После дня Контакта Этьен Моро стал считать, что невозможных вещей в этом мире не существует. Кто вообще станет такое утверждать после того, как на планету рухнули двенадцать гигантских Столбов?

Несмотря на это, прямо сейчас он испытывал некоторые сомнения в своей же концепции. Потому что материал, предложенный главному редактору «Старой Франции» одним из репортёров выглядел уж слишком безумно.

— Ты в самом деле хочешь это опубликовать?

Жак, который работал в издании ещё до прихода Моро на позицию главреда, с абсолютно спокойным видом кивнул.

— Полностью соответствует редакционным стандартам. Проверено и подтверждено.

Этьен сделал ещё один глоток кофе. Спал он последнее время мало и не помнил, когда последний раз принимал душ. Зато был отлично знаком с внутренним устройством Турецкой республики.

— Откуда там могло взяться движение, которое требует возрождения империи Османов? Это же… Невозможно.

— Некоторые считают его результатом ментального воздействия. Но факты налицо.

Снова вздохнув, Моро посмотрел на монитор. Потёр глаза, которые всё никак не хотели фокусироваться на буквах. Против фактуры идти было бессмысленно. А она, утверждения Жака полностью подтверждала — в Турции нарастала поддержка идеи возрождения султаната. Пока только в интернете, но этого уже хватало, чтобы новость стала мощным информационным поводом. Не будь на Земле двенадцати Столбов, именно эта тема стала бы номером один. Как минимум, на сутки.

— Ладно. Публикуй. Но с оговоркой, что на все сто процентов мы подтвердить не можем.

Увидев выражение лица подчинённого, Моро счёл необходимым надавить.

— Или у тебя есть источники, которые подтвердят уличную активность? Может быть сторонники Османов среди чиновников и полиции? Хотя бы одного живого человека мы показать сможем?

В том, что многочисленные посты не относятся к спаму и не являются массовым взломом аккаунтов, репортёр убедился. Как минимум, подстраховался — в статье имелись комментарии крупных социальных сетей, что какие бы то ни было признаки взлома отсутствуют. Параллельно приводилось множество примеров из этого самого интернета, где жители Турции призывали Османов вернуться на престол и повести страну дальше.

Чего не было — так это материалов с людьми, которые и правда разделяли бы эту идею. Интервью взятых через интернет — десятки. При этом ни одной живой встречи. Это подсознательно смущало, но сколько бы главный редактор ни размышлял, оформить подозрения в конкретные мысли не получалось.

Спустя пару минут его отвлекли с другим материалом. В этот раз куда более злободневным — по свидетельствам очевидцев, несколько нигерийских Защитников, которые относились к Корпусу, устроили бой прямо в офисе. Предположительно один или двое погибли.

Точного подтверждения информации не было, но естественно они тут же дали новость, пометив её, как стоящую на проверке.

Следом Моро утвердил заметку о расходящейся в интернете волне мемов на тему «Лагов — единственный настоящий Защитник». Там вскользь упоминалась теория о том, что волну раскачали искусственным образом, запостив с бот-аккаунтов несколько десятков тысяч нужных материалов. Но в основном материал был посвящён изменениям в обществе и фигуре самого Лагова, о котором до сих пор было известно не так много.

Как только Этьен переключился на чтение экономического обзора, который должен был сегодня выйти, рядом с его столом снова появился Жак. Посмотрев на поднявшего голову редактора, победно улыбнулся и протянул телефон.

Несколько секунд глава редакции молча смотрел на изображение турка, который с суровым видом говорил что-то в микрофон. За его спиной стояли ещё двое турок в армейской форме и не менее сурово пялились в никуда.

— Это что?

Горящий значок «лайв» Моро видел. Но вот турецкого языка не знал, что мешало понять, чем именно желал похвастаться Жак. По лицу последнего скользнуло было разочарование, но он тут же снова улыбнулся.

— Один из членов династии Османов. На телестанции, которую заняли поддержавшие его военные. В прямом эфире заявляет о возрождении Османского султаната.

Этьен моргнул. Сюрреализм. Ещё менее вероятный, чем прилетевшие из космоса Столбы. Тем не менее, как им говорили на факультете журналистики — если ты начинаешь спорить с фактами, увольняйся. Или возьми отпуск. Потому как медийщика, искажающего картину мира можно назвать как угодно, но только не журналистом.

— Сейчас же дай это новостью. Вот прямо сейчас. Потом слушай и фиксируй основные тезисы. Когда закончат — публикуй.

Довольный собой Жак умчался в соседнее помещение, а Моро потёр двумя пальцами переносицу. С каждым днём он понимал этот мир всё меньше и меньше.

* * *

Варзов открывал рот, чтобы снова закричать, но тут земля рядом с ним дрогнула и пытавшийся подняться на ноги парень, снова упал. Ошеломлённо глянул на рассечённую землю. Мелочиться я не стал — замкнул тело птицы в громадный шар, полностью изолировав от окружающего мира.

— Теперь отступаем. Собрались! Вспомнили, чему я вас сегодня учил!

Подействовало — двое парней кинулись к Варзову и подняв его под руки, повели всё ещё дрожащего археолога следом за остальными. Возглавил группу Франсуа, а я оказался замыкающим. Фланги прикрывали Дмитрий с Ольгой.

Реальной угрозы поблизости не просматривалось, а Рух была мертва. Тем не менее ситуация была настолько непонятной, что я предпочёл перестраховаться. Дав команду остановиться только после того, как мы удалились на пару километров от места схватки.

— Что ты имел в виду, когда кричал, что она всё передаёт?

Вопрос, на мой взгляд был очень простым. Но Варзову так не казалось. Посмотрев на меня, он тут же отвёл взгляд в сторону, уставившись на лес за моей спиной. Потом покосился туда, где за деревьями скрывались руины города.

— Я не уверен… Это было очень странно. И… Ну вы понимаете…

— Нет. Пока совсем ничего не понимаю. Потому и предлагаю тебе объяснить.

Парень посмотрел мне в глаза. Сглотнул слюну. Даже без Тессы я мог уверенно сказать, что он сейчас боится. В ужасе от того, что видел. Наверняка мозг прямо сейчас пытался его убедить, что всё это лишь выверты психики и на самом деле ничего такого не происходило.

Воздушная стена отсекла все внешние звуки. Неожиданно наступившая тишина заставила Варзова вздрогнуть.

— Ты видишь, что происходит вокруг? Полностью уничтоженная цивилизация, от которой не осталось ничего кроме развалин. Есть мнение, что Землю ждёт то же самое. Теперь понимаешь, почему я должен узнать о том, что ты узнал?

Позже. Этот разговор я собирался провести заметно позже. Но пришлось сейчас. Иначе он бы так и продолжал мямлить, не зная, стоит со мной делиться или нет.

— То же самое? Как?

Отчасти я своей цели добился — в его глазах появились проблески интереса. К нему правда примешивался страх. Но всё равно это было лучше той жуткой паники, которую я наблюдал совсем недавно.

— Сначала расскажи, что именно ты там видел. И помни — я сделаю всё, чтобы тебя защитить.

Мне даже не пришлось кривить душой. Варзов только что продемонстрировал свою ценность. Сильно взлетев в моей внутренней табели о рангах.

— Я… Эту птицу сделали, понимаете? Там было что-то… Не завод, а какая-то непонятная штуковина. И много-много таких птиц. Сотни.

Что? Мне сейчас подсознательно захотелось повернуть голову и глянуть в сторону, где лежал мёртвый крылатый монстр. Переборов себя, продолжил смотреть в глаза парня, где постепенно становилось всё меньше ужаса.

— Ты сказал, она передаёт информацию.

Напоминание заставило его вздрогнуть и снова повернуть голову, смотря на деревья.

— Она… Не знаю, как объяснить. Поднималась из базы и охотилась, когда поступал сигнал. Каждый раз транслируя всё своим хозяевам.

— Куда именно?

О том, каким будет ответ я догадывался. Пусть и не хотел его слышать, потому что это ломало слишком многие выводы, сделанные в прошлом, но предполагал, что знаю о чём говорит Варзов.

— Что-то вроде… Станции на океанском дне.

Теперь настал мой черёд изумляться. Искусственно созданная птица, которая охотилась на кого-то, сразу же вызывала мысли о Столбах. Тех двенадцати серых колоссах, которые стояли в этом мире и больше не были активны. Самой логичной версией мне казалась та, в которой птица Рух отправляла данные именно туда. Но нет — речь шла о какой-то станции на дне океана.

— Почему ты так считаешь? Где тогда создали эту птицу?

Несколько секунд помолчав, он заговорил, отвечая на мой вопрос. Потом принялся излагать ответ на следующий. До тех пор, пока я не понял, что больше из него ничего не вытащить.

Определённая картина в моей голове сложиться успела. Не сказать, что она мне нравилась. Однако Варзов говорил уверенно, а причин не верить его словам, у меня не было.

Отталкиваясь от того, что почувствовал археолог — птиц Рух сделали здесь же. Прямо в Золотом мире. Уже после их собственного дня Контакта. Кто именно — он не знал. Но на просьбу описать тех, кого видел, без малейшей запинки обрисовал лэйков.

Парень даже помнил их разговоры. Не дословно, а скорее на уровне ощущений. Те, кто занимался производством птиц, обсуждали как быстро получится выполнить задачу и стоит ли пытаться удлинить жизненный цикл изделий.

Причина по которой Варзов уловил смысл разговора, была очевидной — он коснулся птицы, способной переводить другие языки при помощи меноса. Автоматически расшифровывать разговоры. И если опираться всё на те же образы, что возникли в голове студента-археолога, дальше всё это передавалось на станцию под толщей воды. Он даже схематически изобразил карту Золотого мира на земле и ткнул в место, где по его мнению, был нужный объект.

Далековато. Ещё и на океанском дне. Уверен, о безопасности станции неизвестные тоже должным образом позаботились.

Мысль о том, что у открывшихся фактов могут быть совсем иные, куда более простые объяснения, в мою голову тоже пришла. Поэтому, когда Варзов во второй раз пересказал мне всё, что видел после касания, я перешёл к самому практическому моменту в его истории.

— Ты сказал, что птица поднималась с какой-то базы?

Юноша сразу же кивнул.

— Что-то вроде подземной ячейки, в которой она спит. Раньше были автоматические двери. Теперь они уже не закрываются. Но система оповещения работает.

Об этом он уже говорил. Птица должна была наблюдать за прибывающими в руины города «гостями», убивая некоторых из них, чтобы поддерживать своё работоспособное состояние.

Информация была не просто важной. Потенциально, она могла перевернуть всю ситуацию. Имелась только одна проблема, которую я собирался немедленно исправить — её было слишком мало.

Глянув на Франсуа, который что-то объяснял студентам, которые возмущались поставленным мной воздушным барьером, я снова посмотрел на Варзова.

— Сможешь найти эту её берлогу в руинах?

* * *

Первыми кудрявого раздолбая отыскали полицейские. Тессе очень хотелось, чтобы это была её служба. Но со всем справились те, кого обычно использовали в качестве дешёвой рабочей силы и расходников.

Особенно обидно было осознавать причину их первенства. Полицейские поверили в слова парня. Решив рассмотреть их не как безумную шутку или оборот речи, а буквально. После чего принялись изучать все сообщения о проблемах у дальнобойщиков, либо водителей других грузовиков.

Всё, что им оставалось потом сделать — отправить к участку шоссе, где крутился этот зумер, пару дронов и посмотреть на происходящее издалека.

К счастью, ничего предпринимать они не стали — передали данные вверх по цепочке, где они продолжили подниматься вплоть до уровня правительства. И вот она здесь — в кабинете, где собрались главы ведомств и важные фигуры. Официально девушку представили, как главу рабочей группы МИ-6, которая занимается Защитниками. Тем не менее чувствовала она себя всё равно не в своей тарелке.

Однако служба в разведке предполагала навык мимикрии и им Прескотт владела отлично. Жаль, нельзя было уйти в её любимый защитный образ и стать глупенькой блондинкой. Но даже так — по мнению самой Тессы, держалась она хорошо.

— Предлагаю начать, господа. Учитывая обстоятельства, сегодня мы собрались в несколько необычном формате, но думаю стоит сосредоточиться на деле, а дебаты оставить парламенту. Озвучивайте свои идеи.

Мужчина, который сейчас сидел во главе стола представлял Букингемский дворец. По сути своей — короля. Человека, что неожиданно приобрёл заметное влияние на происходящие в стране процессы. Если ориентироваться на законы, такого происходить было не должно, но остальных участников собрания это ни капли не смущало.

Один из них, облачённый в военную форму, заговорил сразу же, как закончил речь глава совещания.

— Ядерный удар. Тактическая боеголовка на десять килотонн и от него точно ничего не останется.

На нём тут же скрестились шестнадцать взглядов — даже сэр Роберт Локвуд не удержался от того, чтобы приподнять брови.

— Вас не беспокоит, что оттуда до Лондона меньше десяти километров?

Вице-премьер уставился на армейца с вполне понятным негодованием, но тот лишь пожал плечами.

— Это угроза национальной безопасности. Представьте, что будет, если его следующей целью станет Букингемский дворец? Или Палата общин? Правительство?

Тесса подумала о том, что не считая двух полицейских, этот кудрявый идиот, которого уже успели окрестить «неубивашкой», никого не убил. Запросто мог вырезать их всех в полном составе, но предпочёл оставить живыми.

— На наш взгляд, преждевременно говорить о таком уровне угрозы. Считаю, применение ядерного оружия надо оставить на самый крайний случай.

Военный насмешливо покосился на директора МИ-5.

— Это на какой? Тот, в котором контрразведка будет способна сделать хоть что-то? Он в одиночку положил вас всех на лопатки. Как ещё вы собираетесь с ним справиться?

— Отыскать оригинал и прострелить ему голову.

Слова вырвались у Тессы сами собой и теперь головы участников совещания повернулись к девушке.

— Вы же видели съёмки местности со спутника и дронов? В каждый конкретный момент времени, виден только один его клон. Если теория о том, что оригинал умеет перемещаться в любую из своих копий, делая её основным телом, верна, поймать его будет практически невозможно. И где мы там разместим снайперов?

Глава антитеррористического департамента полиции говорил разумные и правильные вещи. Не учитывал он только одного — кардинально изменившегося мира вокруг.

— Я считаю нужно дождаться Лагова. Он справится с этим кризисом.

Остальные участники совещания переглянулись. Сэр Роберт, который за всё это время не проронил ни слова, явственно напрягся. А представитель короля внимательно посмотрел на Прескотт.

— Почему вы считаете, что этому русскому есть до нас дело? Они там спят и видят, как бы выпотрошить нас всех с особой жестокостью.

Это он зря — Тесса видела русских и чувствовала их эмоции. Нормальные парни. Процент тех, кто негативно реагировал узнав, что она британка, был невелик. А Лагов… Ему, кажется вовсе не было никакого дела до национальностей. Прескотт не понимала, как такое может быть, но сейчас вдруг осознала, что он ни разу не испытывал эмоций, связанных с чужими нациями. Никакого негатива. Позитива правда тоже не было. Будто ему и правда наплевать.

— Он спас обе службы и не попросил ничего взамен. Обучил меня, как распоряжаться своими новыми возможностями и не против наладить взаимодействие.

Штатный офицер МИ-6 говорила дальше, приводя новые и новые аргументы в пользу Лагова. Основной проблемой была их околонулевая эффективность. Из всех присутствующих за столом, хотя бы с каким-то позитивом реагировал только глава разведки.

— Правильно я вас понял, — растягивая слова, заговорил военный. — Вы предлагаете нам спрятать голову в песок и ждать, пока нас спасёт какой-то мутный русский тип?

Внутри Тессы шевельнулось раздражение. Совсем некстати подумалось, что на этом собрании нет ни одного Защитника. Что значит — она легко может с ними всеми разобраться.

Мысль была приятной. Но потом девушка вспомнила, где именно находится. Даже если прямо здесь, внутри помещения, нет Защитников, это не значит, что те не ждут где-то поблизости.

— Я предлагаю не провоцировать монстра, который сможет добраться до любого в этой комнате. Сейчас он развлекается с дальнобойщиками. Подумайте, как изменится его поведение после неудачного покушения?

На лицах сразу трёх мужчин отразилось желание ответить очевидной репликой о том, что атака на кудряша запросто может оказаться удачной. Прескотт предпочла сработать на опережение. Подавшись вперёд, на миг смешала их мысли видом своего глубокого декольте. Сама же, скользнула взглядом по лицам, фиксируя настроение и заговорила проникновенным голосом.

— Или вы желаете, чтобы вернувшись из Золотого Столба, Лагов пришёл за вашими головами? Он ведь точно не будет рад, если мы начнём действовать и облажаемся. Это я вам гарантирую.

* * *

По дороге в город мы остановились около птицы Рух и Варзов снова коснулся её перьев. Сам он утверждал, что его способность многоразовая. Но именно в этом случае, она сработала иначе. Несмотря на десяток предпринятых попыток, археолог больше ничего не увидел.

Строительство гипотез о причинах я оставил на будущее. Пока же повёл археологическую команду через развалины города.

В первые же минуты пришлось прочитать короткую лекцию о том, что блестящий жёлтый металл — вовсе не золото. Поэтому охотиться за ним и засовывать в рюкзаки не имеет никакого смысла. Разве что взять небольшой кусок на сувениры.

Потом — несколько раз предупреждать, что не стоит отходить в сторону, чтобы вблизи посмотреть на здания. Их интерес был мне полностью понятен. Иноземная культура Золотого мира — зрелище во многих отношениях интересное. Однако, несмотря на кажущуюся безопасность и поющих повсюду птиц, в руинах могло встречаться всякое.

Первый образец этого самого «всякого» наткнулся на нас через какую-то пару минут. Зверь, визуально напоминающий кабана, только втрое крупнее и с иглами, растущими из хребта, которые тот умел ловко метать.

Животное было ранга «гамма». Поэтому тяжело ранив его, я дал Варзову возможность добить, впитав менос. Парень на всякий случай коснулся и этого тела. Но способность предсказуемо не сработала — кабан оказался обычным зверем.

Потом нас атаковали мелкие ядовитые птицы, которых я встретил кислотными нитями, а дальше на пути оказалась местная разновидность муравьиного льва. Только этот сидел под землёй, а как только ты оказывался над ним, использовал способность, которая моментально погружала тело жертвы в почву и сдавливала со всех сторон.

Тепло я ощутил ещё на подходе — тварь, как минимум, была ранга «дельта». А сверкание меноса различил Франсуа. Он же заставил животное начать двигаться, разогрев почву, в которой то укрывалось.

Остальное было делом техники — я ударил воздухом, рассекая пласты почвы и расшвыривая их в разные стороны. Хлестнул кислотой, раня зверя и сбивая его концентрацию. Закончила же всё Ольга, прыгнувшая прямо на пульсирующую тушу и пробившая копьём его мозг.

До момента начала сегодняшней вылазки, она была «бетой» на её нижней планке. Теперь упорно подбиралась к «гамме». И судя по поведению, была совсем не прочь регулярно бывать по эту сторону Столбов.

Дмитрий на всё это поглядывал косо — по понятным причинам, такая активность ему не нравилась. С другой стороны, Ольга почти идеально подходила на роль главной охранницы археологической команды. Ей бы до «гаммы» только подняться, да обучиться всему, что необходимо. Плюс, побывать ещё в нескольких вылазках.

Логово птицы Рух оказалось почти в самом центре города. Громадная яма, на дне которой блестели металлические плиты.

Используя способность, я осторожно спустился вниз, двигаясь вдоль одной из боковых стен. Про автоматические двери Варзов не соврал — стоило надавить воздухом, расплескав слой земли, как стали видны створки.

Правда, ничего интересного внизу не оказалось. Только те же металлические стены и грязь. Самого археолога я вниз тоже спустил. Но сколько он ни трогал металл пальцами — увидеть ничего не вышло. Скорее всего из-за того, что стены не являлись механизмами.

Я бы с удовольствием побродил по окрестностям и поискал возможность установить где-то рядом маяк. Заодно поискав устройства, которые могли передавать сигнал птице Рух. Но студенты начинали сдавать. Тела всё ещё работали нормально — с этим проблем не было. Зато моральная усталость оказалась такой, что на любое событие те реагировали с изрядным запозданием. Даже Дмитрий выглядел немного уставшим.

На миг возник соблазн отправить назад всех кроме Варзова и Франсуа с Ольгой. Остаться тут вчетвером и продолжить осмотр. На первый взгляд идея даже показалась неплохой. Но потом я прикинул, какова вероятность отыскать рядом подходящий вариант для установки маяка. Добавил к этому усталость самого Варзова, который до сих пор не отошёл после контакта с Рух. И принял решение возвращаться назад всей командой.

Как обычно, сначала ушли все остальные — я отправился замыкающим. Уже думая про себя, что хотел бы вернуться назад, вдруг заметил три сверкающие точки в небе. Подозрительно напоминающие гигантских золотых птиц. Жаль затормозить процесс не вышло — в следующий миг я оказался на площади перед Золотым Столбом.

Небо уже светлело — занимался рассвет одиннадцатого мая. А к нам устремился гольф-кар, за рулём которого сидел молодой парень в костюме. Остановившись около меня, вышел из своей «машины» и достав телефон, протянул его мне.

— Мисс Прескотт очень ждёт разговора с вами.

Пару секунд подождав, понял, что я не спешу принимать из его рук телефон и шёпотом добавил.

— Она попросила передать, что им удалось обнаружить «неумирашку».