Второй сын Аггея Васильевича, Александр Аггеевич Абаза (1821–1895), сделал выдающуюся карьеру, хотя в начале его жизни ничто не предвещало столь успешного рывка.

О его детских и юношеских годах биографы молчат, но точно известно, что в 1839 году он окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета. Прекрасно знавший его и служивший под его началом одессит и будущий премьер-министр Сергей Витте заметил:

«Абаза кончил курс в университете, но университетская наука не оставила в нем больших следов; по всей вероятности, он как-нибудь проскочил университет, серьезно там не занимаясь. Затем он недолго был офицером лейб-гусарского полка, а после вышел в отставку.

В молодости он, вероятно, был очень красив собою, был очень галантным кавалером, очень хорошо говорил по-французски, а также и по-русски говорил очень красиво. Держал он себя очень гордо, степенно; но по натуре своей и по всем тенденциям он, в сущности говоря, был большущий игрок.

Хотя у Абазы было очень мало знаний и мало культуры, но это был человек с редким, совершенно выходящим из ряда вон здравым смыслом, с большими несомненными способностями».

Семь с половиной лет находился Александр Аггеевич на военной службе – сначала в конно-пионерском эскадроне, а затем Лейб-гвардии гусарском полку. От пуль он не прятался: в 1843 году за подвиги на Кавказе был награждён орденом Св. Владимира 4-й степени.

В 27 лет он вышел отставку и поселился в одном из имений. Он женился в первый раз на Александре Дмитриевне Бернардаки, дочери выходца из азовских греков, винного откупщика, а потом и заводчика-миллионщика. Богатое приданое и полученное от отца наследство укрепило положение Александра Аггеевича. Но супруга рано умерла от чахотки, оставив его с четырёхлетней дочерью Прасковьей на руках.

В 1857 году молодой вдовец возвращается на службу в должности церемониймейстера двора с назначением состоять при великой княгине Елене Павловне. Два года спустя он уже камергер. Поселился придворный в доставшемся от отца доме на Фонтанке, 23.

Туда в 1862 году он привёл свою вторую жену Юлию, урождённую Штаубе. Дама эта оставила уникальный след в истории русской культуры.

В 1860-х гг. её имя стало широко известным в России благодаря участию в организации Русского музыкального общества и создании Петербургской консерватории, за что по предложению Антона Рубинштейна Юлия Фёдоровна была избрана её почётным членом. В 1870-1880-х гг. на Фонтанке, 23, находился её музыкальный салон, среди гостей часто бывали Ф. М. Достоевский и А. Г. Рубинштейн. 6 марта 1879 года на домашней сцене здесь впервые была исполнена опера «Евгений Онегин» Чайковского. На втором спектакле присутствовал автор. Фёдор Тютчев посвящал ей стихи.

Однако у супругов жизнь не заладилась с самого начала, и они обитали в этом доме как соседи. В одном крыле – салон Юлии Фёдоровны, а в другом – Александр Аггеевич с вдовой генерала Нелидова Еленой, урождённой Анненковой.

Но оба крыла дома были едины в одном: Россия нуждается в реформах, она должна со временем стать конституционной монархией, а пока что эти реформы нужно готовить и при этом хорошо зарабатывать.

«Список гражданским чинам первых III классов. Исправлен по 1-е октября 1868 г.» сообщает, что гофмейстер двора Е. И. В. великой княгини Елены Павловны А. А. Абаза обладал на тот момент родовыми имениями с 1713 временно обязанными крестьянами и лично приобрёл земель с населением в 3706 временно обязанными. Что купил сам, что получил от Бернардаки, не расшифровывается. Годовой доход в соответствии с чином составлял 4173 руб. 58 коп. (жалование 1145 руб., столовые 2000 руб. и экипаж 1028, 58 руб.).

В Петербурге Абаза славился как карточный игрок, делавший головокружительные ставки. Даже когда он иногда проигрывал, его состояние не уменьшалось.

В мае 1864 года Александр II издал указ о строительстве железнодорожной линии Москва – Орёл. За четыре года казённую дорогу построили и довели до Курска, а дальше стройку вело акционерное общество.

В 1868 году выдана концессия гофмейстеру Александру Аггеевичу Абазе и барону Карлу Карловичу фон Унгерн-Штернбергу (создателю железнодорожной сети в Херсонской губернии. – Прим. ред.) на сооружение Харьково-Кременчугской железной дороги. Капитал общества был исчислен в 14 300 000 руб. металлом, из которых лишь 1/4 – негарантированные акции, остальные 3/4 – гарантированные правительством облигации. Повёрстная стоимость – 56 378 руб. с версты.

То, что род Абаза укоренился на Слобожанщине ещё при Петре Великом, также способствовало успеху предприятия. Ведь можно было получить компенсации за разрезанную рельсами пашню в собственных имениях. И действительно, в селе Абазовка, которым род владел с самого переезда на русскую службу, имеет место полустанок, который сейчас называется «92-й км».