Первое что видим, подъезжая к воротам – мою маму с чемоданом.

– Олег, ты иди к Олесе, я разберусь, – делаю глубокий вдох.

– Хорошо, – улыбается Олег. – Мы – команда. Чмокает меня в губы.

Именно это я чувствую. Мы вместе, а значит, мне ничего не страшно. Я со всем справлюсь.

Вылезаю из машины. Иду маме навстречу.

– Машенька! Ты приехала! Я уже не знала, что делать! – сразу начинает причитать.

– Аристарх Иванович выгнал тебя из дома? Что ты натворила?

– Почему ты сразу на меня все вешаешь?! – восклицает обиженно. Нет, ты ошиблась, ничего подобного! Я сама ушла! У меня есть гордость! Эта ужасная женщина! Камилла, тьфу ты, ну что за имечко! Она такая высокомерная! Неприятная! Смотрит на меня как на прислугу. Наговорила столько гадостей…

– Когда только успела, – бормочу себе под нос.

– Ты должна быть на моей стороне! Маш, я думала ты уехала, ушла от Дубровского. Очень перепугалась, – признается, понизив голос.

– Все в порядке. Ничего подобного. Нам просто надо было побыть наедине.

– Ну слава Богу! Как я рада, что все хорошо! – радуется как ребенок.

– Я тебе тогда сейчас такси вызову. И найду гостиницу, раз так вышло.

– С чего бы это? – удивленно спрашивает мама.

Я отвечаю не менее растерянным взглядом.

– Мам, ты сама решила уйти отсюда, потому что тебе некомфортно. Я полностью с тобой согласна, это хорошая идея. Найдем гостиницу неподалеку, сейчас открою сайт…

– Ты выгоняешь собственную мать?! – вопрошает обиженно.

– Я выгоняю?! Мам, прошу, давай не будем играть в игры! Мне сейчас совершенно не до этого.

– Конечно, тебе не до этого! У тебя любовь-морковь, все дела, к свадьбе готовишься, а мать родную за порог, да?

– Мне хоть и неловко, но напоминаю тебе, если вдруг запамятовала, что это ты сейчас неслась мне навстречу с чемоданом. Меня в доме даже не было, как я тебя могла выгнать?

– Раз ты вернулась, и у вас с Дубровским всё хорошо, то и я вернусь.

– Но тебя же раздражает Камилла…

– Ты поставишь ее на место! Пусть не вякает теперь! Ты – главная женщина в жизни Дубровского, а не она. Я так рада, дорогая! Ты у меня такая умничка, а вот Лана – безумно разочаровала меня. Представляешь, увлеклась каким-то мужиком. Уверяет, что богатый, и что не нужен ей на фиг Дубровский. Так что, можешь выдохнуть. Сестра тебе больше не соперница.

– Спасибо большое, такое облегчение, – замечаю язвительно. И сама про себя отмечаю, что общение с родственниками действует на меня плохо. Если честно, я обрадовалась, что мама отсюда уедет. Хочется покоя. Я уверена, и Аристарх Иванович с трудом выдерживает такое количество гостей. Теперь мама Дубровского на его голову свалилась. Но я действительно не могу выгнать свою мать. Поэтому, со вздохом забираю у неё чемодан, точнее она сама сует мне его в руки, и несётся обратно к дому на всех парах, а я семеню следом, чувствуя себя размазней.

На крыльцо выскакивает Олеся, бросается мне на шею.

– Маша, привет! Я вчера так расстроилась, что ты уехала! И папа очень расстроился! Хорошо, что он нашел тебя и привез обратно!

– Доброе утро, дорогая. Все хорошо. Мне просто нужно было проветриться.

– Я познакомилась еще с одной бабушкой, – шепотом говорит Олеся мне на ухо. – И знаешь, кажется, мне уже самой хочется на сеанс к психологу. Ольга Васильевна очень грамотная, добрая. Мне нравится с ней болтать!

– Дорогая, это замечательно. Мы сейчас поедем на завтрак, куда-нибудь в город, а потом обязательно к ней заглянем, хорошо?

– Да, папа также сказал. Он пошел переодеться в свою комнату, и еще хотел поговорить с дедушкой.

– Ты не голодная?

– Я утром ела кашу, но больше ничего не лезло, так что как раз к тому моменту, когда доедем до кафе, я проголодаюсь, – деловито сообщает малышка. Невольно улыбаюсь. Какая же она милая. И как на Олега похожа. Теперь начинаю подмечать их общие черты. Меня это безумно трогает.

– Отлично, тогда я тоже пойду переоденусь.

Оставляю чемодан внизу, пусть мама сама дальше с ним управляется. Я уверена, она справится. А мне снова хочется поскорее отсюда уехать, но на лестнице стоит царственного вида брюнетка, изучая меня внимательным критическим взглядом.

– Здравствуйте. Вы Камилла, да? Мама Олега? Простите, отчество я не знаю, – произношу приветливо, но в душе готова к любому повороту. Что нахамит, обматерит, да что угодно. И кажется, я настолько стала закаленной последними событиями, что меня уже ничего не пугает.

– Здравствуй, Мария, – отвечает женщина вполне дружелюбно. – Вот мы и встретились. Никакого отчества, пожалуйста, я это не терплю. Значит, это ты невеста моего сына? Ну что ж, рада познакомиться.

– И я рада. Очень приятно.

– Не обижай мне Машу, слышишь, Милка? – за спиной матери Дубровского появляется Аристарх Иванович. Она резко оборачивается.

– Что вы такое говорите! С чего бы я стала кого-то обижать!

– Да вы тут вчера со второй мамашкой скандал устроили, как дети малые, ей богу, – отмахивается дед. – Пропусти девушку, ее жених дожидается с нетерпением.

– Извините, – бормочу смущенно.

Камилла отходит, я взлетаю по ступенькам. Подхожу к Аристарху Ивановичу, обнимаю его.

– Доброе утро! Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, дочка. Гораздо лучше, после того как две фурии отсюда свалили. Твоя мама тоже вроде как чемодан собрала, но вижу, ненадолго ее хватило.

– Извините пожалуйста, мне так неловко.

– Тебе не за что извиняться. Ладно, иди, тебя правда Олег дожидается. Сказал, что у вас планы. Отправляйтесь куда-нибудь, развейтесь. А уж фурий и сегодня на себя возьму.

– Аристарх Иванович, я вас вообще-то слышу! – обиженно вмешивается Камилла.

***

– Твоя мама очень красивая, – говорю Дубровскому, когда устраиваемся за столиком в кафе.

– Это точно.

– Да, бабуля очень интересная! Была раньше балериной! Обещала мне рассказать об этом, и показать фотографии. Ой, только она просила не называть ее бабулей, – щебечет Олеся.

– Хорошо, что вы общаетесь, – улыбаюсь.

– Мне уже почти совсем не грустно, – задумчиво произносит девочка, и у меня сжимается сердце. Понятно, что она говорит о родной матери, которая так и не дает о себе знать. Дубровский мрачнеет.

Мы провели вместе чудесный день, не спеша позавтракали в красивом кафе, на зимней веранде, среди живых цветов и растений, словно в лето окунулись! Потом отправились на прогулку. Снова оказались возле катка, и от воспоминаний у меня начало щипать глаза. Кажется, это было вечность назад. Я тогда была фиктивной невестой… Олег и Олеся не знали, что родные друг другу. От эмоций перехватывает горло.

Этот день полон невероятных, волнительных ощущений. Мы даже прокатились на колесе обозрения. Легкость, свобода, и чувство, что впереди у нас – вечность.

Потом поехали к Ольге Васильевне. После сеанса я оставила Олесю с отцом, и сама зашла на пару минут к специалисту.

Мне нужен был совет. Как сообщить девочке, что скоро в ее жизни появится еще один ребенок?

– Не тяните. Скажите прямо. Ей скорее всего понадобится время, чтобы смириться.

Так мы и сделали. На следующий день Олег забронировал столик в семейном ресторане. Заказал много вкусностей. Мы прекрасно проводили время.

Олег расспрашивал меня о работе в совете учредителей фонда, помогающего детскому дому. Я увлеченно рассказывала. Мне нравилось это занятие все больше. Я чувствовала, что приношу пользу обществу. Занимаюсь очень нужным делом.

– Я очень горжусь тобой, дорогая, – проникновенно говорит Олег. – Если тебе нужна моя помощь, например, присутствие на этом вечере, то я с удовольствием.

– Правда?

– Да, конечно. Почему нет. И Олеся пойдёт с нами, правда? – обращается к дочери.

– Конечно, хотя мне не купили такое красивое платье, как Маше, – не раздумывая отвечает Леська.

– Но есть ещё два дня. Купим, – улыбается Дубровский.

– Если честно, я боялась тебя даже спросить об этом, – признаюсь смущенно.

– Почему? Что за глупости, Маш?

– Ну, я не хотела пользоваться своим, так сказать, положением.

– Безумие какое-то. Ну ты даешь! Ты можешь пользоваться мной как угодно, слышишь?

Я слышу. Краснею. Меня переполняет эйфория. Даже ничего сказать не могу, но меня выручает Леська.

– Это так замечательно, что Маша будет помогать моим друзьям! – восклицает радостно. – Надеюсь, они тоже найдут своих родных. А у меня у меня их теперь так много, что голова идет кругом!

– Хм, даже так? – приподнимаю брови. Леся так забавно закончила фразу.

– Так твоя мама любит говорить, голова кругом, – ничуть не смущается девочка.

– Знаю, знаю, – посмеиваюсь.

– Мне очень все нравится, честно! И мои бабушки, они такие интересные! Даже когда ругаются, это забавно наблюдать!

– Хорошо, главное, чтобы ты не расстраивалась.

– Дорогая, у нас есть для тебя ещё одна новость, – голос Олега звучит напряженно. И я понимаю, что он выбрал момент…

– Ещё какой-то родственник, о котором я не знаю? – хихикает Леська.

– Ты же знаешь, что мы с Машей решили стать мужем и женой? – Олег тщательно подбирает слова.

– У вас будет ребёнок, да? Уже? Я рада! Я всегда хотела братика или сестрёнку!

Конечно, не могу сдержаться, слезы хлещут из глаз. Я стала слишком эмоциональной. Гормоны, понятное дело. Готова от чего угодно расплакаться. А тут такой момент. Отец крепко обнимает дочку. Как же сильно я люблю их обоих…

Вот так гора упала с наших плеч. Олеся приняла новость спокойно, позитивно.

– Ты очень умная девочка, знаешь? Я невероятно тобой горжусь, – говорит Олег.

– Почему тогда Маша плачет? Я что-то не то сказала?

– Ну что ты, Олесенька. Я просто очень тебя люблю, – смотрю сквозь пелену на самых родных, таких любимых.

– И ещё одна новость, для моих любимых девочек. Я купил путёвку. Мы едем погреться на солнышке. Две недели на Мальдивах, как думаете, мы заслужили?

– Мальдивы? – переспрашиваю шокировано.

– Плавать очень полезно. Опять же, солнце, витамина Д поднаберемся.

– Ура! Мы едем в отпуск! – кричит Олеся. – Мне вообще все равно куда! А где это, кстати, пап?