— Проходи, располагайся, — широким жестом пригласил меня приемный отец, открыв дверь. Это небольшое, квадратов семь, если не шесть площади, помещеньеце в корме, судя по всему, создатели яхты планировали сделать этаким маленьким уютным баром — посидеть в теплой приятной маленькой компании единомышленников, что-то вроде того. Высокие барные сидушки, даже стойка — но «фальшивая», по ту сторону места для бармена не оставалось, сразу шли полки с бутылками. Ну и, конечно же, про краны под пиво никто не забыл. — Тебе кофе или чай?
— Тогда уж сок, — я сделал неопределенное движение головой, кивая на антураж. Понятно, что предложение изначально несло смысл именно «мы тут серьезно будем говорить, никакой выпивки». — В бокале, через соломинку… Он ведь тут должен быть?
— Видишь музыкальный автомат? — сам Йон принялся колдовать над медным набором для варки кофе. — Он фальшивый, конечно — чисто электронная стилизация с достоверной трехмерной анимацией. Я еще не настолько выжил из ума, чтобы таскать по волнам бесполезные три центнера понтов… На самом деле это дверца холодильника. Соки — там. И сливки мне вытащи, заодно. Бокалы сам видишь где.
Сливки нашлись сразу же, а вот на выборе сока я залип. Естественно, на такой яхте выбор оказался получше, чем в дорогом ресторане. Но чтоб настолько…
— «Березовый», — обескураженно прочел я, доставая бутыль.
— Что? Какой? — Фил даже отвлекся от своего занятия. — Ну-ка, дай сюда.
Он в одно движение свернул крышку, принюхался, недоверчиво покачал головой, вытащил фужер из держателя, налил себе немного и отпил.
— Сладковатый такой, ничего особенного, — прокомментировал мужчина специально для меня, заинтересованно наблюдающего за этими манипуляциями. — Думал, приколисты спирт так в холодильник засунули. Нет, ну сам подумай: какой еще сок может быть из дерева?
— Канадцы из клёна сироп добывают, — подсказал я.
— Точно! — приемный отец при щелкнул пальцами. — А этот? О, «сделано в России»! И вот кому-то не лень было ввозить, оформлять? Надо будет пообщаться с суперкарго по поводу формирования бортовых запасов…
В разговоре возникла небольшая пауза — пока Фил орудовал медной туркой и специальным стаканчиком для сливок (видимо, прямо из пакета сливки добавлять строго воспрещалось), я все-таки завладел бутылкой с «Березовым». Не из ностальгии, скорее из принципа — раз уж вытащил…
— Догадываешься, конечно, почему позвал тебя и остальных именно сюда? — отхлебнув получившийся напиток из кружки, политик явно остался доволен.
— Гарантированное отсутствие лишних ушей, — пожал плечами я
— Верно, — замглавы Калифорнии отставил напиток в сторону. — Честно говоря, когда ты предложил «заключить соглашение», я и не думал, что ты примешься за выполнение его положений столь… рьяно. Вообще не подозревал, что такое в принципе возможно!
— Просто воспользовался открывшимися возможностями… ну и повезло, не без того, — честно признался я.
— А еще — личные качества, — добавил Фил. Правда, оказалось, он имел в виду несколько не то, что я подумал. — Я вижу, как ты общаешься со своей девушкой. Понимаю, это последствия жизни в Японии — ты в принципе не делишь людей на одаренных и нет. К сожалению, для большинства граждан нашей страны это отнюдь не норма. Увы, но менталитет просто так не переделать: расизм, осужденный и оставленный нацией в глубоком прошлом продолжает доставать нас и оттуда. Жесткие запретительные меры помогают смягчить обстановку до относительно приемлемой, на это же работает и геройско-злодейский антураж. Но до истинного гражданского согласия и солидарности пока неимоверно далеко…
Замгубернатора Калифорнии с задумчивым и невеселым лицом отпил своего кофейного коктейля.
— Я вижу, какую роль ты отвел Хоук в своих начинаниях, — наконец перешел от вступления к делу приемный отец. — Учитывая, насколько ты продуманно поступаешь, не ошибусь, если скажу, что у вас все серьезно?
— Не скажу, что сближение произошло по моему плану, но… да. Все серьезно, — позволив себе лишь крохотную паузу, твердо признал я.
— Спрошу по-другому: сейчас мало кто точно знает, что Хоук в составе учредителей «Небесного света» и супергероиня Монтерей-Бэй — это одно лицо. Догадываются — многие, но прямо чтобы уверены — единицы. Но… шила в мешке не утаить. Тем более перед помолвкой придется сообщить об этом во всеуслышание. Каминг-аут. А помолвку откладывать нельзя, если ты, конечно, не откажешься от планов смены руководства Салинаса. Иначе политические противники выкатят «информационную бомбу» о ваших отношениях в самый неблагоприятный для вас момент. Готов ли ты к этому, Алан?
— Г-готов! — чёрт! Голос все-таки предательски дрогнул.
— Ну-ну. Знаешь, если бы ты сейчас ответил совершенно спокойно — я бы очень сильно задумался бы, продолжать разговор, или нет, — улыбнулся мне Фил. — Что, удивлен? Да, я позвал тебя сюда не только для того, чтобы уберечь от политической ловушки.
— Весь во внимании, — подобрался я.
— Для начала — расслабься, — посоветовал опытный политик, помешивая ложечкой свой напиток. — Разговор… будет долгим.
В этот раз с мыслями Фил собирался долго. А может, просто молча наслаждался кофе собственной варки, кто знает? Но в итоге все же заговорил, и первые его слова были такими:
— Не ты один, Алан, умеешь обращаться подвернувшиеся обстоятельства себе на пользу, — приемный отец с явным сожалением отставил пустую чашку. — Хотя, надо признать: выжать максимум из сложившейся ситуации, даже просто увидеть такую возможность — дар редкий. Достойный урожденного Йона, я бы сказал. Хотел бы я видеть своего будущего наследника похожим на тебя… Да. В общем, выбрав перспективного подростка Алана Смита в качестве приемного сына, я и сотой доли твоих свершений не ожидал. Не так быстро, во всяком случае: ладно десять лет — но не за полгода с небольшим!
Мужчина посмотрел мне в глаза:
— Да, в ряде случаев тебе помогло мое имя — иначе тот же президент Калифорнийского государственного университета не стал бы столь много сил тратить на вас. Но возможность использовать чужую репутацию для своего продвижения — тоже талант. Тем более, что основные технические и социальные достижения все же именно твоя личная заслуга. А я, как и сказал уже, тоже умею правильно пользоваться такими «подарками судьбы»…
Тут Фил наклонил голову и постучал пальцами по стойке.
— Знаешь, Алан… Только не сочти за набивание самому себе цены — но ты довольно опасный актив. Можешь очень быстро наворотить много и совершенно непредсказуемо для большинства окружающих. В политике же ценится прежде всего как раз предсказуемость и надежность… чересчур ценится, я бы сказал. Даже когда ситуация требует решительных и нестандартных действий — большинство игроков в Большую Игру будут до последнего прикидывать расклады и выгоды, ничего нового не предпринимая. Будь прогнозы на будущее чуть-чуть менее драматичными — и я, что называется, сейчас придержал бы тебя за шиворот. Увы, имеем то, что имеем. Но, как я уже и сказал: я умею пользоваться такими активами, как ты, и потому сразу обещаю две вещи. Первое: действовать далее ты будешь с полностью открытыми глазами. Второе — обещаю тебе защиту при любом раскладе. Подожди, не перебивай! Сейчас все поймешь.
— Первое вторжение через порталы наглядно показало эффективность наших вооруженных сил. Тогда пришлось в срочном порядке стягивать военную технику и солдат со всего мира, просто бросая заграничные базы, куда мы умудрились их распихать за беспечные годы перед этим. Но и подкреплений не хватило заткнуть все дыры, не включи японцы Генераторы, — теперь Йон смотрел куда-то мимо меня. — Сейчас по сути ничего не изменилось: армии и флота в случае масштабного катаклизма с открытием порталов не хватит для защиты всей Америки. Текущая военная доктрина обязывает вооруженные силы сосредоточить усилия на сохранении стратегических объектов… которые все, как на грех, расположены Восточном побережье или рядом. Защита отдельных штатов как территориальных субъектов лежит на плечах Национальной Гвардии, которую каждый штат содержит самостоятельно. Как думаешь, что будет при масштабном нападении?
— Защита стянется к крупным городам, приняв столько беженцев, сколько возможно? — предположил я.
— Логично, правда? — невесело усмехнулся Филлип. — Знаю, ты уже общался с Шериданом, потому не буду пересказывать стратегию нацгвардии: затыкание дыр одаренными там, где не хватит числа и мощи стволов. Но он наверняка не сказал, что по аналитическим прогнозам будет дальше. В смысле, если удасться удержать города-анклавы и прилегающие территории.
Я закрыл глаза и попытался представить:
— Истощение припасов, общая трудовая повинность для обеспечения хоть какой-то автономии… Снижение количества высокотехнологичного оружия и боеприпасов к нему…
— И одновременный взрывной рост числа сверхов, причем не только среди рождающихся детей, но и пробудивших сверхспособности из-за происходящих Изменений — мрачно дополнил загубернатора Калифорнии. — В обществе, где расизм силой загнан под пяту закона… был. Ну а дальше все предсказуемо: сильные защитники — элита, бессильные рядовые трудяги — рабы. В лучшем случае после рек крови общество сформирует подобие японской клановой структуры. Все, что останется от общества к тому моменту. Если, конечно, кто-то заведомо не предпримет шаги по сближению сверхов и нормалов. Хотя бы в границах одного штата.
— Мы с Хоук должны стать примером? — от открывшихся перспектив мне стало… неуютно.
— Свадьба сына, пусть и приемного — отличный повод занять активную позицию против скрытой дискриминации одаренных, — уголком губы обозначил вовсе не радостную улыбку Фил. — Одновременно в процесс включится президент Калифорнийского государственного университета и другие лица, до того предпочитающие просчитывать последствия и не лезть вперед. К сожалению, большинство облеченных властью лиц просто не верят в реальный конец света, предпочитая думать, что теперешняя ситуация сохранится навсегда…
— А на сохранение текущей ситуации нет ни шанса? — знаете, когда политик уровня Йона говорит подобное — ему почему-то верится куда сильнее, чем фрику-суперзлодейке или военному чину «как карты в штабе нарисуют, так и будем воевать».
— Алан, как ты думаешь, почему в открывшиеся порталы во всем мире хлынули монстры и болезни, а через японские как прошли беженцы — так особо больше ничего запредельного особо и не прёт, кроме единичных экземпляров? Не задумывался?
Я помотал головой.
— Есть такая теория, что первыми на новое место пытаются пробится профессиональные переселенцы — те, что сменили уже не один мир. Самые вооруженные, сами приспособленные, самые живучие. Это логично объясняет их поведение: попасть наверх пищевых цепочек, отъесться и подготовится к следующему переходу, пока мир не пошел в разнос… И почему они успели убраться с миров беженцев. А теперь скажи мне, сын, кто лучше всех приспосабливается, вооружается и умудряется выживать там, где загибается все живое?
— Ч-человек! — пересохшими губами прошептал я, сразу и безоговорочно поверив в теорию. Девяносто девять цивилизаций гибнут, столкнувшись с Изменениями, но если хотя бы одна из ста выживает… Татаро-монгольские кочевники, сумевшие закошмарить половину Евразии в средние века конченные пацифисты по сравнению с кочевниками межмировыми! Их ведь реально ничего не сдерживает — зато с каждого мира они снимают уникальные технологии, магию и ресурсы, усиливая себя! Сумевший относительно закрыться мир вроде нашего для них самый желанный приз!
В кают-компанию я возвращался под впечатлением от услышанного. Какой-то часть разума я допускал, что Фил меня специально накрутил, но… Чёрт! Слишком уж логично все складывалось один к одному! Погруженный в себя я даже не сразу понял, что среди собравшихся тоже царит отнюдь не расслабленность и веселье.
— Что случилось?
Роуз молча передвинула проекционный экран в мою сторону. Там, на ютубовской трансляции на Салинас с моря надвигалась туча, густая и темная. Еще через секунду до меня дошло, что край облачного фронта слишком ровный, как боковина тарелки. Или крышка сковородки. Естественным образом так сложиться точно не могло. А это значит…
— Вот и ответ на предложение о встрече.
М-мать! Не вовремя как…