подошел и спрашивает:

– Что тут такое, чего вы тут собрались?

Ну, так еврей говорит.

– Ксендз, – говорит, – видишь какая правда на свете. Я, – говорит, – начал утверждать, что вижу на кресте ангелочков, так и все говорят, что видят. А тут ни я не вижу, ни другие. Это так и этого человека Юргиса обвинили все, ничего не зная.

Ну, так был суд второй раз, и этого человека оправдали. Так еврей спас его.

479. Кто не умеет врать, пускай не врет

Однажды один купец купил сто пудов железа, положил его у соседа, а сам уехал к другому купцу в гости. Когда он вернулся домой, просит у соседа свое железо. Сосед ему говорит:

– Если бы я не видел своими глазами, не верил бы рассказу другого. Однажды, когда я был в клети, заметил, что осталось мало железа. Потом в другой раз – еще меньше. Потом я караулил и попал в хорошее время: я увидел, как мышь выбежала из норы. Пока я смотрел, она целую кучу железа сгрызла. Потом, когда я вернулся, уже ничего не нашел.

Купец подумал: «Если ты так врешь в глаза, я тебе сделаю по-другому!» У его соседа был один сын. Купец заметил, что можно взять его сына. Он взял его, когда никто не видел, и закрыл в неволе. Так он держит его один день, другой день – никто о нем не спрашивает, он ничего не говорит. Его сосед пришел к нему со стоном, что его сын пропал. Купец стал говорить:

– В тот вечер я видел, что воробей взял твоего сына и понес куда-то.

Этот стал удивляться:

– Как это может быть, чтобы воробей мог унести моего сына!

– А может ли быть, чтобы мыши могли сгрызть сто пудов железа?

Говорит:

– Соседушко, пойдем, я отдам тебе железо, а ты мне, если знаешь, где он, верни сына.

– Ну, хорошо, если принесешь мне железо, тогда возьмешь сына.

Тот отдал своему соседу железо, а купец отдал ему сына.

480. Управляющий ничего не делает

В один праздничный день батраки поместья собрались у сада и стали разговаривать. Они говорят:

– Все лето, даже в большую жару, мы все работаем мокрые, пашем и боронуем, косим рожь, а зимой бродим по глубокому снегу, рубим и возим деревья. А что мы кушаем и во что мы обуты? А посмотри на господ: подучатся несколько зим – и уже паны. Вот хоть и управляющий нашего поместья. Он ничего не делает, а такие деньги получает. Летом выходит с палочкой, идет прогуливаясь, а зимой пешим его даже не увидишь. Но он не работник. Таким паном каждый из нас мог бы побыть.

Они так говорили и не увидели, что в саду пан слушает и все записывает в книжку.

Когда пришла осень, пан послал всех батраков с повозками зерен. Вместе с ними в город поехал и пан с управляющим. Когда проехали примерно половину пути, они остановились на пастбище. Недалеко от них остановились люди с возами зерна. Поскольку управляющий куда-то ушел, пан подозвал батрака и велел пойти и посмотреть, что это за люди и откуда они.

Батрак подошел и спросил. Он вернулся и сказал пану, что там люди из такого-то и такого поместья. Пан опять ему велел идти и спросить, что они там везут. Батрак пошел и, когда вернулся, сказал, что они везут зерно. Пан опять велит ему пойти и спросить, куда они едут. Батрак нехотя пошел и, вернувшись, говорит, что едут в тот же город, куда и они. Пан опять велит сходить и спросить, какое зерно они везут. Батрак уже не хочет идти.

Тогда вернулся и управляющий из того места, где он был. Тогда пан велит и управляющему сходить и посмотреть, что это за люди. Управляющий медленно, с тросточкой, пошел, поговорил и вернулся. Когда управляющий вернулся, он сказал пану, куда те люди едут, что везут, сколько везут. Сказал, что везут пшеницу на продажу, что пшеница неплохая. После всего он вынул из кармана горсть пшеницы и показал пану. Тогда пан сказал батракам:

– Видите, что сделал управляющий за полчаса, а вам пришлось бегать несколько раз. И то вы еще ничего не узнали и не поняли, чего я потребую.

481. Попытка удлинить день

Пан говорил:

– Лен надо трепать ночью!

Ну, и те служащие работали всю ночь. Но не кончили работу. Пану еще мало. Нашелся один парень и говорит:

– Пан, я мог бы сделать такую машину, чтобы и люди не понадобились. Эта машина будет трепать лен. Но ее надо крутить. Пану придется крутить. Если, пан, будешь крутить, все будет хорошо.

Ну, хорошо, пан согласился, этого парня щедро одарил. Парень немножко приладил это колесо, чтобы только пан мог крутить машину. Ну, и пан крутил это колесо. (Все-таки я еще нехорошо сказал!) День удлинял! Сколько раз покрутишь колесо, настолько день станет длиннее.

Уже этот пан ослабел:

– Хорошо, уже больше не надо…

Тут же отпустил всех этих работников. Он уже не выдержал.

482. Внешность бывает обманчивой

В одном королевстве жил простой необразованный, не обученный наукам человек. Но он был специалист-изобретатель. За что он брался, то делал. Он стал знаменитым во всем королевстве. О таком хорошем специалисте узнал и сам король. Услышав, король приказал тут же привезти его к нему. По приказу короля быстро приехали к тому человеку, нашли его работающим, схватили таким, как был – плохо одетый, немолодой. Король увидел его и удивился. Говорит:

– Разве такой человек может быть хорошим специалистом? Как он выглядит, каков он сам, такой и специалист.

Ну, королю он не понравился. Но король все-таки решил его угостить и с ним поговорить. Его посадил, и принесли очень старого и вкусного вина в очень красивой посуде. Король налил в рюмки, угостил и сказал:

– Смотрите, как красиво выглядит вино в красивой посуде! Так какой из вас может быть хороший специалист, если такой приехал?

– Хорошо. А не могли бы вы мне показать те помещения, в которых вы храните вино?

– Хорошо, – говорит король, – покажу, если так хочешь.

Король повел в помещение, где было вино. Человек огляделся и не увидел там, в тех подвалах, ничего красивого. Он сказал:

– Король, смотрите, в каких простых сосудах хранится такое хорошее вино! Так присмотритесь и ко мне – к очень простому человеку. Не смотрите на мою простоту, но смотрите на то, что в моем сердце.

483. Большие и малые проступки

У гудов [белорусов] была одна распущенная девка, а другая – хорошая. Ну, так они и поспорили. Одна говорит:

– Ты очень плохая. Уже потому, что ты так и так делаешь.

А эта ей говорит:

– И ты не лучше, так как воруешь там.

Ну, хорошо. А там уже третий – мужчина – слышал, о чем они спорили. Тогда он говорит им.

– Хорошо, – говорит, – если так… – сказал первой, которая уже была большая грешница. – Ты этот камень возьми и принеси.

Он сказал, где тот камень. Эта сказала:

– Так что же, – говорит, – смогу ли я такой взять и принести? Невозможно это.

Но он говорит:

– Ну, как-нибудь.

Ну, так она несла со стоном. А другой он велел набрать маленьких, небольших [камней].

– A, – говорит первая, – все-таки как ей хорошо!

– Твой камень большой, а мои маленькие.

Так, видимо, уже и та поняла, что это им наказание за грехи. Хорошо. Та набрала в свой подол, высыпала.

– Ну, так теперь, – говорит, – ты (говорит той грешнице) – ты этот один камень отнеси в то место, откуда его взяла.

А так что? Поскольку она принесла, она и обратно отнесла.

– А ты, – говорит, – разложи камни там, откуда ты их взяла.

Так эта говорит:

– Что ты мне? Разве я помню?

Теперь она там маленьких <…>– а следов не осталось. А та как принесла большой, так след и остался. Она назад опять отнесла.

– Так вот, – говорит, – так бывает и с грешниками. Кто совершает большой грех, того все осуждают, там по-всякому обзывают. Но если он хочет исправиться, это он может, и исповедаться годится. А из маленьких может получиться большой камень.

484. Чистая вода изо рта гнилой собаки

Был такой старик. Он ходил, ходил в костел. Таким старостой был. Он ходил, ходил в костел и увидел – ксендз с девкой. Ну, он и рассердился на костел. Что же? Если ксендз так делает, так зачем ходить в костел?

Он очень захотел пить, нагнулся к такой канавке, смотрит – лежит гнилая собака. Действительно гнилая собака, а вода такая чистая через нее течет! Такая чистая вода через эту гнилую собаку течет. И тут же такой человечек появился. Появился человечек и говорит:

– Пей, пей! Чего ты боишься?

– Как же пить, если гнилая собака лежит?

– Здесь ваш гнилой ксендз лежит, но слова такие чистые идут. Он хорошо учит людей, чистая вода идет через него. А он гнилой лежит.

Тогда он опять начал ходить в костел: он хорошо учит людей, но все-таки гнилой уже лежит.