Для Греции и Турции политика неприсоединения Кипра имела амбивалентное значение. Афины воспринимали её как средство ослабления давления гарантов, но опасались утраты влияния. Анкара, напротив, рассматривала международную активность Макариоса как потенциальную угрозу балансу и дополнительный фактор неопределённости. Эти расхождения усиливали напряжённость и осложняли региональный диалог.⁷