Мне удалось назначить встречу с Эзрой Флетчером на завтрашнее утро.

Мой короткий телефонный разговор с Флетчером не наполнил меня уверенностью. Он звучал рассеянно и дал мне какие — то запутанные инструкции относительно гаража, в котором я должна припарковаться, когда приеду в его офис, потому что если я этого не сделаю, кто — то «вероятно» взломает мою машину. Часть меня задаётся вопросом, не работает ли Стефани Горман на Джереми и не направила ли она меня к этому адвокату в рамках саботажа.

Но не то чтобы у меня было много вариантов.

Джереми спросил меня, не против ли я подбросить Тедди обратно в наш дом сегодня вечером, так как он будет работать допоздна. Я ухватилась за этот шанс. Когда Джереми забирает Тедди из квартиры, он в половине случаев даже не выходит из машины. Он просто паркуется перед домом и пишет мне, чтобы я выслала Тедди. Когда он всё же утруждает себя тем, чтобы подойти к двери, он всегда смотрит на свои часы, готовый уйти обратно.

Но сегодня вечером всё будет по — другому. Я подойду к двери и настою на том, чтобы войти и поговорить. Я расскажу ему, что Вероника сказала мне в продуктовом магазине — о том, как она, по сути, угрожала мне. Возможно, он не вышвырнет её сразу на улицу, но это, по крайней мере, посеет в его голове зерно сомнения в том, что она не так хороша, как он думает.

Я паркуюсь перед домом, с Тедди на заднем сиденье, чувствуя ту боль, которую всегда испытываю в эти дни, когда посещаю место, где прожила последние четыре года своей жизни. Джереми сказал, что это его дом, и хотя юридически это может быть правдой, это был дом, где я ужинала со своей семьёй в течение четырёх лет. Это здесь я наряжала рождественские ёлки и выкладывала подарки от Санты. Это здесь мы с Джереми занимались любовью каждую ночь.

— Мамочка, почему мы просто сидим здесь? — раздаётся с заднего сиденья голос Тедди.

Его слова вырывают меня из моих мыслей. Я наклеиваю улыбку на лицо, отгоняя любые следы печали.

— Просто так.

— Ты сегодня вечером спишь дома с нами? — спрашивает Тедди голосом, полным такой надежды, что это разбивает мне сердце.

— Может быть.

Тедди радостно кричит, пока я опускаю солнцезащитный козырёк и трачу секунду на то, чтобы нанести свежий слой помады в зеркальце. Я стараюсь не чувствовать горечи при воспоминании о том, как великолепно Вероника выглядела в супермаркете без грамма макияжа.

— Зачем ты наносишь помаду? — спрашивает меня Тедди.

— Просто так.

— Ты куда — то собираешься?

— Нет.

Он открывает рот, как будто собирается задать ещё один вопрос, но я бросаю на него взгляд, который, к счастью, заставляет его замолчать. Это срабатывает, возможно, раз в год, так что я благодарна.

Я вынимаю Тедди из его автокресла, и он хватает свой рюкзак с сиденья рядом с собой. Его улов камней с игровой площадки сегодня был особенно большим, хотя один из них был розовым кварцем, очень красивым. Вес сумки заставляет его идти, слегка наклонившись назад, пока мы идём вместе к входной двери. Инстинктивно я запускаю руку в сумочку за ключами, но затем вспоминаю, что Джереми поменял замок.

Готова поспорить, Вероника сказала ему это сделать.

Вместо этого я нажимаю дверной звонок, подавляя желание переступать с ноги на ногу, как Тедди. На моём лице приятная улыбка, когда дверь распахивается, но она исчезает, когда я вижу стоящую там Розиту.

У Розиты приятное круглое лицо с тонкими морщинками вокруг глаз и чёрные волосы, которые она всегда убирает назад в аккуратный пучок. За почти четыре года, что я знаю её, я ни разу не видела её без пучка — даже хвостика. Я бы, наверное, не узнала её, если бы она распустила волосы.

— Здравствуйте, мисс Наоми, — говорит она немного скованно. Раньше я постоянно говорила ей, что можно просто Наоми, но я оставила эту затею.

Это я наняла Розиту и больше всех с ней общалась, поэтому её неловкость рядом со мной — очередная пощёчина.

— Привет, Розита, — говорю я самым тёплым и дружелюбным голосом.

Тедди проносится мимо Розиты в дом, и она выглядит так, будто собирается закрыть дверь, но я выставляю руку, чтобы остановить её. Она моргает от удивления.

— Подождите, — говорю я. — Джереми… Джереми дома?

— Он работает допоздна, — говорит она, хотя избегает моих глаз, что заставляет меня думать, что он дома.

— Мне просто нужно поговорить с ним минуту. — Я пытаюсь убрать нотку хныканья из своего голоса, но это трудно. — Я быстро.

Розита колеблется мгновение, затем качает головой.

— Мне жаль.

И затем она закрывает дверь перед моим носом.

Что ж, помада была потрачена зря. Я плетусь обратно к своей машине с тошнотворным чувством в желудке. Очевидно, что заполучить Джереми наедине будет сложнее, чем я думала, но я не собираюсь останавливаться.