Советская политика в отношении Кипра строилась на использовании антиколониального и антиимпериалистического дискурса. В официальных заявлениях и публикациях Кипр представлялся как пример государства, пытающегося освободиться от наследия западного доминирования. Поддержка, оказываемая Никосии, усиливала позиции СССР в ООН и среди стран Движения неприсоединения, но носила в значительной степени символический характер.⁴

При этом архивные материалы и позднейшие исследования показывают, что Москва не рассматривала Кипр как приоритетного стратегического партнёра. Советское руководство избегало шагов, которые могли бы привести к прямому столкновению с НАТО в регионе. В результате поддержка Макариоса имела чёткие пределы и не сопровождалась реальными гарантиями безопасности.⁵

Для кипрского руководства это означало необходимость осторожного маневрирования. Апелляция к советской поддержке усиливала позиции на международной арене, но не могла служить основой для долгосрочной стратегии безопасности. Этот разрыв между риторической поддержкой и практическими возможностями стал одной из ключевых уязвимостей внешней политики Кипра.⁶