Всю ночь Чарли провела, лихорадочно собирая вещи и готовясь к запланированному на следующий день переезду из арендованного дома. Она побросала одежду в мусорные пакеты и сверху навалила туалетные принадлежности. К тому времени, как поздно ночью к ней в комнату зашел Ред, вдоль стены рядком выстроились несколько таких пакетов, будто Чарли собиралась выбросить всю свою жизнь на свалку.

Она посмотрела на него. В его глазах пылал голод, но он не предпринял попытки подойти к ней, только смотрел.

– Тебе стоит, э-э… – протянула Чарли и замялась. – Мне следует дать тебе немного крови.

– Следует ли? – спросил он низким голосом, подходя к ней.

Она отвернулась от него и плюхнулась на матрас.

– Подкинь мне что-нибудь острое, – велела она. – Или укуси меня. Как удобнее.

– Ты почти все упаковала, – заметил Ред, один за другим выдвигая ящики.

Она усмехнулась.

– В таком случае, полагаю, остается только один вариант. Тебе придется сыграть в вампира.

Ред присел на краешек матраса, в его глазах загорелся странный блеск. Он выглядел голодным.

– Дай мне руку.

Вспомнив укусы на телах из церкви, Чарли содрогнулась и засомневалась, правильно ли поступает. Тем не менее она потянулась к нему и почувствовала, как он сдавил ей ладонь.

Ред поднес ее указательный палец ко рту и, зажав между губ, коснулся его языком. Чарли почувствовала укол, словно к кончику его языка крепился шип, как на хвосте скорпиона. Он глубже втянул ее палец в рот.

Чарли снова вздрогнула, на этот раз по совершенно другой причине. Внезапно ощутив жар между ног, она густо покраснела и прикусила щеку изнутри, чтобы не издать ни звука.

Наконец, Ред отпустил ее руку, предварительно запечатлев на коже легкий поцелуй.

– Ты была права, – объявил он.

– Неужели? – От разочарования и стыда ее мысли смешались.

– Я хочу тебя. И всегда хотел. – Он встал. – Но не могу быть с тобой.

С этими словами он исчез, оставив Чарли лежать в темноте и гадать о причинах, побудивших его сделать подобное признание.

* * *

Переезд – особое время, когда люди узнают, кто их настоящие друзья. Попросив о помощи Барб, Чарли узнала, что они с Эйми якобы проводят праздники у родителей Эйми на севере штата и потому не смогут приехать. Зато Хосе появился вместе с Кейтлин и своим новым парнем, Полом. Пол и Кейтлин были настолько похожи, что Чарли решила, это и есть тот двоюродный брат, с которым Кейтлин предлагала познакомить Хосе.

«Тот парень с синими волосами, возможно, слопал в детстве моль», – мысленно сообщила она Реду, справедливо рассудив, что его нужно поставить в известность, поскольку Винс был знаком с этими людьми, а данный факт служил бесконечным поводом для сплетен.

«Всего одну моль?» – уточнил он.

«Разве это важно?» – Чарли скривилась, представив, как пыльца с крылышек сыплется ей на язык.

Ред улыбнулся.

«Если бы он раз за разом ел моль, значит, они ему по вкусу».

Чарли едва сдержала смех. Верная своему слову, Поузи завербовала Малхара и троих его соседей, которые не уехали домой на зимние каникулы – Ибрагима, Деона и Арона.

– Нам обещали амброзию и нектар в виде пиццы и пива, – объявил Деон, переступая через порог.

– Все будет, – ответила Чарли. – Но не раньше, чем мы переедем на новое место.

Большую часть утра Ред провел, ремонтируя фургон: установил новый аккумулятор, заменил еще какие-то детали. Таким образом их транспортное средство снова было на ходу и готово вместить гораздо больше коробок, чем Porsche. Они загрузили столько добра, сколько сумели впихнуть в кузов, и отправились в Нортгемптон, чтобы получить ключи и оставить первую партию вещей.

Покидая арендованный дом в Истгемптоне, Чарли испытала странное ностальгическое чувство, но уверила себя, что, возможно, новое начало пойдет им с сестрой на пользу. Оставалось надеяться, что найденная Поузи квартира не окажется слишком маленькой, хотя по какой бы другой причине им досталось жилье в центре города?

По дороге у Поузи зазвонил телефон. Она сидела на переднем сиденье фургона, втиснувшись между Чарли и водителем-Редом. Porsche доверили вести Ибрагиму, который торжественно поклялся, что умеет обращаться с механической коробкой передач.

– Привет, мам, – сказала Поузи и, взглянув на Чарли, прижала телефон к шее. – Она спрашивает, приедешь ли ты в гости на Рождество?

Каникулы приближались с космической скоростью.

– Конечно, – заверила Чарли. Куда еще ей деваться?

– А Винс с тобой будет? – уточнила Поузи, подмигивая с притворной невинностью.

– Наверное, об этом лучше спросить его самого, – парировала Чарли, искоса взглянув на Реда за рулем.

– Если ты едешь, то и я тоже, – объявил он. В его ответе было куда больше смысла, чем могло показаться.

– Уверен? – уточнила Чарли. – А не будет…

– Скажи маме, что я приеду, – обратился он к Поузи. – И поблагодари за приглашение.

После того как все было улажено, Поузи рассказала матери о значении расклада Таро, который она для нее сделала. Дружно посмеявшись, они принялись обсуждать подарки, которые намерены купить, и Чарли в очередной раз остро осознала, насколько непринужденные отношения у ее сестры с матерью.

Возможно, и у самой Чарли все было бы так же, не возражай она против того, чтобы строить отношения на зыбучих песках. Но мать никогда не простила бы ей лжи, поэтому она продолжала врать.

Многоквартирный дом оказался красивым старым каменным зданием в конце оживленной улицы Нортгемптона. Он располагался всего через два здания от того, где жил Рустер. В шаговой доступности находились рестораны, галереи и магазины. Едва увидев это место, Чарли уверилась, что произошла ошибка. Они с сестрой никак не могут позволить себе здесь обосноваться.

Это квартира для человека, который, вероятно, каждую среду ходит в город с корзинкой за джемом с фермерского рынка и ужинает с друзьями не реже двух раз в неделю. Для человека, который носит массивное ожерелье и имеет интересную работу.

Не то чтобы у Чарли не было интересной работы, но в другом смысле.

– Давай заберем ключи, – сказала Поузи. – Нам нужно в офис.

– А я начну разгружаться, – подхватил Ред.

Следуя за сестрой, Чарли ощутила натяжение связующей их с Редом нити. Хотя идти было недалеко, она все еще чувствовала легкое разматывание энергии.

Поузи постучала в дверь на первом этаже, на которой висела слегка потускневшая латунная табличка с выгравированным на ней словом «ОФИС». Мгновение спустя им открыла женщина с густыми седыми локонами. На ней были темные джинсы и темно-синий блейзер с яркими золотыми пуговицами.

– Я Поузи Холл, – бойко объявила Поузи. – Пришла за ключами от квартиры 9А.

– Добро пожаловать, добро пожаловать, – запричитала женщина, вынимая из ящика стола конверт из плотной манильской бумаги с названным номером. – По средам у нас в саду винные вечеринки. Надеюсь, вы сможете присоединиться, с соседями познакомитесь. Мы получили ваш договор на содержание питомца?

– Кажется, да, – неуверенно промямлила Поузи.

– И у вас нет собак, верно?

– Только демоническая кошка, – ответила Чарли.

Улыбка женщины была невеселой, движение губ – вежливым рефлексом. Она протянула Чарли конверт, тяжелый из-за лежащих внутри ключей.

Подойдя к лифту, Чарли с замиранием сердца нажала латунную кнопку второго этажа. С улицы вошла пара с коляской, оба в шарфах.

– Старые здания, – извиняющимся тоном сказал мужчина Чарли и Поузи, увидев, что они ждут. – Все занимает немного больше времени.

Они поехали вверх вместе, но семья направлялась на третий этаж. Младенец жевал ожерелье из мягких бежевых бусин. Женщина склонилась над коляской, чтобы поплотнее укутать ребенка одеяльцем.

Наконец сестры добрались до квартиры 9А. Ключ плавно повернулся в смазанном замке. Сквозь большие окна в квартире щедро лился солнечный свет на настоящие деревянные полы. Высокие потолки придавали помещению еще больше великолепия. При виде замысловатой лепнины Чарли ощутила тоску. Недостаточно жить в таком месте, ему нужно соответствовать. Необходимо быть человеком, в обыкновении которого неспешно потягивать кофе из френч-пресса на залитой солнцем кухне с каменной столешницей. Который имеет многоступенчатую программу ухода за кожей и слыхом не слыхивал о многоступенчатой процедуре сокрытия синяка под глазом. В общем, нужно быть как та красивая пара с коляской, жалующаяся на медлительность лифта.

– Откуда у нас деньги на оплату такой квартиры? – спросила она Поузи.

– Тебе не нравится? – всполошилась сестра.

– Ты же знаешь, дело не в этом, – парировала Чарли. – Что-то тут не то. Арендная плата должна быть как минимум вдвое больше.

– Нам повезло, – пожала плечами Поузи. – Неужели ты не можешь принять это как данность?

Чарли определенно не могла, но то была не проблема ее сестры. Кряхтя, она направилась обратно к лифту. Пора перетаскивать коробки в это невероятно прекрасное пространство.

Из квартиры напротив вышла женщина.

– Чарли? – Ее голос показался очень знакомым. Так и есть, это же Сьюзи Лэмбтон!

«Вот черт. Я вломилась в твою квартиру. Спала в твоей кровати, как треклятая Златовласка. И стибрила часть твоей одежды. Я полная стерва. Пожалуйста, только не заподозри меня», – подумала Чарли, а вслух сказала:

– Привет!

– Тот парень, которого ты приводила на вечеринку к Барб и Эйми – я сначала его не узнала, но ведь это был Реми, верно? Реми Карвер?

– Ага, – настороженно согласилась Чарли.

– Только ты его как-то по-другому называла, – напирала Сьюзи.

– Он предпочитает свое второе имя, – пояснила Чарли. – Винс. – Это объяснение, по крайней мере, более или менее правдиво. Чарли обрадовалась бы любой теме, не связанной с проникновением в чужое жилище.

– Я… мы даже разговаривали тем вечером. Не понимаю, как я этого не заметила. – Сьюзи нахмурилась, глядя в пол.

– Ты его знала? – поинтересовалась Чарли.

Сьюзи неопределенно взмахнула рукой.

– Он встречался с девушкой, с которой я училась в одном классе в старшей школе. Он учился в Дирфилде, а я в Уиллистоне, так что у нас имелось много общих знакомых. Пару раз вместе тусовались. Не могу поверить, что я не… о, мы же только что говорили о тебе!

В поле зрения показался поднимающийся по лестнице Ред с коробкой в руках. На ней было написано «Книги, которые ненавистно читать». От оклика Сьюзи он вздрогнул.

Разумеется, Солт отправил Реми в Дирфилд. Это место достаточно элитное для мультимиллионера, стремящегося стать миллиардером, и расположено достаточно близко, чтобы можно было свозить Реда в однодневную поездку и без лишних вопросов кого-то убить. Чарли действительно искала в интернете информацию об учебном заведении, которое посещал Реми, но подобный вариант не приходил ей в голову.

Многие люди в городе знали Реми. Не из тех, с кем Чарли регулярно общалась, но ведь Долина невелика.

«Ее зовут Сьюзи Лэмбтон, – передала она Реду по их связи. – Ты флиртовал с ней у меня под носом на вечеринке и, возможно, был с ней немного знаком в подростковом возрасте».

– Сьюзи, верно? – мягко спросил он, быстро придя в себя. – Ты живешь в этом здании?

Ее ответная улыбка была подчеркнуто дружелюбной, и Чарли не в чем было ее обвинить. Она улыбалась подобным образом еще до того, как узнала, что Реми должен унаследовать сотни миллионов.

– Просто зашла в гости. А ты знал, что встречался с моей подругой, когда учился в Дирфилде?

Он ощутимо напрягся, выражение лица сделалось сосредоточенным.

– Вроде ее звали Сона, – наконец сказал он.

Сьюзи уперла руки в бока и посмотрела на него с притворной ворчливостью.

– Не очень-то хорошо ты с ней обошелся, – обвиняющим тоном воскликнула она.

– Я тогда в принципе не очень хорошо себя вел, – ответил Ред, но двойственный смысл этой фразы был очевиден только для Чарли.

К счастью, наконец прибыл лифт. Ред просунул ногу между створками, не давая дверям закрыться.

– Пусть Чарли даст тебе мой номер, – сказала Сьюзи на прощание. – Я бы с удовольствием возобновила наше общение.

* * *

Переезд занял остаток дня. Наконец, вспотевшие и покрытые пылью, все рухнули куда попало. Развалившись в кресле-мешке, которое Поузи держала в своей комнате, Арон затеял спор с Кейтлин о том, в каком стиле выполнена лепнина: Второй империи, неоклассицизма или каком-то другом.

Сидя на диване, Хосе рассказывал Малхару историю их с Полом знакомства, в то время как сам Пол прикорнул рядом, прикрыв глаза.

Пиццу заказали, пиво купили, водку с лимонадом за неимением кувшина налили в вазу. Из коробки с надписью «Посууууууда» извлекли тарелки, а из переноски – кошку Люсимурр. Она тут же принялась бродить по новому жилищу, задрав хвост, точно знамя.

«Ума не приложу, что мы делаем в таком здании», – мысленно обратилась Чарли к Реду. Возникшие у нее идеи нисколько ей не понравились. Может быть, это уловка кого-то из его семьи – предложить место Поузи и использовать ситуацию, чтобы шантажировать Чарли и через нее контролировать Реда? Не окажутся ли они на улице вследствие искусной махинации, заставившей бы ее ползти за помощью к Фионе или Аделине?

На подобное Чарли точно не согласится. Она бы предпочла спать на полу в материнском номере отеля длительного проживания, чем принять подачку от Аделины. Черт возьми, она бы предпочла проникнуть в заброшенное здание мельницы и ночевать там рядом с мертвым бродягой.

«Возможно, тебе стоит спросить об этом свою сестру». – Тон Реда был мягким, как будто он сообщал плохие новости.

«Что ты имеешь в виду?»

Ред не ответил, позволив ей заполнять молчание своими страхами. Тогда Чарли подошла к стулу, на котором сидела сестра.

Сколько раз сама Чарли скрытничала, уверяя Поузи, что абсолютно неважно, откуда взялись деньги? Отмахивалась от вопросов? Если Поузи и заключила какую-то сомнительную сделку, то лишь из любви к старшей сестре – как научила ее сама Чарли. От осознания этого Чарли отнюдь не почувствовала себя лучше; скорее, наоборот: ей стало еще хуже.

– Это место прекрасно, – кое-как выдавила Чарли. – Мне оно очень нравится.

Поузи просияла.

– Правда?

– И сама ты замечательная, – добавила Чарли.

Между бровями Поузи наметилась легкая морщинка.

– Что случилось?

– Ничего. Просто я счастлива. – Чарли не очень-то доверяла людям, но Поузи в любом случае заслуживала ее доверия.

Чарли заставила себя отойти, не задавая лишних вопросов.

Когда она стояла у окна, глядя на сверкающие огни Нортгемптона, кто-то тронул ее за локоть, и она обернулась. Ред держал два пластиковых стаканчика с пряным лимонадом. Он предложил один ей. Чарли с благодарностью приняла подношение и сделала глоток. Напиток был одновременно горьким и сладким.

– Хотел узнать, не найдется ли у тебя минутка поговорить? – спросил он. – Наедине.

– Конечно, – ответила она. – Что-то не так?

Ред покачал головой. В квартире было полно народу. Деон привлек Хосе помочь повесить телевизор на стену, и они увлеченно что-то измеряли, бормоча себе под нос. Малхар возился с портативной блютус-колонкой, пытаясь договориться о песне с Поузи. Никто не заметил, как Чарли и Ред выскользнули из квартиры, спустились по лестнице и вышли в холодную ночь. Нортгемптон ярко сиял огнями, но людской гул остался вдалеке от засыпанной листьями парковки.

– Итак, что происходит? – спросила она.

– Однажды ты сказала, что отпустишь меня, если я захочу, – тихо проговорил Ред. – Ты и сейчас готова это сделать?

Последние несколько дней она чувствовала близость с Редом. Он не стал распекать ее за то, что она напилась и изрядно облажалась. И поведал ей свои секреты. Его пригласили на Рождество, и она предвкушала, как он появится на пороге маминого номера в отеле с бутылкой вина в руке. Дорогого вина в дешевом номере отеля.

Чарли покачал головой.

– Почему ты об этом спрашиваешь? – Она поняла, как только задала вопрос. Достаточно посчитать дни. Ему нужно к Розе.

– Потому что мне это необходимо. – Он пристально смотрел на нее. – Пожалуйста, Чарли.

Пора перестать представлять Рождество и подумать о будущем.

– И я должна поверить тебе?

– В отношении чего? – спросил он, словно слова Чарли сбивали его с толку. Как будто она была дурой. Как будто он не подозревал, что, освободившись, будет волен причинить ей зло.

– Нет, – воскликнула она с такой яростью, что закружилась голова. – Я тебя не отпущу.

Нисколько не удивленный, Ред скривил губы.

– Вот чего стоит твое обещание.

– Я видела, как ты выбрался через окно вслед за девушкой-тенью, – произнесла Чарли чуть слышно – и так мягко, словно говорила с возлюбленным. – Я следила за тобой и слышала, как она обещала тебе мою смерть в обмен на убийство сумеречника, с которым связана сама.

Ред моргнул, словно пытаясь разрушить чары ее голоса.

– Ты в самом деле последовала за мной?

– Ну да, – подтвердила Чарли.

Он покачал головой.

– Я бы заметил.

Ее улыбка стала зловещей.

– Но ты не заметил, потому что я лучшая в своем деле.

– Ты веришь, что я хочу твоей смерти? – Его глаза горели как угли, горячие и блестящие, а мягкие губы изогнулись. – Ты действительно боишься меня, Чарли Холл?

– Несколько дней я провела в ожидании, что ты расскажешь мне о той встрече. Слушала, как ты снова и снова лжешь мне. – Чарли указала на него пальцем. – Так что нет, никуда я тебя не отпущу. Пока не расскажешь правду.

– Она бы тебе не понравилась. – Глаза Реда пылали в темноте.

У Чарли снова закружилась голова, и она пошатнулась, ощущая на языке неприятный вкус лимонада.

– Ах ты, ублюдок, – сонно пробормотала она. – Ты чем-то меня накачал? Чем?

– Лоразепамом, который ты принесла из дома Солта, – сообщил он ей. – Раз не хочешь меня освобождать, я заставлю тебя взять в руку нож.

– Я убью тебя, – невнятно пробубнила Чарли. Язык казался слишком большим для ее рта.

– Возможно, когда-нибудь ты меня и погубишь, – объявил Ред, открывая заднюю дверь фургона, – но не сегодня.