В театр Констанция вошла, все еще погруженная в мысли о Питере Пэне, а вышла — в другом городе, в другом времени и немного другим человеком. Все лишнее она оставила еще в гардеробе, вместе с курткой. Во время спектакля смеялась, переживала, проживала трагично-комичные ситуации вместе с персонажами. Сливалась с тысячей зрителей в едином чувстве. Полтора часа жила не свою жизнь, и в то же время была собой больше, чем когда-либо. Лицедейство в театре оставалось актерам, Констанция же на время сняла маски.

После спектакля они с Аврелием решили прогуляться. И, видимо, все еще ведомая чувствами, а не логикой, Констанция незаметно для себя самой привела их к дому, где жил Кинг.

Было так странно думать о том, что Артур, вероятно, находился в нескольких метрах от них. Констанция подавила вздох, запрятала свои эмоции поглубже и сказала что-то малозначительное о спектакле.

Однако Аврелий не ответил. Остановился. Запихнув руку в огромный карман своего пуховика, он извлек ловец. Констанция подняла бровь, разглядывая пустую обложку в желтом свете фонаря.

— Он теплый. Даже очень, — заметил Аврелий.

Констанция выхватила ловец: сомнений не было, где-то неподалеку находился книжный персонаж.

Она перевела взгляд на дом Кинга.

— Эй, здесь ведь Арт живет! — воскликнул стажер.

Они поглядели друг на друга, на дверь, ведущую в подъезд, снова друг на друга.

Констанция достала телефон и позвонила Христофоре Николаевне, чтобы та проверила читательскую активность по их адресу.

— Да, что-то есть, — сказала та. — Даже несколько в этом доме и в соседнем. Сейчас многие читают, время такое. Пятница, вечер…

Положив трубку, Констанция подошла к двери парадной и набрала номер квартиры Артура. На раздавшееся “Добрый вечер, кто это?” она назвала свое имя. Нельзя сказать, что ей открыли моментально: кажется, Кинг несколько мгновений раздумывал, стоит ли впускать незваную гостью.

Игнорируя лифт, Констанция устремилась к лестнице. Аврелий, не отстававший ни на шаг, шепотом спросил:

— Ты думаешь, это как-то связано с Кингом?

Они поднялись на первый пролет.

— Я не знаю. Что с ловцом?

— Теплеет, — сглотнув, ответил Аврелий. — Уже прям горяченький.

— Великолепно…

Они подошли к квартире Артура. Тот стоял в дверях в синем атласном халате и с любезной улыбкой взирал на гостей.

— Какой сюрприз! Чем обязан? — спросил он, едва они оказались на площадке.

Констанция заметила, как Аврелий спрятал ловец в карман куртки, и мысленно согласилась со стажером: не стоило сразу бросаться обвинениями.

— Мы с Аврелием были в театре, — отозвалась она, стараясь звучать повседневно, — гуляли и случайно оказались поблизости. Решили заглянуть в гости.

Кинг оглядел их, явно удивленный, но затем вежливым жестом предложил войти. Принял у них верхнюю одежду и сказал:

— Прошу в столовую комнату.

За этим его чинным фасадом Констанция ощущала внутреннее напряжение. Она знала Артура достаточно хорошо, чтобы чувствовать, когда он был взволнован.

В столовой Аврелий уселся за круглый стол, Кинг прошел к чайнику, чтобы приготовить чай, Констанция же осталась стоять в дверях. Она внимательно оглядела помещение, ее цепкий взгляд тут же выхватил два высоких бокала у мойки. Один пустой, а второй — с розовым отпечатком женских губ — наполовину наполненный светлым напитком.

Кинг заметил, куда она смотрела, но, когда их взгляды встретились, лишь любезно поинтересовался:

— С молоком?

— Я не пью с молоком, — процедила она. — Ничего не хотите сказать?

— Умом не приложу, о чем вы.

— Зря.

Констанция стремительно вышла из кухни и прошла к спальне. Пожалуй, она не вполне отдавала себе отчет в том, что делала. Мысль о свидании Кинга затмила разум.

Он не без возмущения окликнул ее, но было поздно: Констанция толкнула дверь. Ее взгляду предстала незаправленная кровать. Пара предметов одежды валялась на полу, на прикроватном столике стояла бутылка. Больше она ничего разглядеть не успела, потому что Артур, весьма возмущенный, подлетел к ней, развернул к себе и вопрошающе развел руки в стороны. Он так спешил, что потерял пояс халата, позволив Констанции любоваться голой грудью и плоским животом. То, что Кинг не обращал внимания на свой внешний вид, говорило о высшей степени его обескураженности.

— Где персонаж? — требовательно спросила Констанция.

В голове ее пронеслась мысль о том, что она совершенно не представляла, что бы говорила и делала, если бы увидела сейчас в кровати Кинга женщину.

Артур первые мгновения глядел все еще возмущенно. За его спиной маячил изумленный Аврелий. Наверное, методы Констанции показались им обоим слегка… грубоватыми.

Она и сама начала думать, что немного перестаралась, но эти два бокала у мойки так резанули ее по сердцу, что она на время перестала мыслить разумно.

Теперь же пришел страх: а что, если она ошиблась? Что, если разрыв случился у кого-то из соседей? Как ее действия должны были выглядеть в глазах Артура? Она ведь вела себя как ревнивая жена, подозревающая мужа в измене.

Только вот у жены были бы основания предъявлять претензии. Констанция же — лишь коллега. Чокнутая коллега.

Уже не настолько уверенная в собственной правоте, она все же повторила вопрос:

— Где персонаж, Артур? У нас ловец, и он горячий, как печка, так что отпираться бесполезно.

К ее облегчению, он вдруг тяжело вздохнул и сменил позу с возмущенно-воинственной на чуть усталую. Спрятал руки в карманы атласных брюк.

— Ну не там же, — мягко усмехнулся он, кивнув в сторону спальни.

Констанция хотела объяснить ход своих мыслей, но в этом не было необходимости, Артур сам все понял и сказал:

— Из того бокала пил не персонаж, а реальная женщина. Которая, к счастью, ушла, или это была бы очень неудобная сцена.

Не позволяя смущению овладеть ею, Констанция прошла в другую комнату — гостиную, совмещенную с кабинетом.

Кинг ухватил ее за локоть, останавливая.

— У вас есть ордер на обыск, Констанция? — спросил он с явной насмешкой. — Не надо идти напролом, я готов сделать чистосердечное.

Она стряхнула его руку. Руку, которой он совсем недавно прижимал к себе какую-то даму. Констанция тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли.

— Только, пожалуйста, ничего не предпринимайте. Не будете?

— Не готова давать таких обещаний.

Кинг прошел вглубь комнаты, приблизился к двери, что вела на балкон.

— Давайте договоримся: я покажу вам персонажа. Потом мы вместе решим, что будем делать.

Помимо ревности и возмущения, Констанция, наконец, почувствовала еще одну эмоцию: любопытство.

— Я не собираюсь напрыгивать на него, как только он окажется в зоне видимости, — фыркнула Констанция.— Да? — отозвался Кинг, неторопливо отворяя дверь балкона и включая там свет. — А мне показалось, это было именно то, что вы собирались сделать. Ничто не спасет жертву, когда вы на охоте.

Это была не дверь на балкон, это был тайный ход в волшебную страну лилипутов. Констанция знала, что Артур увлекался созданием миниатюр: она видела на его полке макет Букингемского дворца, и как-то в разговоре с коллегами он упоминал, что уже пару лет имел такое хобби. Рассказывал, как заказывал из Китая различные вещицы вроде мебели, крошечных уличных фонарей и прочего.

Здесь, на закрытом и, судя по всему, отапливаемом балконе, он устроил целый музей миниатюры: на полках в несколько ярусов стояли домики, дворцы, избушки, терема и соборы.

Констанция на пару минут забыла, зачем они пришли, разглядывая искусно сделанные работы. Некоторые из них были повернуты фасадами, другие же — демонстрировали внутреннее устройство, с комнатами, лестницами, мебелью. В них были даже крошечные банные принадлежности на полках ванной, малюсенькие дрова в камине, настоящее постельное белье на кроватях, размером с ладонь.

Аврелий не переставал восхищаться, Констанция рассматривала экспозицию мини-музея молча, но в душе была поражена не меньше.

Она подошла к очередному домику, двухэтажному, всего с пятью комнатами. Наклонилась, чтобы получше разглядеть детали, и вдруг отпрянула, из ее рта совершенно непроизвольно вырвалось “Господи Боже!”.