В тот вечер за ужином Оливия была немногословна, родители это заметили.

– У тебя всё в порядке, Оливия? – спросила её мать.

Кончиком вилки девочка отодвинула несколько ломтиков цуккини на край тарелки. Она так и не смогла полюбить эту зелёную еду, с тех пор как была маленькой. Это несъедобный цвет, уверяла она.

– У меня всё хорошо, – рассеянно ответила Оливия.

– Ты не лукавишь? Какие-то неприятности в школе? – попытался выяснить Антуан.

– Никаких неприятностей… Просто я…

Она сделала глубокий вдох и выпалила:

– Папа, ты действительно доверяешь господину Хелвису?

– Что за вопрос! Конечно, доверяю! А почему ты меня об этом спрашиваешь? Тебя так огорчили дырки в стенах? Надеюсь, ты больше не поднималась наверх?

Оливия покачала головой:

– Нет, но я все время думаю, нормально ли это.

И хоть теперь она была уверена, что с помощью своих друзей ей удастся вывести мошенников, выдающих себя за рабочих, на чистую воду, ей также было хорошо известно, как рискуют монстры, добровольно показываясь людям. Если она не хочет подвергать их опасности, ей нужно сделать последнюю попытку убедить родителей выгнать господина Хелвиса и его банду.

Антуан вздохнул и нежно потрепал дочь по волосам:

– Я ценю твою заботу об отеле, но уверяю тебя, не стоит так беспокоиться. Иногда, чтобы что-то построить, нужно что-то разрушить. Вот увидишь, как только они со всем этим закончат, всё наладится. Ты мне веришь?

Оливия ласково улыбнулась отцу:

– Конечно, я тебе верю. А господину Хелвису я не доверяю.

Изабель укоризненно поджала губы:

– Не понимаю, почему ты так невзлюбила этого бедолагу, Оливия. Не очень-то хорошо так судить о людях.

На этот раз Оливия не ответила. Она снова поковыряла вилкой цуккини, а затем спросила:

– Можно мне выйти из-за стола? Я себя не очень хорошо чувствую.

– У тебя температура? – встревожилась Изабель и протянула руку ко лбу дочери.

– Просто я устала, хочу пораньше лечь спать.

Однако, прежде чем вернуться в свою комнату, ей пришлось много раз повторить матери, что она не простудилась и у неё не болят ни голова, ни живот.

Почистив зубы и собрав школьный рюкзак, Оливия зарылась под толстое одеяло. На самом деле ей совсем не хотелось спать, ей не давали покоя мысли о встрече со злодеями. А что, если это плохая затея? Кажется, в тёмной комнате её мысли стали совсем мрачными. Пока она не услышала: тук, тук, тук, тук.

– Йим? – спросила она в темноте.

Рядом с ней на кровати лежало что-то круглое.

– Да, это я, – раздался голос её подруги. – Можно мне забраться к тебе под одеяло? Тут так холодно!

– Конечно!

Оливия скорее почувствовала, чем увидела, как малюсенькое существо скользнуло под тёплое одеяло и положило голову (точнее, верхнюю половину арахиса) на подушку.

Подруги немного помолчали, а потом Оливия спросила:

– Тебе не страшно?

– Чего мне страшиться? – сонным голосом отозвался маленький монстр.

– Я втягиваю тебя во что-то очень опасное. Твои родители не против нашей затеи? А родители твоих друзей? Что, если тебя поймают? А вдруг твой мир обнаружат такие же нечестные люди, как эти мнимые работники?

Своей крошечной ручкой Йим зажала рот Оливии, чтобы остановить нескончаемый поток вопросов.

– Ой-ля-ля! Ты задаёшь столько вопросов!

– Мне и правда очень тревожно на душе, – смущённо сказала Оливия.

Йим молчала. Оливия слышала только её ровное, тихое дыхание рядом с собой.

Наконец маленький монстр ответил подруге:

– Знаешь, иногда в жизни приходится рисковать, чтобы спасти то, что любишь. Ты любишь своих родителей и не хочешь, чтобы они попали в беду из-за этих охотников за сокровищами. Я люблю свой мир, свою маленькую квартирку и своих друзей. Если бы всего этого не стало, если бы мошенники уничтожили всё, что мне дорого, а я бы даже не попыталась им помешать, в этом была бы и моя вина.

Оливия задумалась над тем, что сказала Йим. Поразительно, ведь она чувствовала то же самое, вот только не знала, как объяснить это словами. Маленькое розовое существо, этот милый нежной арахис сумел выразить всё, что её мучило, проявив удивительную прозорливость.

– Ты права, – пробормотала Оливия. Ей вдруг стало спокойнее на душе. – Ты останешься со мной? – спросила она, понимая, что сон наконец-то одолевает её.

– Да, – ответил Йим. – Я спросила разрешения у мамы.

Оливия почувствовала, как маленький монстр пошевелился, пытаясь найти удобное положение, и вскоре уснул.

На следующий день, придя в школу, девочка первым делом решила отыскать Лукаса. Она нашла его на игровой площадке, он весело что-то рассказывал Артуру и Камилле.

– Лукас! – окликнула она друга.

Мальчик повернул к ней своё круглое лицо. Улыбка, казалось, никогда не сходила с этого лица. Особенно приятно было её увидеть в 8.20 утра под холодным, серым зимним небом.

– Ты сын мэра Монстрё и, наверное, хорошо знаешь историю нашего города.

– Хмм, немного… А почему ты спрашиваешь?

Оливия неспешно подбирала слова, прежде чем задать вопрос:

– Ты что-нибудь слышал о сокровище, спрятанном где-то в старом отеле?

Лукас обменялся взглядом с друзьями, и его улыбка стала ещё шире.

– Конечно! Кто не слышал эту легенду!

– Вот как! – удивилась Оливия. Почему же никто не сказал ей об этом раньше? Она могла бы заранее предупредить родителей!

– Вообще-то никто тут в это не верит, понимаешь?

Камилла кивнула в знак согласия:

– Легенда о сокровище возникла в стародавние времена. Мы не знаем точно, кто построил этот особняк, но говорят, что первыми его владельцами были очень богатые люди.

– Вначале это был не отель, а замок, где устраивались приёмы и балы, – уточнил Лукас. – Говорят, сюда на торжества съезжалась знать со всех уголков страны.

– Трудно в это поверить, – пробормотала Оливия, вспомнив, в каком состоянии были комнаты.

Лукас тихонько рассмеялся:

– И всё-таки это правда! Дальнейшая история особняка до конца неясна. Владельцы по семейным обстоятельствам вынуждены были его покинуть. Ходят слухи, что большую часть своего богатства они спрятали в шкатулке где-то в здании. Вероятно, хотели сохранить его до возвращения. Только больше их здесь никто не видел. Особняк продали и превратили в отель. Его много раз перестраивали, из больших залов сделали номера для размещения гостей. Но сколько бы в отеле ни проводилось ремонтов, никаких сокровищ так и не было обнаружено. Вот почему это легенда. Если бы там где-то была спрятана шкатулка с драгоценностями, её бы давно отыскали.

– Ух ты! Ты и правда хорошо знаешь историю здешних мест! – восхищённо воскликнула Оливия.

Подробный рассказ Лукаса ответил на все её вопросы.

Щёки мальчика слегка покраснели, и он небрежно пожал плечами:

– Видишь ли, уже не одно поколение кто-то из нашей семьи становился мэром Монстрё. Мэром был мой прадед, потом мой дед, а теперь и моя мать. Во время семейных обедов обсуждения вращаются только вокруг истории города. Мы говорим о легендах, слухах, об озере, о чудовище, которого никто никогда не видел. Моя мама мечтает даже открыть небольшой музей истории нашего городка. Она хочет собрать сведения о его первых жителях, некоторые доказательства, что в озере действительно обитает чудовище, и, конечно, рассказать об истории особняка, это же чуть ли не самый древний дом в наших краях!

– Замечательная идея! – согласилась Оливия. – Мне всё больше кажется, что Монстрё хранит ещё много тайн. Я и подумать о таком не могла, когда сюда приехала.

Но тут прозвенел звонок, и разговор пришлось прекратить. Оливия весь день размышляла о том, что сообщили ей друзья. Оказывается, все здесь были наслышаны о сокровище. Возможно, уже не раз кто-то проникал в заброшенный отель, чтобы попытаться его найти. Может быть, клад даже искали задолго до того, как в особняке решено было открыть отель.

Но теперь это уже не так важно. Теперь нужно прогнать мошенников, доказать родителям, что они и не собирались ничего ремонтировать, а пришли сюда искать шкатулку с бриллиантами.