— И как оно? — вполголоса спросил Ситранис, стоило мне вернуться.

— Как и предполагалось, — ответил я спокойно. — Но лучше, чем у Меоли поначалу.

Мы посмотрели на дверь кабинета, куда зашла после меня девушка. Звуков новой ссоры слышно не было, что давало определённую надежду.

— А заказы-то у Чёрного Братства отзовёт? — кивнув на дверь, спросил регой.

— Нет… Не отзовёт, — ответил я и скривился.

Мне не нравилась ситуация, когда каждый умник, решивший, что деньги дают власть, может наслать на меня убийц. Однако пока с этим приходилось мириться. У меня был план. Даже не план, а, скорее, намётки. Однако вначале надо было услышать, что скажет отец Меоли. А к нему она планировала нас затащить после встречи с дядей Эрегихоном.

В общем, чтобы воплотить план в жизнь, приходилось мириться с неудобствами. Да, смертельно опасными, но при моём образе жизни… Угрозой больше, угрозой меньше. Возможно, убийц покарает моими руками Вечное Дитя. А, возможно, получится добиться каких-то преимуществ после общения с царём. Хотя царская власть — это в Междуречье что-то вроде шутки.

— Ты точно хочешь согласиться на предложение этой твоей знакомой? — хмуро спросил, между тем, Ситранис.

— Нет, не точно, — признался я. — К тому же, я ещё толком не получил предложения. Будем дальше выяснять, чем именно нам готовы отплатить. Зато прояснилась ситуация с этим Эрегихоном.

— Всё-таки он тебя заказал? — спросил Ситранис.

— Да… Не признаёт этого напрямую, но… Как минимум, один заказ от него есть, — подтвердил я.

— Горшок со змеями… Вот что такое Ас-Арахамана… — закатил к потолку глаза регой. — В каждой семье — свой горшок, а все семьи — ещё в одном, большом. О!.. Слышишь?..

В кабинете снова заговорили на повышенных тонах. О чём именно, разобрать не выходило, но мы всё равно напрягали слух. А затем голоса смолкли на десяток мгновений, после чего отчётливо прозвучал крик Меоли:

— Это подло, дядя!..

— Потом поговорим! — ответил ей Эрегихон.

Правда, за точность его слов я бы не поручился. От входа в кабинет стол располагался далеко, хоть его хозяин и говорил громко. А спустя ещё мгновение появилась Меоли, которая гордо хлопнула дверью и поспешила к нам.

За всем этим, помимо меня и Ситраниса, наблюдали Ришис и несколько дружинников. Близко они не подходили, чтобы случайно не услышать что-нибудь неположенное. И всё же до них, определённо, долетали отдельные крики.

— Вечером мне предстоит сложный разговор, но оно того стоило… — тихо сказала Меоли, присев рядом со мной и Ситранисом.

— А что подло-то? — вполголоса уточнил мой друг. — Мы так-то не слишком много отсюда слышали…

— Убийц нанимать — подло, — ответила Меоли. — И не отзывать заказ тоже подло… Прости, Ишер.

— Не извиняйся. Я мнение Эрегихона услышал и принял, — пожал я плечами. — Ты не в ответе за то, что вытворяет каждый член семьи.

— А мне в детстве вдалбливали наоборот… — грустно улыбнулась девушка.

— Мне тоже! — хохотнул Ситранис. — Но я в такую чушь и тогда не верил, и сейчас.

— А я вот на какое-то время поверила… — сделала печальное личико Меоли. — Ладно… Нас ждут папа и мама. Пойдёмте.

Родители Меоли и в самом деле нас ждали. И совсем не там, где я предполагал. Думал, нас приведут в очередной кабинет, но… Оказались мы в зале с длинным, уже накрытым столом. И родители Меоли ждали за ним.

— Проходите-проходите! — будто добрая горожанка, разулыбалась миловидная женщина лет сорока. — Не стойте, прошу!..

— Гости моей дочери — мои гости! — радушно добавил мужчина, который выглядел старше жены лет на десять.

— Угощайтесь! Кто из вас Ишер? — мать Меоли, вставая из-за стола, с интересом разглядывала нас с Ситранисом.

— Это воевода Ишер, — Меоли указала на меня. — А вот его друг и соратник, регой Ситранис из…

— Из семьи Транаис, — мой друг, несмотря на явное удивление таким приёмом, умудрился на ходу выполнить учтивый поклон.

— Садитесь, дорогие гости! — засуетилась мать Меоли, и тут напрягся даже я.

Ведь не должна была. Всё-таки аристократка из старшей семьи. Да и слуг в поместье явно хватало. Однако родители Меоли почему-то оказывали нам особую честь.

— Вы голодны, наверно! — гостеприимно сказал её отец. — Угощайтесь! О делах поговорим позже.

— Ишер, Ситранис, знакомьтесь: мои папа и мама, Трирхон и Элониолана, — не забыла о вежливости Меоли, по-прежнему кислая после разговора с Эрегихоном, и, усевшись за стол, без аппетита осмотрела еду.

Впрочем, мы тоже успели поесть в харчевне перед поездкой. И, тем не менее, отказываться не стали. Что я, что Ситранис в последнее время вообще от еды не отказывались. Особенно вкусной. А заодно, воздавая должное кухне Аравантис, поддерживали разговор.

О деле только отец Меоли спросил. Да и то очень обтекаемо. Наклонился к мрачной дочери и едва слышно уточнил:

— Как прошёл разговор?

— Сносно… — буркнула девушка в ответ.

На этом деловые вопросы были закрыты, и нас с Ситранисом завалили вопросами о путешествиях, о войне и о других краях. А в ответ рассказали пару значимых, видимо, сплетен из жизни столицы. В общем, родители Меоли всячески поддерживали светскую беседу.

Да и не получилось бы нормально поговорить о делах. Рядом болтался Ришис, которого второй дядя Меоли, который глава семьи, поставил за ней приглядывать. Уж он-то с гарантией донесёт весь разговор куда не надо.

Гонг-полтора мы посидели за столом, а затем нас пригласили в кабинете Трирхона. Туда, насколько я понял, никому из слуг и соглядатаев хода не было. Во всяком случае, когда мы заходили, пара дружинников встала у дверей, чтобы никого близко подпускать.

— Олих и Малхан — мои люди, — сказал отец Меоли, едва закрылась дверь за спинами. — Они, даже если что-то краем уха услышат, дальше никуда не донесут.

Кабинет был уютный. Не так дорого обставлен, как кабинет Эрегихона. Однако видно было, что у хозяина есть вкус, ну или жена с хорошим вкусом. Светлый ковёр на полу, мебель из светло-бежевой древесины. Только шторы на окнах и ткань на сиденьях — из тёмной-коричневой ткани.

Всё же красители — не самый дешёвый товар в Вечных Песках. В связи с этим цветные ткани — это очень дорого. Яркие зелёные и красные цвета обычно кричат о богатстве. А вот такие бежевые и коричневые оттенки — наоборот, его скрывают.

Трирхон уселся за рабочий стол, махнув мне и Ситранису на удобные стулья напротив. А его жена сама достала из углового шкафа бутылку с фруктовым вином. И сама, своими аристократическими руками, всё разлила по стаканам. Даже дочери плеснула, но явно больше для видимости.

— Итак, как я понял, договориться с моим братом было сложно? — спросил Трирхон, когда все, наконец, расселись.

— Он заказал Ишера Чёрному Братству. И не стал отменять заказ, — скривилась Меоли.

— А на найм, в итоге, согласился? — деловито уточнил её отец.

— Какая разница? — возмутилась девушка. — Если Ишера убьют, всё будет напрасно!

— Пока не убили ведь, — заметил Трирхон и посмотрел на меня: — Пытались уже?

— Две первых попытки и одна вторая, — подтвердил я.

— Как сами думаете… Получится у вас выжить? — открыто спросил Трирхон, что внушало некоторое уважение.

Обычно настолько щепетильные вопросы обходят стороной. Даже, насколько я понял по выражению лица Ситраниса, аристократы. А вот отец Меоли сумел своей прямотой удивить.

— Сложно сказать, — так же откровенно сказал я. — Я про Чёрное Братство-то узнал после первого покушения… Пока получается. И умирать я не собираюсь. Но гарантий никаких, конечно, давать не буду.

— Я был бы рад, если бы мой брат отменил заказы. Но, к сожалению, рычагов воздействия у меня нет… — с тяжёлым вздохом признался хозяин кабинета.

Вслед за ним такой же тяжёлый вздох издала жена. А Меоли лишь ещё больше помрачнела. Ну а у меня копилось всё больше и больше вопросов к семье Аравантис. Самым главным был: «Да что у них, иухи их всех дери, в семье происходит⁈». И, к моему удивлению, ответ я получил почти сразу, не произнеся ни слова.

— Быть правящей ветвью старшей семьи — это своя жизнь, со своими правилами… — начал объяснять Трирхон. — Мне повезло быть младшим из братьев. Меня никогда всерьёз не рассматривали в качестве конкурента. А вот соперничество между старшими идёт давно: то один берёт верх, то второй… Я надеялся, моих детей не коснётся эта вражда. Однако…

— Лучше расскажи всё с самого начала… — тихонько предложила Элониолана.

И я понял, что действительно очень нужен этой ветви Аравантис. Либо из этих дверей я не должен был выйти, по их замыслу, живым — что, конечно, зря… Либо меня действительно пускали в святая святых каждой семьи, то есть историю взаимных распрей, обид и потерь.

— Ты права, Элони… Скажу так. Меня, мою жену и детей раньше не касались разборки между старшими моими братьями. Однако всё изменилось, когда подросла Меоли. Вы, думаю, заметили, что она пошла в мать и очень красива… — заметил Трирхон, и мы с Ситранисом дружно закивали, благо врать было не нужно, потому что Меоли и вправду обладала редкой красотой. — На неё стали заглядываться… Её руки стали добиваться… Но мы с женой никогда не принуждали детей к браку против их желания. А вот мои братья… Особенно старший в семье, Кхаринис, упорствовал.

— Он выкрутил нам руки, прижал своими интригами… И нам пришлось соглашаться на брак, — проговорила Элониолана.

— Мы виноваты перед Меоли, — негромко добавил Трирхон. — Я бы понял, если бы она больше не захотела иметь с нами дел…

— Пап, я же сказала, что всё понимаю! — вспыхнула девушка.

— Понимаешь, но не готова принять, — покивал её отец. — Этого, мне кажется, достаточно для обиды.

— Меоли поэтому сбежала? — предположил я.

— Да, попытка выдать её замуж провалилась из-за побега. Меоли сбежала, а тут вернулся из деловой поездки куда-то на восток Эрегихон, ну и случился скандал, — Трирхон улыбнулся. — Конечно, планы у Кхариниса не отменились. Да и у Эрегихона какие-то свои планы имелись на мою дочь… Тем не менее, он хотя бы обещал её вернуть. И вернул же…

— Ишер меня вернул, — буркнула девушка, а потом нахмурилась и перевела взгляд на меня. — А дядя… Он что, правда, собирался тебя убить, не заплатив?

— Как я и сказал, обычное дело, — кивнул я. — На этот случай за ближайшим барханом скрывалось несколько уже моих наёмников. Если бы дошло до драки, и всех их не перебили бы, они помогли бы мне скрыться.

— Боги, до чего же мы опустились… — всхлипнула Элониолана.

— Почему же Эрегихон тебя не убил? — удивился Трирхон. — Вряд ли те наёмники были сильнее его людей, да и его самого.

— Да, кстати? — присоединилась к вопросу Меоли.

— Когда-то в Кечуне я помог Эрегихону и его людям прорваться через орду, — объяснил я. — Завалил пару демонов, которые не каждому отряду по зубам. Он был мне должен. Хотел отдать мне долг, вернув мой старый топор. Так что… Это меня и спасло. Среди ветеранов Кечуна не принято убивать друг друга. Мы прошли вместе два года боёв. В прошлый раз это помогло.

— Но не помогло в этот раз… — задумчиво кивнул Трирхон. — Впрочем, предсказуемо. Я не знаю, что задумал Эрегихон. Он ещё после Кечуна вернулся другим. Стал вести какие-то свои дела, не посвящая семью в подробности.

— Кхариниса это выводит из себя, — подтвердила Элониолана. — Недавно он вновь пошёл на обострение… А сейчас противостояние достигло пика. И никто не знает, чем теперь всё закончится.

— Так или иначе, два года назад Меоли удалось вернуть. И Эрегихон стал предлагать ей, чтобы избежать брака, пойти на аристократическое отделение, — Трирхон помрачнел. — Дочь не говорит, что мой брат потребовал взамен.

— Я поклялась… — бросила девушка.

— Да, я помню… А ещё, помнишь, я просил тебя быть осторожной? Мои братья — это не те люди, которые что-то делают по доброте душевной! — строго сказал родитель.

— Ты прав… Зря я тебе не поверила, — вздохнула девушка. — Но с меня дядя и не требовал много.

— Потому что с тебя и взять особо нечего… — посетовала её мать. — Но это ведь его сын и дочь выкупили твою долю в наследстве?

— Да… — грустно ответила Меоли.

— Я скажу честно… Я трусливый человек, — неожиданно открылся Трирхон. — Никогда не был хорошим воином. Никогда не умел интриговать. Ишер, Ситранис, надеюсь, вы меня поймёте… Мне тяжело признавать это перед вами… Перед теми, кто прошёл под самым носом у орды по разорённым краям…. Но из меня плохой воин. Потому что я трус.

— Ты просто не воин. Но всё же умный и хороший человек, — подбодрила его Элониолана.

— Спасибо, но правда такова, — развёл руками Трирхон. — Я ничего не мог противопоставить братьям. А Меоли не слишком-то в меня верила. Моя дочь другая. Она решительная, смелая и непоседливая.

— Папа!.. — девушка покраснела.

— Не в нас с Элони пошла, — усмехнулся Трирхон. — Однако это не значит, что я не пытался ей помочь… Я пытался…. Копил силы для будущей распри. Пристроил своих сыновей так, чтобы до них не дотянулись. И кое-что смог найти… Но прежде, чем я вам расскажу, прошу вас: Ишер, Ситранис, поклянитесь перед девятью, что, даже если не станете помогать дочери, хотя бы сохраните будущий разговор в тайне.

— Ну… — протянул Ситранис и поглядел на меня.

— Согласен, — ответил я.

А после того, как мы принесли клятвы, Трирхон достал, наконец, какой-то тубус, который должен был нам что-то сказать…

И сказал…

Сказал такое, что у меня волосы на затылке зашевелились…

Потому что за такие сведения убивают, не раздумывая…

— Скажите, в этой карте Края Людей вам ничего не кажется странным? — спросил Трирхон, вытаскивая из тубуса большой кусок кожи.

Ситранис, счастливчик, вот ничего поначалу не заметил. А я, наоборот, замер на несколько мгновений, пытаясь понять, шутка это или правда. И, лишь решив, что шутить так в нашем мире опасно для жизни, негромко спросил:

— Ещё кто-то знает? Кроме тех, кто здесь, в этой комнате?

— Знал отряд разведчиков. Но они все мертвы, — ответил Трирхон.

И в его голосе отчётливо прозвучало предупреждение. Не спрашивать, что с беднягами случилось. Причём интонация у Трирхона была совершенно не доброй.

— Да что тут не так-то⁈ — всё ещё не понял Ситранис.

— Смотри на северо-восток. К северу от Рудных гор, — посоветовал я.

И сам вновь посмотрел туда. Там, у склонов гор, было нарисовано то, чего там быть не могло. Ни при каких обстоятельствах. Но оно было. Штриховкой и условными обозначениями кто-то нанёс там очертания озера. Его даже подписали, назвав «Новым».

Третье озеро в нашем мире. В мире, где люди знают всего о двух озёрах и двух реках. В мире, где воды систематически не хватает.

И, будто этого мало, к северу от озера имелась россыпь каких-то значков. А в Рудных горах рядом тоже виднелись какие-то обозначения.

— Мы все трупы, — побледнев, наконец-то осознал Ситранис. — За такое нас всех убьют…

— Если узнают, обязательно убьют, — кивнул Трирхон. — Поэтому узнать не должны. Ни при каких обстоятельствах.

— Но задача от семьи была обеспечить снабжение бронзой… — припомнил я.

— И там, рядом с озером, есть два месторождения, — согласился Трирхон. — К югу от озера — меднорудные месторождения в предгорьях Рудных гор. Видите эти знаки? А вот тут, к северу от озера, богатый слой оловянной руды. Раньше его не находили разведчики, потому что его покрывал слой песка… Но озеро переполняет водой, и та уходит на север…

— Переполняет? — спросил я, ещё не до конца веря тому, что вижу и слышу.

— Да… — кивнул Трирхон, не став возмущаться тем, что я его перебил. — Озеро питают ледники Рудных гор. Лёд на вершине Кархама был всегда. Но в последнее время его стало больше.

— Кархама — это вот та гора? — уточнил Ситранис, показав на нужное место на карте.

— Да… Она высокая, а рядом ещё две. И ещё три горы чуть севернее. Их вершины покрыты льдом. Все последние сотни лет эти шапки росли. А теперь, видимо, началось таяние… — тихо сказал Трирхон, блеснув глазами.

— Чем ты занимаешься на службе семьи? — прямо спросил я у него. — Как такое узнал?

— Я служу представителем семьи в Совете Старших Семей. Возглавляю географическую службу, — объяснил Трирхон. — Иногда отправляю отряды разведчиков в разные концы Края Людей, чтобы узнать, что там происходит.

— Ясно, — кивнул я, разглядывая карту. — Про месторождения ты всё же рассказал? А про озеро, получается, не стал.

— Это такие сведения, за которые можно много выручить, очень много… — блестя глазами, покачал головой Трирхон. — Или, напротив, лишиться головы. Я долго думал, как их донести, чтобы получить выгоду. Но… Случилась история с Меоли. А потом она сговорилась с Эрегихоном. И когда он вспомнил про двойное месторождение, я понял, что это шанс спасти и Меоли, и свою семью из рук моих братьев.

— Ты тоже хочешь бежать? — догадался я.

— Хочу забрать сыновей и жену и бежать, да… — потерев лоб, устало признался аристократ.

— Но кто-то должен подготовить там место для жизни?.. — задумчиво уточнил Ситранис.

— Только не думайте, что мы на что-то претендуем! — сразу же добавил Трирхон, отчего мои брови удивлённо взлетели вверх. — Поверьте, в моём положении достаточно и того, чтобы жить и не волноваться, что семья втянет в какую-то интригу, в результате которой проснусь я уже с ножом в груди.

— Даже так? — усомнился я.

— Я не знаю, что задумал Эрегихон. Но вижу, что это очень опасно… — пояснил Трирхон, и по его лицу пробежала тень неприкрытого беспокойства. — Мои люди проследили за тем, с кем он встречался после возвращения с востока…. И я скажу, что подобные встречи до добра не доведут. Я просто хочу защитить свою семью.

— Рядом с озером есть растительность? — уточнил я.

— На склонах гор появились молодые хвойные леса, — ответил Трирхон. — Но их пока лучше оставить расти. Трава есть по берегам. Где-то к западу, по слухам, был засыпанный лес.

— Знаю, — кивнул я. — Есть он там. Но его все жители Загорья будут защищать от нас.

— Но откуда? — удивился Трирхон.

— Я родился к северу от Рудных гор, — ответил я. — Все поселения там копают этот лес. Но это слишком далеко. Он начинается где-то к северу от Пригорного.

— Ишер, наша дочь была права. Ты идеально подходишь, чтобы помочь нам всем, — тихо проговорила Элониолана. — Мы думали, ты просто удачливый наёмник, отмеченный богами… А ты ещё и жил к северу от Рудных гор.

— Это было давно. Я ушёл оттуда, когда мне было двенадцать, — отмахнулся я. — Но я знаю, у кого можно спросить по поводу дерева в тех краях. Однако… Я до сих пор не услышал конкретного предложения для себя и отряда.

Я посмотрел на Элониолану, на Трирхона, на Меоли. Они переглянулись, а затем отец девушки вытащил из стола ещё один кусок кожи.

— Вот договор, — сказал он, глянув мне в глаза. — Договор, который тебя понравится.

Я взял документ, пробежался по условиям, потом снова пробежался по условиям… Покосился на Меоли… Затем снова всмотрелся в документ.

А потом обвёл этих троих взглядом и спросил:

— Вы серьёзно предлагаете мне основать там поселение?

— Ты уже одно основал, причём там, где ранее никто не справлялся! — сказал Трирхон. — Я внимательно следил за отчётами из Эдель-Арага.

— Но я даже не аристократ. А, кроме того, ещё и шептун, — напомнил я.

— Ну и что? — пожал плечами Трирхон. — Признать тебя аристократом, при наличии собственного города и продаж бронзы, несложно. А то, что ты шептун… Ну так даже лучше! Другие шептуны встанут на твою сторону! А власть в Ас-Арахамане тебе всё равно не нужна.