Констанция бросила на него недобрый взгляд, потом посмотрела на виновато изучающую свою чашку Милу и ушла из столовой.

Почему любые мысли, любые разговоры, любые события в ее жизни все равно приводили к Артуру? Она так устала от этого.

Аврелий работал в Читальном зале — писал роман. Констанция уже привыкла к тому, что ее стажер время от времени не ловил персонажей, а создавал их. Было что-то интригующее в том, чтобы наблюдать за тем, как работал писатель. Нельзя сказать, что выглядело это атмосферно или эстетично: он сидел за столом, поставив одну ногу на стул, упершись подбородком в колено, и недовольно тыкал в клавиатуру. Рядом с ним стояло три пустых бумажных стаканчика, четвертый лежал, из него вытек чай, создав небольшую лужицу на столе. Чуть отстранившись от ноутбука, в какой-то особенно глубокой задумчивости Аврелий начал играть замком кофты. Расфокусированным взглядом он глядел то ли на монитор, то ли вглубь себя, то ли в иную вселенную, которую сам же выдумал.

Констанция прошла вперед, в кабинет охотников: хотела попросить у Арины дело вне очереди, очень уж ей стало скучно. Та стояла у кофеварки в компании еще трех охотников, они громко обсуждали предстоящий корпоратив.

Уже завтра их ждал костюмированный бал. Новый год всегда праздновался в большом холле, там, где у огромной лестницы стояла гигантская елка.

Традиция наряжаться в костюмы книжных персонажей тоже была давней.

Будучи стажером, Констанция была вынуждена пропустить новогодний корпоратив из-за дурацкого задания Кинга, поэтому для нее это был первый такой масштабный праздник в Петербурге. В Москве она обычно приходила на час, не более, затем тихо покидала мероприятие. Наряд выбирала достаточно сдержанный, не сильно отличавшийся от ее повседневных рабочих платьев.

На этот раз выбор костюма стал вызовом. Главным образом, потому, что она никак не могла решить: сделать вид, что этот их Новый Год ей совершенно неинтересен, или все же сразить всех сногсшибательным нарядом. Всех — это, конечно, Артура Кинга. И немного Илью, но исключительно для того, чтобы он был чуть более сговорчивым. Никаких романтических глупостей.

— Констанция, а ты кем будешь? — спросила Кристина.

Видимо, остальные костюмы они уже обсудили вдоль и поперек.

— Кем-то в красивом платье, — отшутилась Констанция.

Впрочем, почему отшутилась?..

— Вот только не говори мне, что ты из этих, — уткнула руки в бока Рита.

Ее высокий голос звучал пронзительно и укоризненно.

— Из каких?

— Из тех, кто приходит на костюмированные вечеринки “в костюме себя”, — сказано было очень презрительно.

— Это не по правилам, — покачала головой Арина, хотя Констанция ничего еще не ответила. — Все должны прийти в костюме книжного героя, а ты не книжный герой, так что не можешь прийти в костюме себя.

Чтобы отвлечь их от мыслей о ее наряде, Констанция спросила:

— А вы кем будете?

И услышала подробный отчет о каждой детали каждого костюма, включая костюмы тех коллег, кто не участвовал в беседе и вообще отсутствовал в Библиотеке.

Ее спас телефонный звонок. Арина взяла трубку, а потом оглядела коллег.

— Можно я?— воскликнула Констанция, торопливо подходя к столу следом.

— Непейвода поедет, — сообщила Арина по телефону, за что получила благодарную улыбку.

Подхватив Аврелия в Читальном зале, Констанция полетела в Абонемент, где забрала формуляр и ловец, и уже через десять минут они ехали по хорошо знакомому ей адресу.

— Это же эта, как ее, Маруся? Книжный блогер, — вспомнил Аврелий, лишь кончиками пальцев касаясь руля.

— Скорее всего. Дом тот же. И это отлично, потому что у меня появились кое-какие мысли на ее счет, — кивнула Констанция и тут же спохватилась: — Надо позвонить Илье.

— Какая ты стала правильная, вот он рад-то.

За это захотелось ткнуть его в ребра, но считается, что во время движения водителей лучше не бить.

Вместо этого она набрала Илью.

— Нам нужен новобранец? — спросила она без лишних сантиментов.

— М?

— Христофоре Николаевне нужен сменщик. Есть одна девочка на примете. Создает разрыв уже в третий раз, пришлось немного рассекретиться.

Они еще не знали наверняка, кто оживил персонажа в доме Маруси — может быть, там жил еще один впечатлительный читатель. Но все же, если бы пришлось делать ставки, Констанция поставила бы на Марусю.

— Надежная?

Констанция закатила глаза. Она что, гадалка? Психиатр? Что это вообще значит — ”надежная”? Чужая душа, в конце концов, потемки, и совершенно невозможно предсказать поступки человека во всех мыслимых ситуациях.

— А вы надежный, Илья Петрович?

Он хмыкнул.

— Как точильный камень, — и после небольшой паузы добавил: — Привози.

На этот раз на домофоне Констанция набрала не случайный номер квартиры. Маруся отозвалась быстро, а на этаже ждала их у самого лифта. Не ошиблись…

Вся в розовом, с розовыми волосами и ярким румянцем на щеках, Маруся с порога начала засыпать их информацией:

— Прости, но я не смогла его остановить! Он испугался, ну, я тоже немного, он рванул к двери, начал требовать, чтобы я его выпустила. Я бы не стала, но у него такое лицо стало, думаю — убьет. Пришлось открыть. Он выскочил, я за ним! Он на лестницу. Я уже не побежала, потому что, ну а что я сделаю? Поняла, что лучше дождусь тебя. Стояла на балконе, смотрела, куда он побежит. Изначальный маршрут смогу нарисовать. Но потом его уже стало не видно из-за соседнего дома, а я замерзла. Одеться-то не успела.

Констанция положила руки на плечи Маруси и уверенно сказала:

— Успокойся.

Та выдохнула, вдохнула, еще раз выдохнула.

— Я просто волновалась, что вы будете долго ехать. Надо же за ним теперь бежать.

Такой читатель — конечно, подарок, но сначала нужно было уйти из общего коридора. Они вошли в квартиру, где Констанция спросила:

— А теперь скажи, кого ты оживила и как он выглядел?

— Дориана Грея. Красавчик, анрил. Волосы такие… средние по цвету, чуть отросшие, волнистые. Немного похож на Бена Барнса, знаешь, из экранизации, которая вышла пару лет назад или около того. Но светлее. По книжке он вообще блондин, видимо, это все перемешалось… Одет во что-то такое винтажное, типа пальто. Ну тоже похоже как в кино.

— Какую сцену ты читала, когда он появился?

— После убийства Бэзила.

Констанция покачала головой: они имели дело с персонажем в опасном состоянии.

— Это такой эмоциональный момент! — будто бы защищаясь, пояснила Маруся. — В нем столкнулись искусство, предательство, магия… Я не хотела оживлять Дориана, но просто это было так сильно, так мощно…

Кивнув, Констанция попросила дать ей книгу, из которой сбежал персонаж. Достала из сумочки две закладки с черным скорпионом, одну вложила в томик Маруси, вторую отдала стажеру. Тот, не задавая лишних вопросов, воткнул закладку в ловец.

— Смотри, мы оставим это здесь, — Констанция помахала изданием “Портрета Дориана Грея” в твердой обложке, — не убирай закладку, она связана с нашей. Если вдруг персонаж вернется, мы об этом узнаем, потому что завибрирует наш ловец.

Маруся серьезно кивнула, будто Констанция объясняла ей правила пользования пылесосом. Ничего необычного, просто инструкция, что делать, если сбежавший из книги герой решит прийти обратно в эту квартиру…

Они обменялись телефонами, затем Маруся объяснила, куда ушел Дориан Грей. Уже в дверях Констанция спросила:

— Чем ты занимаешься? Помимо книжного блоггинга? Или это твой основной источник дохода?

Маруся вдруг рассмеялась.

— Это мой основной источник расхода. Если только издательства книжки не присылают. Тогда еще ничего. А вообще я копирайтер.

— Хотела бы работать у нас?

Глаза Маруси загорелись как два голубых огонька.

— А что… — прошептала она, — можно?

— Я тебе позвоню, — пообещала Констанция, и они с Аврелием поспешили прочь, по следам персонажа.

Дориан Грей успел уйти далеко. Насколько далеко, оценить они, увы, не смогли, так как не догнали, потеряв след в районе улицы Фучика.

— Действие романа происходит в конце девятнадцатого века, в Англии, поэтому Дориан вряд ли испугается машин. Он даже должен был слышать о метро, — заметила Констанция. — Ему не так сложно адаптироваться в нашем мире, как некоторым героям. И выглядит не слишком примечательно, если не считать, что он божественно красив.

— Да, такое сплошь и рядом, — кивнул Аврелий.

Она распознала сарказм, но не стала спорить.

— Поэтому ему легко затеряться, его сложно вычислить.

— И… — начал Аврелий после небольшой паузы.

— Если ты спросишь: “И что делать?”, я тебя прикончу, — предупредила Констанция, которая уже несколько минут перебирала в голове разные методы охоты.

— … и-и-и какой у тебя завтра будет костюм? — быстро нашелся Аврелий.

Стажер не рассказывал, в кого собирался нарядиться сам, убежденный, что Констанции будет интереснее, если это станет сюрпризом. Как будто ей было не все равно.

— Сегодня иду за платьем. Выберу, а там посмотрим.

Аврелий покачал головой, не одобряя такой подход к делу.

— Так и… — попробовал он опять, затем вовремя себя остановил: — ... и-и-и пойдем к машине? Мы ушли уже за тридевять земель.

Констанция бросила взгляд на часы.

— Бывает полезно пройтись. Как говорит Кинг, иногда все решается прогулкой. Знаешь, поступим вот как…

Они разделились. Аврелий должен был вернуться в Библиотеку, изучить СУП и Картотеку, чтобы посмотреть, как раньше ловили Дориана Грея. Констанция пошла вперед, к станции метро “Волковская”. Она не теряла надежды напасть на след. Однако решила, что, если это не удастся, она спустится в подземку и поедет за платьем. А охота возобновится ночью: вместе с Аврелием они отправятся проверять все точки активности.

Дориан не нашелся. Не то чтобы Констанция сильно на это рассчитывала. Ей не доводилось сталкиваться с этим персонажем, книгу она читала давно, поэтому совершенно не представляла, чего ожидать. Ночная охота всегда была ее палочкой-выручалочкой. Вкупе с информацией, которую, она надеялась, добудет стажер, они будут гораздо больше готовы к тому, чтобы отыскать этого героя.

Магазин платьев находился в центре, поэтому Констанция нырнула под землю на Волковской, а вынырнула на Гостинке. Выход со станции “Гостиный двор” был укрыт галереей из множества одинаковых арок. Начался снегопад, и Констанция не осмелилась сразу выходить из-под крыши, остановившись, чтобы полюбоваться нарядным Невским проспектом. Начало темнеть, включилась праздничная подсветка: все светилось мягким желтым, мигало белым, вспыхивало голубым и фиолетовым. Спокойный, неторопливый снегопад с крупными хлопьями приглушал шум машин и гомон голосов, подарив состояние умиротворения и детского ощущения предстоящего чуда.

Наваждение быстро прошло, стоило Констанции оказаться в магазине. Платья были хороши, но выбор оказался слишком сложен.

— Лиф очень красиво подчеркивает грудь, — заметила ассистентка, пока Констанция примеряла черный вечерний вариант.

— Какие у вас ножки, в этом платье от них просто не оторвать взгляд, — говорила она, когда пайетки сменились бархатом. — Плотный закрытый верх, но зато длина мини.

— Вы в этом просто голливудская звезда, — уверяла она, когда Констанция надела длинное вечернее платье с полностью открытой спиной и небольшим шлейфом.

— Они все сидят отлично, — вздохнула Констанция, — но я не знаю, чего я хочу. Мне нужно позвонить.

— Конечно, конечно. Выбор платья — это выбор судьбы.

Слегка перебор, но допустим. Констанция закрыла шторку. Набрала Милу.

— Чего мы хотим? — деловито спросила та, как только услышала суть проблемы.

— Я хочу есть и спать.

— Тогда ты пришла не по адресу. Там рядом есть славная булочная… Серьезно, Конс. Для кого ты покупаешь это платье?

Констанция ответила не сразу. Один ответ крутился на языке, но он казался неправильным.

— Для себя?

— Умничка! А чего ты хочешь? Чувствовать себя богиней? Или чтобы никто не трогал? Или чтобы вечер закончился как-тоинтересно?

— Богиней.

— Тогда возьми что-то черное или красное, по фигуре, в пол, но с открытым верхом. С декольте или с голыми плечами. Я бы посоветовала плотную ткань. Ты у нас драматик, летящее и воздушное — не совсем твой вариант.

Констанция вздохнула с облегчением: четкие, понятные инструкции всегда вселяли в нее уверенность. Даже нарушать правила легче, чем действовать совершенно без них.

Быстро выбрав нужное платье, она встала перед зеркалом, думая, как превратить его в костюм книжного персонажа. В отражении она заметила что-то красное на одной из витрин и подошла к стеклянным полкам.

Там лежала красная шляпа с широкими полями.

— Это я тоже возьму, — сообщила Констанция, ткнув пальцем в головной убор.