Но как такое стало возможно? Как славянский народ, составлявший вроде бы многие годы, так сказать, «нерушимую Троицу», превратился в бесовско-сатанинское отродье?! Надо шире и философски взглянуть на феномен близких народов в истории, также на корни и причины как их единства, так и противостояния. Народ и правящие слои Малороссии не раз отмечены в истории как подвигами (народ), так и изменами (элиты).
В Институте всеобщей истории РАН состоялась презентация второго издания коллективного труда «Истории Украины», написанного известными российскими историками-западниками. Эта монография, появившаяся в 2016 г., в крайне сложных политических условиях, вызвала большой интерес. В различные периоды своего развития украинские земли входили в состав Киевской Руси, Великого княжества Литовского, Речи Посполитой, Российской и Австро-Венгерской империй, а затем и Советского Союза. Особые споры и противоречия между современными российскими и украинскими историками вызывает трактовка событий ХХ в.: революции 1917 г., Гражданской и Великой Отечественной войн, национально-государственного строительства в СССР, коллаборационизма в годы Великой Отечественной войны. Среди наиболее острых вопросов, вызвавших общественную дискуссию и нашедших отражение на страницах «Истории Украины», А. Чубарьян назвал историю происхождения Древнерусского государства и этногенез украинского народа, эпоху Запорожской Сечи и гетманства, присоединение Украины к России, развитие её в составе Российской империи. Учитывая либеральную философию создателей и их русофобию, учебник явно несёт их отпечаток.
То и другое имело место в разные времена и эпохи. Положение малороссов между такими центрами силы, как Россия, Польша, Германия, Австро-Венгрия, делало их политическую и социальную жизнь бурной и лишённой покоя и порядка. Это правило, а не исключение…
В XVII–XVIII вв. гетманы, казацкие старшины наблюдали за политическими шагами России и Петра I с тревогой. Тот вёл переговоры с Августом и готов был оплатить украинскими землями участие Польши в войне против Карла… Ясно, оказаться под властью поляков-католиков и стать людьми второго сорта Украине не хотелось… Там хорошо знали, чем это может обернуться. Верхушка знати опасалась более всего отъёма полученных ими земель. И пошёл глухой ропот средь старшин, что русский царь «даёт полякам не то, что сам взял, не саблей взяли». Да и доверия к русскому царю у знати не было, а был страх. Рядовые запорожцы тоже были недовольны, что московские власти ограничили их свободу «ходить за зипунами». Работать же на земле эти «лыцари», в отличие от казаков Донского войска, считали ниже своего достоинства. У нас среди отечественных историков, даже не среди мазепинцев, порой приходится слышать упрёки Петру I за его суровые и жёсткие меры.
А. Широкорад пишет: «Любопытно отметить, что и советские, и „демократические“ историки напрочь забыли о разорении Сечи (?). Например, вот что говорится в капитальной монографии Института военной истории МО СССР: „Попытка Мазепы и Карла XII использовать сепаратистские настроения незначительной части запорожских казаков во главе с К. Гордиенко не изменила хода событий“»[144]. И ни слова «о Переволочне, о Сечи, о других уничтоженных украинских городах, о тысячах истреблённых украинцах»[145].
Наш историк, похоже, «забыл», что не только Карл XII был угрозой для русских, думая захватить Польшу и Украину. Рвались на Русь и крымские татары, но их тогда одёрнул султан. Вопрос стоял остро: на чью чашу весов склонится эта изменническая часть Руины. Да и казаки были головной болью Москвы. Россия в Смуту XVII в. оказалась в руках поляков, шведов и казаков. Неужто историк забыл эту всем известную историю о взятии Москвы и Кремля?! Н.Г. Устрялов в истории Петра высказал упрёк правителям Руси и казакам: «…как же это они не могли в ходе вековых усилий спасти единоплеменную, единоверную нам страну, которая так часто умоляла нас о защите, и оставили её под игом жестоким». Так у укров же семь пятниц на неделе. Их верхушка привыкла к изменам, изменяя России, как блудная жена мужу с первым встречным. Мазепа воевал на стороне Карла, а после разгрома бежал в Турцию с Карлом, где сделал обрезание и принял ислам, надеясь, что турки поверят ему (после такого). В 1714 г. он бежал вновь – теперь в Швецию. Орлик – любимый герой главы Руины Зеленского. Помним: те носились с мыслью пригласить шведа Бильдта управлять Украиной. Им чужды русский язык и русский закон[146].
Те же вопросы встают ныне перед Россией.
Надо отчётливо понимать, что после полувека разгула национализма и нацизма на Украине нет иных путей к её выздоровлению кроме как возвращение Руины в лоно великой России. Если дать им возможность выбора, они выберут нового Мазепу, ну не Мазепу, так иуду вроде Орлика. В официальной украинской историографии Орлик почитается как борец «за независимость» Украины. Орлик был сподвижником Мазепы, но в 1709 г. бежал в Бендеры, то есть на турецкую территорию. В 1710 г. после смерти Мазепы находившиеся с ним запорожские казаки избрали Орлика гетманом. Изданные им «Договоры и постановления прав и вольностей войсковых» признавали вечный протекторат Швеции над Украиной. Но историки Руины почему-то называют их «первой конституцией независимой Украины». В 1711 г. Орлик во главе 5000 запорожцев выступил из Бендер, причём главную силу его войск составят 30 тысяч крымских татар. Они стали штурмовать небольшую крепость Белая Церковь, защищаемую 500 русскими. Крепость выстояла. Крымцам надоело, и они стали брать в плен украинское население. Орлику, ненавидимому теперь и своими, пришлось вновь бежать к туркам…
Однако большая часть «украинцев» не поддержала ни шведов, ни Мазепу, ни Орлика. Были и на Украине люди чести, такие как Кочубей и Искра. Верой и правдой они служили России и пытались раскрыть глаза Петру I на Мазепу. Генеральный судья войска Запорожского Кочубей предупреждал царя о предательстве Мазепы. Но тот не поверил и казнил его. В 1914 г. в Киеве был установлен памятник полтавскому полковнику Ивану Искре и судье Кочубею (в 200-летие Полтавской битвы). Тот находился на Арсенальной площади и демонтирован властями Украинской республики в 1918 г. Они сочли крамолой проявление верности России. Постамент впоследствии станет памятником рабочим завода «Арсенал».
В украинском фильме о Мазепе нет ни слова о том, что это шведские каратели при захвате города Терны сожгли несколько сотен женщин и детей в церкви и перебили тысячи мужчин! Нет ни слова и о письме полковника Кочубея, который предупреждал Петра I о предательстве Мазепы. Мазепа вынудил Петра I выдать ему Кочубея и казнил своего кума и отца девы, которую соблазнил. Тела Кочубея и Искры перезахоронены в Киево-Печерской лавре возле трапезной церкви. Ныне лавру испоганили нацисты, а в шведском музее военной истории в Стокгольме нет ни слова о Мазепе или Украине.
Шведам и Европе Украина нужна была как колония. Малороссии экономически, политически без единения с Россией и тогда было не выжить. Под русским «протекторатом» Гетманщина представляла почти свободную таможенную территорию, а все денежные сборы с неё обогащали гетманскую казну. Правительство Петра I не брало денег с гетмана и старшины. Налогообложения в пользу единого государства с гетманства не было, не существовало и общего законодательства[147]. Так что если Пётр впряг русское дворянство в регулярную военную и гражданскую службу, то Гетманщине он не навязал жёстких порядков или государственного строя. Львиная доля доходов оставалась на Украине. На них содержали администрацию, войско. Желая привлечь Малороссию, Пётр в манифесте 1710 г. писал: «О запрещении всякого чина людям оказывать малороссийскому народу обиды, оскорбления, укоризны, порицание изменникам и причинять всякие притеснения». Манифест был обнародован путём специальных грамот для сообщения всем малороссам в городах и сёлах[148]. А русские чиновники наблюдали только за сбором налогов. Киевское высшее духовенство отказалось присягать Москве, уйдя к Константинопольской патриархии.
Мазепа сначала изменил Петру I и русским, а потом обратился к ним же – уже с предложением выдать им шведского короля со всеми генералами и войском, устроив тем ловушку. От Петра он потребовал вернуть гетманство, объявить полное прощение ему, его сторонникам и сообщникам. Непременным условием при заключении договора должно было быть присутствие иностранных держав как гарантов при подписании[149]. У этих иуд на уме лишь золото и корысть. Убегая от русских, Мазепа сумел утащить два бочонка с золотом. Три века спустя ту же операцию пытаются провернуть новые мазепы[150].Они приглашают представителей иностранных держав на подписание договоров и их предадут! Европа слепа. Довериться хохлам – что сесть за карты с шулером.
Хотя украинский народ в основе не принял шведских захватчиков, чему очень «помогли» и сами шведы. Историки, включая и шведов, доносят до читателей историю противостояния. Ганджа пишет о том, как вели себя «цивилизованные» воители Карла XII. Когда накануне похода вглубь России было совершено нападение на небольшой шведский пикет около г. Торунь, Карл XII отдал такой приказ фельдмаршалу Рёншильду: «Было бы самое лучшее, чтобы все эти места были уничтожены путем разграбления и пожаров и чтобы все, кто там живёт, виновные или невинные (skyldiga eller oskyldiga), были уничтожены» (из письма Карла).
Карл XII в 1708 г. шлёт письма Рёншильду, где даёт ему установки, как следует тому поступать с населением тогдашней Украины (в духе приказов, которые получали от своих командиров эсэсовские команды во время Второй мировой войны), что с оным делать: «Выбивать из населения контрибуцию, каким угодно способом, эта страна может страдать, сколько ей угодно. Те, кто не остаётся дома, должны быть разорены, а их жилища сожжены». «Контрибуцию взыскивать огнём и мечом. Скорее пусть пострадает невинный, чем ускользнет виновный». «Сжечь местечко, где было совершено нападение на валахов, всё равно, виновны владельцы домов или невинны…»[151]. Вы ещё хотите в Европу, «шановни товарищи» или, уж точнее, «ясновельможны паны»?!
Так же действовал Карл XII и на Украине… Очевидец событий, военный капеллан Бардилли писал: «…подполковник Функ приказал в местечке Терны убить тысячу вражеских казаков, само местечко сжечь, чтобы вызвать в населении страх». О том, как встречали шведов на территории Украины их «союзники». «На 40 миль пути все деревни были сожжены, все съестные припасы и фураж испорчены, так что мы не нашли там ничего, кроме голой пустыни и лесных пространств, в которых погибло великое множество людей и бесчисленное количество лошадей и другого скота… Мы находились в опустошенной стране». Население тех мест встречало шведов отнюдь не цветами, а жестоким огнём… Город Веприк оборонял Переяславский пехотный полк, батальон Ивангородского пехотного полка, 2 сотни казаков Харьковского полка и 400 крестьян – 2 тыс. человек при 3 орудиях. Даже взятие города Веприк, одного большого редута, стоило шведам слишком дорого – убито 25 офицеров, в том числе 4 полковника, граф Гилленшторм, два графа Шперлига и 1000 солдат. Русский гарнизон сдался, только расстреляв весь порох… Швед А. Стилле писал о том бое: «Потери во время штурма Веприка можно сравнить с потерями в большой битве. Особенно печальным для шведов было то, что они потеряли при этом цвет своего офицерства».
И всё же основная часть населения Украины осталась на стороне русских войск и Петра I… «Того ж року (1708–1709) малороссияне везде на квартерах и по дорогам тайно и явно шведов били, а иных живых к государю привозили, разными способами бьючи и ловлячи блудящих, понеже тогда снеги великие были и зима тяжкая морозами, от которых премного шведов погинуло…» (Лизогубовская летопись). Или ещё: «Состояние шведов было очень плохое, но каждый день ожидали еще худшего. Украинское население… где только можно было, угрожало шведским обозам и даже жизни шведов. Прячущиеся по лесам, крестьяне старались поживиться шведской добычей при каждом удобном случае. Шведы хотели добить Полтаву голодом, но тем временем сами теряли силы от медленного голода» (Д. Краман, посол синода при армии Карла). «Третьего дня оное место атаковали и город штурмом взяли и с 700 человек шведов, которые в городе были, обоз весь и королевской казны около (как сказывают шведы взятые) 200 000 талеров и притом 8 знамен взяли купно и с несколькими офицерами и малым числом солдат (понеже живьем не брали). Наших невольников 1270 освободили. А наших при акции сей 80 человек побито и 170 ранено». Пётр подробно писал сыну о событиях на Украине… Когда же казаки Дона поняли, что им с мятежниками и украинской старшиной не по пути, пошли к Петру с повинной. «Великому государю, царю и великому князю Петру Алексеевичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, холопи твои, Донския атаманы и казаки Кондратей Афонасьев и всё войско Донское челом бьют. В нынешнем, великий государь, 1708-м году майя, пришед мы, холопи твои, собрався по Дону, по Хапру и по Медведице, по Донцу и по Бузулуку, изо всех заполных рек для перемены и выбору иных старшин, атамана Лукьяна Максимова, старшин Ефрема Петрова с товарыщи, видя мы, холопи твои, за ними, атаманом, старшиною, многие к нам неправды и разорения и нестерпимыя налоги, и которое твоё, великого государя, царя и великого князя Петра Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, присылаетца к нам, холопем твоим, годовое денежное и хлебное жалования, также и за Астраханскою службу дватцать тысячь рублев, также и в нынешнем 1708 году присланное нам холопем твоим… ничево они, атаман Лукьян и старшины, не довали. Также по Донцу и по иным заполным речкам без твоего, великого государя, указу многие городки разорили и выжгли, и людей по деревьям невинно вешали, носы, губы резали, а женска пола и младенцов давили»[152]. Такова украинская старшина без прикрас.