К книге
Цвет империиЧасть третья «Во дни фельдфебеля-царя…». Cholera Jasna. Смертельная эпидемия в Харькове, Одессе, Малороссии и Галиции. Неведомая хворь
34%
Часть третья «Во дни фельдфебеля-царя…». Cholera Jasna. Смертельная эпидемия в Харькове, Одессе, Малороссии и Галиции. Неведомая хворь
48

До 1823 года в России, как, впрочем, и в других странах, кроме Бенгалии, холерой никто не болел. А тогда она появилась в Астрахани вместе с индийскими купцами. центральная комиссия для пресечения холеры была образована 9 сентября 1830 года. Возглавить борьбу с «моровым поветрием» Николай I поручил министру внутренних дел Арсению Андреевичу Закревскому, который, по словам писателя Викентия Вересаева, «принял очень энергичные, но совершенно нелепые меры, всю Россию избороздил карантинами, – они совершенно парализовали хозяйственную жизнь страны, а эпидемии не остановили».

Николай I успокаивает москвичей

Тысячи людей и лошадей с товарными обозами задерживались у застав, высиживая карантин. В тех, кто пытался пробраться через оцепления, приказано было стрелять. Закревский же лично сообщал новости и статистику газетам. Пушкин, самоизолировавшийся в своем имении в Болдино, писал в своем дневнике: «Злоупотребления неразлучны с карантинными постановлениями, которых не понимают ни употребляемые на то люди, ни народ…».

Запреты на передвижение вызывали недовольство всех сословий и порождали холерные бунты. Особенно суровы они были в Тамбове и Севастополе.

Когда «собачья смерть» пришла в Москву, император Николай лично отправился в Белокаменную, чтобы не допустить повторения чумного бунта 1771 года. Торговля в городе прекратилась, банки перестали проводить платежи. Мужество венценосца вызвало горячий отклик у подданных, о чём свидетельствует стихотворение Пушкина «Герой», подписанное: «29 сентября 1830 года. Москва».

Одров я вижу длинный строй,

Лежит на каждом труп живой,

Клеймённый мощною чумою,

Царицею болезней… он,

Не бранной смертью окружен,

Нахмурясь ходит меж одрами

И хладно руку жмёт чуме

И в погибающем уме

Рождает бодрость…

Молодой харьковский помещик Вадим Пассек, отдав себя в распоряжение холерного комитета, ставил на себе в Москве опыты «прилипчивости» холеры, благополучный исход которых помог смелее относиться к болезни и привлёк больше добровольцев. Но он не был медиком, а впоследствии стал одним из первых этнографов.

Во время польского восстания 1830–1831 гг. только в российской армии от холеры погибло более 12 тысяч военных. В Российской империи за два года переболело холерой 534 тысячи жителей, умерло 230 тысяч.

На территории современной Украины впервые случаи заболевания азиатской холерой зафиксировали в 1830 году в Киевской, Полтавской и Подольской губерниях. В Бессарабской области, Черниговской, Полтавской, Екатеринославской, Харьковской, Таврической губерниях количество умерших от холеры составляло от 9,3 до 20,3 на 1000 человек населения.

Предыдущая главаГлава 48 из 140Следующая глава