Глава 23.

Артем.

Полина, просто прелесть... даром что самая младшая в нашей команде!

Истинная гениальность Полины раскрылась лишь позднее, когда стало ясно: даже могучий барьер из ксенонов, возведенный ими, оказался бессилен против нападения из глубин земли. Эта девчонка сразу это поняла... и именно поэтому она и прелесть! Но в тот миг это не имело значения. Главное – её удалось прервать зловещий магический ритуал и порушить пентаграмму.

Пока отходящие от шока ксеноны, получившие «обратный удар», эхо некорректного прерывания темного колдовства, приходили в себя, мы с товарищами обрушили всю мощь на демонов, составлявших их охрану. И поскольку нас было больше, чем этих синих, многоруких созданий, поражение было немыслимо. Ведь кроме наших метких стрелков и, конечно, боевых магов Ники и Полины, в нашем отряде сияли Жаклин и Дария. Пусть их магия и имела свои строго определенные рамки и условия… В битве с тем исполинским червем, (и не только) они ясно всем доказали: пусть для пробуждения их огненной стихии и требовался близкий физический контакт, они обе являют собой воплощение силы, достойной звания сильнейших воительниц.

Жаклин и Дария, словно два хищника, действовали в безупречной связке с остальными. Стоило одному из воинов отвлечь на себя внимание синего демона, как девушки наносили свой решающий, смертельный удар, не оставляя противнику ни единого шанса на выживание.

Моя секира прочертила свистящую дугу в воздухе, и многорукий демон, стоявший передо мной, лишился одного из клинков и сразу двух яростных рук. И все же, эти прислужники хаоса были куда менее опасны, чем их старшие братья, чьи клинки внушали больший трепет, а сами они обладали куда большей силой.

Не давая себе передышки, я развернулся на месте, смещаясь влево, и новый удар моей секиры метнулся к верхней половине демона. В последний миг тот попытался прикрыться одним из клинков, но опоздал; золотая секира с лёгкостью, не встретив сопротивления костей, снесла ему голову.

Не дожидаясь падения тела, я уже скользил дальше – к ксенонам, которые, всё ещё пребывая в оцепенении после отдачи прерванного ритуала, лишь начинали приходить в себя. Но на пути вновь встали двое синих демонов – многоруких мечников, с неистовой яростью жертвовавших собой, чтобы прикрыть чернокнижников. Этих двоих оказалось не сравнить с павшими ранее. Справиться с обоими сразу мне не удалось. Будь я один, пришлось бы туго, если бы на помощь не подоспел Слав, отвлёкший одного демона на себя. Однако даже с оставшимся противником пришлось изрядно повозиться. Слишком уж вертким оказался этот чертяка! Да и своими двумя клинками махал на зависть любому фехтовальщику…

К слову, совсем не упомянул: у этих миниатюрных многоруких демонов, в отличие от их здоровенных сородичей, рук было всего четыре, а клинков – по два на брата. Именно поэтому с ними было куда проще иметь дело. Вот только мой противник попался умный – под удары моей секиры не лез, но всякий раз норовил подловить. Будь я менее опытным бойцом, ему, пожалуй, даже удалось бы это сделать.

Но я быстро подстроился под его молниеносные атаки и в миг очередной выпады подрубил ему руку с клинком, а с разворота практически вскрыл живот. Будь на его месте обычный человек, на этом бой и закончился бы. Но синий, заливая всё своей кровью – почти сливающейся с цветом кожи, – продолжал наседать. Я давно заметил: демоны мало чувствительны к боли и даже с серьёзными ранами готовы драться до конца.

Правда, это уже, по сути, была агония. Лишившись руки и клинка, синий сильно замедлился и в итоге сложил голову, как и все прочие демоны, с которыми я сталкивался. Я попросту снёс ему её с плеч.

Резко развернулся, желая помочь Славу, но тот уже сам расправился со своим противником. В конце концов, разведчик хоть и не лучший, но среди бойцов Восточного Предела они с братом слыли сильными мечниками.

Быстро огляделся – и понял, что моя помощь никому больше не нужна. Я успел ощутить облегчение, когда внезапно стало ясно, зачем синие четырёхрукие демоны так отчаянно сражались, не подпуская нас к ксенонам. В общем, свою миссию павшие выполнили до конца.

– Осторожно! – что есть силы заорал целитель Ван из тыла. – Берегись!

Я резко качнулся назад, разворачиваясь к новой угрозе, и успел заметить, как один из ксенонов, всё ещё лежащий на полу, метнул в нас огромный чёрный шар – сгусток концентрированного тумана. Но на пути ЭТОГО возник защитный барьер, спешно возведенный Ваном, о который шар ударился и расползся подобно жирной кляксе. По тому, как резко побледнел сам Ван, я понял, какое колоссальное давление он в тот миг испытал.

– Держу! – тут же раздался голос Ники. Она мгновенно сориентировалась и выставила свой барьер под барьером товарища, на который перешло всё давление извне, когда щит Вана не выдержал и пал. В тот же миг на лице моей жены выступила испарина.

– Всем собраться к центру! – выкрикнул я, готовясь перехватить барьер и сменить Нику. Благо все среагировали оперативно и сгрудились в центре. Я мгновенно выставил свой – куда меньшего размера, но куда плотнее.

– Отпускай! – заорал я жене. Она в тот же миг прекратила поддержку, и её барьер, лишившись подпитки маны, распался. Тяжело дыша, словно подкошенная, Ника рухнула на колени. А мой щит словно попал в вжимающиеся тиски – ощущение было пугающе знакомым.

Я стиснул зубы, вливая в барьер всю доступную ману. Давление нарастало немилосердно – чёрный туман клубился вокруг, и казалось он только увеличивался с каждым мгновением, становясь все плотнее и темнее. Но я держался и моей маны вполне для этого пока хватало. Но за этим темным маревом снаружи, за барьером, я попросту уже не мог ничего видеть... совсем ничего.

Прошел, наверное, еще минут пять. Внешнее давление не ослабевало, но я держался. Не ради себя, а ради остальных. Ради Полины, такой юной, но такой гениальной. Ради Ники, моей жены, которая сейчас, обессилев, отдыхала у моих ног. Ради Жаклин и Дарии, чья огненная сила так пригождалась в бою. Ради Слава, Вана и остальных. Я не мог их подвести.

Вдруг я почувствовал, как давление стало резко ослабевать. Черный туман, казалось, начал рассеиваться. Я настороженно следил за происходящим, не спеша снимать защиту. Мои товарищи, заметив это, тоже замерли, готовые к любым неожиданностям.

И тут со стороны где совсем недавно были ксеноны, я увидел сияние, которое неожиданно становилось ярче, и которая буквально разгоняло собою тьму. И в центре этого самого сияния стаяла та девочка, которую я видел лежащей и связанной в центре пентаграммы. Та самая синими волосами и слабо проступающей на ногах и руках синеватой чешуей. И тонкими синими крыльями за спиною, указывающие на её нечеловеческую сущность. И её, это сияние, словно втягивало в себя и поглощало темный туман. В кокой-то миг темный туман был полностью втянут в себя её сиянием и... она, просто упала там же где и стояла.

– Артем, снимай барьер! – заорала Ника, и дернула меня за ногу.

Я повиновался ей на автомате.

Жена вскочила на ноги и рванула к упавшей на пол девочки.

Я на мгновение промедлил, разглядывая то что осталось после того тумана... А после него ничего не осталось – ни мертвых тел демонов, что оказались за защитным барьером... ни самих ксенонов. Даже праха и того не было!

– Артем! – обернулась ко мне жена уже склонившись над телом девочки. – Ну чего ты там застыл? Дай мне свой плащ.

Я тут же передал ей свой дорожный плащ и сам склонился над девочкою, на автомате запуская магическую диагностику тела, которая через мгновение выдала вполне себе успокаивающий результат. С девочкой с крыльями все было нормально. Она, просто, была истощена и ей требовался отдых.

Я оглянулся на своих.

Всеми этими событиями сегодняшнего дня, ребята тоже были сильно утомлены. Но отдыхать в этом месте?

Приняв решение, я подхватил, неожиданно легкое тело девочки с крыльями и подняв на руки произнес:

– Уходим!

Если и отдохнуть, то где-нибудь в другом месте.

***

Айна – драконоид.

Мы, драконоиды, – иные. Иное восприятие, иной взгляд на мир. Мы чувствуем грядущее, пусть и не всегда, пусть и неидеально. Это не столько предвидение, сколько интуитивное знание, предчувствие того, что сулит нам близкое завтра. И вот, связанная, ожидая неминуемой смерти, я знала – выживу. И обрету семью – своих мам и папу.

Этот мир не был моим. Меня вырвали из моей силой, грубо, бесцеремонно выдернув из привычного, родного существования. Столь жестокий переход едва не стал для меня роковым, лишив сил даже на малейшую попытку повлиять на происходящее.

И тут, на месте, где мне суждено было умереть, явились будущие мама и папа этого мира! В тот миг, когда стараниями сестрицы Полины, мрачный ритуал, призванный убить меня и породить в этом мире чудовище куда более ужасное, был грубо прерван, я ощутила, как в меня хлынула мана, вытягиваемая пентаграммой. Именно этот концентрированный поток, скопившийся вокруг, вызвал столь резкий откат, временно оглушив чернокнижников. Этой короткой передышки хватило, чтобы мама и папа, с помощью своих воинов, одолели демонов, и чтобы я хоть немного пришла в себя.

А затем… один из ксенонов метнул в папу и его друзей темную, туманную сферу.

Темная туманная сфера – мерзкая порождение, с которым добровольно свяжется лишь отъявленный безумец, особенно в таком месте. Папа и его соратники смогли возвести барьер, защитившись от удара. Сами же ксеноны погибли, обратившись даже не в прах, а… в молекулы. Я же осталась жива лишь благодаря своей драконьей природе. Сработал инстинктивный защитный механизм, аналог иммунитета, присущего всем драконоидам. При воздействии темной магии, вокруг нас спонтанно возникает защитный барьер, нейтрализующий любые темные чары в радиусе нескольких десятков метров.

И вот, когда я полностью «нейтрализовала» источник опасной магии, энергия иссякла, и я снова отключилась от истощения. Очнулась я уже… в момент, когда папочка, бережно, нес меня на руках, прижимая к себе. Я была столь слаба, что могла лишь послушно лежать, ощущая приятное тепло его тела… и нежную заботу мамы, что шла рядом. Мне было так уютно в тот миг, что я тут же погрузилась в здоровый, крепкий сон.

***

Артем.

Мы разбили лагерь у подножия лестницы, ведущей в еще более глубокие уровни подземелья. Спуск, по обоюдному согласию, решили отложить до завтра. Этот день выдался насыщенным, и усталость брала свое.

Айна… имя, которым Ника называла ее повсюду... так и не проснулась до конца. Несколько раз она приоткрывала глаза, но тут же снова погружалась в сон. В итоге обе они – Ника и Айна – задремали у меня на коленях. Картина вышла такой умиротворяющей и домашней, что многие, находя повод или не находя, подходили, чтобы обменяться со мной парой слов.

Особенно врезался в память короткий разговор с Дейком:

– Столько всего произошло за последнее время, – сказал он.

– И не говори, – согласился я.

– Эта девочка, – он кивнул в сторону синеволосой. – не так проста.

– Возможно, – не стал спорить я. – Но мне все равно.

Дейк кивнул.

– В любом случае, я рад, что все закончилось именно так, – продолжил он. – Жаль только, что моя сестра этого не увидит…

– Зато у тебя есть все шансы стать отличным дядей, которым можно будет гордиться, – заметил я.

– Это да… Я научу его быть настоящим дроу. А то его новые папа с мамой в этом деле совсем ничего не смыслят! – усмехнулся Дейк.

– Вот и их научи, – вернул я ему усмешку…

Поговорив еще немного, я наконец остался наедине со своей женой и найденной девочкой. Странно, но к Айне я испытывал необычайное, теплое чувство, словно она и впрямь моя дочь. Непривычное ощущение… я даже не знал, что с ним делать.

Именно с этой мыслью я и погрузился в сон, который унес меня в Небесный Дворец богини Вечности…

– Давно я здесь не был, – пробормотал я задумчиво, оглядываясь по сторонам. Помимо самой Шутницы, здесь не было ни души… Если что, я имел в виду её нового дружка – бога… Ладно, не стану называть его так, как постоянно звала его моя жена, которая все ещё была на него обижена за те сны, что он ей одно время насылал.

– Можно сказать, – с ноткой грусти отозвалась богиня. – Это наша крайняя встреча… Следующий раз мы с тобой увидимся очень нескоро.

– Что так? – удивился я. – Я уже успел привыкнуть к нашим встречам, – заметил я. – Снова что-то такое задумала?

– Да нет, – качнула она головой. – Хочу рассказать тебе о той девочке, что ты сегодня спас!

– Спас, – задумчиво повторил я. – Это сказано чересчур громко… Так что с ней не так?

– Да всё так… для драконоида… Они вообще создания особые, – пояснила Шутница. – Их можно сравнить со скитальцами. В малом возрасте, до того как войдут в полную силу, они крайне уязвимы ко всякому роду призыву. Так они часто оказываются в других мирах, где… либо погибают, либо приживаются. Так что позаботься об Айне… будь уж так добр, – вздохнула она. – Больше я тебя ни о чём просить не стану. Обещаю!

– Так я и так её бросать не собирался, – спокойно заметил я. – Так что могла бы и не просить о таком.

– И всё же лучше я сама тебя об этом попрошу, – серьёзно ответила она. – Чтобы в голову тебе всякие дурные мысли не лезли.

– Не полезут, – заверил я богиню. – Ника мне о ней уже успела рассказать… Айна фигурировала в тех снах, что насылал ей твой дружок.

– Ну тогда ладно, – кивнула богиня Вечности. – Тебе уже пора, – закончила она, как всегда, на самом интересном месте. – Там к вам гости пожаловали… Только не дёргайся сильно! Это не демоны…