Глава 32.

Артем.

Ситуация повторилась…

Справа и слева, словно драгоценные камни в оправе, две богини делили со мной ложе. Кто бы мог подумать, что я стану пленником собственного гарема? До сих пор не верю в происходящее, но одно знаю наверняка: пути назад нет. Связан с ними судьбой, навеки. И, что удивительно, ни тени сожаления, ни толики страха. В душе царил невозмутимый покой, словно буря страстей, терзавшая меня столько времени, разом утихла.

Я лежал, бережно обнимая своих спящих жен, и думы мои вились вокруг заботы о них. Они не просто красавицы… и даже не просто принцессы… они – героини, чья сила еще дремлет, но судьба предрешена. И мне суждено стать их щитом, их несокрушимой опорой.

Но ее своенравие не должно остаться безнаказанным, – промелькнуло в голове, когда взгляд упал на сладко спящую Нику. Видно, слишком глубоко ушел в раздумья, раз не заметил, как она проснулась.

– Уже придумал, как накажешь? – томный голос, словно шелк по коже, прозвучал неожиданно, словно она читала мои мысли.

– В процессе, – ответил я, – выбираю из калейдоскопа изощренных вариантов.

– И какой фаворит? – лукавая улыбка тронула ее губы.

– Учитывая, что порка исключена, остается лишь поставить в угол на целый день, – я притворно нахмурился.

– И это все?! – она казалась разочарованной.

– Нет, – усмешка играла на моих губах, – пока ты будешь созерцать угол, я у тебя на глазах буду безудержно флиртовать со своей второй женой.

– Это бесчеловечно! – возмутилась Ника.

– А я не против, – мурлыкнула Юнна, – мне такое наказание только в радость.

– Тебя тоже ждет своя порция… внимания, дорогая жёнушка, – предупредил я Юнну.

– Что ж, справедливо, – вздохнула она.

– Все равно странно, – прошептала Ника, – я ждала, что ты будешь намного… злее.

– Я и злюсь, – признался я, – на себя злюсь… За то, что позволил себя так легко обвести вокруг пальца.

– Прости, – прошептала она, – больше никогда не обману! Обещаю!

– Очень на это надеюсь… милая, – нежно отозвался я. – Пожалуй, пора вставать, – заметил я. – Мы не ели со вчерашнего дня…

– Проблема в том, во что нам облачиться? – подметила Юнна. – Наши платья, если память не изменяет, стараниями кое-кого, превратились в прах.

– Можете воспользоваться халатами из моего гардероба, – великодушно предложил я. – А пока вы будете приводить себя в порядок, я позабочусь о нашем ужине.

– Договорились!..

…Мы выбрались из покоев лишь спустя двадцать минут. И уже на пороге стало очевидно, что нашим планам не суждено сбыться. Гостиную оккупировали две крайне необычные особы, чье присутствие невозможно было проигнорировать, от которых невозможно было скрыться.

В гостиной, среди живописного хаоса, где, казалось, сама небрежность стала искусством, на диване полулежали, непринужденно беседовали и лениво потягивали вино две женщины – императрица Сиона и матушка Зинария. Императрица беззаботно крутила на пальце нечто кружевное, прозрачное, сотканное словно из лунного света.

– О! – воскликнула она, заметив нас. – Наша очаровательная компания соизволила почтить нас своим присутствием! – усмехнулась она, окинув нас оценивающим взглядом. – Великолепны!

С обеих сторон в меня вцепились, словно спасаясь от бури, мои жены. Я и сам не мог остаться безучастным – как тут сохранять олимпийское спокойствие, когда тебя так жадно ждут.

– Тогда уж не компания, а целый гарем, – поправила ее матушка Зинария. – Да не стесняйтесь, проходите, присаживайтесь, – любезно пригласила она нас к дивану.

Мы, как запрограммированные, проследовали к дивану напротив этих двух властных женщин. Казалось, сама атмосфера пропитана напряжением.

– Кстати! – с этими словами Сиона прекратила свою игру с кружевной тканью и, разведя пальцами, продемонстрировала нам предмет раздора – откровенные женские трусики.

– И чьи это трофеи? Кто у нас осмелился на столь пикантный фасон?

Юнна вскрикнула и, молниеносным движением выхватив улику из рук матери, спрятала ее за спиной, пытаясь укрыться за моей спиной, словно за щитом.

– Мои девочки выросли, – с наигранным вздохом промолвила императрица. – Уже такое носят! Интересно, а мне подойдет?

– МАМА! – в унисон воскликнули дочери императрицы. – Прекрати! – добавила Ника, уже более твердо. – Если тебе есть что сказать, говори прямо! И не забывай, мы с сестрой уже взрослые! Замужние дамы.

– О! – усмехнулась Сиона. – Это я заметила… не без интереса. – Она снова усмехнулась. – Не смотрите на меня так… И да, сразу хочу уточнить, что меня все… почти все устраивает… Артем – достойный выбор, и в его адрес у меня нет претензий. Но у меня есть только один вопрос, как вы умудрились разделить его на двоих?

– Ну… – Ника первой сумела совладать с собой и теперь, вернув себе обычную дерзость, взглянула на мать с вызовом. Юнна же, смущенная тем, что ее мать знает о ее вкусах в нижнем белье, все еще жалась ко мне, прячась за моим плечом, из-за чего мне приходилось сидеть в неудобной позе.

Ника не стала ходить вокруг да около и честно рассказала о появлении нового бога, который не пойми кто – то ли дружок Шутницы, то ли залетное божество. Однако, судя по всему, он решил задержаться в их мире надолго.

И похоже, Императрицу больше взволновало именно появление нового бога. Она без обиняков заявила:

– Как не вовремя он нарисовался! – вздохнула она. – Сейчас не самый подходящий момент для появления нового бога. С богиней Вечности все гораздо проще. Она неприхотлива, и ее устраивает, что в нее верят. А вот как объявить о появлении какого-то там Адониса, ума не приложу. Глубоко верующие в Шутницу могут просто не принять его.

– Я думаю, с этим можно не торопиться, – заметила матушка Зинария. – Он еще никак себя не проявил. Но если он докажет, что достоин, клан Русс может счесть его своим покровителем.

– Ну, – протянула Ника. – Если я с ним встречусь, передам ему ваши слова.

– Сейчас это неважно, – отмахнулась её мать, искоса взглянув на меня. – Сейчас я хочу сказать другое… – Ее взгляд, словно луч прожектора, уперся прямо в меня. – Артем, я бесконечно рада приветствовать тебя в нашей семье… И прости меня за моих дочерей… за их бесшабашность и дерзость. Считай, что ты имеешь полное право назначать им любое наказание. – Я лишь сдержанно кивнул, словно принимая бразды правления над непокорными душами, а она продолжала, и в голосе ее звучала какая-то странная смесь усталости и лукавства: – Да, мне немного дико отдавать тебе сразу обеих моих дочерей, но, как я понимаю, они уже все между собой решили и тебя поделили, словно лакомый кусок.

– МАМА! – этот крик вырвался у Ники и Юнны одновременно, словно эхо, отраженное от стен.

– Цыц! – осадила их мать властным жестом. – Не с вами говорю! – И вновь ее взгляд обратился ко мне, изучающий и испытывающий. – Об их отце не беспокойся. Он тебя уже, можно сказать, принял… поворчит немного, но я его быстро успокою. Единственное, о чем я тебя прошу, Артем, – и в ее голосе прозвучала неприкрытая мольба, – присматривай за этими идиотками… Не дай им натворить бед. А если они тебя не будут слушаться, только скажи, я живо возьмусь за их воспитание!

– Позвольте мне самому этим заняться, – вежливо произнес я, стараясь сохранить непроницаемое выражение лица. – Обещаю, я не дам их никому в обиду. Они будут под моей защитой.

– Я тебе верю! – Императрица одарила меня улыбкой, теплой и вселяющей уверенность. – К слову, теперь можешь обращаться ко мне проще… Например… звать меня мамой!

Я едва не подавился воздухом, но сумел сохранить самообладание.

– Боюсь, я пока не могу себе этого позволить. Это слишком большая честь.

– Можете, герцог! Можете… Так что просто прошу тебя звать меня мамой Сиона! С этого момента, это твой долг!

– Герцог? – я невольно дернулся, словно меня ударили током.

– Герцог! – повторила… мама Сиона, и в ее голосе слышалась сталь. – Официальный муж одной из моих дочерей автоматически получает наследный титул герцога, согласно законам Империи. Вопрос с земельными наделами решим быстро, еще до вашей свадьбы… Тебе только нужно выбрать, кто из твоих… спутниц станет твоей первой женой, а кто останется… второй… любовницей!

Как в такой ситуации сохранить хладнокровие и присутствие духа? И что я теперь должен сказать? Мой разум лихорадочно искал выход из этого положения.

– Боюсь, я не смогу выбрать, – попытался уклончиво ответить я. – Обе мои девушки мне очень дороги… – Но неожиданно вмешалась Юнна, словно прочитав ход моих мыслей:

– Ника будет первой и официальной! – заявила она тоном, не допускающим возражений. – Она была первой, так что на эту роль я не претендую… Меня вполне устроит и статус любовницы!

– Сестра! – Ника бросила на нее удивленный взгляд.

– Я так решила! – отрезала Юнна, и в ее глазах мелькнуло что-то, что я не смог разгадать.

– Ну вот и решили! – удовлетворенно кивнула Императрица. И мама Зина тоже закивала, выражая свое полное согласие с принятым решением.

Таким образом, все снова решили за меня. Хотя, мне высказывать претензии было глупо, учитывая, что я сам ушел от прямого ответа, оставив пространство для этих безумных импровизаций судьбы.

– Кстати о Нике, – мама Сиона окатила одну из дочерей ледяным взглядом. – Принеси-ка мне то средство, что ты испытывала на муже… Учитывая его сомнительное происхождение и нарушение законов империи…

– Это не любовное зелье, – моментально парировала Ника. – Так что формально закон не нарушен.

– Неси его! – в голосе матери, полном стали, не терпелось возражений. – Живо!

– Но мама! – упрямо вздернула подбородок Ника.

– Не испытывай моё терпение, – предостерегла Сиона. Ника, словно ужаленная, сорвалась с места и вихрем пронеслась вверх по лестнице.

– А ты чего застыла? – Императрица испепелила взглядом вторую дочь. – Или намерена и дальше шокировать почтенное общество своей наготой?

– Мама, ты невыносима! – выдохнула Юнна и, пятясь, поспешила вслед за сестрой.

Проводив дочерей взглядом, мама Сиона отбросила маску приветливости и обратилась ко мне с серьёзным видом.

– Артем, признаюсь, мои дочери доставили тебе немало хлопот. Прошу, не держи на них зла… Они действовали из лучших побуждений.

– Да я и не злюсь, – искренне ответил я. – Не умею на них злиться.

– Это радует, – её лицо тронула ласковая улыбка. – Ты хороший мальчик! И я могу доверить их тебе без всяких опасений.

– Спасибо! – совершенно серьезно отозвался я. – Я вас не подведу.

– Я знаю! – вновь эта непривычная, теплая улыбка Императрицы.

Вскоре вернулись сестры, облаченные в махровые халаты, плотно запахнутые на груди, словно стремясь скрыть даже намек на прежнюю вольность.

Ника с гримасой недовольства протянула матери небольшой пузырек, хмуро процедив:

– Вот… забирай…

– И как им пользоваться? – невинным тоном осведомилась мама Сиона, забирая флакон.

Ника замерла, и в её глазах вспыхнул хищный огонек – она раскусила материнскую уловку.

– Право, не понимаю, о чём ты? – промурлыкала она медовым голосом. Но сестра не поддержала эту игру.

– Мы добавляли две капли на бутылку… для верности… Но вполне достаточно и одной, – поспешила сообщить Юнна. – А ты на ком собралась его испытывать? – осторожно поинтересовалась она.

– Превосходно! – ничуть не смутилась Императрица. – Скоро должен прибыть ваш отец, – спокойно объявила она. – На нём и опробую!

– А как же закон империи? – ехидно поинтересовалась Ника.

– Закон империи суров лишь к любовным зельям. А это зелье к таковым не относится! – парировала Императрица, одарив дочь не менее ехидным взглядом.

– Ну а чего я, собственно, ожидал, – пробормотал я. – Какие дочери… такая и мать… Мне даже стало жаль герцога. – и добавил чуть громче. – Вы уж не перестарайтесь… Все-таки герцог уже не юнец…

– О, об этом можешь не беспокоиться, – Сиона одарила меня очаровательной улыбкой. – Он мне ещё долго будет нужен полным сил… Так что не переусердствую!

Эпилог.

Артем. (девять месяцев спустя).

Сегодня наш дом бурлил, словно растревоженный улей. Все дело в девчонках, студентках, что собирались в Варанск – город, затерянный почти на самой границе. Он примостился в самом сердце центральной области, в стороне от древнего имперского тракта, когда-то пронзавшего Пограничные горы насквозь, соединяя две части континента, словно гигантская артерия империи. Варанск некогда дышал будущим, обещал вырасти в столичный город, но нашествие демонов перечеркнуло его судьбу, обратив в хиреющую тень былого величия. Город зиял полупустыми кварталами – смертельная опасность демонических вторжений гнала людей прочь, вглубь империи, где они надеялись обрести безопасность.

Варанск от демонических орд отделяла лишь пограничная крепость с непритязательным именем – Ромашка. Но за этой скромностью скрывалась несокрушимая твердыня, преграда на пути тьмы. Крепость состояла из нескольких взаимосвязанных частей, кульминацией которых были пять врат, отделявших мир людей от земель демонов. Каждые врата считались неприступными, а мощные механизмы их управления покоились в башнях, вздымавшихся над ними. Пять врат – пять башен, неусыпных стражей границы.

В каждой башне свой гарнизон и свой командир. Высота защитных стен, почти сорок метров. Толщена этих стен пятнадцать метров. Так что сравнительно небольшой гарнизон Ромашки в пять сотен человек способен был несколько месяцев сдерживать любые попытки демонов прорваться через крепость. Этого времени было более чем достаточно для того, чтобы из Варанска и других пограничных городов успело подойти подкрепление. Но уже после, крепости бы потянулись имперские боевые полки. И пока что эта схема вполне себе успешно работала и сбоев не происходило.

Вскоре – в течение одного-трех месяцев – эта твердыня должна была перейти под управление клана Русс, стать его оплотом. Вместе с крепостью в наши руки переходил и город Варанск, раскинувшийся у гор, со всеми окрестными землями.

Матушка Зинария уже готовилась лично посетить новые владения, чтобы собственными глазами оценить их потенциал. И, разумеется, отказываться от столь щедрого дара Императрицы ни она, ни клан Русс в моем лице, не собирались. Волей судьбы мне пришлось взвалить на себя бремя управления кланом. Свадьба сразу с двумя принцессами вознесла мой авторитет до невиданных высот, заставляя чувствовать себя чуть ли не всесильным. Те семьи, что ранее колебались в поддержке матушки Зины и меня, пришли в упадок, их члены один за другим приносили мне клятву верности. Оставшиеся же, согласно воли моей матушки, отказались от родового имени и больше не принадлежали к клану Русс.

Итак, матушка Зинария организовала учебно-тренировочный поход в те самые края, куда со дня на день должен был отправиться магический курс Ники и Юнны, а вместе с ними – и курс рыцарей, в котором числились Ками и Шери.

Именно поэтому в доме царил невообразимый хаос. Девчонки собирались в дорогу. А я пребывал в раздраженно-взволнованном состоянии, ведь сам не мог сопровождать их. У курса целителей были свои занятия и практики, и никто не собирался делать мне поблажек. Фактически, мои жены уезжали от меня на целых три месяца, оставляя в одиночестве. Естественно, я волновался за них, и едва не поссорился с матушкой Зиной из-за этой самой идеи… этих полевых учений, на которые она отказалась меня взять, несмотря на все мои уговоры. Разумеется, это никак не способствовало улучшению настроения.

– Ну хватит дуться, – укоризненно взглянула на меня Юнна. – Да что с нами может случиться? Ты и так отправляешь для нашей охраны более сорока бойцов клана… и это не считая того, что мы будем там не одни, а в составе крупного отряда, который, к слову, будет сопровождать усиленный отряд имперских гвардейцев.

– По-твоему, у меня нет причин для волнений? – недовольно пробурчал я.

– Ты такой милый, когда волнуешься! – нежно поцеловала супруга в щеку. – Мне кажется, ты слишком себя накручиваешь!

– Сестра! – раздался из моей комнаты голос Ники. – Оставь этого ворчуна! Помоги мне с вещами…

– Не переживай! – Юнна вновь одарила меня поцелуем. – Все будет хорошо! – сказала и упорхнула в мою… нашу спальню.

– Не переживай старший. – негромко произнес стоящий за моей спиною Заир Русс. – Я за ними присмотрю… Жизнью клянусь, чтобы не произошло из защитить.

– Лучше было бы, чтобы ничего не произошло. – оглянулся я на него.