!Евгения!

Добравшись до больницы Шмелев начал парковать свой автомобиль на стоянке у приемного отделения. Выскочив почти на ходу, не тратя драгоценное время, помчалась внутрь помещения, не сказав мужчине спасибо за помощь. Даже не заметила, как быстро мы домчались до поселка - нарушая все допустимые правила и скоростные режимы, но дорога показалась невыносимо долгой, нескончаемым туннелем в ад, а посмотрев на часы, одиноко висевшие на стене регистратуры, убедилась — времени прошло восемьдесят минут с момента звонка бабушки Степана. В тот момент как не грохнулась в обморок, не знаю, наверно поспособствовал накал страсти и ненависти к идиоту, возомнившему, что может мной командовать.

У дежурной медсестры узнала, в какой палате мой ангелочек, и со всех ног кинулась по ступеням на третий этаж, но на медицинском посту меня остановили, вручая халат. На ходу просунула руки в рукава, не обращая внимания на происходящее вокруг, и даже не обратила внимания на длинный коридор, который всегда вызывал мурашки по коже. Дверь с номером 13 вызвала неоднозначные эмоции. Замешкалась на входе - испытывая такой страх на душе, что подкосились ноги, а сильные мужские руки не дали сползти на пол, обхватив за талию, прижали к накачанной груд, почувствовав исходящее тепло немного успокоилась.

Схватившись за ручку трясущейся рукой, пытаюсь открыть, но она не поддается из-за слабости во всем теле и многотонному грузу на плечах. Опять помощь пришла от куда совсем не ждала. Запах знакомого мужчины заставил мозги погрузиться в туман воспоминаний прошлого — он сзади, те же руки, тот же аромат. Нет, абсурд! Шмелев не может быть тем мерзавцем! Или может? Слишком сильны мои эмоции сейчас, на фоне этого могу ошибаться, но ощущения на грани реальности событий моего совершеннолетия. От напряжения пальцы сами сжались в кулаки, и я готова к атаке. Опомнившись где нахожусь, туман рассеялся мгновенно.

- Руки убрал! - Грубо, почти рыча. - Пожалуйста. - Мягче, понимая, что могу ошибаться, а он помощь предложил и до сих пор не уехал, хотя мог. - Я благодарна тебе за то, что помог быстро приехать, дальше я сама справлюсь. И никогда не стой у меня за спиной, могу покалечить.

Он даже не подумал расслабить хватку, не побоялся пострадать.

- Успокойся. Дыши глубже и медленней, у тебя нервы на пределе можешь сорваться и напугать всех в больнице. Вспомни лучшие моменты, что связывают тебя с Надей.

- Как? Откуда ты узнал, как ее зовут? - Шепчу, всхлипывая, пытаюсь заглушить внутри подступающую истерику, а его ласковое дыхание у уха заставляет, как на сеансе у гипнотизера погрузиться в нирвану, и тело реагирует трепетом. Этого не может быть? Не могу так реагировать на этого идиота!

- Все, успокоилась? Даешь обещание не истерить? Отпускаю, и давай я открою дверь, а ты помни, когда войдешь не напугай своим безумным видом пациентку. - Совершенно спокойным голосом настраивает меня.

Качаю головой в знак согласия.

Он убирает мою руку от дверной ручки, распахивает, и мне открывается вид на помещение внутри: старенькая больничная кровать, стены с потрескавшейся штукатуркой стонут от старости, пол - видавший много поколений линолеум, протерт до дыр в нескольких места, впрочем, картина не удивляет, в нашей стране больницы не могут похвастаться шикарными ремонтами, особенно в провинциях.

Взгляд цепляется за мою малышку, которая вся бледная спит сладким сном и нежно улыбается сновидениям. Сердце спотыкается, замедляя скорость потока крови, спина покрывается холодными каплями пота от ужаса. Каждый ее приступ отнимает у меня месяц жизни, и мое существование в этом злом мире сократилось на полгода. Врачи уже три года настаивают на операции, но у меня пока нет нужной суммы, и это лишь вопрос времени.

Надежда — стала лучиком света в моей подвальной жизни. Когда мне сообщили, что скоро стану мамой - я потеряла сознание от паники, но потом поняла какое это чудо дать жизнь такому ангелочку, и не важно, как произошло зачатие, и не важно, кто отец.

Испытав трех месячный ужас замужества, готовила себя к суициду, а это зернышко в утробе уберегло от страшного греха. Но, как, оказалось, жить в страхе угроз расправы над твоим ребенком еще страшнее. Ради нее я готова на все. Живу ради нее. Моя малышка помогла мне перебороть недуг панических атак прикосновения мужчин к моему телу во время танца, очистила душу от ненависти, дала надежду на счастливое будущее.

Моя любимка сопит так сладко, что невольно залюбовалась ей, хоть вид ее настолько болезненный, что хочется выть, крушить, ограбить банк, но все равно она прекраснее всех на планете, и я все сделаю, чтоб она поправилась.

Под глазами залегли синие пятна порока, бледные губки так и хочется расцеловать, чтоб они набрались здоровья, и молить всем богам о защите моей крошки. У кровати на коленях продолжаю целовать ее маленькие пальчики и ручки, рядом пищит прибор, монитор доказывает мне, что она жива и будет жить, а капельница дает уверенность что поправиться.

Очнулась, когда ко мне подошла бабуля, подняла с пола, прижала в объятия, я и не заметила, что она сидела сбоку от кровати на стуле. В палате помимо нас еще было четыре человека две женщины и девочки лет десяти и четырнадцати. Сейчас заметила, очень много людей страдает сердечными заболеваниями - от самых маленьких до стариков.

- Милая! С ней уже все хорошо. Врач сказал, что угроза миновала, но настаивает на поездке в столицу для полного обследования. Говорит, нужна операция.

???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

- Спасибо, Ба! Всю жизнь буду благодарна за то, что делаешь для нее и меня. - Целую ее руки, крепко обнимаю. - Меня так родители не любили, как ты, абсолютно посторонний человек.

- Да, ты, что Женечка! Вы мне и есть родные! Я вас очень люблю! - Целует щеки в ответ бабуля, и на душе становиться спокойней.

- Что случилось? Как это произошло?

- Она на дерево взлезла, испугалась чужой собаки. Откуда эта скотина взялась, не знаю, ребята сказали с соседней улицы прибежала. Хорошо, что не высоко залезла, а то разбилась бы. Она упала, когда стала задыхаться. Девочка моя, я так перепугалась, прости, не досмотрела. - Вытирая слезы, говорит.

- Это ты меня прости, что нагрузила такой проблемой. Я постараюсь в ближайшее время забрать к себе, надо только работу хорошую найти. - Продолжаю держать за руки бабулю, не ожидая, вздрагиваю от мужского голоса, прозвучавшего так резко.

- Ты наверно забыла, работа у тебя уже есть, так что одна проблема решена. - Как я могла не заметить его присутствие, не знаю, но тревога опять царапает где-то в груди.

- Ты, что тут делаешь? Я же поблагодарила за помощь, попросила оставить в покое, дальше сама справлюсь. - Возмущаюсь, а в этот момент слышу тихий, но такой чудесный, самый желанный в мире голосок.

- Мамуличка! Как зе я лада, что ты плиехала! Я так соскучилась! - Еле говорит моя радость, а я опять на коленях зацеловываю каждый миллиметр ее личика. Она у меня красавица, на меня совсем не похожа, только шоколадные кудри достались. Скорее всего - в отца мерзавца, но я не жалуюсь, и благодарна за такой подарок судьбы.

Не помню лица того козла, который стал для меня первым мужчиной. Он уложил меня животом на стол и взял сзади. Его вряд ли можно обвинить, скорее всего, думал, что я по собственному желанию отдаюсь, так как с моей стороны сопротивлений не было. Но дружка запомнила хорошо - он напоил коктейлем, после чего потеряла контроль над разумом и телом. Если встречу, сделаю инвалидом - отрежу ему яйца.

Иногда закрадывались мысли, что они были в сговоре, может поспорили, как это обычно бывает у мажоров, а воспоминания говорят совсем другое - слишком ласков был насильник.

Дальнейшие события разрушили меня окончательно. Когда я осталась одна в кабинете: долго приходила в себя, еще дольше рыдала, успокоившись немного, привела в порядок одежду, а выйдя в мрачный коридор, меня схватил за волосы мужчина, и потащил куда-то в темноту - избил жестоко, злобно, разрывая не только ткань наряда, но и плоть. Через запасный выход вышвырнул в переулок, где меня нашли подружки.

После свадьбы я узнала, кто был тот урод, надругавшийся надо мной в грязном коридоре. Мразь, которая носила звание мужа. Оказывается, он видел, как я покидала танцпол с парнем, и его разъярила ревность. В пьяном угаре признался, давно просил моей руки у отца, хотел быть первым и единственным мужчиной, а я оказалась шалавой. За что и поплатилась в семейной жизни. А еще мой монстр муж ударил еще больней, открыв тайну - что мой отец продал меня как товар.

- Плости, меня собака напугала, вот я и полезла на делево. - Вырвала меня из задумчивости дочка. Смахнула слезы со щек, покрыла поцелуями ее нежные бледные щечки.

- Да, ты что милашка моя, это ты меня прости за то, что долго не приезжала. Я тоже безумно соскучилась.

- Мамуля, ты, что папу нашла? - Вижу, как мой ангел смотрит за мое плечо. Сглатывая застрявший ком, поворачиваю голову и наблюдаю, как по лицу Шмелева расползается удивление.

- Нет, милая, этот мужчина мой бывший начальник, помог мне быстро добраться к тебе. - Ласково улыбаюсь Надюше.

-Не бывший, а действующий! Твоя трудовая все еще у меня. - Тычет в меня пальцем, и очень хочется ему его засунуть куда подальше. Командир нашелся. - Я не могу понять, эта девочка тебе кто?

- Надя моя дочь!

- Прости за бестактность, но, во сколько ты ее родила? - Нахмурившись, пристально смотрит на мою дочку.

- Тебе какая разница. Ты вообще тут лишний, понимаешь. Уезжай уже от сюда. - Возмущенно.

- Мамуличка, а мне этот дядя нлавиться, у нево глаза класивые, как небо, у меня тоже такие. - Мило улыбается моя дочурка, и мой гнев как лед тает.

Шмелев подходит к кровати, присаживается на корточки рядом, тенят руку нежно сжимая в ладони детскую.

- Привет, Красотка! Рад знакомству с тобой! Меня зовут Эдуард, но для тебя я просто Эд, моя принцесса! - Улыбается, целуя ручку. - Ты будешь со мной дружить? Ведь у нас одинаковые глаза, и это удивительно! Мы должны быть друзьями.

- Конечно, будем длужить! Меня зовут Надюша! Ты мне нлавишся, ты холоший. Не обижай мою мамулю, она лучшая!

- Очень рад нашему знакомству. Мне не зачем твою маму обижать, она у меня работает, и я рад этому. - Косится на меня, ухмыляется, подмигивая.

В палату заходит врач, и эта милая беседа прерывается, уверена, она долго будет всплывать в воспоминаниях. Надя очень подозрительно относится к мужчинам, а тут такой поворот.

Мы выходи в коридор, оставляя бабулю на дежурстве. Доктор дает указания, что необходимо сделать, надо как можно скорее отвезти в столицу пройти полное обследование для дальнейшей операции, так как приступы участились, а это угроза потерять малышку. Соглашаюсь с ним, договариваемся в конце недели перевезти в городскую клинику. А я нервно соображаю, где брать деньги на это. Надо больше вип танцев брать. Срочно в Эгоист ехать и с Филом поговорить об авансе.

Провожу в палате половину дня - читая сказки, играя в куклы, укачивая спать. И эти минуты бесценны. Время пролетает, как падающая звезда и мне пора ехать обратно в город. Шмелев куда-то запропастился, сказав, что ему надо сделать пару звонков. Прощаемся с малышкой, а я глушу в себе истерику, от боли и обиды за нее. Надя очень смышлёная, понимает, что маме надо денежку зарабатывать, поэтому достойно ведет себя. Бабуля обещает, что будет следить за ней еще лучше, и не отойдет ни на шаг. Целую и обнимаю, показывая, как благодарна за все ее старания.

Шмелев в очередной раз шокирует обещанием о скорой встрече с моей дочкой, и что сводит ее в парк развлечений. Ненавижу лживые клятвы, тем более детям.

По дороге обратно чувствую неловкость. Понимание накрывает меня - я использовала босса, как водителя, еще наехала и нахамила ему.

Сидя на пассажирском сиденье в пол-оборота, смотрю пристально на идеальный профиль красивого мужчины.

- Прости за потерянный день. Я отработаю за это бесплатно сколько надо дней. Спасибо за помощь, ты не представляешь, как тебе благодарна за это, но не смей этим пользоваться. Если будешь шантажировать, сразу уйду. - Последнее говорю, прищурив глаза.

Он на секунду отрывает взгляд от вечерней дороги, смотрит ухмыляясь:

- Конечно, отработаешь. Ты опять забыла, что теперь моя личная помощница по уборке кабинета. - Хочу возразить, но он не дает. - Не обсуждается, иначе запру и выпускать не буду, пока не дашь согласие, это не шантаж, а мера наказания, за непослушание,- вижу, как нервно сжимает руками оплетку рулевого колеса. -Тебе сейчас, как никогда надо усердно работать. Или ты забыла об операции и сколько денег на нее надо. Не думаю, что у тебя есть такая сумма, а у меня ты конечно не возьмешь.

- Нет, конечно! Мне не нужна твоя помощь, я достаточно зарабатываю. У меня есть сбережения, которые специально копила для этого.

- Не сомневаюсь! Справишься, только один вопрос, сколько на это потратишь времени. Не думаешь, что может быть уже поздно. Я на своей шкуре испытал боль от временной ошибке. Рад бы изобрести машину времени и вернуться в прошлое, но увы это не реально. - И печаль вселенной ложиться на его плечи.

- Я не буду в долгу у тебя.

- И не надо, выдам кредит в офисе, а из зарплаты буду вычитать. Мне понравилась твоя дочь, невероятная девочка. А где твой муж, почему не приехал. Разве можно игнорировать такие моменты. Если честно я в полном шоке, что ты замужем и у тебя ребенок.

- У меня нет мужа, я воспитываю Надю одна, ну, не совсем одна, бабушка друга оказывает неоценимую помощь.

- Понятно. Знай если понадобиться что-то для принцессы, всегда можешь ко мне обратиться. Сегодня сделал звонок в клинику нашего концерна, и они уже готовы принять девочку провести все обследования забрать анализы, а потом скажут, где лучше делать операцию.

- Я не верю своим ушам, и это все ты сделал за моей спиной. Почему не спросил у меня, что я по этому поводу думаю. У меня уже чувство, что я тебе по гроб жизни в долгу.

Он на мое заявление только хитро ухмыльнулся.

Оставшуюся часть дороги мы преодолели со скоростью улитки. Толи мне так показалось, сложилось ощущение, что он не хочет со мной прощаться. Несколько раз он пытался узнать, - как я познакомилась с отцом дочери, почему расстались, почему доверила ребенка чужому человеку. Но я молчала. Что я могла ему сказать, он мне посторонний, лишь работодатель, а если узнает правду не видать мне работы как своих ушей.

Проезжая улицы вечернего города стало понятно домой мне уже не попасть.

- Тебя куда подвезти, где живешь. - Спросил как-то слишком печально.

- Ты можешь меня отвезти в «Эгоист», мне пора на работу. - Так же, не заметив в своих словах восторга.

- Тебе не нужно больше там работать. Я предложил тебе достойную зарплату. Так что давай домой отвезу. - Слишком грубо.

- Я не могу подвести Филиппа Назаровича. Он мне очень помог первое время, когда никто не хотел брать на работу. И у меня нет уверенности, что завтра вы не передумаете насчет меня, когда узнаете про мое образование.

- А что с твоим дипломом не так? - Удивленно.

- Его у меня просто нет. - Жму плечами. - И не вздумай наказать Валентину Сергеевну, она не знала, я ее обманула.

- Никого я не собираюсь наказывать. А вот тебя с удовольствием. Даю тебе неделю отработать в клубе, потом ты с ним завяжешь. Это место не для тебя. Тем более предстоит заботиться о принцессе после операции.

Пока мы спорили, не заметила, как подъехали к зданию в неоновых подсветках. Прощание затянулось, и в груди забурлили какие-то процессы, заставляя бархатных бабочек трепыхаться в животе. Шмелев явно не хотел меня туда отпускать.

- Спасибо, за все! - Хлопнула легонько дверцей, его супер спортивной и не менее дорогой машины, не оглядываясь, скрылась за огромной дизайнерской дверью развлекательного заведения.