Джой беспокойно ходила взад и вперед перед входной дверью дома, где жил Бруно. Она должна была узнать, что произошло, что натворил Бруно, но в то же время очень боялась спрашивать его об этом. Как ей завести разговор на тему, которая ее так беспокоила? Она же не могла напрямик спросить его: ах, скажи, это ты убил доктора Андроша?

Возможно, его вообще не было дома, подумала она. Она не стала предварительно звонить ему из опасения, что Бруно просто бросит трубку. Исходя из того, как прошел их последний разговор, Джой считала, что возможно все что угодно.

В конце концов она набралась мужества, подошла к панели домофона с фамилиями жильцов и нажала на кнопку звонка. Ее сердце забилось так сильно, что ей показалось, что у нее в груди загрохотал миниатюрный пневмомолот.

— Кто там? — прозвучало из переговорного устройства.

— Бруно? Это ты?

— Нет, это Пауль.

— А Бруно дома?

— Нет, но он должен скоро прийти. Поднимайся наверх.

— Я подожду его лучше здесь внизу.

Возможно, Пауль не слышал, что она сказала, во всяком случае зажужжал механизм открывания двери. Тем не менее она не стала подниматься наверх, а, охваченная неприятным чувством, осталась внизу, размышляя над тем, являлся ли Бруно убийцей?

Спустя несколько минут появился и он, с рюкзаком на плечах и с битком набитым пакетом в руках. Он шел какой-то странной, неровной походкой. Когда он заметил, что его ждут, то пошел еще медленнее. Джой двинулась ему навстречу смелее, чем была на самом деле.

— Ты ко мне? — встретил он ее вопросом, прозвучавшим совсем неприветливо. Он снова выглядел так, как при их первой встрече: растрепанные сальные волосы, небритый.

— А к кому же еще?

— И зачем?

— Просто спросить кое о чем.

— Ага. И о чем же?

Она поискала подходящие слова, что было совсем нелегко, особенно с учетом того, что на нее смотрели так, словно каждая секунда, которую она у него отнимала, была новой провокацией.

— Ты сегодня уже заглядывал в газету?

— Ах, так ты из-за этого здесь. Хочешь передо мной извиниться?

— Я? Почему?

— Ну, потому что я оказался во всем прав.

— Это всего лишь подозрения. Еще ничего не доказано. А даже если и так, то…

— Ах, оставь и скажи, что ты от меня хочешь?

— Ты знаешь, что доктор Андрош исчез?

— Читал. Ну и что?

— Ты его… Я имею в виду, ты с ним еще раз?..

Он посмотрел на нее с нескрываемым удивлением.

— Ты являешься сюда, чтобы спросить меня об этом?

Презрительно фыркнув, он прошел мимо нее, переложил пакет с продуктами в левую руку, а правой принялся рыться в кармане брюк в поисках ключа.

Джой подошла к нему и схватила его за руку.

— Ты имеешь какое-то отношение к исчезновению Андроша, Бруно? Ты должен мне это сказать.

Он удостоил ее лишь короткого косого взгляда.

— Я никому ничего не должен. А ты была бы последней, кому бы я что-либо рассказал! — Он вставил ключ в замочную скважину, но не стал отпирать дверь. — Что ты теперь сделаешь? Натравишь на меня легавых?

— Нет, если ты поклянешься мне, что ничего плохого не сделал! — воскликнула она в отчаянии.

— Поклясться! Теперь я должен еще и поклясться. — Бруно повернул голову и презрительно посмотрел на нее. — Тогда поступай как знаешь.

Сказав это, он открыл дверь и вошел в подъезд.

Джой осталась стоять одна на улице.

Какой же он идиот, подумала она.

Охваченная волнением, Джой переминалась с ноги на ногу перед входом в Управление полиции Мюнхена. Вполне возможно, что сейчас она выставит себя на всеобщее посмешище. Но что, если Бруно оставил где-нибудь Андроша избитого до полусмерти и тот скончается, так как его вовремя не нашли? Такое же вполне возможно! И тогда его смерть отчасти будет и на ее совести.

Она решительно направилась к входу в Управление полиции. За тяжелой дверью сидел вахтер, который приветствовал ее кивком головы.

— Я хотела бы попасть на прием к Илоне Шмидт, — сказала Джой.

— Она знает, что вы придете?

— Нет.

— Я позвоню ей. Ваше имя, фамилия?

— Джой Леннерт. Я подруга сына фрау Шмидт.

— Так вы по личному делу?

— Нет. Речь идет о докторе Андроше. О том, который пропал.

Телефонный разговор продолжался совсем недолго. Вахтер подозвал к себе молоденького полицейского в форме, который только что вошел, и попросил его проводить Джой к кабинету Сашиной матери. Она молча прошла вместе с полицейским к лифту, и они начали подниматься на третий этаж. Джой никак не могла оторвать взгляд от его оружия, в конце концов она показала на его пистолет и спросила:

— Вы уже стреляли из него?

— Нет, только в тире. К счастью.

Лифт остановился, двери открылись. Полицейский провел Джой к кабинету в самом конце длинного коридора. Дверь кабинета была открыта. Тем не менее он постучал и крикнул внутрь:

— Фрау Шмидт, к вам посетитель!

Мать Саши оторвала взгляд от монитора своего компьютера и показала на стул перед письменным столом.

— Садись.

Пока Джой усаживалась, полицейский закрыл за ней дверь.

— У меня не очень много времени. Итак, что у тебя? — спросила мать Саши.

Джой откашлялась, прежде чем начала говорить:

— Речь идет о докторе Андроше. Я не знаю, важно ли это, но…

Она подробно рассказала о записях в дневнике Алины, о выводах, которые сделал из этого Бруно, о нападении на Андроша и о внезапном появлении его сына.

— Я присутствовала при этом только для того, чтобы удержать Бруно от еще больших глупостей, — заверила она. — Мы поругались с ним из-за этого. И вот теперь я задаюсь вопросом, не подкараулил ли Бруно доктора Андроша еще раз.

— Понимаю. — Фрау Шмидт сняла трубку телефона и нажала на одну из клавиш. — Ты случайно не знаешь, где мы сможем его застать?

— Дома. То есть не у его родителей, а на съемной квартире. Шеллингштрассе, 117.

Фрау Шмидт попросила по телефону своего коллегу съездить по указанному адресу и допросить Бруно. Затем она положила трубку телефона на место.

— А нет ли еще чего-то, о чем я должна знать?

Неожиданно Джой почувствовала себя неуютно под ее пристальным взглядом.

— Не понимаю, что вы имеете в виду.

— Я говорю о вторжении в квартиру Мирко Энгельхарта. Саша принимал в этом участие, я узнала это от него самого. Но он был не один.

— Я не имею к этому никакого отношения.

— Значит, он был там не с тобой. И ты ничего не знаешь?

— Действительно ничего. Я клянусь.

— Лучше не клянись. — Фрау Шмидт наклонилась вперед. — Ты можешь спокойно рассказать мне все, что знаешь, это останется между нами. Я же не поставлю своего собственного сына под удар. Это я сама улажу, так сказать, конфиденциально. Но я хотела бы знать, кто подбивает его на подобные выходки.

Джой задумалась. Очевидно, она ничего не знала о Марайке, в противном случае она бы прямо спросила о ней. Если уж Саша умолчал о ней, то наверняка у него были на это свои причины. И хотя ей самой совершенно не нравились эти странные отношения между Сашей и Марайке, она, разумеется, не станет доносить на него.

Она пожала плечами и встала.

— Мне уже пора уходить. — В двери она обернулась. — Я была бы рада, если бы вы не рассказывали Саше, что я была здесь. Я хочу сама рассказать ему об этом.

— Смотрите же, куда идете!

От неожиданности Джой вздрогнула. Она так глубоко погрузилась в свои мысли, что заметила мужчину, выходившего из дома, только тогда, когда налетела на него.

— Сорри, — сказала она и продолжила свой путь.

— Ох уж эта молодежь, — проворчал мужчина у нее за спиной, — постоянно оставляют голову где-то в другом месте, а потом еще и извиниться как положено не соизволят. Эй, юная дама, я с тобой разговариваю.

А я с тобой нет, подумала Джой.

Подходя к своему дому, она увидела, как перед входом остановилось такси. Из него вышла девушка. Короткие взъерошенные волосы, характерные черты лица. Она подошла к входной двери и уже собиралась позвонить.

— Подожди, — крикнула Джой и подошла к ней, — у меня есть ключ!

Когда они оказались непосредственно друг перед другом, Джой окинула девушку быстрым взглядом. Она была сильно накрашена и одета в дорогие шмотки. В свою очередь незнакомка тоже посмотрела на нее, оценивающе, как показалось Джой, потом коротко кивнула, но ничего не сказала. Только когда они оказались на лестничной клетке, незнакомка спросила:

— Ты, случайно, не знаешь, на каком этаже живет Саша Шмидт?

— Ты идешь к Саше?

— Э… Да. Ты что-то имеешь против?

— Нет, совсем нет. Пойдем со мной, я живу в соседней квартире.

Незнакомка немного помедлила, а потом сказала:

— Ах, так это ты.

— Что я?

— Ничего.

О’кей, подумала Джой, я понятия не имею, кто ты такая и что тебе здесь надо, но одно я знаю точно: ты мне не нравишься!

Конечно, это было не совсем так. Она прекрасно знала, кто была эта странная девушка: пресловутая Марайке.

— Вероятно, Саша еще спит, он совершенно вымотался и прилег.

— Оказывается, ты у нас все знаешь. Саша ждет меня.

Как же она задается! Просто не верится, что Саше могла понравиться такая фифа. При этом она не была даже симпатичной, весь ее макияж не мог скрыть суровость ее лица, в котором не было ничего девичьего. Зато у нее на лбу было написано большими буквами одно слово: стерва. Правда, только для тех людей, которые хотели это увидеть, а Саша, по всей видимости, не относился к их числу.

Они молча поднимались вверх по лестнице, шагая бок о бок. Когда они добрались до четвертого этажа, Джой сказала:

— Вон там живет Саша, а я живу здесь.

Она подошла к своей двери и вытащила из кармана ключ. Уже почти войдя в свою квартиру, она обернулась и, чтобы устранить последние сомнения, спросила:

— Ведь ты Марайке, да?

Другая девушка тоже обернулась, удивленно подняла брови над своими бесцветными глазами и сказала:

— Да, Джой, я Марайке.

Только закрыв за собой дверь, Джой заметила, как сильно билось ее сердце. Да, Джой, я Марайке, все еще отдавалось эхом у нее в ушах.

Это прозвучало как: убирайся из Сашиной жизни!

Это ты убирайся, подумала Джой.