Я пересчитала сложенные для поездки наряды уже в третий раз, стараясь не помять аккуратно упакованный чемодан. Генри не слишком распространялся о том, чем именно мы будем заниматься на острове. Он просто назвал это побегом вдвоем. Короткий отпуск, поэтому я подобрала самые лучшие комплекты одежды, достаточно универсальные для любого повода. Роскошные ужины, непринужденные посиделки, отдых у бассейна, снорклинг и прогулки на катере.

Генри почти ничего не рассказал мне о самом острове. Всё, что я знала, — по его словам, у него там неплохая недвижимость, но сам клочок суши крошечный, и обойти его целиком пешком можно чуть больше чем за час. Он также упомянул, что у него есть персонал — повара и уборщики, которые поддерживают порядок в доме, когда его нет. В свое отсутствие он сдает его в аренду разным бизнесменам со всего мира для проведения ретритов.

Я наконец захлопнула чемодан, когда зазвонил телефон. Мое сердце на секунду замерло, стоило имени Генри высветиться на экране. Вот и всё. Я глубоко вздохнула и открыла сообщение:

Жду у входа.

Дыхание застряло в горле. Я не могла поверить, что действительно отправлюсь на частный остров моего мужчины. Строго говоря, я еще не знала, могу ли называть его своим мужчиной, но это было близко к истине. Прошедшая неделя выдалась поистине невероятной: долгие ночные прогулки по городу, посиделки в углу его любимого джаз-бара, где мы прижимались друг к другу и пили джин, прекрасно осознавая, что все на нас смотрят. Кое-кто даже делал снимки. Лотта даже скинула мне ссылку на местную колонку сплетен, где упоминалась странная женщина, замеченная в компании мистера Генри Бентли. Кто же она? Я так ничего и не сказала об этом Генри, да и большую часть времени на людях он даже не упоминал о множестве взглядов, которые я то и дело ощущала на себе. Он был слишком поглощен тем тесным мирком, который мы вокруг себя создали.

Сердцебиение в груди стало какое-то некомфортное. Я сделала еще пару медленных вдохов, стянула чемодан с кровати и замерла в дверях своей квартиры.

Я должна была быть здесь. Я заслужила эту жизнь! Это было именно тем, чего я хотела, о чем просила. Пусть даже поездка обещала быть короткой, я никак не могла выкинуть из головы мысль о том, каким бешеным аттракционом стали для меня последние пару недель. Меньше двух недель назад я встретила человека, который буквально дал мне всё, о чем я всегда мечтала, и то, как он отзывался обо мне… Казалось, я вызываю у него точно такие же чувства. Лотта говорила, что он никогда раньше не привозил на остров ни одну девушку. Мы развивали отношения стремительно, но в то же время я никогда прежде не чувствовала себя настолько готовой к этому.

Я вышла через парадную дверь своего дома — из здания и района, которые выглядели слишком запущено для новенького «Ауди» и личного водителя у обочины. На нас пялились не только потому, что я находилась рядом с печально известным мистером Бентли; я сама покачивала головой, понимая, что все вокруг наверняка делают то же самое. Но даже прожив в этом городе два года, я по-прежнему оставалась слепа к сплетням. Моя новостная лента была забита вдохновляющими видео о бизнесе и маркетинге — я пыталась построить карьеру, а не следить за чужими жизнями.

Задняя дверь «Ауди» открылась, и вот он — его ярко-голубые глаза смотрели на меня снизу вверх, и я никогда еще не видела его таким непринужденным, расслабленным и счастливым. На нем была простая белая футболка и джинсовые шорты, и я невольно улыбнулась нашему почти одинаковому наряду.

Нам было суждено встретиться.

В моей голове прозвучали те самые скандальные слова, которые он сказал Лотте. Самая широкая улыбка из всех, что я видела на его лице, озарила его целиком, обнажив ослепительно белые зубы и ямочки на щеках. В одно мгновение он выпрыгнул из машины и заключил меня в объятия. Я вдохнула его запах, который теперь знала до боли отчетливо — аромат сладкого мускуса с легким намеком на зефир. Запах, который, как я уже понимала, я не забуду ни при каких обстоятельствах.

— День настал, — шепнул он мне на ухо. И внезапно, укутанная в его объятия, моя бешено колотящаяся в груди плоть обрела покой. — Давай я возьму твою сумку, — произнес он.

Он перехватил ручку чемодана и легко коснулся губами моего лба. Ну просто джентльмен. Затем он уложил чемодан в багажник, жестом пригласил меня внутрь и захлопнул дверь, пока я бросала короткое приветствие Аарону. Генри взял меня за руку, и я завороженно уставилась на наши переплетенные пальцы — его загорелая кожа против моей бледной. Они отлично смотрелись вместе, мы отлично смотрелись вместе.

— Так куда именно мы направляемся? И как мы туда попадем? — спросила я, поднимая глаза и замечая, что Генри всё это время наблюдал за мной.

Он смотрел на меня так, будто я была произведением искусства. Пару раз за первую неделю наших встреч мне уже приходилось думать об этом, но я отмахивалась от подобных мыслей, не желая заплывать слишком далеко в истории, правдивость которых еще предстояло проверить. Однако, когда Лотта как-то раз присоединилась к нам после ужина пропустить по бокалу, она прислала мне сообщение ровно с теми же догадками. Она сказала, что он смотрит на меня как на искусство. А в Генри я успела усвоить одно: он обожал искусство, боготворил его.

Широкая улыбка Генри сменилась моей любимой ухмылкой, на этот раз он слегка прикусил изнутри нижнюю губу. Мне захотелось высвободить руку, отвести взгляд. Нужно было срочно выяснить, сколько продлится эта поездка, потому что я понятия не имела, как долго смогу сдерживаться, пока он вот так меня касается. Я изо всех сил пыталась сохранить между нами некую невинность. Всё то время, что мы проводили вместе, как бы трудно это ни было, я неизменно разворачивалась и уходила домой. И хотя мы вечно прижимались друг к другу, даже малейший миллиметр расстояния между нами спасал положение. Но теперь наши пальцы были сплетены, а в предстоящие ночи мне просто некуда будет уйти.

— Я же говорил, это прямо у побережья Хэмптона, совсем недалеко. — Он подмигнул.

— Ладно… но как именно мы туда попадем? На чем ты обычно перебираешься на ту сторону?

— Мы так близко к сюрпризу, что я совсем не хочу раскрывать все карты раньше времени. Могу пообещать одно: думаю, мой любимый вид транспорта тебе понравится, по крайней мере, я на это надеюсь.

Сначала я предполагала, что у него в гавани припаркована какая-нибудь роскошная яхта, но если он утверждал, что мы почти приехали, возможно, мы уже порядком отдалились от города.

— Есть кое-что, о чем мне хотелось бы с тобой поговорить перед самым отъездом, если ты не против? — произнес он.

— Конечно, — непринужденно ответила я. В голове пронеслись варианты тем, которые он мог затронуть до того, как мы окажемся в изоляции на крошечном острове. Но держался он слишком спокойно, чтобы затевать что-то чересчур серьезное.

— Ты не думаешь, что мы слишком спешим? — спросил он, не мигая и не сводя с меня глаз, будто отслеживая малейшее движение моего тела. Всё, что могло бы выдать мои чувства прежде, чем я успею произнести хоть слово. Но я замерла, обдумывая его вопрос. Прошло всего две недели, и это Лотта просветила меня насчет того, насколько серьезным шагом был сегодняшний визит на его остров. Там никто не бывал — по крайней мере, ни одна девушка, включая ее саму. Черт. Черт. Черт.

Хотя мое тело успокоилось, мысли в голове неслись со скоростью тысяча миль в час, пытаясь угадать, что именно он вкладывал в этот вопрос. Неужели он считает, что мы торопим события? Неужели сомневается? Может, это тот самый момент, когда он хочет официально объявить меня своей, заявить о полной эксклюзивности?

Многое в наших отношениях развивалось быстрее, чем что-либо в моей жизни, но в то же время медленнее некуда. Никогда еще я не открывалась кому-то так быстро, не чувствовала себя настолько непринужденно и комфортно рядом с человеком. Я никогда прежде не вываливала столько подробностей о своем прошлом, о тех мелочах, из которых складывалась я сама, и тем не менее… у нас до сих пор не было секса. Господи, что бы я отдала за то, чтобы его язык медленно скользнул вверх по моему бедру. От этой мысли я едва не застонала, и клянусь, мои щеки вспыхнули алым, когда я заметила, как голова Генри чуть-чуть наклонилась вбок, будто он пытался прочитать мои мысли. Черт, кажется, я позволила паузе затянуться слишком надолго.

— С одной стороны да, а с другой — нет, — ответила я, но он продолжал неподвижно сидеть, ожидая продолжения, пока за окном машины мелькали городские пейзажи. — А ты что чувствуешь? Ты думаешь, мы слишком спешим? — спросила я. Генри взял мою руку в обе свои и положил себе на колени.

— Я тебе сейчас скажу, что чувствую. Просто надеялся услышать это от тебя первой, — произнес он, подаваясь ближе, и каждый раз, когда он так делал, мое тело помимо воли качнулось ему навстречу. Всего на дюйм ближе — и мы бы поцеловались.

— Всё это развивается быстрее, чем всё, с чем мне доводилось сталкиваться раньше. Но это неплохо. Совсем не чувствуется, что это плохо. Напротив, это самое естественное ощущение из всех, что у меня когда-либо возникали с кем бы то ни было, — сказала я. Уголки его губ приподнялись выше.

— Я чувствую то же самое и полностью согласен. Кажется, нам было суждено встретиться.

И вот оно — те самые слова, которые, как я знала, он уже произносил, но не адресовал лично мне.

— Я тоже так думаю, — прошептала я, чувствуя, как жар между ног поднимается вверх по позвоночнику. Я ждала, что он наклонится и поцелует меня. Но он лишь замер на мгновение.

— Отлично, я рад. Просто хотел убедиться, что ты комфортно себя чувствуешь во всей этой ситуации и мы на одной волне.

— Всё хорошо, — сказала я.

Генри подался еще ближе, и я ощутила вкус его мятного дыхания:

— О, Молли, всё намного лучше, чем просто хорошо.

Я закрыла глаза, предвкушая, как утону в нем, но в этот момент машина резко остановилась, Генри отстранился, выпустил мою руку и быстро распахнул дверь.

— Мы на месте, — бросил он, подмигнув мне и исчезая за дверью.

Я даже не успела толком разглядеть в окно, где именно это самое «место» находится, как Генри снова появился у моей стороны автомобиля. Он открыл дверь и по-джентльменски подал мне руку. Аарон вытащил из багажника оба чемодана. Генри обнял меня за талию, притягивая к себе так близко, что я всё еще не могла толком оглядеться. Из-за его плеча виднелись лишь какие-то промышленные постройки. Но мы находились на большой высоте. Неужели на крыше?

— Готова увидеть свой следующий транспорт? — спросил он, и прежде чем я успела ответить, развернул меня, открывая взгляду блестящий черный вертолет.

— О боже мой! — закричала я. Мы были на крыше или на парковке в самом центре города. И прямо перед нами стоял вертолет Генри. Я узнала его по фирменной надписи «Бентли» на хвосте. — Я вообще-то никогда в жизни не летала на вертолетах, — призналась я. Генри улыбнулся, явно гордясь тем, что подарит мне этот первый раз.

— А как у тебя с полетами? — спросил он.

— Ну, полагаю, вопрос сложный. Мне почему-то кажется, что лететь на большом самолете — совсем не то же самое, что на вертолете.

— Думаю, тебе понравится. К тому же лететь совсем недолго. Приземлимся примерно через сорок минут.

— Ого. Это быстро.

— Просто у меня лучший водитель, — заявил он. — А я не хочу терять ни минуты этого отпуска. Здесь мы всё делаем эффективно.

Аарон загрузил сумки в вертолет, заглянул в водительское кресло, запустил винт и сменил кепку водителя на белую фуражку пилота, после чего направился к нам, жестом приглашая занять места сзади.

— Ты еще и вертолетами управляешь? — удивилась я.

Он кивнул:

— Вертолеты — это вообще моя специализация, — подмигнул он. — Обещаю, полет будет очень мягким и безопасным.

Я устроилась на заднем сиденье рядом с Генри, и он помог мне надеть гарнитуру, прежде чем натянуть собственную. Он взял меня за руку, переплетая наши пальцы в небольшом промежутке между нами — точно так же, как в машине. Аарон провел короткий инструктаж по безопасности, убедившись, что ремни затянуты туго. Не успела я опомниться, как мы взмыли в воздух, и внизу расстелился мой город. По крайней мере, лучшая его часть — та самая, где я всегда чувствовала себя своей. Пусть даже пока не до конца закрепилась там. В голове пронеслись утренние слова Элизы. Как же она предвзято отнеслась к Генри, даже не познакомившись с ним. Как посчитала меня глупышкой за то, что я позволила себе влюбиться и улетела с ним. Сами слова были другими, но подтекст считывался безошигочно. Как же мне хотелось, чтобы она увидела меня сейчас, парящую высоко над Нью-Йорком, с Бруклинским мостом на заднем плане. Мне не терпелось выложить ей всё об этой поездке еще до ее начала.

— Как ощущения? — раздался в наушниках голос Генри, когда я повернулась к нему.

Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько озаренной моментом. Это превосходило даже наше первое свидание. Если это был лишь крошечный проблеск того, какова жизнь с Генри — с его открытостью, заботой и всеми прилагающимися бонусами, — то всё это выглядело как роскошная вишенка на невероятном торте, которым он и являлся. Подождать пару дней, чтобы убедиться в официальности наших отношений перед тем, как открыться ему целиком… ладно, в эту игру можно было сыграть еще немного.

— Охеренно невероятно! — прокричала я в ответ через микрофон.

Генри и Аарон рассмеялись одновременно. Аарон воспринял это как сигнал прибавить скорость, и я радостно взвизгнула. Генри обнял меня за плечи. Остаток пути он работал моим гидом, указывая на знакомые с земли здания, пока наконец вдалеке не показался его крошечный остров.

Вскоре мы начали снижение, и я впитывала каждую деталь этого клочка земли у побережья Манхэттена, о существовании которого даже не подозревала еще две недели назад. Судя по виду сверху, он находился куда дальше, чем просто «у самого побережья». Я никогда не славилась хорошим чувством времени или ориентацией в пространстве, но даже на глаз теперь понимала, почему мы не поплыли сюда на лодке. Впрочем, я вовсе не жаловалась — вид отсюда открывался потрясающий.

Я чувствовала на себе взгляд Генри, пока сама не сводила глаз с земли внизу, впитывая каждую черту того места, которое он назвал своим любимым. Остров казался сплошь покрытым зеленью, обрамленной пляжной полосой, абсолютно изолированным, без единого островка поблизости. Генри явно был баснословно богат, но, окинув взглядом эти владения с высоты птичьего полета и осознавая, что всё это принадлежит ему просто так, я подумала, что он вполне может оказаться мультимиллиардером. Я видела его машину, его здание, а теперь еще и вертолет, но земля внизу окончательно расставила всё по местам в плане его состояния.

Приближаясь к суше, я заметила большую кремовую крышу особняка, занимавшего всю переднюю часть острова, теннисный корт позади и несколько бассейнов с фасадной стороны, выходивших прямо к пляжу. Невероятно длинный пирс тянулся от берега метров на сто, и у его конца покачивалось что-то крупное — нет, не лодка, скорее суперъяхта. Ого. Слева от пирса располагалась вертолетная площадка, на которую мы как раз собирались приземлиться.

Генри убрал руку с моих плеч и помог снять гарнитуру. Шум винтов стих. Аарон помог нам выбраться, подхватив сумки, а Генри взял меня за руку и отвел подальше от кромки воды. Мы прошли сквозь идеально подстриженные зеленые кусты и вышли на вымощенную дорожку, петлявшую в обе стороны. Я одновременно испытывала любопытство и полное оцепенение. Аарон прошел мимо нас с чемоданами, углубившись по тропинке вправо.

Генри резко развернулся, встал передо мной и взял меня за руки так, будто собирался сделать предложение. О боже, нет. Нет-нет-нет. Неужели это оно? Неужели поэтому он спрашивал, не торопим ли мы события? Да нет же, конечно нет. Прошло всего две недели. С чего вдруг мои мысли понеслись в эту сторону? Неужели я сама этого хотела? Неужели я влюбилась настолько глубоко, что уже думаю о кольцах? Я встретилась с Генри взглядом, но он молчал, просто глядя на меня в ответ безмолвно.

— Что? — выдавила я, и голос слегка дрожал от шока перед открывшейся красотой этого места.

К тому же меня захлестывала тревога от происходящего. Приземлившись, я еще не видела воды голубее в своей жизни. Но он тут же отвел меня от берега, и теперь прямо передо мной, сияя не хуже океана, зеленели те самые густые заросли, которые я разглядывала с небес. Остров выглядел точь-в-точь как мини-Гавайи — место, куда я всегда мечтала попасть. Но пробелы в моих путешествиях больше не волновали меня теперь, когда я оказалась на этом прекрасном острове.

Улыбка не сходила с лица Генри, он по-прежнему молчал, выпуская мою правую руку. Он поднял левую руку и щелкнул пальцами.

Я от неожиданности отшатнулась назад, пораженная появлением женщины, вынырнувшей из-за поворота дорожки справа. У нее были длинные каштановые волосы, стянутые в тугой хвост. На ней был белый шелковый костюм, который вполне сошел бы за пижаму. Она шла к нам, держа в руках огромный букет красных роз — точно такого же размера, как на нашем первом свидании. Я выдернула руку из ладони Генри и прикрыла ладонью отвисшую челюсть. Мне не хотелось, чтобы он видел, как я хватаю ртом воздух. Если я собиралась сделать это своей новой нормой, то и вести себя должна была нормально. Но внутри меня всё клокотало: тело охватил шок и жар, пока я гадала, что за чертову сцену здесь разыгрывают, и наконец женщина остановилась справа от меня. Генри вытащил из букета длинную розу на толстом стебле.

— Молли? — произнес он.

— Да? — выдавила я, и голос прозвучал жалобно, как у маленькой собачки. Я не была уверена, не расплачусь ли сейчас от нахлынувших эмоций.

Генри выпрямился, аккуратно удерживая стебель розы обеими руками перед собой.

— Я надеюсь подарить тебе еще одну розу после этой поездки. Может быть, розу, которая сделает нас чуточку ближе, придаст нам официальный статус. Конечно, я не хочу подгонять события. И не хочу, чтобы ты чувствовала какое-то давление. Я просто хочу, чтобы следующие четыре дня были полностью посвящены тебе: отдых, отпуск, наслаждение этим местом и та самая передышка, которую ты заслужила, даже если поездка получилась короткой… и надеюсь, за это время мы успеем провести по-настоящему классные совместные часы. И я смогу показать тебе настоящего себя…

— То есть я еще не познакомилась с настоящим Генри Бентли? — нахмурилась я, шутливо потянувшись к его шее, будто собираясь сорвать маску.

Генри рассмеялся, и я так любила этот смех, особенно понимая, что его причиной была я.

— Нет, я не это имел в виду. Я просто хотел сказать — без рабочих отвлечений, городской суеты и сотен любопытных глаз.

Я кивнула. Он впервые заговорил о них вслух. Начинало казаться, что он просто невосприимчив к чужим взглядам.

— Просто побольше уединения, интима, чтобы я мог показать тебе то, что люблю больше всего, — добавил он.

Я подавилась собственным дыханием, закашлявшись сразу после слова «интима». О боже, всё это окажется сложнее, чем я думала. Но роза уже ждала меня прямо перед глазами. Вот он, мой пропуск ко всему, чего я, как прекрасно понимала, отчаянно жаждала. Можно было просто забрать ее из его рук. Сказать «да» и позволить ему подхватить меня на руки и унести прямиком в его любимую спальню в этом роскошном особняке. Я подалась вперед на дюйм, прежде чем встряхнуть головой, отгоняя дурные мысли. Нет-нет, я не могла взять ее прямо сейчас.

— Звучит идеально, — произнесла я. — А теперь пошли устраивать себе потрясающий долгий уик-энд.