Собственно, мне требовался отвлекающий маневр, чтобы добраться до гнезд мутантов. А как это сделать?

Найти вещь, которую птички возненавидят с первого взгляда! У меня нашелся просто идеальный кандидат на эту роль!

— Пугало? Серьезно? — скептически произнес Ростислав, переводя взгляд с меня на Хрен-пойми под номером два. Первый-то уже погиб смертью храбрых и, думается мне, что и второго номера будет ждать схожая участь.

— Ну а что? — улыбнулся я, скрестив руки на груди. — Ты же помнишь, на кого Клюворезы напали во время вашего ночного дежурства? Не на тебя, не на спящих охотников, а именно что на пугало!

— Вот только Хрен-пойми к тому моменту уже успел несколько раз отогнать воронье от посадок, вот Клюворезы и решили отомстить, — возразил Ростислав.

— Получается, что кто-то им поведал о нем заранее, верно? — щёлкнул я пальцами. — Логично предположить, что птицы и мутанты вполне могут общаться между собой. По той же логике и птички в гнездах должны были услышать о «грозном» Хрен-пойми.

— То есть мы рассчитываем на то, что мутанты уже растрезвонили друг другу о нашем злом пугале? И оттого, увидев его «во плоти», они обязательно попробуют его убить?

— Грубо говоря, да, — хмыкнул я. — Даже если Клюворезы не общаются между собой, то появление непонятного существа рядом с их гнездовьем должно спровоцировать стаю.

— Вот только я не очень-то уверен, что пугало в состоянии привлечь внимание абсолютно всех Клюворезов в долине, — поморщился Ростислав. — Если хотя бы малая часть пернатых останется на дереве, то весь наш план пойдет псу под хвост. Мы не только не добудем яйца, но и сами ноги не унесем. Заклюют, как пить дать!

— А вот это уже другой вопрос, ты не находишь? — фыркнул я. — Хрен-пойми должен собрать вокруг себя всю стаю. Для чего его надо модернизировать.

— Чего-чего сделать?

— Добавить ему всяких хитростей, вот чего, — пояснил я.

Но перед этим надо было учесть и другие нюансы…

* * *

За следующие пару суток мы ещё несколько раз сходили на разведку к долине. Изучали распорядок дня Клюворезов, смотрели, с какой стороны они подлетали к дереву, после чего составляли набросок будущего плана.

Одна ошибка, даже такая малая, как неверный выбор места для расположения Хрен-пойми, и все наши труды пойдут насмарку. Потому как будет совсем уж обидно, если мы, уже добыв яйца, побежим из долины, чтобы столкнуться нос к носу с новой стаей мутантов.

Спастись в таком случае будет ой как непросто!

Но это ладно.

Изначально мой план предполагал, что одна группа укроется в засаде для кражи яиц, а вторая займётся установкой нашего пугала. Но вот поставят они пугало, а дальше как быть? Попробовать убежать от сотни летающих мутантов? Не смешно!

Если побег был с самого начала невозможен, то требовалось найти место для наших парней, в котором они смогут укрыться от гнева Клюворезов. И найти его оказалось не так-то и просто.

Изначально Борис предложил соорудить охотничий скрадок, как мы поступили во время недавней засады на поле.

— Скрадок? — хмыкнул Ростислав. — Ты Клюворезов совсем за дурней держишь? Может, на пару минут и схоронимся, пока стая мимо летит, а потом кто-нибудь унюхает неладное — и нам настанет каюк.

Возразить на это было нечего. Нашим ребятам был бы вынесен смертельный приговор.

Нужно было укрытие посерьезнее созданного наспех шалаша. И мы даже нашли такое место!

На северной стороне долины в небольшом отдалении рос внушительный терновник. И в нем было несколько мест, куда вполне себе мог пролезть человек, но не пролезет Клюворез. Да и мутанты мутантами, а ты попробуй такой терновник с воздуха взять! Так себе идея!

Решив этот вопрос, мы перешли к следующему пункту.

Чтобы добежать до терновника, мужикам требовалось время, которого у них, увы, в наличии не было.

Я подсчитал, проводя наблюдение за долиной, что у крестьян было максимум секунд тридцать пять перед тем, как над их головами соберется вся стая.

В деревне я провел несколько замеров, устроив спринт по пересечённой местности. И полученные результаты отчётливо говорили, что спрятаться в терновнике у крестьян не получится. Даже самый лучший забег показывал пятьдесят секунд. Уж больно много сил они тратили на установку Хрен-пойми.

А как только пугало появится в поле зрения злобных пташек, то пиши пропало. Тогда Зак предложил интересное решение — накинуть на пугало маскхалат, как это мы провернули с жителями Упахалово.

В таком случае крестьяне смогут установить пугало, не привлекая к себе внимание Клюворезов со всей долины… хотя бы пару десятков секунд.

Новый вариант сразу же решили проверить на практике.

— И-и-и-и… начали! — рявкнул я.

Крестьяне сорвались с места, лавируя между установленных препятствий, имитирующих кустарники и деревья. На себе они тащили накрытого маскхалатом Хрен-пойми.

Вот, мужики подходят к нужному месту, вскрывают дерн лопатой, а сразу следом втыкают на его место заточенную опору пугала.

Не оглядываясь, мужчины разворачиваются на сто восемьдесят градусов и несутся к палатке, должной сымитировать будущий терновник. Крестьянин, бегущий последним, дёргает за верёвку, срывая укрывающую вуаль с пугала, а уже через секунду тянет и за вторую верёвку, которая отвечала за движение «рук» Хрен-пойми.

Эту инновацию уже предложил Йорик, предположив, что грозные мутанты могут не поверить в угрозу от мирно стоящего пугала, а вот пугало, показывающее птицам оскорбительные знаки, точно не обделят вниманием!

Вот с этого момента запускается отсчет, определяющий жизнь и смерть для наших ребят.

Крестьяне больше не оборачиваются. Несутся во весь опор, летят сквозь «кустарники», петляя между «деревьями». Я цепко следил за их действиями.

Наконец, последний бегун рыбкой сиганул в «терновник», и я дал отмашку.

— Время!

Елисей, стоявший за мной все это время и считавший свой пульс, сродни примитивному секундомеру, произнес:

— Тридцать ударов.

— Чудно, — кивнул я, припомнив, что в прошлые разы мужикам требовалось не меньше сорока. Практика брала своё!

Но, что самое главное, теперь у наших парней были реальные шансы пережить ярость стаи Клюворезов.

А это означало, что пора переходить к следующему этапу.

* * *

— Вот то, что вы просили, господин Стратег, — произнес Олег, протягивая нам с Ростиславом две глиняные свистульки в форме птичек.

Молодой охотник первым взял занятную вещицу и попробовал в нее подуть. Однако никакого свиста так и не вышло.

— Это ещё что за фуфло? — недовольно воскликнул Ростислав, переводя взгляд с гончара на свистульку и обратно.

— Сам ты фуфло! — возмутился мужчина. — Ей уметь пользоваться надо!

Так, гончар отобрал свистульку у охотника, взял заготовленный заранее ковш и налил из него воды в свистульку. Только тогда мужчина удовлетворённо кивнул и подул в нее.

И на этот раз прозвучавший свист и впрямь походил на птичью трель. Только звучала она как-то неправильно, будто кто-то елозил мелом по доске. Ростислав аж уши зажал от неожиданности.

— Это ещё что за дрянь⁈ Зачем она нам? — воскликнул охотник.

Я с улыбкой посмотрел на парня.

— То, что у нас есть пугало — это, конечно, хорошо. Но как заставить всю долину смотреть в его сторону, причем всех и сразу? Вот этот свисток и решит нашу проблему.

— А-а-а-а, тогда да. Тогда понятно. На такой визг и вправду сложно не обернуться!

Мозаика складывалась кусочек за кусочком.

* * *

Вслед за Клюворезами был поднят вопрос и о Клюворезках.

Что с ними не так? А то, что самки эти практически не слазили с дерева. Вот вообще! Одна-две иногда вылетали, чтобы покормиться, но чтобы все скопом? Ни разу!

Нужно было учитывать этот момент, поэтому я пошел за советом к плотнику Йорику. И он меня не подвел, уже к вечеру соорудив примитивную, но действенную конструкцию.

— Охотничий манок, — пояснил мне старик, вкладывая в руку деревянную дудку. — Насчёт мутантов не уверен, но ворон мог привлечь очень даже неплохо. Может, он и сейчас сослужит свою службу?

Это мы с охотниками и решили проверить, несколько раз использовав манок на просто воронье, а один раз удалось зацепить и парочку Клюворезов.

Манок звучал куда тише, нежели наши свистульки, но это шло нам же в плюс. Потому что он создавал звук этакого жалобного птенца, выпавшего из гнезда. И что простые птицы, что мутанты сразу же реагировали на этот призыв, летя проверить, кому там вдруг потребовалась помощь.

Манок настолько понравился Ростиславу, что он попросил Йорика сделать отдельный манок для себя, сказав, что будет изводить всех пернатых сволочей в округе.

Но главное, манок работал.

А потому я не стал более откладывать грядущую операцию и назначил ее на утро следующего дня.

Наша вылазка была уже совсем скоро…

* * *

— Ну, что, все готовы? — переспросил я.

— Куда уж больше? — хрюкнул Борис, которому было поручено возглавить группу отвлечения.

— Как-нибудь да справимся, — прокряхтел Елисей.

Ростислав молча кивнул.

— Никогда не помешает повторить план действий, — произнес я, оглядев свою «команду А».

Мы вышли из деревни ещё затемно. Поэтому теперь, ожидая в овраге, мы видели как первые лучи солнца пробивались сквозь темно-зеленые кроны деревьев.

Мир просыпался, а вместе с ним и долина Клюворезов. Голодных и сонных Клюворезов.

— Группа отвлечения, что делаете вы? — посмотрел я на Бориса и ещё тройку крестьян.

— Хватаем Хрен-пойми, ставим его на границе долины, отступаем, срываем маскировку пугала, провоцируем, свистим в свистульку, после чего прячемся в терновнике и ждём момента, чтобы безопасно вернуться в деревню, — доложил Борис.

— Помните, что спешка в вашем случае может быть смертельной, — напомнил я. — Если Клюворезы будут и дальше летать над вами, просто ждите. Мы припрятали в терновнике паек, поэтому вам будет проще всего пересидеть голодных с утра мутантов.

— Поняли, господин Стратег!

— Дальше, Елисей, ты помнишь, что должен сделать?

— Конечно, — улыбнулся мне старик. — Как только Клюворезы оставят долину, а Клюворезки останутся сидеть на дереве, я использую манок, чтобы привлечь уже их. Самки должны хотя бы проверить своего «птенца», поэтому не станут сидеть без дела. Я же скроюсь в густом кустарнике.

— Ты уверен, что справишься? Даже маскхалат не гарантирует того, что тебя не заметят, — уточнил на всякий случай я.

— Я не один год хожу по лесу, — хмыкнул в бороду травник. — Я знаю, как укрыться от мутантов. Если я буду один, то они меня и нос к носу не заметят.

— Хорошо, рассчитываю на тебя. Но постарайся лишний раз не рисковать.

— Мне приятна ваша забота, господин Стратег.

— Мы с Ростиславом и Лехой, — перевел я тему, — займёмся кражей яиц.

Хотел бы я отсидеться в сторонке и просто дождаться хороших новостей за кружкой травяного взвара, да не судьба. Оказалось, что далеко не каждый крестьянин умел лазить по деревьям. А те, что умели, напоминали собою бурых медведей, отчего-то задумавших залезть «на верхотуру».

Среди самых ловких после всеобщих деревенских испытаний оказались Ростислав, Леха и я сам.

Кто ж знал, что далекое детство в деревне у деда могло привести к подобным последствиям? Сначала ты лазишь по участку соседа, чтобы стащить с его яблони самый сладкий плод в своей жизни, а уже после ты рвешься сломя голову к гнездовьям пернатых мутантов.

Жизнь порой умеет преподнести сюрпризы.

— Тогда за работу, парни. Желаю всем удачи, — наконец скомандовал я, и мы стали разбредаться в разные стороны из оврага.

Борис и крестьяне пошли по северной стороне долины, тогда как мы с Елисеем по южной. Вскоре и старый травник оторвался от нас, напоследок махнув рукой и затерявшись в кустах.

Рядом со мной остались только Ростислав с Лехой. В гнетущей тишине мы пробирались сквозь густой лес, ложились на землю, как только в воздухе проносились Клюворезы. Чем выше солнце поднималось над горизонтом, тем всё больше мутантов мелькало над нашими головами.

Мы должны были поспешить, если хотели провернуть всё с минимумом потерь.

Наконец, мы достигли нужного места, легли под массивный куст и принялись ждать. Долина меж тем жила своей жизнью. «Птичий город» не изменился ни на йоту, разве что, казалось, что мутантов стало лишь больше.

Неужели кто-то уже успел вылупиться? Или это были охотничьи стаи, которые ещё не покинули своего дома с утра пораньше?

Ответа я так и не узнал. Над долиной донеслась протяжная трель из глиняных свистулек. Она аж отдавала где-то в затылке, настолько она была неестественной и неприятной.

Целая сотня Клюворезов повернула свои головы в сторону, откуда донёсся неизвестный звук. И там же они увидели Хрен-пойми с нарисованной на горшке ухмылкой, показывающего наглым пернатым большую фигу.

Трудно передать, какой гвалт поднялся над долиной. На мгновение мне даже показалось, что монструозное дерево ожило и попыталось вылезти из земли вместе с корнями. Но нет, это лишь мне показалось.

Огромная стая взмыла в воздух и подобно черному урагану устремилась на север, в сторону Хрен-пойми.

Мы так и остались лежать на своих местах, потому что, как мы и полагали, Клюворезки остались сидеть в гнездах. Нет, они напряглись, как и остальные мутанты из-за появления Хрен-пойми, но не более того.

Манок прозвучал, стоило стае отдалиться от дерева на достаточное расстояние. И вот он сработал совершенно иначе!

Клюворезки стали оглядываться, крутиться в своих гнездах, будто ища пропажу.

Звук манка повторился.

И Клюворезки не выдержали. Сначала одна, затем вторая неуклюже поднялись в воздух, облетая дерево в поисках выпавшего птенца.

Только с третьего раза они осознали, что звук исходит с окраины долины. Клюворезки что-то прокричали своим «подружкам» и они все вместе устремились в сторону Елисея, оставляя без присмотра свои гнезда.

То, что нам и требовалось!

— Вперёд! — прошипел я и первым вылетел из кустов. Ростислав и Леха последовали сразу за мной.

Мы бежали на пределе своих возможностей. Мы понимали, что у нас буквально считанные секунды, чтобы совершить задуманное. А потом вернется стая и нам всем несдобровать. Может, Елисей и обладал какими-либо друидскими техниками, но того же нельзя было сказать о нас, простых смертных!

Пока бежал, отметил и тот факт, что даже земля вокруг дерева казалась мертвой. Да, в долине росла трава, но ощущалась она… искусственной, что ли? Будто ровно постриженный газон, чего быть просто-напросто не могло.

Что же здесь за дрянь обитала когда-то?

Меж тем мы оказались у мёртвого дерева. Вблизи оно выглядело ещё больше. Даже чтобы обхватить его ствол, понадобится не менее десяти человек.

— Лезем? — спросил у меня Ростислав, оглядываясь по сторонам.

— Лезем, — уверенно кивнул я, отметив тот факт, что клекот стаи затих. Видимо, они уже настигли Хрен-пойми и принялись его вовсю рвать и кромсать.

Уже второе пугало пало смертью храбрых ради нашей деревни!

Мы полезли вверх по стволу, и это оказалось куда проще, чем я предполагал. Многочисленные порезы на коре создали чуть ли не идеальную трассу для подъёма — у нас всегда было место куда поставить свою ногу для опоры и за что зацепиться руками.

Уже совсем скоро я очутился в верхних ветвях. Там, где мутанты свили свои гнезда. Заглянув в одно из них, я обнаружил там яйцо. Да, одно, зато какое!

Куриные яйца? Забудьте! Это яичко было размером со страусиное! Ещё и матового серого цвета! Протянув руку, я осторожно схватил его, отмечая тот факт, что от яйца исходило тепло, и положил в наплечную сумку, специально заготовленную для нашей операции.

Впрочем, теперь я понимал, что много мы утащить прямо-таки не сможем.

Ростислав и Леха также полезли очищать гнезда. В каждом из них яиц было по одному-две штуки, не больше.

Мы поднимались всё выше и выше, пока Леха не ухватился за последнюю, особенно толстую ветвь и не высунул голову. А через мгновение он в ужасе вжал голову в плечи, посмотрев на меня с мольбой.

Я, поняв, что что-то не так, не стал его спрашивать, что стряслось и сам подтянулся над ветвью. После чего чуть не уткнулся лицом в крыло Клюворезки.

Резко сдав назад, я чуть не выругался сквозь сжатые зубы. Да ну как так-то⁈ Нам оставалось обчистить последнее гнездо, а тут сидела особо настырная птица!

Причем габаритами она не уступала тем самым страусам, поэтому ни о каком бое и речи не шло. Тем более, что у нас времени оставалось всё меньше и меньше.

Оставить всё как есть? Наплевать на последнее гнездо? По идее, мы и так обчистили уже все, что есть. Вот только отпугнёт ли это мутантов? Раз они защитили яйцо, хоть и одно из всех, значит, ситуация не так уж и плоха? Значит, их враг не так силен и страшен?

Черт-черт-черт… Я понимал, что сейчас мне нужен в первую очередь холодный рассудок, но адреналин в крови и давление в висках не позволяли сосредоточиться.

Сделав резкий вдох-выдох, я стал анализировать ситуацию.

Вступать в битву с Клюворезкой нельзя. Не факт, что мы из нее выйдем победителями. А если и выйдем, то это будет далеко не сразу.

Второе, оставлять гнездо нетронутым тоже нельзя — это слишком большой риск.

Мне нужно достать яйцо из-под мутанта, но не вступая с ним в прямое противостояние. Как это сделать? Отвлечь? Но чем?

Я осмотрелся по сторонам, видя лишь взволнованных Ростислава и Леху, а также полдюжины опустошенных гнезд. Погодите-ка, гнезда!

Что может привлечь внимание лучше, чем упавшее гнездо? Вот только птиц в первую очередь интересует не само гнездо, а уцелевшие в нем яйца или птенцы. А как нам этого добиться?

Мой взгляд упал на Ростислава, а точнее на его сумку. Манок! Ростислав же попросил отдельный манок для себя у плотника!

И сейчас он мог сыграть столь нужную нам роль!

Не произнося ни слова, я на пальцах объяснил охотнику, что мне от него требовалось.

«Достань манок, дуй в него, когда я подам сигнал».

Парень кивнул, вытаскивая нужный мне предмет из сумки. Я же жестом подозвал к себе Леху и указал на ближайшее к нам гнездо. Его требовалось столкнуть с ветки.

Леха понял меня, и мы вдвоем, шипя от натуги, стали толкать гнездо. Оно оказалось ни хрена не лёгким. Как минимум, килограмм двадцать, а то и больше.

Лишь на третий толчок оно накренилось достаточно, чтобы свалиться с ветки. Внизу раздался грохот прутьев, но Клюворезка над нами практически не обратила на него внимания.

Тогда я указал парням на трещину в середине ствола, в которой мы без особого труда втроём спрятались, а Ростислав дунул в манок.

Только тогда тварь зашевелилась, лениво посмотрев вниз. И как же резко она встрепенулась, когда сопоставила недавний грохот, разрушенное гнездо и писк «птенца».

Клюворезка сорвалась вниз, тогда как я подтянулся на ветку и нашел в гнезде сразу два яйца. Джекпот!

Закинув их в сумку, я дал команду спускаться с противоположной от рыскающей по земле Клюворезки стороны. И как раз вовремя!

Потому что я увидел, что утолившая свой гнев стая уже поднималась над деревьями, чтобы вернуться домой!

— Валим отсюда! — уже не стал сдерживаться я.

И мы втроём понеслись в сторону леса что есть сил.

* * *

Операция завершилась просто триумфальным успехом.

Это я понял, стоило нам втроём сделать большой крюк и добежать до оврага.

Авторитет: +40

Текущий уровень: 120/400

Как я узнал, вернувшись в деревню, ни одна из групп не понесла потерь. Ну, не считая двух неуклюжих крестьян, что по привычке нырнули «рыбкой» в терновник, за что и поплатились многочисленными порезами.

До самой ночи ничуть не пострадавший Елисей потом вытаскивал из них колючки. Но нет худа без добра — заодно старый травник с горящими глазами проверил действие охлаждающей мази на наших пострадавших.

Работать она, по идее, должна была разве что на растяжения, но волшебной медицине, видать, плевать было на подобные условности.

Всего мы с парнями вытащили девять яиц из кладки Клюворезов. Идея вывести из них домашних мутантов всё ещё не покидала меня, а потому мы подложили наши трофеи под куриц-несушек. Отчего получилась просто фееричная картина — курицы сидели на яйцах, которые не сильно-то и уступали несушкам в габаритах. Я ещё переживал, получится ли у них вообще высидеть такие громадины, но Елисей заверил меня, что всё должно быть тип-топ.

Магия!

Отдельной радостью оказалось и то, что Ростислав перерос из охотника в следопыта! Он оказался первым, кто смог развить уже существующий талант.

А это было достижение даже похлеще, чем у Кузи, который первым из крестьян вообще смог реализовать свой Потенциал.

Теперь Статус молодого охотника выглядел так.

Имя: Ростислав Лаев

Отношение: уважение

Талант: Следопыт

Потенциал: стрелок, егерь

После нашей операции всю последующую неделю мутанты яростно обследовали округу, ища то ли воров, то ли свою пропажу, а может всё вместе.

Какого-то результата их поиски принести попросту не могли. А потому на восьмой день Ростислав с улыбкой от уха до уха доложил мне о том, что мутанты начали переселяться вглубь Многолесья. О том свидетельствовали Клюворезки, которые первыми покинули свои же опустевшие гнезда. А уже вслед за ними последовали и самцы.

Наша авантюра увенчалась успехом, и это не могло не радовать!

В честь победы мы устроили очередное барбекю, благо, выцепить несколько Клюворезов в начавшемся было балагане вокруг долины оказалось не так уж и сложно.

Деревня Дальняя смогла вздохнуть с облегчением, сосредоточившись на собственном развитии.

И это было всё, чего я только мог желать…

* * *

Не успел я и заметить, как с момента операции в долине прошло две недели.

Все эти дни Дальняя активно застраивалась. Было возведено ещё четыре сруба, поставлен был и второй склад, поскольку первого попросту стало не хватать. Расширили мы и древесный двор, потому что дубов становилось так много, что скоро из них можно будет соорудить частокол вокруг всей деревни.

Тем паче, что я серьезно стал рассматривать возведение защитных построек вокруг Дальней. Может, организовать какой-нибудь плетень или частокол? А вдобавок ко всему этому и смотровую вышку.

Звучало всё это очень даже перспективно!

Менялся и быт жителей деревни. Архип наконец наладил производство кирпича, а потому мы начали ставить первые печи в избах крестьян. Возведено было и несколько бань, что облегчило вопрос с гигиеной и вообще с очередью «на помывку». До этого-то жителям приходилось ходить и окатывать себя из ведра у колодца или топать прямо к реке. А холодный душ с утра — это, конечно, хорошо, но не каждый же день!

Это при том, что я внедрил в деревне обязательные водные процедуры для всех в целях гигиены.

Меня вопрос бань не сильно затронул, так как у Стратега с первого дня была своя персональная баня, но вот для деревенских это стало очередным доказательством того, что я забочусь о них и их комфорте.

Как только численность Клюворезов существенно снизилась, я совершил вместе с Кузей вылазку к месторождению малахита. Требовалось куда внимательнее осмотреть овраг и понять, как мы будем всё здесь добывать и как это доставлять в деревню.

По возвращении из такой поездки меня и застал Тимофей уже на окраине деревни.

— Господин Стратег, господин! — воскликнул он, и я было уже предположил, что случилась опять какая-то беда, но нет. Обошлось.

— Птенцы вылупились! — сообщил наш пастух.

— Тогда пойдем посмотрим на них! — обрадовался я, направившись вслед за Тимофеем. Но не успели мы дойти до курятника, как нас уже перехватил Ростислав. И если судить по его выражению лица, новости он принес отнюдь не приятные.

— Господин Стратег…

— Что такое?

— Лесорубы пропали.

— То есть как это пропали?

— А вот так! Мужики не вернулись сегодня из дубравы! Я послал было за ними, подумал, задержались. Но в дубраве никого не было! Господин Стратег, лесорубы… их нет. Совсем нет!

А вот это было уже серьезно…