Северная война России со Швецией за выход к Балтийскому морю началась в 1700 году, за год до рождения Сёмки, и длилась уже много лет. То шведы, с их лучшей в мире армией и флотом, одолевали, то — наши.

Сёмка уже грамоте и счёту у сельского дьячку учился, когда к ним в Борищево пожаловал русский воинский отряд. Солдаты были в зелёных мундирах с красными обшлагами, высоких сапогах-ботфортах, шляпах-треуголках. За спиной ружья и походные ранцы.

Оружие и припасы они покидали на телеги, а сами поднялись на колокольню снимать и сбрасывать вниз колокола. Самый большой колокол при падении раскололся и долго жалобно гудел.

Заголосили бабы, а за ними и мальчишки. Призывая к тишине, сержант пальнул из ружья и влез на повозку.

— Люди русские, — обратился к толпе. — Аль неведомо вам, что швед нынче перемогает? Против его пушек наших недостаёт, а где меди взять? Вот и велено переливать колокола. Да и то, мы вашу звонницу лишь ополовинили.

— Не божеское то дело, — выкрикнули из толпы, — колокола на пушки лить!

— А голыми руками против ядер супостата — божеское? Небось и ваши мужики на поле брани!

— Мой батя воюет! — первым отозвался Сёмка.

— Ну вот, — обернулся к нему сержант, — мы от тебя ему пушку и пошлём!

Минул Сёмке двенадцатый год, а война со шведом ещё продолжалась. Побили короля Карла XII с его лучшей в мире армией под Полтавой, прогнали за рубеж земли русской, но всё ещё не сдавался швед, теснил нас на Балтийском море.

И тогда Сёмка уже всерьёз задумал бежать на войну. Выглядел он много старше своих лет, окреп, раздался в плечах. Силу — труд крестьянский дал. С малолетства был приучен косить траву, метать сено в стога, а позже и землю пахал. Надеялся и в ратном деле не оплошать. Сухари уже готовил… А выпало ехать совсем в другую сторону.

Снова наведался в деревню знакомый сержант. Огласил, встав на телегу, другой указ. Дворянских недорослей, погодков Сёмки, велено было собирать в Москву — учиться мореходному делу.

Иные богатеи сыновей в подпол от нового указа спрятали. Какая ещё Москва, какая навигаторская школа, в родном доме куда как хорошо. Призывной возраст на воинскую службу подойдёт — тогда поглядим. А Сёмка, напротив, первым к сержанту кинулся.

— А нельзя ли, — спросил. — в кавалерию? Пусть даже в пехоту? Море в глаза не видел, да и батю разыскать охота…

— Не положено. — кратко разъяснил сержант. — На суше мы Карлу уже побили, нынче на море судьба войны решается. А батя сам тебя разыщет.

Мать долго шла рядом с телегой, провожая сына в дальний путь. Падали её тихие слёзы в придорожную пыль. Как предчувствовала: не увиделись они с любимым сыночком больше. Надорвалась она вскоре и умерла от непосильных крестьянских трудов. И отец не вернулся с поля брани: пал за родину смертью храбрых.

⠀⠀