Когда я просыпаюсь, я едва могу дышать.

Мне требуется несколько секунд, чтобы сориентироваться. Я всё ещё в винном подвале. Последнее, что я помню, — это как поджигала разлитый по полу виски. Я видела, как алкоголь загорелся, и знала, что это лишь вопрос времени, когда весь подвал вспыхнет, раз и навсегда решив мою проблему с Вероникой.

А затем…

Что случилось? Как всё пошло не так?

Я смотрю на угол подвала, где огонь быстро выходит из — под контроля. Он распространился везде, где я разлила виски, и теперь блокирует мой путь к лестнице. Более того, когда я оглядываюсь, я нигде не вижу Вероники.

Но я вижу Эзру, прислонившегося к стене.

И теперь я всё вспоминаю. Он ударил меня! Он схватил бутылку вина и вырубил меня, не дав оставить Веронику умирать здесь внизу.

Как он мог так поступить со мной? Он же мой адвокат! Его должны лишить лицензии за это!

Воздух тяжёлый от дыма, и когда я пытаюсь встать, это почти невыносимо, и я снова падаю на пол, кашляя до хрипоты. Вместо этого я ползу по подвалу туда, где Эзра прислонился к стене.

— Эзра! — Я трясу его за плечо. — Подвал горит! Нам нужно выбираться отсюда!

Но я знаю в глубине души, что выбраться из подвала невозможно. Нижние ступеньки уже горят. А Эзра без сознания, вероятно, от вдыхания дыма.

— Пожалуйста, очнись! — Я снова трясу его. — Нам нужно пойти на караоке — вечеринку, как было сказано в печенье с предсказанием, помнишь?

Шутка не доходит до него. Он не просыпается.

Огонь на полу лижет винные стеллажи. Секунду спустя я слышу звук лопающегося от жара стекла. Внезапно и одновременно весь стеллаж загорается. То, что было небольшим, но почти управляемым пожаром, превратилось в бушующее пламя. Ещё через несколько секунд весь этот подвал будет в огне.

И теперь огонь подбирается ко мне. Когда я чувствую, как моя кожа начинает обжигаться, я рада, что мне не удалось разбудить Эзру. Он всё ещё без сознания, пока огонь пожирает его.

Я могу только молиться, чтобы Вероника вытащила Тедди. И чтобы она хорошо заботилась о моём маленьком мальчике.