«Это точно был Гар, больше некому. Прибью паршивца.» — проносятся в голове мысли, заглушаемые невероятной болью в груди. С усилием я открываю глаза и понимаю, что ночь уже наступила. Лежу я на своей импровизированной кровати, состоящей из поставленных рядом сумок с привезёнными с базы вещами. Я совершенно не помню, как я сюда добрался. Но это не единственная странность в моем положении.

Ещё одна странность состоит в том, что я не испытываю неудобства от такого места ночёвки. Я уже спал на этих кое-как сваленных в кучу припасах и инструментах. И в прошлый раз после пробуждения у меня болело буквально всё тело. А сейчас болит только грудь и как-то совсем не так.

Нет, я помню, что вчера уронил на себя магический артефакт, и меня ударило сильнейшим разрядом. Но ощущения такие, как будто меня ещё продолжает бить тем же разрядом, только не так сильно. Сделав несколько глубоких вдохов, от которых боль каждый раз усиливается, я кладу правую руку себе на грудь. То, что я ощущаю при этом прикосновении, заставляет меня завопить во всю глотку.

Из моей груди торчит тот самый пульсирующий магический камень, что я вчера умудрился на себя уронить. И как минимум две трети его находятся внутри моей грудной клетки. Почему я не умер до сих пор, при такой травме остаётся непостижимым.

Наплевав на все советы медиков, прочитанные мной в научно-популярных журналах, сводящиеся к тому, что извлекать инородные предметы из тела при проникающем ранении самостоятельно не следует, я пытаюсь выдернуть этот пульсирующий булыжник. Естественно, у меня это не получается. Но я пытаюсь снова и снова, до тех пор, пока меня не останавливают привлечённые моими криками Мит и Гар.

— Господин, магиня сказала, что это нельзя трогать. — уговаривает меня отцепиться от камня торчащего из моей груди Мит.

— Какая ещё нахрен магиня? — ору я в ответ, не убирая руки с камня.

— Самая настоящая, господин. У неё даже знак гильдии магов есть. Она нам показывала. — отвечает Гар, нисколько не помогая мне своим ответом понять, откуда тут взялась магиня.

— Да, господин. Самая настоящая. Она сказала, вы знакомы. — добавляет ясности Мит, бесцеремонно выворачивая мне руку.

Слова Мита немного успокаивают меня. Я знаком только с одной представительницей гильдии магов, и у меня нет повода не доверять ей. Зла она мне точно не желает. Вот только, что она здесь делает? У неё ведь незаконченный контракт с герцогом Эрдой.

— Герцог Эрда тоже здесь? — спрашиваю я у Мита, перестав вырываться.

— Нет, господин. Здесь только магиня и мы. — отвечает Мит, ослабляя хватку.

— Где она? — спрашиваю я, надеясь что Аделия где-то рядом.

— Она велела нам оставаться здесь с вами, и не давать вам трогать руками камень, а сама пошла в лес. Сказала соберёт траву для зелья. — отвечает Мит, становясь испуганным при последних словах.

Магический камень торчащий из моей груди, вернувшаяся зачем-то Аделия, какое-то зелье, ингредиенты которого надо собирать ночью в лесу — всё это очень неправдоподобно, как будто я просто в бреду. Но вот Мит, держащий меня за руки железной хваткой, на бредовый сон вообще не похож. Ощущения слишком реальные.

— Как я здесь оказался? — задаю я риторический вопрос, сокрушаясь о том, как изменилась моя жизнь обычного офисного сотрудника.

Подумать только, а ведь ещё совсем недавно меня волновало невыполнение плана по поданным судебным искам. Как от юриста в банке я дошёл до измазанного золой полубомжа в другом мире, да ещё и с пробитой магическим булыжником грудной клеткой?

Ответ я конечно знаю — сам всего добился. Ну ещё немного Владислав помог. Хотя настолько стремительный переход от одного к другому заставляет думать, что без потусторонних сил здесь не обошлось. Особенно с учётом того, что одна из этих потусторонних сил торчит из моей же груди.

— Господин, мы нашли вас без сознания и принесли сюда. — отвечает Мит, аккуратно обходя тот момент, что его сын Гар тоже немного поучаствовал в произошедшем.

— Гар вас привёл? — даю я понять Миту, что точно знаю о том, что его сын следил за мной.

— Да, Господин. Он сразу же нас позвал. — не пытается отрицать Мит.

— Вот ведь предупреждал я вас, чтобы ждали у границы леса. — говорю я, смотря на Гара с упрёком.

— Мы о вас беспокоились, господин. — оправдывается Мит.

Гар молчит, опустив взгляд. Наверное он не стал рассказывать отцу о том, как завопил, схватившись за один из артефактов. Сил злиться на Гара у меня просто нет. Хотя, если бы не его любопытство, то я мог бы и не поскользнуться вчера.

— Где магические камни, которые я вчера достал из руин замка? — уверенным, даже немного обвиняющим, тоном спрашиваю я.

— Они там, где вы их вчера положили, господин. Госпожа магиня побоялась их трогать. — говорит Мит, даже не понимая, что я волновался вовсе не из-за Аделии.

После такого ответа можно не сомневаться, что о попытке взять один из камней в руки Гар ему не рассказал. Ну или в моём крестьянском старосте пропадает талант выдающегося актёра. И при этом сын его актёрского таланта не унаследовал, потому что он чуть ли не рыдает.

— Аделия пошла в лес одна? Никто из вас не вызвался её сопровождать? — немного запоздало беспокоюсь я о зазнобе Владислава.

— Госпожа магиня сказала, что так надо. — отвечает Мит, на сто процентов уверенный, что поступил правильно, отпустив Аделию ночью в лес без сопровождающих.

Он конечно по-своему прав. Кто он, чтобы спорить с представительницей гильдии магов? Ему бы для начала определиться, называть ли Аделию госпожой. А то у него как-то через раз получается, то магиня, то госпожа магиня. Наверное это зависит от того, насколько ему страшно в данный момент.

— Скажи, Мит, а настоящие волки в этом лесу водятся? Не те тряпичные куклы, с которыми вы любите господ пугать, а те, которые одинокую девушку могут загрызть насмерть? — задаю я наводящий вопрос Миту, надеясь, что он поймёт, что был не совсем прав отпуская Аделию одну.

На несколько секунд Мит задумывается, а потом с улыбкой крутит головой в знак отрицания. Мне бы его оптимизм.

— Уверен? — переспрашиваю я.

— Волкам ни за что на свете с магиней не совладать. — уверенно отвечает Мит.

Может и не совладать. Кто ж знает, что у неё кроме кольца для перевода с собой есть. Вполне может быть, что и для самозащиты гильдия магов своим сотрудникам что-то выдаёт. То что любым артефактом может ударить до потери сознания, я уже на собственном опыте знаю. Но для защиты от волков одного колечка мало будет. Нужно что-то дальнобойное.

Оставлять шастающую по ночному лесу Аделию в одиночестве мне всё же не хочется. Сами посудите, что я скажу Владиславу, если его возлюбленной волки половину лица отгрызут? Отговорка про то, что ей самой виднее было, тут не прокатит. Да и сам я не настолько бездушный, чтобы о ней не переживать. Тем более она в этот лес ради какого-то зелья для меня попёрлась.

— Помоги встать. — прошу я Мита, подтягиваясь за его руку.

— Господин, магиня не велела вас отпускать. — говорит Мит, всё таки помогая мне подняться.

— И как ты меня остановишь? — с вызовом спрашиваю я.

Вообще, остановить меня сейчас проще простого — достаточно мне не помогать. Сам я с большим трудом переставляю ноги. Но дело тут не в физических кондициях, а в том, что спорить с баронами, и уж тем более с виконтами как я, крестьян в этом мире веками отучали.

— Господин. — мямлит Мит, побледнев настолько, что я даже в тусклом свете от костра это вижу.

— Что? — уверенным тоном пресекаю я попытки Мита протестовать.

— Госпожа магиня сказала, что если мы вас бросим, она нас всех в свиней превратит. — жалуется Мит.

— Ну так иди со мной. Всё нормально будет. Надо только ружьё взять. — отвечаю я, указывая на торчащее из сумки ружьё.

С огромным трудом проковыляв жалкие пять метров до сумки с ружьём, я падаю на колени. В последний момент меня хватает Мит, не давая мне свалиться лицом в грязь. Боль в груди такая, что идти искать Аделию мне уже совсем не хочется. Но признаться в этом я не могу, поэтому молча стою перед сумкой на коленях, удерживаемый Митом от падения на землю.

— Я же сказала, не отпускать его никуда! — раздаётся властный голос из темноты.

— Госпожа, да как бы я его остановил? — оправдывается Мит.

— Уж мог бы постараться. — отказывается принимать оправдания Мита Аделия.

— Не подбивай моих крестьян на бунт. — заступаюсь я за Мита.

Я конечно не верю, что Аделия превратит Мита и Гара в свиней. Но вот сами они точно в это верят, и я просто должен за них заступиться. Это моя обязанность, как барона этих земель. Если бы я сейчас этого не сделал, то не видать мне их уважения. Так что пришлось делать вид, что Аделия и правда злая волшебница.

— Виконт Андрей, вам сейчас лучше не вставать. — смягчив тон, говорит Аделия, выходя на освещённое костром место.

— Аделия, если бы тебя загрызли волки, и я бы при этом не пытался тебе помочь, граф Владислав мне этого никогда бы не простил. — спокойно объясняю я зачем поднялся со своей импровизированной постели.

— Ну что ж, у меня тоже не было выбора. По похожей причине. Граф Владислав никогда бы не простил меня, если бы вы умерли без моей помощи. — неудачно пытается объяснить зачем пошла в лес Аделия.

— Хочешь помочь мне умереть? Сам не справлюсь? — шутливым тоном уточняю я.

— Не в том смысле. Вам нужен отвар для пробуждения источника. Без этого вы умрёте. — даже не улыбнувшись, отвечает Аделия.

Ну теперь всё понятно — я оказывается тут умираю. Кто бы мог подумать. А я то уж надеялся, что магический булыжник торчащий из моей груди сам собой рассосётся. Честно говоря, меня и самого удивляет то, как спокойно я к этому отношусь. Поорал пару минут и всё. Было и было. Нечего зацикливаться.

— В таком случае, я надеюсь, что ты нашла всё, что нужно для этого отвара. — говорю я, и чувствую как на меня накатывает волна безразличия.

Мне почему-то совсем не важно выживу я или нет. Покой, умиротворение и какая-то странная заторможенность. При этом я отчётливо понимаю, что такая реакция на происходящее совершенно неадекватна.

— Да, у меня есть всё, что нужно. Успокоиться не предлагаю. Помню, когда у меня пробуждали источник, мне даже на вопросы отвечать не хотелось. Это один из побочных эффектов. Источник действует как смесь успокоительной настойки и алкоголя. Да. Пожалуй это лучшая аналогия. — объясняет Аделия моё внезапно наступившее и совершенно неадекватное спокойствие.

Даже как-то по-детски обидно становится. Я то уж нафантазировал какой я несгибаемый и бесстрашный, а всё дело в побочном эффекте торчащего из моей груди магического булыжника.

— У тебя тоже камень в груди? — неожиданно для самого себя понимаю я, и переспрашиваю это у Аделии.

— Да. Только не такой огромный. Мой размером чуть больше горошины. — отвечает Аделия, смотря на меня с жалостью.

— Я правильно понимаю, что это часть какого-то магического ритуала? — высказываю я первое пришедшее в голову предположение.

— Не совсем. Вообще, это секрет гильдии магов, и я не должна его рассказывать. Так что если что, то я тебе ничего не говорила, виконт. — начинает говорить Аделия и останавливается, ожидая от меня обещания хранить тайну.

Стоявший всё это время рядом с нами, Мит с завидным проворством отходит от нас на расстояние метров тридцать. Аделия провожает его взглядом и ухмыляется.

— Да, он у меня понятливый. Знает когда отскочить. — комментирую я уход Мита.

— Да кто бы ему поверил. — говорит Аделия и снова замолкает, сверля меня пристальным взглядом.

— Даю клятву, что не открою эту вашу тайну даже под пыткой. И уж тем более никогда не сознаюсь, что мы с тобой про это говорили. — подтверждаю я, что она может говорить со мной свободно.

— Ну если коротко, то магический дар это просто вероятность, что человек не погибнет получив источник. Есть разные методы определения силы дара. Но для тебя, виконт, сейчас важно не это. То что дар у тебя есть, это уже факт, иначе ты бы уже умер. Важно то, что я даже не слышала о источниках такого размера. — объясняет произошедшее со мной Аделия.

— Это же хорошо? Да? — радуюсь я.

— Ну пока не понятно. Может и да. Понимаешь, виконт, источник должен активироваться. У всех магов он активируется в первые же минуты. А у тебя он как будто заморожен. Наверное это к лучшему. Магом ты не станешь, но зато шансы выжить гораздо больше. — обламывает Аделия мои фантазии о том, что я стану супер магом.

— Заморожен значит. Ну так разве не для этого ты собираешься готовить отвар? Чтобы разморозить его. Или когда ты сказала «надо пробудить источник», то имела ввиду что-то другое? — путаюсь я в новых терминах.

— Нет, активация источника это не то же самое, что пробуждение. Пробудить можно и не активированный источник. Но тогда никаких магических способностей не получишь. — объясняет Аделия.

— То есть, я просто так рискую умереть. И если выживу, то всё равно ничего не получу? — уточняю я.

— Виконт, ну ты же и не собирался становиться магом. Так что для тебя это удача. Вот если бы такое случилось в гильдии, то полетели бы головы. Хотя в гильдии такое было бы невозможно потому, что тебе никогда бы не дали источник такого объёма. — успокаивает меня Аделия.

— И почему не дали бы? Они что, чем больше тем дороже? — решаю я выяснить как можно больше, воспользовавшись случаем.

— Да, цена и правда зависит от размера. И такой большой источник это целое состояние. Точнее, он настолько большой, что тут бы дело было уже не в цене. Многие короли пошли бы на всё, что бы получить его. — подтверждает Аделия.

— Так за мной объявят охоту? Ну, что бы вырезать его? — спрашиваю я, ещё раз убеждаясь, что моё нынешнее спокойствие не нормально.

— Не объявят, если не узнают. Лучше было бы чтобы он активировался. Тогда смысла вырезать его из тебя бы не было. А так я не уверена. — отвечает Аделия.

— Так может его можно как-то активировать? Должен же быть способ. — допытываюсь я.

— Как я и сказала, в гильдии тебе никогда бы не дали источник такого размера. Только твоя сила может активировать его. И раз источник не активировался, то сил у тебя не достаточно. Зато, твои шансы на выживание так выше. — неуверенным тоном отвечает Аделия.

Не быть мне магом. Ну и ладно, не очень-то и хотелось. И по-хорошему, мне теперь ещё нужно переживать о том, что какие-нибудь могущественные представители местной аристократии узнают, что у меня в груди целое состояние. Почему-то я уверен, что идея вырезать из меня это сокровище придёт им в голову моментально.

Впрочем, я даже не уверен расстраивает меня это или нет, чёртов камень навёл на меня такую заторможенность, что я сейчас вообще ничего не чувствую.

Остаток ночи я провожу перед костром, наблюдая за тем как Аделия готовит отвар. Запах от котелка, в котором кипит будущее лекарство для меня, распространяется невыносимый. Пахнет настолько плохо, что я всерьёз планирую отказаться пить эту дрянь и довериться судьбе.

— Пей. Надо выпить до того, как остынет. Дуй и пей маленьким глотками. — приказывает Аделия, протягивая мне кружку с тем, что кипело в котелке.

Я покорно беру кружку и начинаю медленно пить жутко вонючую гадость. Несмотря на отвратительный запах и ещё более отвратительный вкус, отвар действительно помогает. Уже после нескольких глотков боль в груди притупляется.

С другой стороны, уменьшается не только боль, но и успокаивающий эффект от источника. Теперь мне становится по-настоящему страшно. Что если отвар не поможет и я всё таки умру? Что если мои же крестьяне разрежут меня ради этого проклятого камня? Что если Аделия врёт мне, и это снотворное, чтобы спокойно покопаться в моей грудной клетке, после того как я отключусь?

— Виконт, ты чувствуешь тяжесть? Спать хочется? — как будто подтверждает одно из моих опасений Аделия.

— Нет, спать совсем не хочется. — вру я, уже почти заснув на последнем слове.

— Странно. Должен бы уже свалиться и спать. — говорит Аделия, смотря на огонь костра.

Почему она так смотрит на огонь? Может без огня этот камень не вырежешь? Как она вообще здесь оказалась?

— Аделия, а что ты вообще здесь делаешь? — задаю я вопрос не дающий мне покоя.

— Спасаю твою жизнь, виконт. — уходит от ответа на мой вопрос Аделия, делая это так, что я даже не могу обвинит её во лжи.

— Ты ж не знала, что меня надо спасать. Зачем ты сюда вернулась? — не сдаюсь я.

— Я здесь по делу порученному мне гильдией магов. Исправляю свою ошибку. Я должна убедиться, что опасные магические артефакты не попадут в руки кого-то не связанного с гильдией. — отвечает Аделия, смотря на меня так, что не остаётся сомнений у кого именно она должна забрать эти артефакты.

— Может договоримся? — предпринимаю я попытку спастись.

— Не думаю, что у нас теперь есть выбор. — отвечает Аделия, и отводит взгляд.

Я ошибался так много раз, ну почему сейчас моя догадка оказывается верной? Почему сегодня я не ошибся? И самое главное, что теперь делать? Напасть на Аделию я не могу. Нет, дело не в моральных принципах, и даже не в том, что Владислав мне этого не простит. Он-то как раз мог бы понять, что выбора у меня не было.

Дело в том, что у меня нет сил даже на то, чтобы встать на ноги. Вариант с побегом не подходит по той же причине. Всё, что я сейчас могу, это попытаться отговорить её. Но и на это времени всё меньше и меньше, потому что у меня закрываются глаза и язык еле ворочается.

— Аделия. Не надо. Не делай этого. У тебя есть другие варианты. — из последних сил выговариваю я, шатаясь.

— Да какие тут варианты? Вот если бы я успела на день раньше. Проклятая гильдия. — отвечает Аделия, со злобой кидая ветку в костёр.

— Варианты всегда есть. Не верь тем, кто говорит, что их нет. И не торопись. Не делай то, о чём можешь пожалеть. — говорю я заплетающимся языком и падаю на землю.

— Пожалеть? Виконт, ты о чём вообще? Не настолько это большая для меня потеря. — слышу я последние слова Аделии перед тем, как провалиться в темноту.