Предзакатное небо окрасилось в какой-то невероятно багровый цвет, к горизонту переходящий в тёмный полутон. Совсем как в тот странном Межмирье, где мы впервые оказались все вместе. Там, на реке, когда мгла чуть раздвинулась, мы увидели именно такое — багрово-тёмное небо. И жуткие нереальные скалы, будто свисающие с неба. И чёрная река со странной, слишком вязкой для обычной жидкости водой. Мы гребли по это реке, посматривая по сторонам, и даже Торвус, орущий свои куплеты, притих. Лишь сопел, да поглаживал рукоять своего оружия, насуплено посматривая на прибрежные валуны. Ровно до того момента, пока мы не увидели огромный водопад. Но самым необычным оказалось то, что вода, если эта субстанция была водой, низвергалась не вниз, а вверх. И тогда, напуганный мощью и волшебством, Торвус заорал клич варваров. Лет Алис упёрся ногами в дно лодки и пытался её развернуть. Мы с Баблером судорожно загребали густую чёрную жидкость вёслами, пытаясь остановить всё ускоряющийся бег челнока. И лишь Найтон с откровенным любопытством смотрел на бьющий вверх водопад. И чему-то странно и загадочно улыбался.

А потом нашу лодку швырнуло, вроде как вверх, но было полное ощущение того, что мы падаем вниз, хотя летела наша компания прямо в багрово-тёмное, жуткое небо с висящими то там, то здесь скалами. И я ухватился обеими руками за весло, хотел было закрыть глаза, но от страха не смог сделать даже этого, и смотрел с ужасом, как приближается пунцовый купол. До того самого момента, пока мы не рухнули в него. И мир вокруг взорвался ярко-алым, а мы вывалились из лодки на жемчужно-красный песок. И тут же вскочили, выхватив оружие и затравленно озираясь. А навстречу нам шли какие-то странные полупрозрачные шарообразные существа с десятками длинных белесых щупалец. И существа эти, хотя не было у них рта, шипели чем-то и как-то:

— Вам-м-м-м с-с-сзде-е-ес-с-с-сь не мес-с-с-сто!

— А вам здесь место, яйцеобразные? — взревел Торвус. И крутанул кистью тяжеленный меч, который обычный человек хорошо, если двумя руками смог бы поднять. Варвар шагнул было навстречу яйцеобразным, но тут заговорил Найтон.

— Стоять! — сказал он тихо, спокойно. Но Торвусу этого хватило. Он резко остановился и даже замер. А Найтон продолжил: — Посмотри, какие длинные щупальца! А если они отравлены? Пока дотянешься до туловищ — тебя располосуют на сотни кусочков!

Торвус сделал шаг назад, внимательно осматривая два десятка копошащихся чудищ, медленно идущих к нам на тонких многосуставчатых ножках, и спросил уже не так воинственно:

— И что нам делать?

Найтон обвёл взглядом берег и скомандовал:

— Хватайте камни! Попробуем бить их издалека камнями. Если не получится, то пусть Лет рубит щупальца своим серпом…

— Это фалькс, — тут же возразил Лет Алис. На что Найтон кивнул спокойно и сказал:

— Тогда руби фальксом, не давая дотянуться до нас. Сможешь?

Взявшийся командовать Найтон дождался согласия Лета и проговорил:

— А мы будем бить мечами! За дело!

Мечи и серп, прозванный фальксом, не понадобились. Тяжёлые остроугольные камни разбивали овальные, будто эфемерные тела чудищ легко. И те падали, выплёскивая из себя полупрозрачную жидкость. И с каждым упавшим шёпот становился всё тише. Но, несмотря на то, что чудища подвергались форменному избиению — ни один из них не отступил, не убежал, не повернул. Они шли и умирали от камней, продолжая шептать «Вам-м-м-м с-с-сзде-е-ес-с-с-сь не мес-с-с-сто!». До тех пор, пока последний яйцеобразный не упал, растёкшись пробитой оболочкой по красному песку. Торвус ухмыльнулся торжествующе и с уважением посмотрел на Найтона. Проговорил со смущением:

— Ты прирождённый рекс!

— Кто? — поднял бровь Баблер, но Лет тут же пояснил:

— Рекс — это вождь на языке северных варваров.

— Сам ты варвар, — сплюнул Торвус, и с презрением посмотрел на отороченный вышивкой халат Алиса. А потом спросил с вызовом: — Ты вообще, как, мальчик или не очень? У нас такие наряды даже бабы постесняются надевать!

Алис вспыхнул и отставил назад правую ногу, принимая боевую стойку. Процедил, презрительно кривя губы:

— Потому что ваши бабы страшнее мужиков! Оттого на вас и не нападает никто. Женщин побеждённого народа насиловать нужно, а ни у одного разумного на ваших самок не поднимется ничего!

Торвус покраснел мучительно и расхохотался вдруг. Да так заразительно, что даже Алис невольно улыбнулся. А варвар, отсмеявшись, сказал примирительно:

— Уел ты меня, друг! Я словами не сильно умею. А драться здесь… — Хом осмотрелся вокруг и добавил мрачно: — Не очень хочется…

— И правильно, — вновь негромко проговорил Найтон. Но так, что все мы его услышали: — Ибо после смерти здесь не будет ничего, даже посмертия!

— А как же душа? — резко охрипнув, спросил Баблер.

— Растворится в этих песках, — сказал Найтон. Посмотрел на чернеющий вдали лес и проговорил задумчиво: — Но, мне кажется, что если мы пройдём это место, то сможем вернуться в наш мир.

— Ты колдун? — уважительно спросил Найтона Торвус, а тот дёрнул плечом и ответил небрежно:

— Скорее, учёный.

Лет и Баблер хмыкнули одновременно, разглядывая огромные, перевитые мышцами руки Найтона, его мощную спину и бычью шею. Впрочем, Торвус их скепсиса не понял, потому как про учёных и не знал ничего. Но на всякий случай кивнул понятливо и спросил:

— И ты знаешь, как нам выйти?

— Только догадываюсь, — с сожалением ответил Найтон. Потом осмотрел всех и добавил весело: — Но другого выхода у нас всё равно нет, потому шагаем вперёд — и будь что будет!

Баблер оглянулся назад, но вместо реки там был небольшой круглый водоём, чуть меньше озера и чуть больше лужи. И спросил с надеждой:

— А если обратно нырнём?

— Мы уже пошли не туда, куда надо, — загадочно ответил Найтон, — Потому либо вперёд… Либо в песок.

— Тогда веди, Рекс! — решительно сказал Торвус, — Раз уж такое дело — клянусь следовать за тобой, куда поведёшь!

— Я не принимаю твою клятву, — покачал головой Найтон, — Ибо сам не понимаешь, что говоришь.

И двинулся в сторону темнеющего вдалеке леса, приминая красный песок своими сапогами. Мы переглянулись растеряно и потопали следом, не пряча оружие в ножны. И, как оказалось, правильно сделали. Потому как не прошли мы и ста шагов, как на нас вышел странный рыцарь в сияющих доспехах. А так как солнца не было — отчего его железяки сияли — даже не понять было. Если только внутри рыцаря маленького солнца не образовалось…