Дождавшись, когда повозка Аделии исчезнет за поворотом дороги, я отправляюсь на поиски Мита. Этот прохиндей словно испарился после того, как я отнял у него повозку для Аделии. Возможно причиной этому служит моё плохое настроение, но оставлять безнаказанным факт присвоения, добытого мною в бою, коня, я не намерен.

Мита конечно несколько оправдывает тот факт, что конь барона Терса оставался всё это время без присмотра. И так как никаких распоряжений, по поводу бесконтрольно бродячего животного, от меня Мит не получал, то он просто обязан был проявить инициативу. Он её и проявил, попытавшись присвоить коня себе.

При этом следует учесть, что при первом же требовании от меня, он безропотно отдал не только коня, но и повозку. В общем всё настолько неоднозначно, что если бы он не пропал из моего поля зрения после всего случившегося, то я бы не стал обострять.

Но он решил, что лучше ему не попадаться мне на глаза, и тем самым частично признал свою неправоту. Я конечно понимаю, что сейчас я веду себя как одичавшая собака, то есть кидаюсь на того, кто побежал. Сплошные охотничьи инстинкты вместо обдуманных поступков. Но остановиться я не могу, да и, честно говоря, не хочу.

— Подойди, Мит. Поговорим о лошадях. — окликаю я почти сумевшего скрыться от меня за утлыми шалашами Мита.

— Господин, я в лошадях не разбираюсь. Не моего это ума дело. Вот волы это другое дело. Я с детства на воловьей упряжке. И в плуг тоже волов запрягают. — начинает отнекиваться мой крестьянский староста.

— Да ну. А вот для Аделии почему-то повозки запряжённой волами не нашлось. — продолжаю я морально давить на Мита.

— Так она же магиня. Госпожа магиня. Ей положено на повозке запряжённой лошадьми. Ну правда я только одну лошадь смог найти. Точнее коня. Хотел для вас, господин, его сберечь. Но вы ж сами приказали отдать госпоже магине. — проявляя чудеса изворотливости, и при этом прикидываясь недалёким, отвечает Мит.

На меня, как на человека не привычного, такая изворотливость действует очень хорошо, и я сразу же теряю весь запал. Какой смысл отчитывать того, кто и так уже всё отдал и всё понял, только боится наказания и потому юлит?

— Ладно, считай, что выкрутился. Но в следующий раз, про найденных лошадей сразу же сообщай мне. — говорю я.

— Да, господин. Сразу же скажу. — заверяет Мит, не верящий, что так легко отделался.

Конфликты это вообще не моё. Нет, по сравнению с Владиславом, я просто рождён для бесконечной делёжки всего подряд и бесконечной борьбы за статус. Но то Владислав, которого пятилетний ребёнок прогнёт.

Я конечно могу свои интересы отстаивать, но я не получаю удовольствие от процесса. Я после таких разговоров, как произошедший сейчас с Митом, потом обычно уснуть не могу. И чувство голода на меня такое находит, что тройную обычную порцию съесть могу.

Вот и сейчас, так хочется есть, что мысли про оставленные на вечер остатки тушёного в овощах кролика выкинуть из головы не получается. Помучавшись минут десять, я решаю, что ждать ужина никакого смысла нет. Тем более, что я уже знаю, что до тех пор пока не поем, ничего дельного не сделаю.

Прихватив котелок с остатками завтрака, я иду к своим вещам за ложкой. И почему-то, я очень хорошо представляю, как эта ложка выглядит. Никогда я об этом не задумывался, а тут почему-то из головы не идёт. И моя интуиция подсказывает, что это не просто так. Хотя в самой ложке ничего необычного нет.

Найдя эту проклятую ложку, я внимательно смотрю на неё в поисках подвоха, и ничего не нахожу. Уже успокоившись, и отметив на будущее пропить курс успокоительного, чтобы из-за банальностей с ума не сходить, я подношу ложку к котелку, и она исчезает у меня прямо из руки. Была, и нету, как будто испарилась.

Логично предположить, что исчезновение ложки, как-то связано с точно таким же исчезновением магических кристаллов. И во всех этих случаях, я очень чётко представлял предмет, который исчезал из руки. И это определённо какая-то магия. Следовательно, это вполне может сработать и наоборот. Если представить что-то исчезнувшее, оно должно бы снова появиться в руке.

Я пытаюсь представить проклятую ложку не меньше получаса. И ничего, никакого возвращения ложки не случается. Только аппетит себе испортил. И не удивительно, ведь вместо магического хранилища, про которое я уже успел много чего нафантазировать, у меня сверхспособность по уничтожению нужных предметов.

И конечно же я начинаю применять свою сверхспособность направо и налево. Отправив в небытие все ложки, вилки, единственный половник и даже кофейные чашки, оказавшиеся в моих вещах неизвестно зачем, я перехожу на инструменты. Здравый смысл подсказывает мне, что есть отвёрткой всё равно не выйдет и давно пора остановиться, сесть и как следует подумать, но я продолжаю.

Чувствуя уже какую-то ненормальную тяжесть во всем теле, я специально представляю котелок с остатками завтрака. Ну надо же проверить, насколько крупные предметы я могу отправлять в никуда. И похоже, мне удаётся найти тот самый предел веса или размера. Топор ещё подходит, а вот котелок уже нет.

Голодный и взбешённый, я поднимаю глаза к небу, собираясь громко жаловаться на несправедливость, и краем взгляда зацепляю одинокую фигуру бредущую в мою сторону. Первая мысль, что меня посещает, это то, что барон Терс заблудился и возвращается. Но приглядевшись, я понимаю, что с трудом переставляющий ноги человек одет в камуфляж.

Ещё через десять минут, я уже различаю детали, и могу однозначно сказать, что никакую угрозу бредущий не представляет. Он не просто измождён, а как будто ободран. Камуфляж свисает с него ленточками, а в руках у него палка, на которую он опирается при ходьбе. Причём за палку он держится двумя руками.

Достав из своих вещей ружье, я терпеливо жду, что будет дальше. Человек продолжает упорно идти ко мне, и когда между нами остаётся не больше пятидесяти метров, я узнаю бредущего. Это тот самый мужик, с которым я делил палатку на базе. Тот самый который объяснял мне про подъёмные, про то, как нам с Владиславом повезло, и про то, что многие неделями ждали такой шанс.

Зовут его, насколько я помню, Сергей. И сейчас он вовсе не выглядит счастливчиком, получившим от судьбы уникальный шанс. Скорее уж беженцем из зоны боевых действий, чудом выбравшимся из самого пекла.

— Сергей. Или точнее, барон Сергей. Не ожидал тебя увидеть так скоро. Почему ты здесь, и что, блин, с тобой случилось? — первым начинаю я диалог.

— Здорово, Андрей. Как видишь, моим мечты не совсем сбылись. — улыбаясь отвечает Сергей.

Грязный и ободранный, он всё равно пытается шутить. Я всегда уважал таких несгибаемых людей. И сам я, несмотря на всё произошедшее, стараюсь сейчас выглядеть таким же непробиваемым оптимистом.

— Да ну? А я-то думал, что ты мечтал стать гордым колонистом. — отвечаю я, пытаясь подражать шутливому стилю общения Сергея.

— Почти. И ещё немного бароном. — уже грустнее, говорит Сергей.

Да уж, на барона он сейчас совсем не похож. Впрочем как и я. Да и окружающая обстановка на открыточные виды сказочного замка не тянет.

— Есть хочешь? — спрашиваю я, протягивая котелок.

— Было бы неплохо. — отвечает он, принимая котелок и заглядывая внутрь.

«Неплохо», это совсем не то слово, которое приходит в голову, когда видишь человека, который как будто сдулся с вашей последней встречи. Тут скорее подошли бы сравнения с голодным волком, но видимо гордость не позволяет. Такой выдержкой я похвастаться не могу, к тому же есть мне хочется до жути и я решаю воспользоваться возможностью.

— Кстати, а ложка у тебя есть? Можешь и меня заодно покормить с ложечки. — говорю я, вызывая удивление и злобу у Сергея.

— Ты поиздеваться решил? — спрашивает Сергей, смотря на меня с натуральной ненавистью.

Держать театральную паузу, ожидая, что Сергей по моим голодным глазам сам догадается, что я на полном серьёзе предлагаю ему покормить меня с ложки, я не решаюсь.

— Вот вообще не угадал. Есть не могу. Долгая история, потом расскажу. В общем, не могу пользоваться ложкой. Я серьёзно. — пытаюсь объяснить я.

Не похоже, что он поверил мне. Звучит, и правда, как издёвка. И будь он не таким уставшим, наверняка попытался бы подбить мне глаз.

— Сергей, это типо проклятье такое, если коротко. Магия, и вот это вот всё. Сам бы не поверил. — решаю я уточнить.

— Охренеть. А я-то думал мне не повезло. — говорит Сергей, наконец-то поверивший в мою проблему.

— Ну выглядишь ты и правда не очень. — возражаю я.

— Давай поедим, потом всё расскажу. — предлагает Сергей, устраиваясь у тлеющих углей, оставшихся от костра.

Не растерявший оптимизма, Сергей оказывается ещё и запасливым. Шагая в неизвестном направлении и в таком потрепанном состоянии, у меня бы точно не нашлось целых двух ложек. У Сергея ложки нашлись, и сейчас он пользуется обеими.

Одной ложкой Сергей ест сам, второй кормит меня. Со стороны это должно выглядеть очень забавно, но меня это совсем не веселит. Если вас кормили с ложки в последний раз в те времена, когда вы могли ходить под стол пешком, то сообщаю вам, что это очень неудобно. За то время, что мы вдвоём съедаем остатки тушёного кролика, я успеваю получить ложкой по зубам раз десять, а может и больше. И дело тут вовсе не в неаккуратности Сергея. Просто поверьте на слово, силиконовые ложки для детей придумали не просто так.

— Я вот, когда шагал, думал, что хуже чем у меня, ни у кого эта эпопея с колонизацией не выйдет. Но ты в этом соревновании по идиотизму и неудачам обогнал меня как стоячего. Рассказывай, кто тебя так проклял? — спрашивает Сергей, откладывая ложки в сторону и довольно потягиваясь.

— Ты недооцениваешь всю красоту происходящего. Я же теперь не обычный смертный. Да, я теперь маг. И моя сверхспособность это отправка в небытие любого предмета, что попадает мне в руки. Серьёзно. Я уже все ложки и всё, что можно использовать вместо ложек, извёл под чистую. — отвечаю я, стараясь выглядеть бодрым и не теряющим оптимизма.

— Ну то есть это не проклятье, а такой редкий сорт благословения. Ну чё, гордись, Андрей, ты избранный и всё такое. — подтролливает меня Сергей.

— Да. Так и есть. Всего-то и нужно, что выделить одного из крестьян в слуги. Ну чтоб было кому вместо сидящего тут барона-изгнанника тыкать мне ложкой в зубы. — отвечаю я.

— Так у тебя и крестьяне есть? Как тебе удалось их поймать? Я вот за своими как ни гонялся, так и не догнал. — удивляется Сергей.

— Надо было стрелять по деревьям перед ними. Может тебе просто секрет не рассказали, и ты стрелял дробью? — не удерживаюсь я от того, что бы потроллить Сергея в ответ.

— Я просто все патроны в первый же день пролюбил. — признаётся Сергей.

Некоторое время мы сидим молча. Шуточки, судя по грустному виду Сергея, закончились, пришло время истории о том, как он докатился до нынешнего состояния. И начинать эту историю ему совсем не хочется.

— Отстреливался от местных? — предполагаю я, надеясь, что Сергей наконец-то начнёт рассказывать, что с ним случилось.

— Нет. Салют устраивал в честь нового барона, то есть в честь себя самого. Пьяный был в общем. Хотя, вряд ли я всё в тот вечер расстрелял. По количеству стреляных гильз точно не сходится. — рассказывает Сергей очень правдоподобную и очень банальную историю.

— Ну допустим. Но у тебя ж целая гора экипировки была. И меч с доспехами от компании должны были быть. Как ты здесь-то оказался с двумя ложками и одной палкой? — требую я продолжения.

— Я ж говорил, что крестьян прикреплённых к баронству я не поймал. Но проблема-то в том, что ловил. И тоже не совсем трезвый. Напугал я их знатно. Ну и пока я за одними гонялся, другие все мои вещички растащили. Да ещё и по-хитрому сделали, пустые сумки набили соломой. Алкашку не тронули. Лежало это дьявольское пойло у меня в отдельной сумке. Там же и закуска была. Я остальные сумки долго не открывал. А потом открыл, а там солома. — краснея от стыда рассказывает Сергей.

Несмотря на то, что ему стыдно, обвинять Сергея в какой-то особой безолаберности я не могу. Мои вещи, привезённые с базы, до сих пор лежат под открытым небом. И если в моих сумках всё ещё не солома, то это не потому, что я такой продуманный, а потому, что крестьяне мне попались более совестливые.

— Замок, кстати говоря, мне попался под стать твоему. Только у твоего ещё остатки башни из пепла торчат, а у меня просто остатки огромного костра. — продолжает свою историю Сергей, с грустью смотря на руины моего замка.

— Гордый и неприступный замок Неторт, славится своей непреступной каменной башней. — пытаюсь я шуткой разрядить обстановку.

— Неторт? Вполне себе торт, по сравнению с остальными. Ну и раз такое дело, мой тогда пусть будет Эклер. Совсем не отражает суть, зато красиво звучит. — ненадолго отвлекается от своего печального положения Сергей.

Признаюсь честно, мысль о том, что все проданные герцогом Эрдой замки представляют собой просто огромные кучи золы и углей мне до сих пор в голову не приходила. Я-то наивно полагал, что это мне одному так повезло, и то в основном из-за выходок Владислава.

— Так чего ты на базу не пошёл? Либо помогли бы с вещами, либо там бы дали перекантоваться временно. Уж за ворота выгонять бы точно не стали. — задаю я вполне резонный вопрос.

— Да ты понимаешь, я ж когда сюда отправлялся, очень много дорогих вещей купил. У всех родственников деньги занимал. И у компании дополнительный займ на доставку через портал экипировки брал, под поручительство родственников. А теперь, если я на базу вернусь, им расскажут, что я всё пролюбил. Ну и деньги с них, как с поручителей требовать начнут. — рассказывает Сергей в какой глубокой яме он оказался.

— И что, решил идти куда глаза глядят и умереть с честью от дубины первого же придорожного разбойника? — неудачно стараясь не осуждать, спрашиваю я.

— Да честно говоря, сам не знаю. Знаю только, что на базу без чего-то ценного не вернусь. Не смогу потом родственникам в глаза смотреть. — говорит Сергей, превращаясь в живую иллюстрацию безнадёжности.

История конечно печальная, и в чём-то даже поучительная, но мне такое бедственное положение Сергея сейчас на руку. Раз человек твёрдо решил во что бы то ни стало заработать, и при этом он готов поставить свою жизнь на кон, то надо дать ему такую возможность. Ну то есть, не вообще надо в общечеловеческом смысле, а мне так надо в данный момент.

— Ладно, не грусти. Если готов рискнуть головой, то ты пришел в правильное место, и что ещё важнее, пришел ты в правильное время. — начинаю я вербовать в свой будущий отряд Сергея.

— Рискнуть готов. Но только если есть шанс хорошо подняться. Я так-то очень рассудительный человек. Ради адреналина головой рисковать не склонен. Но, повторюсь, если есть шанс что-то ценное выцепить, то я в деле. — приободрившись говорит Сергей.

Сергей конечно преувеличивает. Вряд ли рассудительный человек пролюбил бы всю экипировку по пьяной лавочке. Да и вообще, рассудительные люди в другие миры через магические порталы не ломятся. Но внести коррективы в свою мотивирующую речь всё же стоит.

— Есть возможность закрыть все твои задолженности перед компанией. И скорее всего ещё останется на безбедную жизнь. Нужно только проявить смелость и упорство. — говорю я в точности то, что хочет услышать Сергей.

Я и сам верю, что именно на этом месте есть возможность разбогатеть. Нужно только удержать развалины замка и остаться при этом в живых. Ну и ещё нужно, чтобы у Аделии всё получилось.

— Андрей, мы ж не на собрании офисного планктона, давай как-то более конкретно. — делает резонное замечание Сергей.

Мне даже как-то легче становится после его слов. Действительно, зачем мне перед ним мотивационное речи толкать? Просто расскажу всё как есть, предложу долю, а там пусть сам решает.

— Ладно, ты прав. Становись кастеляном моего замка. Ну то есть моим заместителем по хозяйственным вопросам. Получишь часть того, что мне удастся получить. — говорю я без красивых эпитетов и вижу, как Сергей грустнеет прямо на глазах.

— Андрей, спасибо конечно, но быть кастеляном развалин, это не похоже на выгодное дело. И вообще, причём здесь оправданный риск? — отказывается Сергей.

— Да, сбил ты меня. Не с того я начал. — говорю я, уже жалея, что не пообещал ему золотые горы.

— Так все свои. Попробуй ещё раз. У меня вариантов немного. Если тут какие-то перспективы есть, то я не гордый, могу и твоим подчинённым поработать. — идёт на попятную Сергей.

Перспектив у него и правда немного. Лучше даже сказать, что моё предложение вообще единственное, и он сам хочет, чтобы я его уговорил остаться в качестве моего зама. Хотя и со мной он ничего кроме мучительной смерти может не найдёт.

— Давай я объясню, зачем вообще держаться за эти развалины, а ты потом сам решай. Только сразу скажу, что мирно жить нам здесь не дадут. Кусок больно лакомый, подняться можно быстро, но придётся повоевать. Как минимум до тех пор, пока с базы подкрепление не пришлют. — пользуюсь я предложением Сергея уговорить его.

— Даже так? — спрашивает Сергей, смотря на развалины замка и пытаясь увидеть что-то необычное.

— Да. Ты не смотри на развалины, дело не в них. Дело в самой земле. Для наших это единственный выход к королевскому тракту. Остальные варианты упираются в подопечных наших дорогих партнёров и друзей из Даркрок. И там нас просто не пропустят. — спешу я удовлетворить любопытство разглядывающего пепелище Сергея.

— Ну уже понятнее. Только не совсем. Что там на том королевском тракте? Ну допустим, торговать можно с кем-то. Хотя я вот уже сомневаюсь, что на торговле здесь можно хотя бы окупить затраты. — с сомнением говорит Сергей.

— По королевскому тракту можно добраться до других магических порталов, ведущих в другие миры. И не спрашивай, что там в других мирах. Во-первых, я без понятия. Во-вторых, менеджерам компании пофиг, главное, что капитализация вырастет. Больше миров, больше земли, больше всего, а значит и акционерам можно лапши навешать. А раз так, то и тем, кто доступ в эти миры им предложит, они заплатят. — объясняю я Сергею, зачем держаться за развалины моего замка.

— С кем будем воевать? Сколько у нас времени, чтобы укрепления сделать? Ну и вообще сколько у нас времени на подготовку? — спрашивает Сергей, фактически давая согласие поучаствовать в обороне моего феода.